Bauklötze

Листья лозы на ветру кружат,

Осень пришла в наш тихий сад.

Юный солдат идёт домой,

Храбрый солдат идёт домой.

(Песня Айро. "Аватар: легенда об Аанге")¹

В укромном месте – роще посреди леса, куда не успела ступить нога колоссального титана, среди пожухлой травы возвышался камень. Холодный, серый. На нём было написано кратко: "Спасибо за время. Ты ушла ярко." Рядом сидел мужчина в коляске и размышлял. Размышлял о том, как же их жизнь докатились до того, что могилу героя приходится прятать чёрт знает где. На бывшей вражеской территории. После окончания Битвы Неба и Земли разведкорпус так и не смог вернуться на родину. Теперь они считались предателями для своих. А для чужих – спасителями, но всё ещё остающимися дьявольскими отродьями. Что из этого лучше – вопрос спорный, но жить у чужих было спокойней. Не только жить, но и хоронить соратников. Леви думал, что Ханджи хотела бы быть похоронена на Парадизе. Рядом с Эрвином, Моблитом, Майком, Нанабой, и другими членами разведкорпуса. Но лежать бок о бок с боевыми товарищами – непозволительная роскошь. Йегеристы и их сторонники не дали бы и шанса этой могиле остаться нетронутой, неосквернённой. Впрочем, если подумать, Ханджи вряд ли относилась к тем людям, которые думают при жизни о том, где хотят быть похороненны. То что будет с собственным телом после смерти волновало её в последнюю очередь. Да и в течение жизни Ханджи это, кажется, мало волновало. То и дело приходилось следить чтобы как следует восстановилась после ранений, а не неслась куда-то с предвкушающим блеском в глазах и словами: "Нужно кое-что проверить!". А то и вовсе вытаскивать её чуть ли не из пасти титана. Да, уж кого-кого, а себя она никогда не жалела. Так или иначе, захоронение пришлось сделать в Марлии. Без тела, конечно же. Просто холодный камень, под которым ничего нет. Своеобразный мемориал, который регулярно посещает только один человек. Он же его и соорудил. С вниманием к каждой детали, неспешно. (Конечно, куда тут уже спешить?) Поросший мхом камень изначально был здесь, Леви решил не трогать его. Прямо на нём собственноручно вытесал надпись. Без дат, без имени. Тот кто знает – поймёт чья могила. Остальным это и не нужно. Зачем? Постоять поглазеть, или использовать могилу как холст для выражения своей позиции? Кругом обнёс мемориал камнями, тщательно подобранными по размеру. Камень за камнем, как кубики. Каждую неделю приносил новые, свежие цветы. Лишь спустя несколько лет разведчики смогли отправиться на остров налаживать дружеские отношения. Налаживать дружеские отношения с домом. Леви ждал их с дипломатической миссии, и думал о том, что там, далеко за морем, со старой лабораторией Ханджи? Уцелела ли она вообще? От мысли, что всё осталось нетронутым, так, как она оставила, не ожидая, что больше не вернётся – больно кололо сердце. Наверняка весь стол завален бумагами с хаотичными и неразборчивыми пометками, которые уже, вряд ли кто-то разберёт. А рядом обязательно стоит грязная кружка. И по самой комнате, конечно же, разбросана куча вещей. А от мысли, что ничего этого больше нет: всё разгромлено и растаскано вандалами – было ещё хуже. Как жаль, что не удалось ничего забрать. В последний раз когда они были в штабе, даже понятия не имели, что Эрен собирается устроить Гул Земли. Леви тогда принёс две кружки чая в её кабинет. Поставил на стол, пока она копошилась в бумагах. Смотрел на неё, подмечал дрожащие руки и тёмные круги под очками, и думал, как же сильно она устала. А Ханджи, тем временем, делилась различными планами и пыталась выдавить из себя капли энтузиазма. А потом события завертелись со страшной скоростью. Побег Эрена, Йегеристы, взрыв, марлийцы, падение стен, объединение с врагами, полчища колоссальных титанов, огонь... И всё же Леви надеялся, что хоть что-то уцелело. Быть может, ребятам даже удастся что-то найти и привезти. Хоть что-нибудь. Хоть клочок бумаги с её каракулями. Хоть эту треклятую грязную кружку, на которую он всё время ругался. Хоть старые, побитые очки. Впрочем, вряд ли Ханджи бы их хранила. Повезло, если целые находились при ней. А то разобьёт, и ходит, врезаясь в каждый угол. Ведь обзавестись запасными – не судьба. Да и нет времени думать о таких мелочах. Конечно, у него было, вероятно, самое ценное – воспоминания о ней, которых нет ни у кого другого, и которые не украсть. Он знал, что не забудет их. Каждый день невольно прокручивал в голове, выстраивал вновь и вновь, будто стену, ограждающую от реальности. Блок за блоком. Но всё же хотелось, чтобы было ещё что-нибудь от неё, помимо воспоминаний, камня, и этого последнего, вечно стучащего в голове смешка: "Впервые слышу это от тебя." Ветер качнул немного сморщенные стебли цветов, заставляя упасть на мокрую землю несколько розовых лепестков гладиолуса, вперемешку с голубыми ирисами.² – Холодает. Вянут быстрее. Завтра принесу новые. До встречи, Ханджи.