ИПГУ - Спецоперация в Ах-сарах

***

— Алексей.. не закрывайте глаза.. Вы слышите? мы скоро дойдем.. Осталось ещё немного.. — Хриплый и сухой голос был единственным фактором, что оставлял Синеву в сознании и не давал упасть в темноту сознания, пока товарищ нёс его на своей спине. Железное покрытие взрывозащитного экрана покрывалось грязью когда его волокли по мокрой и холодной земле. — б-брось меня.. доставь данные.. мы с- — Слова синевы были прерваны, его громким и кровавым кашлем. Капли крови просочились через ткань балаклавы и упали на плечи униформы товарища. Во рту чувствовался металлический запах и с каждой секундой желание закрыть глаза одолевало его. — Не говорите.. швы разойдутся.. — Слабо сказал товарищ. Его ноги резко подкосились, задевая небольшой камень торчащий из под земли. Под весом Синевы, он свалился на землю и покатился кубарем вниз. Прокатившись пару метров вниз, он влетел лицом в грязь и издал болезненный хрип. Его рука отпустила взрывозащитный экран и оно упало неподалёку от него, впечатываясь тяжело в мокрую грязь. Небо вспороли молнии. Ливень был яростный и неудержимый. Тьма сгущалась с каждой секундой, а дождь барабанил по окрестностям, как будто торопился смыть всё на своём пути. Капли били в лицо и с каждой секундой ситуация становилась хуже. Солдат открыл глаза и с трудом подняв голову, он стал всматриваться в темноту в попытках найти упавшего раненного товарища. Синева лежал неподвижно в пяти метрах от него, под ним скопилась небольшая лужа крови. Швы разошлись и рана открылась, солдат попытался встать но его тело не слушалось. Будто булыжники взвалили на него и не давали двинуться. Зрение мужчины было затуманено от истощения и усталости. Он взглянул на упавшего товарища. «не умирай как они.. кто-нибудь.. умоляю вас..», — Солдат стал через боль пытаться ползти до Синевы, он слабо протянул руку до товарища. — Дайте мне спасти его.. Рука солдата упала на землю и он закрыл глаза, медленно теряя своё сознание, не доползая до Синевы. Дождь продолжал идти, смывая всё на своём пути.

***

Тусклый свет керосиновой лампы дрожит на столе, отбрасывая неровные тени по стенам. В углу неубранное снаряжение, на стуле брошена униформа, пропитанная запахом пота и пороха. За окном воет ветер, настенные часы издают тихий тик с каждым движением стрелок. Синева сидит, сгорбившись над листом бумаги. Перо скрипит, оставляя чёрные, неровные строки. "Погиб при исполнении..." он задерживается на этих словах, будто не решаясь продолжить. В горле ком. В памяти всплывает лицо и улыбка перед последней операцией, шутка, оборванная взрывом. Раздаётся стук в дверь. Мужчина отложил ручку и произнёс тихим тоном. — Войди. — Дверь открылась, в проёме силуэт солдата. Войдя внутрь и сделав пару шагов к столу где сидел мужчина, солдат отдал честь и ответил. — Лейтенант, приказ. К нам определяют нового. Мужчина медленно поднимает взгляд со стола на сол. В глазах отражается усталость. — Уже? — Да. Уже прибыл и занял место в казарме. Но.. Он откладывает ручку, смотрит на незаконченный отчёт затем смотрит на солдата когда тот замолкает. — Но? — Спросил мужчина и солдат скрестил руки за спиной, выбирая слова. — Этот из того отряда — Сказал солдат приглушенным тоном, но Синева расслышал его. Выражение его лица сменилас с удивления на серьёзную хмурость. — Я разберусь. Солдат кивнул и отдав честь, покинул комнату, закрывая за собой дверь. Синева быстро дописывает отчёт и кладёт лист в папку, закрывая её с глухим стуком. Он встал со стула и накинув на себя униформу, вышел из комнаты, направляясь в сторону казармы. «Неужели того отряда..? Разве там не все погибли?» — Мысли Синевы кружились в голове когда он шагал по коридорам базы, не обращая внимания на проходящих мимо солдат. Прибыв в казарму Синева услышал какие-то звуки изнутри помещения. «Хм? Что там происходит?», — Это не было похоже на простой разговор либо уборку, но эти домыслы были прерваны когда изнутри донёсся голос. — Эй ты че творишь?! Он же- — Не успел договорить голос когда раздался глухой удар и падение на пол. Синева быстро положил руку на дверную ручку и открыл дверь, заходя внутрь казармы.

Казармы.

Просторное помещение с высокими потолками, лишенное каких-либо излишеств. Воздух плотный, пропитанный запахом пота, дешевого мыла, металла, кожи и едва уловимого запаха пороха. Металлические койки расставлены в ряд и идут от начала до конца помещения. Ещё не вечер до отбоя, но лёгкий хаос берёт вверх над дисциплиной в этом месте. В центре всего этого стоит молодой солдат и держит за воротник другого солдата, костяшки его пальцев немного запачканы кровью. На полу разбросано одеяло с одной из коек, на нём лежит мужчина и держит сломанный нос. Солдат находящийся в хватке молодого, пытается обеими руками убрать его руку, но тот держит его в стальной хватке. — Встать, Смирно! — Громко и резко произнёс Синева, привлекая внимание всех в казарме. Все, кроме солдата в центре, выпрямились по струнке. Двое пострадавших, с окровавленными лицами, пытались скрыть одышку. Молодой солдат среагировал на голос мужчины и поднял голову, поворачиваясь к нему. Его взгляд упал на стоящего лейтенанта в дверном проёме и их глаза встретились на мгновение. Этой секунды хватило чтобы моментально сделать Синеву напряжённым. Глаза солдата были.. Мёртвыми и пустыми, будто всю жизнь из них вытянули и растоптали. «Вот и он.. Последний выживший отряда "Варяг" Глаз», — Синева остановился перед солдатами и посмотрел на них. — Вы Алексей? — Спросил его Глаз и после небольшой напряжённой паузы, тот кивнул своей головой. Рукава униформы Глаза были завернуты, он поправил маску на лице и отпустил воротник солдата. Он упал на пол с грохотом, издавая тихий хрип. Увидев эту сцену сердце Синевы тут же сжалось в холодный и твёрдый ком. «Даже рука не дрогнула когда избил сослуживца», — Синева подошёл к солдату и медленно помог ему встать с пола. — Объяснитесь, старшина. Что вы тут устраиваете средь бела дня? — Строго спросил Синева, поглядывая на погоны прикреплённые у плеча униформы Глаза. — Они меня раздражали. — Сказал Глаз и скрестил руки за спиной, вставая в стойку. — Вам настолько не терпится в землю что решили начать с товарищей? — Ответил вопросом на его слова Синева. Солдат вставший с пола встал в строй с другими. — Не сочтут за товарищей, товарищ лейтенант. Обсуждали своих мёртвых товарищей. Точнее насмехались. Услышав слова Глаза, Синева медленно перевёл взгляд на двух других. — Это правда? Один из них, младший сержант, потупил взгляд, смазав рукавом кровь с губы. — Мы просто... вспоминали, товарищ лейтенант. Как оно было... — "Вспоминали"? Это так у вас называется оскорблять павших за спиной как крысы, а когда отвечать за свои слова то сразу давать заднюю? — Холодно парировал старшина. Солдаты напряглись и нервно переглянулись между собой. Лейтенант замер на секунду. Гнев сменился ледяной, рациональной яростью. Он видел правду в глазах всех троих. Правду старшины и стыд солдат. — Вы. — Он кивнул на двоих, и встал перед ними, смотря на них сверху вниз. Те стояли с опущенными головами, будто детей которых наказывает старший. — На ночь в наряд. Завтра я с вами поговорю отдельно. К утру будете помнить каждую букву устава о чести мёртвых. Я ясно дал себя понять? — От этих слов солдаты подняли взгляд на лейтенанта и кивнули. Ни кто из них никогда не видели лейтенанта таким злобным. Синева был спокойным человеком, но оскорбление павших товарищей никогда не терпел. — Так точно, товарищ лейтенант! — Прокричали в унисон все солдаты в казарме. — А вы, старшина. — Синева подошёл к нему вплотную и посмотрел ему в глаза. Они смотрели друг на друга, это было проверкой воли. Глаз смотрел прямо в глаза Синевы, напряжение между ними тихо росло. «Даже не вздрогнул. Сразу видно не из робкого десятка», — Синева развернулся и махнул рукой, добавляя к своим словам. — Жду вас в своём кабинете через пять минут. — Синева покинул казарму и закрыл дверь за собой. — Вас понял, лейтенант. — Ответил Глаз ему в ответ, когда тот покинул казарму. В казарме нависла угнетающая тишина, солдаты переглянулись друг с другом. Никто не проронил ни слова, единственным звуком было их дыхание и шуршание одежды. Глаз оглянулся и наклонился, подняв с пола одеяло и начиная заправлять свою койку. Медленно, все солдаты разошлись по своим койкам и вернулись к своим делам. Никто не хотел коментировать сегодняшний инцидент, чтобы ещё больше не получить выговора.

Пять минут спустя.

Дверь в кабинет открылась и Глаз вошёл внутрь. Синева сидел за столом и читал личный файл оперативника, когда тот закрыл дверь и сёл на стул перед столом, он отложил файл в сторону. Они оба посмотрели друг на друга. Синева решил начать простой разговор чтобы узнать нового члена отряда получше. — Сколько? — Двадцать восемь — Почти ровесники. — Значит вам тридцать. — Да. — Ясно. После этого Глаз затих и осмотрел кабинет, между ними ощущалась неловкость и напряжение. Синева пытался прочитать мужчину перед собой, но язык тела Глаза не выдавал о нём ничего. «Это будет сложно», — Подумал Синева и выдохнул, взяв в руку личный файл и начиная его изучение.

***

ИСТОРИЯ СЛУЖБЫ

2010-2011 — Срочная служба. В/ч 54389 (погранвойска). Отличник боевой подготовки. 2012 - По контракту. Младший сержант. Назначен разведчиком и снайпером взвода. 2013 - Сержант. Участие в миротворческой миссии (подробности в приложении №3-А, гриф «Сов. секретно»). Награждён медалью «За отвагу». 2015 - Старший сержант. Приняли в ЦСН, после отбора выявил инициативу для вступления в ИПГУ. Был переведён в европейское подразделение ИПГУ, позже зачислен к отряду быстрого реагирования "Варяг." 2017 - Участие в антитеррористической операции в Северной Европе (подробности в приложении №7-Б). Проявил решимость и инициативу, спас жизни членов отряда. Награждён Орденом Мужества. 2018 - Контузия (Осколочное ранение в районе левого плеча, тяжёлой степени. Ожоги 3 степени. ). При исполнении операции, все члены отряда погибли. (Данные о операции засекречены по приказу №477-ALT. Инциденту дали кодовое имя "Шкатулка"). Солдату был поставлен диагноз ПТСР. Отстранён от службы на неопределённое время. 2020 - Солдат прошёл реабилитацию, и вернулся на службу. После нескольких успешных миссий и спецопераций ему было присвоено звание Старшина.

***

— Слышал, у вас умер член отряда. — Внезапно сказал Глаз и плечи Синевы напряглись. Он поднял взляд с личного файла на старшину и посмотрел на него. Его рука слегка дрогнула, немного сжимая файл. Глаз тихо выдохнул и закончил изучать кабинет взглядом, он посмотрел в ответ на лейтенанта. — Полагаю вам всё ещё тяжело. Соболезную вам. — Ничего.. Много ребят умирают. Каждый хороший солдат на счету, у нас нету времени скорбеть по умершим. — Ответил Синева и тяжело вздохнул, рука всё ещё помнила лист бумаги с отчетом об смерти члена отряда. — О вас ходят много историй. Бесстрашный, решительный и непоколебимый. Как там было? "Белый медведь" вроде. Услышав это Синева лёгко усмехнулся и кивнул головой, вспоминая некоторые случаи с этим прозвищем. — Да. Меня так называли, но мой позывной Синева. — Я Глаз. Просто Глаз — Он закинул одну ногу на ногу и оперся спиной об спинку стула, потихоньку начиная расслабляться рядом с лейтенантом. — Даже имя не скажешь? — Файл у вас на руках. Имею право хранить молчание. Синева покачал головой, это было освещающе иметь такого живого собеседника. Даже несмотря на разницу в звании, Глаз общался спокойно и уверенно. — Ты умный. Что насчёт лица? — Сочту за комплимент. Секунду — Сухо ответил Глаз и поднес руку к лицу. Глаз взял край балаклавы и приподнял её, обнажая шею, нижнюю челюсть и щеки. Все эти области были покрыты шрамами от ожогов, в некоторых частях были видны следы обугливания кожи. Над правой бровью большой шрам. Синева тихо кивнул головой и Глаз скрыл всё обратно. — Думал у вас лицо скорчится от неприязни. Обычно рядовые начинают ссать в штанишки когда видят это. — Сказал Глаз, немного удивленный спокойной реакции Лейтенанта. — Нет, всё в порядке. Я видал и похуже. Главное не внешность, а твои навыки. Синева отложил личный файл оперативника, заканчивая его читать и сложил руки на стол перед собой. — Не буду затягивать, ты снайпер. — И самый лучший которого вы когда либо имели у себя. — Это в какой-то мере может быть хорошо что ты так уверен в своих навыках, но самоуверенность также может привести к провалу. — Хочу подправить. Я не самоуверен. Я просто выкладываюсь на все сто процентов и делаю всë для выполнения поставленной задачи. — Хорошо, мне нравится твой боевой дух и настрой. Такие как ты нам нужны. — Синева встал со стула и протер руки, он протянул руку к Глазу для рукопожатия. Глаз тихо хмыкнул под нос и тоже встал со стула, он схватил руку Синевы, пожимая её в сильной хватке. — Добро пожаловать в отряд, Глаз.

Миссия - "Феникс."

Отряд "Вепрь" получила задание ликвидировать лабораторию по производству нервно-паралитического газа "Новичок-Э", которую террористическая группировка организовала в заброшенном химическом комбинате. Разведка установила, что через 6 часов должна состояться передача партии газа для проведения теракта в столице. Было принято решение о немедленном штурме. Операция прошла на грани провала. Группа столкнулась с ожесточенным сопротивлением. Во время зачистки главного цеха, трое члена отряда "Вепрь" были ранены. Первые двое получили осколочные ранения, третьего задело пулей 7.62 калибра в ногу. Капитан отряда, Алексей Петров (Позывной "Синева), приказал основному составу с раненными товарищами двигаться к точке эвакуации «Гамма» на окраине комбината. Глаз покинул стрелковую позицию и остался с Синевой чтобы добыть данные. После этого связь с Синевой и Глазом была утеряна.

Час назад.

Адреналин от боя начал отступать, уступая место свинцовой усталости. Каждый шаг давался с трудом. Тело Синевы, облаченное в тяжелую броню, казалось неподъемной горой. Пот заливал глаза, смешиваясь с пылью и гарью, стоявшей в воздухе. Запах гари, пороха и едкого, химического. Он въелся в легкие, в одежду, в самую душу. От чего тот слегка кашлял. — Всё.. Должно быть чисто. Данные у нас. Эй, ты там в порядке? — Спросил Синева и посмотрел на Глаза. Глазу было не лучше, его взгляд плыл, а речь была слегка запутанной. Он слишком сильно надышался этим едким газом отчего Синеве пришлось помогать ему идти. Синева и Глаз шагали через длинный, полуразрушенный административный корпус. Разбитые осколки стекла хрустели под их ногами. Как только Глаз и Синева уже были готовы покинуть административный корпус, раздался негромкий щелчок, едва слышный, но знакомый до боли. Звук снятой с предохранителя гранаты. Оба в ту же секунду замерли и развернулись чтобы идентифицировать место звука. Из-за угла торчащей бетонной плиты на него смотрел один единственный выживший террорист. Молодой парень, в запыленной одежде боевика, с диким, полным отчаяния и ненависти взглядом. В его руке была не граната, а куда более страшная вещь – самодельная взрывчатка. Три гранаты, обмотанные скотчем, с грубой деревянной рукоятью. Смертник. — Умри! — Хрипло прокричал парень и бросился вперед. Время замедлилось. Мысли Синевы пронеслись со скоростью пули, принимая решение за долю секунды. Он кинул Глаза назад и быстро разложил взрывозащитный экран перед собой, прикрывая товарища за собой. Оказавшись перед щитовиком смертник ударил самодельную взрывчатку об экран. Раздался оглушительный, сжимающий внутренности взрыв. Сначала все детали взрывчатки. Потом, через долю секунды уже самоделки смертника. Грохот оглушил Синеву. На него обрушился шквал осколков, камней и куска стены. Горячая ударная волна опалила спину. Он был жив, но не в силах пошевелиться, слыша лишь высокий звон в ушах. Глаз издал тяжёлый кашель, уши звенели от взрыва. Голова кружилась и болела, будто она разрывалась на две части изнутри. Внутри его разума творился полный бардак из-за надышанных химикатов и газа. Воспоминания о прошлом которые он желал забыть навсегла стали всплывать наружу.

***

1 День. После выписки из больницы

"В тот день.. Я не помнил ничего кроме тьмы. Я очнулся на больничной койке. Всё лицо покрыто бинтами, капельницы подключены к моему телу. Я единственный выживший. Все кроме меня погибли. " — Было написано в старом дневнике, Глаз сидел за столом и чиркал ручкой слова на листе бумаги. "Док сказал начать ввести дневник, чтобы хоть как-то выпустить пар. Но по ощущениям это как черпать воду используя сито. Бесполезно."

7 День. После похорон

"Я был на похоронах. Их погрузили на 5 метров под землю в гробах.. Хотя осталось ли что-то от них после того взрыва? Я не могу смотреть на эти могилы. Не могу смотреть на наши фотографии. Они ведь столько всего пережили.. Я должен был умереть. Они должны были жить."

143 День. После диагноза о ПТСР.

"Небольшого триггера достаточно чтобы я увидел их образы. Услышал те крики и взрыв. Почувствовал огонь обжигающий моё лицо. Громкое закрытие двери - Выстрел. Хлопок - Взрыв. Звук ключа в дверном проёме - передëргивание затвора. Я всё время нахожу себя на том что проверяю углы в своей собственной квартире. Каждый раз когда слышу шаги за входной дверью то задерживаю дыхание.. Чтобы тот кто издавал эти шаги не услышал меня.. Я.. Теряю чувство реальности." ??? - День. На полу лежал сгоревший до тла дневник. Обложка сгорела а за ней и множество листов хранящие в себе мысли и чувства Глаза. Глаз сидел на деревянной табуретке в кухне. Перед ним стол, который освещается только тусклым светом лампочки свисающей с потолка. Стол покрыт старыми царапинами от посуды и времени, на столе находятся рюмка и небольшая бутылка водки, а также.. Револьвер лежащий по середине стола с коробкой патронов .357 калибра справа от него. Он открыл коробку с патронами и вытащил одну пулю из коробки, бросая её в рюмку. Вскоре он взял рукой небольшой бутыль водки и открутив крышку, начал заливать рюмку. Когда рюмка была полна до краёв, а пуля слегка всплыла, он отложил бутыль и взял рюмку в руку. Он посмотрел на небольшое отражение своего изуродованного лица в алкоголе с пустым взглядом. Глаз залпом выпил всё содержимое и поставил рюмку обратно на стол, его рука потянулась за револьвером. Револьвер оказался в его руке, он открыл барабан и выплюнул проглоченную пулю, вставляя её в одно отверстие для пули на барабане. Глаз прокрутил барабан револьвера другой рукой и закрыл его, он приставил дуло к подбородку. Его взгляд был на стене перед ним, в его ушах было слышно только собственное сердцебиение и неровное дыхание. Он задержал дыхание и поставил палец на спусковой крючок. Спустя пять секунд отчёта, он нажал на спусковой крючок..

Щëлк.

Раздался щелчок револьвера, барабан прокрутился. Глаз положил оружие обратно на стол и оперся об спинку стула. «Эту неделю я живу, осталось дождаться следующей, она точно будет последней», — Его голова начинала пульсировать и знакомая боль подбиралась всё ближе. Перед глазами показались образы членов отряда.

***

— Я Саня. — Представился лысый мужчина в униформе. — Я Алибек. Зови просто Ал. — Представился темноволосый Мужчина в очках. — Я Лиля. Будем знакомы. — Сказала девушка с каштановыми волосами и протянула руку к новенькому. Но блондин быстро встал перед новеньким, не давая ему пожать руку девушке. Он первым хотел пожать ему руку. — Я Кир! Ты кем будешь?. — «Я Глаз..» — После ответа солдат в капюшоне пожал руку блондину. Услышав это блондин громко рассмеялся и оперся рукой об коробку с боеприпасами. — Глаз? Ну ты даёшь, ну а я тогда.. Э-э-э.. Поджелудочная железа! Хахахаха! — Ладно тебе, Кир. Кто не хочет себе такой крутой позывной, я одобряю. — Сказал темноволосый мужчина и поправил свои очки. — Не-не, Ал. Ничего против не имею, просто звучит забавно очень. — Ответил блондин и с улыбкой посмотрел на стоящего перед ним солдата в капюшоне. — Ты выглядишь круто, надеюсь мы с тобой станем друзьями. Буду звать тебя Пацан. Тебе же нравится кликуха? Конечно нравится. Её же тебе дал Я. — Блондин с гордым видом ткнул себя по груди большим пальцем. Остальные члены отряда закатили глаза от его слов. Девушка грубо оттолкнула его в сторону и посмотрела на Глаза. — Не обращай на него внимания.. Он просто.. — Да он просто дол- — Ал не дал Сане договорить и прикрыл его рот рукой. — Дол.. Го не встречал новых членов отряда! И поэтому просто взволнован. Ты уж прости за это, оки? — Девушка снова протянула ему руку и улыбнулась. Ал помахал головой и убрал руку со рта Сани. Глаз тихо кивнул и пожал ей руку. Блондин закатил глаза и встал рядом с Глазом, закидывая свою руку ему на голову. — Да ладно вам, ребзя. Щас мы быстро с ним станем друзьями, будем вас за вашими спинами обсуждать. И да, Пацан. Наш девиз - дружба превыше всего, так что запомни. Друг познается в беде. — Блондин затих, и взглянул на членов отряда с улыбкой. — Так что вставай и иди помогать своему товарищу. — Образ блондина и членов отрядов испарились, и снайпер резко открыл свои глаза. Он начал жадно хватать ртом воздух, быстро убирая с лица обломки стены. «Вы все давно сдохли как мухи.. И где же вы теперь.. "Друзья"», — Глаз смог встать с пола и скинуть винтовку с плеча, начиная хромать в сторону Синевы. «Но..» — Глаз упал на колени перед обломками и стал разбирать их, кидая в сторону. Улыбки и смех членов отряда раздался в голове что заставило Глаза разбирать обломки быстрее и яростнее. Очень скоро лицо Синевы показалось из под обломков, он слабо посмотрел на Глаза. Тот смотрел на него. Из губ Синевы раздавались слабые вздохи. — Я ещё не узнал вас получше.. Алексей. — Сказал Глаз и достал Синеву из под обломков, он вытащил из разгрузки хирургический набор и открыл его. После того как он вытащил все осколки от взорвавшейся взрывчатки из раны, он наложил швы на рану и поднял Синеву на плечи, хватая лежащий экран свободной рукой.

***

Дождь ухудшался с каждой минутой, члены отряда "Вепрь" ждали у точки эвакуации двух своих товарищей. Три раненных члена отряда были внутри машины, пока остальные двое осматривали периметр. — Где капитан? Их нету уже 30 минут после того взрыва, мы должны уже отъезжать! — Спросил один солдат другого. Его голос был напряжённым и нервным, другой солдат старался сохранять спокойствие, но даже он начинал волноваться. — Тише ты. Куда мы отъедем без данных и капитана? Не хватало чтобы ещё и операция была провалена, просто следи чтобы никто не подошёл. Вдруг остались террористы. — Так точно! Прошло ещё тридцать минут.. Машина уже была готова к отъезду из-за того что раненные теряют много крови, именно тогда член отряда увидел вдали силуэт.. Глаз тащил на себе капитана и щит в руке, от этого зрелища у солдата перехватило дыхание. Синева сам по себе был тяжёлым, а полный взрывозащитный набор удваивал его вес. Не говоря уже о щите который весил 60 килограммов. Но несмотря на это Глаз продемонстрировал нечеловеческую выдержку и стойкость, неся на себе всё это. — Б-быстро к ним! — Прокричал член отряда и рванул вперёд к Глазу. За ним последовал другой, и когда они уже были перед ними, Глаз упал на колени и сбросил щит с руки. Он смотрел в землю с уставшим взглядом, но он знал. Миссия выполнена и самое главное - Синева жив, данные у них. — Вот видите Алексей..? Я ведь говорил что мы дойдем.. А вы мне не верили.. — После этих слов Глаз потерял сознание, его успели словить члены отряда. Синева тоже был на грани сознания, и когда услышал его слова он тоже позволил себе закрыть глаза.

***

Синева пришёл на стрельбище. Запах пороха и пота стоял в воздухе, а по всему полю разносились звуки выстрелов. Глаз лежал на земле со снайперской винтовкой в руках. Капюшон его униформы покачивался на лёгком ветру, наушники были надеты поверх капюшона. Сошки были расставлены на нужное положение, прицел был настроен. Он зарядил магазин в винтовку и передëрнул затвор, вводя патрон в патронник. Глаз зажал дыхание и нажал на курок. Раздался выстрел, пуля со свистом пролетела через поле и попала в центр мишени. Он быстро передëрнул затвор и гильза вылетела из патронника, вводя новый патрон. Сделав ещё шесть выстрелов он вытащил пустой магазин из винтовки и отложил её. Синева подошёл к нему и наклонился, тот увидев его, снял наушники. — Тренируешься? — Спросил Синева, посмотрев вниз на него и скрестив руки перед грудью. Глаз перевернулся с живота на спину и посмотрел вверх на него. — Да, в отличие от вас. — Ответил Глаз и поправил капюшон униформы рукой. — Опять остроумничаешь? Не считаешь что дерзишь старшему по званию? — Нет. Для вас это полезно. Синева посмеялся и сел на землю, рядом с Глазом. Они оба смотрели на небо, каждый был в своих мыслях. — Тебе кто-нибудь говорил что ты грубый? Но в тоже время довольно таки уважительный. — Оо, вы меня ещё с иностранцами не видели. Там вы увидете всю мою "уважительность." — Хаха, надеюсь что до этого не дойдёт. — Ответил Синева. Глаз опустил взгляд с неба и посмотрел на него со спокойным выражением лица, он снял с головы капюшон и слегка склонил голову. — Спасибо что спасли меня тогда, Капитан. Я хотел бы как-то отблагодарить вас. Синева посмотрел на Глаза и улыбнулся, хлопнув его по плечу. — Это моя обязанность. Но полагаю в благодарность мы можем общаться на "ты". Мы ведь друзья, так ведь? Глаз поднял голову и посмотрел в глаза Синеве, уголки его рта приподнялись под маской. — Конечно, Алексей.

***

Все эти воспоминания о давно минувших днях проносились в голове Синевы, когда он услышал звуки работы снайперской винтовки снаружи здания малой подстанции. «Неужели это..» — Солдат гвардии Ах-сарах замертво упал на землю и в воздухе нависла тишина. Хакклоу и Вайрон переглянулись между собой. — Синева.. Кто там снаружи? — Тихо спросил Вайрон. Снаружи с улицы раздался шелест травы и последовавший за ним, звук шагов. Дверь открылась с тихим скрежетом и в проёме показалась тень в капюшоне. — Ты снова попал в какую-то передрягу, Лёха? – Этот голос был таким же хриплым и тихим каким он его помнил, но в этот момент он казался лучшей поддержкой которую он мог только получить. — Виктор.. Это ты? — Спросил Синева. Глаз вошёл внутрь здания и закрыл дверь за собой. — Прямо перед тобой. Во всей красе. — С сарказмом ответил Глаз и окинул взглядом трёх оперативников перед собой. Он повесил СВ-98 на плечо и поднял руку к капюшону КПС, сняв его.

— Давно не виделись, "Белый медведь."