Мой ненормальный герой

Когда последняя пара закончилась, кампус начал стремительно пустеть. Студенты шумно собирали вещи, переговаривались между собой, кто куда — кто домой, кто в кафе, кто на вечеринку. А я осталась сидеть за своей партой, уткнувшись в блокнот. Работа по курсу требовала доработки, и я прекрасно понимала, что если не закончу сейчас — потом просто завалю дедлайн. Инно уже давно ушла, прежде напомнив мне, что мы договорились встретиться на выходных. Я кивнула и пожелала ей удачи. Осталась одна. Ну, почти одна. Спустя минут двадцать я всё ещё черкала в тетради, пытаясь структурировать мысли, когда услышала шаги. Я подняла голову — и не удивилась, увидев Какаши-сенсея в дверях. — Ты ещё тут? — его голос, как всегда, был спокоен. Он не заходил в кабинет, просто стоял, будто раздумывая: уйти или остаться. — Да, нужно кое-что доделать… — ответила я, слегка поёживаясь от прохладного сквозняка. — Я понимаю, уже поздно, могу сама закрыть класс. Он немного помолчал, потом наконец переступил порог и, как бы невзначай, бросил: — Вечером здесь довольно пусто. Неуютно, наверное, одной. Я хмыкнула, но не стала отрицать. Правда была в том, что мне действительно становилось тревожно в почти безжизненном здании университета, когда гул голосов стихал, а за окнами сгущались тени. Какаши прошёл к подоконнику и облокотился на него, достал из кармана книжку, ту самую, и мельком взглянул на неё, как будто проверяя — не испарилась ли. Я сдержала смешок, вспомнив недавнюю "встречу" с её содержанием. — Можешь продолжать, — сказал он спустя пару минут. — Я немного посижу. Всё равно никуда не спешу. Что-то тёплое разлилось внутри. Не потому, что мне было страшно — просто его присутствие действовало странно… спокойно. Будто он — это такая тихая защита. Без слов, без обещаний, просто… есть. Я кивнула и снова опустила глаза в тетрадь, но теперь моё сердце билось немного чаще. От его голоса. От его взгляда, когда он на секунду задержался на мне. От того, что он остался. Я пыталась сосредоточиться на формулировках, но мысли всё время соскальзывали — то на странную тишину в аудитории, то на лёгкий шелест страниц, который издавал Какаши, переворачивая страницу своей книги. Было почти уютно, но в этой тишине каждый звук казался чересчур громким. Моя ручка соскользнула с парты и упала на пол. Я потянулась за ней, но в тот же момент Какаши поднялся со своего места — и наши руки встретились. — Ой... — вырвалось у меня. Мы оба на долю секунды замерли, пальцы почти касались друг друга. Я чувствовала тепло его кожи — и всё внутри будто сжалось. Взгляд в глаза — не долгий, но цепкий. Я отдёрнула руку чуть быстрее, чем хотела, пряча смущение за полуулыбкой. — Спасибо, — пробормотала я, беря ручку из его руки. Он кивнул, вернулся на своё место и снова открыл книгу, но... я чувствовала: момент всё равно остался в воздухе. Тонкий, незначительный, но отчётливо живой. Я попыталась снова сосредоточиться, но внутри всё пульсировало, как будто он затронул не только мою руку, но и что-то глубже. Чувства ещё не оформились, но я уже начала смотреть на него иначе. Не как на просто куратора. Не как на человека, который отвечает за нас по расписанию и ставит подписи. Что-то менялось. Незаметно. Опасно. Приятно. Он посмотрел в мою сторону, уловив, наверное, мой взгляд. — Хочешь, принесу воды из автомата? — спросил он почти буднично, но в голосе была эта его... мягкость. — Нет, всё в порядке, — ответила я. — Я уже почти закончила. — Хорошо. Тогда подожду, чтобы вместе выйти. Уже совсем стемнело. Он снова уткнулся в свою книгу, как будто всё это ничего не значило. А у меня в груди будто зазвенело. Я окончательно запуталась — в себе, в нём, в том, что между нами. Но было ясно одно: Эта ночь — переломная. Я уже не смогу смотреть на него, как раньше. Мы вышли из университета, когда улицы уже начали затягиваться мягкой дымкой вечернего воздуха. Свет фонарей ложился на асфальт, а прохлада приятно бодрила, после затхлого воздуха здания. Мы шли рядом, почти молча, но мне не было неловко. Как будто… это молчание было уместным. — Тебя проводить? — спросил Какаши, не глядя прямо, но внимательно. Я коротко усмехнулась: — Это звучит иронично, учитывая, что ваш дом в двух домах от моего. Он кивнул. — Но я всё равно спрошу. Мы пошли рядом. Тихо. Без слов. Удивительно, но в этом молчании не было неловкости. Напротив — что-то почти уютное. Уже у его двери он остановился, повернувшись ко мне: — Ну, значит, до завтра. — До завтра, — кивнула я, хотя завтра ничего особенного и не было. Просто... день. Просто выходной. Он чуть кивнул, уже потянулся к двери, но вдруг обернулся: — И да, Сакура. — М? — Тебе идёт быть внимательной. Особенно к себе. Я моргнула. А потом он скрылся за дверью. И я осталась стоять. Несколько секунд. Как будто... мне это не показалось? Или показалось? Чёрт. Я всё ещё чувствовала его пальцы. Едва-едва. Но точно.