Мой ненормальный герой

Сакура старалась быть незаметной. Изо всех сил. Неделя прошла в молчаливом игнорировании и коротких взглядах, которые она быстро отводила, стоило Какаши посмотреть в её сторону. Он не настаивал. Он наблюдал. Ждал. И чем дольше она избегала, тем сильнее он ощущал, как что-то внутри неё тонко надламывается. И вот сегодня, на лекции, он всё понял. Сакура сидела, едва держась за край стола, её пальцы побелели от напряжения. Потом медленно облокотилась на ладонь и прикрыла глаза. Какаши, объясняя материал, бросал на неё всё более тревожные взгляды. И в какой-то момент она пошатнулась. Губы побледнели, лоб покрылся испариной. Он молниеносно оказался рядом. — Харуно, ты в порядке? Сакура не ответила. Она просто сидела, уткнувшись в локоть, как будто всё вокруг расплылось. — Пошли. Немедленно. Он обхватил её за плечи, мягко, но уверенно поднял на ноги. Она не сопротивлялась — не могла. Он помог ей выйти из аудитории, при этом внимательно следя, чтобы она не потеряла равновесие. Несколько студентов обернулись, но Какаши не обращал внимания. --- У медсестры он остался снаружи, в коридоре. Постоянно поглядывал на дверь. Спустя десять минут она вышла — тихая, всё такая же бледная, и даже чуть извиняющаяся. — Всё нормально, просто перегруз и стресс, — пробормотала она. — Сказали отдохнуть. Может, пару дней. Какаши не стал спорить. Лишь кивнул и протянул руку: — Я отвезу тебя домой. — Я дойду сама... — Не глупи, — голос был резкий, но сдержанный. — Ты едва стоишь на ногах. --- Машина встретила их тишиной. Он завёл двигатель, пристегнулся. Повернулся к ней, собираясь спросить адрес, но Сакура уже склонилась к окну. — Ко мне, — сказал он после короткой паузы. — Я за тобой присмотрю. — Какаши-сенсей... — Просто — Какаши. Она хотела возразить, но не смогла. И даже не потому, что была слаба — просто в его голосе была та твёрдость, с которой спорить бессмысленно. --- Квартира Какаши встретила её тишиной и запахом кофе. Он включил свет, помог ей с курткой и проводил в гостиную. — Полежи. Я принесу воды. Сакура села на мягкий диван, вглядываясь в полки с книгами и редкие личные вещи, расставленные по комнате. В этом пространстве было всё — строгость, порядок и... покой. Что-то в этом месте заставляло её сердце биться чуть иначе. Когда он вернулся, она взяла стакан обеими руками. Тишина между ними была насыщенной. Давящей. — Прости, — вдруг сказала она. — Я не хотела... Он опустился рядом, не близко, но достаточно, чтобы она почувствовала его взгляд. — Перестань. Хватит извиняться, Сакура. Она сжалась, потом посмотрела на него: — Вы же сделали вид, будто ничего не произошло. Я думала... я надеялась... — Я испугался. — Он смотрел ей прямо в глаза. — Да, я испугался. Потому что я — преподаватель, ты — студентка. Потому что ты моложе. Потому что так не должно быть. Но я всё равно думаю о тебе. Постоянно. Сакура стиснула зубы, глаза налились влагой. — Тогда зачем вы отпустили меня той ночью? Он медленно выдохнул. Его пальцы сжались в кулак. — Потому что боялся, что если позволю себе хоть шаг — то уже не остановлюсь. Молчание. — Тогда не останавливайтесь, — прошептала она, не отводя взгляда. И в следующий момент их губы встретились. Осторожно. Сначала — как будто проверяя: можно ли. И только потом — глубже, ближе, сильнее. Он всё ещё пытался сдерживаться, но её губы, её дыхание, её дрожащие пальцы на его груди делали это невозможным. И всё же — он остановился. Не потому, что не хотел большего. А потому что теперь — хотел правильно. Сакура тоже чуть отстранилась, но не ушла далеко. Их лица по-прежнему были слишком близко, дыхания переплетались в общем ритме. Щёки её пылали, но глаза уже не прятались — она смотрела на него открыто, с каким-то мягким светом внутри. — Кстати... — выдохнула она, слегка улыбаясь. — Я только что поняла... Я же первая из аудитории, кто видел тебя без маски. Ещё и не один раз. Он приподнял бровь, хмыкнул: — Ты, кажется, даже не осознавала этого тогда. — Конечно, нет! — Она чуть рассмеялась, хотя в голосе всё ещё чувствовалась дрожь. — Я думала только о том, как бы не упасть. И чтобы ты не заметил, насколько у меня всё внутри переворачивается каждый раз, когда ты рядом. Он посмотрел на неё чуть дольше, чем нужно. Потом вдруг сказал: — И всё же... не жалеешь, что увидела? — Нет, — ответила она сразу. — Это было… слишком честно, чтобы пожалеть. Пауза. — Ты красивый. Даже слишком, как для преподавателя. Какаши усмехнулся, но не ответил. Лишь медленно поднялся с дивана. — Подожди здесь. Принесу тебе плед. Она наблюдала, как он уходит в спальню. Что-то внутри неё уже не сомневалось — он ей больше не просто "нравится". Это было нечто куда сильнее, чем влюблённость студентки в преподавателя. Она чувствовала себя спокойно только рядом с ним. Только в его доме. Только в этой тишине. Он вернулся и аккуратно накинул на неё тёплый плед. Подтянул подушку, придвинул воду. Всё молча, бережно. И уже собирался уйти, как Сакура схватила его за запястье. — Не уходи ещё. Побудь рядом. Только чуть-чуть. Он на секунду замер, потом кивнул и сел рядом. Не обнимая, не касаясь. Просто рядом. Тишина между ними больше не была неловкой. Она стала спокойной, почти домашней. Сакура медленно прикрыла глаза, прижавшись щекой к подушке. — А знаешь... — пробормотала она, уже почти засыпая. — Если бы это было неправильно... Наверное, не ощущалось бы так правильно. Он смотрел на неё долго. Слишком долго. И впервые позволил себе прикоснуться — не к телу, нет. А к прядке её волос, мягко убрав её со лба. — Спи, Сакура, — прошептал он. — Я побуду рядом.