Легенда о воздушном змее

(Записано Курильщиком со слов Стервятника). Есть вещи, о которых не говорят. А есть такие, о которых ну просто никак нельзя умолчать. Вся штука в том, что чаще всего это одни и те же вещи. Так говорит Табаки, а он, что бы не говорили несведущие, никогда не бросает слов на ветер.  Воздушный змей - как раз одна из таких вещей. Вещь - напоминающая о предыдущем выпуске. Ему уже больше семи лет. Для воздушного змея - очень солидный возраст. Он, можно сказать, уникальный по своей природе долгожитель. Хотя, змей уже очень давно не выглядит живым. Так, собирающая пыль окаменелость. Устрашающая тень прошлого, годная лишь на то, чтобы пугать несведущих новичков. А когда-то он был загадкой, тайной, завораживающей и манящей нас всех своими пестрыми боками. 

***

В ту ночь мы спали урывками, потому что сложно уснуть когда в Доме твориться такое. Мы не слышали криков или топота, потому что мягкие стены клетки глушили любые звуки. Но мы чувствовали, что совсем рядом с нами происходит что-то необычайно важное, захватывающее и страшное. Вскрыть дверь не было никакой возможности. Нас тщательно обыскали перед тем, как запереть здесь, потому что знали - пронеси мы в клетку хоть одну отмычку, и нас не удержат никакие двери.   Когда утром никто не принёс для нас завтрак, мы с Максом поняли, что про нас забыли, и начали волноваться ещё сильнее. Выпустили нас ближе к полудню.  Коридоры притворялись такими, как обычно, но мы сразу поняли, что что-то не так. По одуряющему запаху хлорки и вылизанному до блеска полу. Таким чистым я его не видел никогда - ни до, ни после того странного утра. На перекрёстке было тихо. Полы здесь тоже были чисто вымыты, но отмыванием стен почему-то никто не озаботился. Макс подошёл к одной из них, и колупнул ногтем большое бурое пятно. Эти пятна были повсюду. Где-то совсем маленькие, размером с родинку, где-то - величиной с арбуз. Я взглянул на перекресточный диван: его обивка была темно-коричневой, но даже не ней можно было заметить эти уродливые бурые пятна. За диваном, притаившись словно кот в камышах, одиноко стояла чья-то коляска. Старая, с погнутыми спицами, увешанная множеством амулетов. Коляска Мавра. Без хозяина она выглядела так сиротливо и одиноко, что смотреть на неё было больно. Поэтому я отвернулся и уставился в окно. Окно было настежь распахнуто, солнце слепило глаза, а на фоне пронзительно синего неба трепетал алый, как пламя, воздушный змей. Я почему-то тогда даже не удивился тому, что он висит там, в воздухе, прямо напротив окна. Прикинул только, смогу ли дотянуться до него, если вытяну руку в окно, а потом забрался на подоконник. Я бы, наверное, упал и расшибся, если бы чья-то рука не схватила меня за шиворот, и не втянула обратно. Это был Ральф. Выглядел он ещё более хмурым и мрачным, чем обычно. Он был чем-то сильно озабочен, и даже не стал на меня ругаться, просто прогнал нас с Максом в стайную.  Остальные уже были там. Все, кроме Кузнечика и Слепого. Возбужденные и растрепанные.  -Ну что, вы его видели? - заорал с порога Вонючка.  -Кого видели? - удивленно спросил Макс.  -Змея! Змея видели? Они через него ушли, я вам говорю! Все они! - не унимался Вонючка.  -Все те, кого не зарезали, ты хочешь сказать? - мрачно спросил Спортсмен. -Его там не было, - тихо произнес Горбач, - Когда мы пришли, не было. -Почём тебе знать, было или не было? Ты что, пялился в окно? Наслаждался утренними пейзажами, когда остальные ужасались виду кровавого побоища? - горячился Табаки.  Горбач промолчал.  -Но ведь тебя там вообще не было, откуда ты можешь знать? - возмутился Фокусник.  -Он там был. - отрезал Табаки, - Когда я пришел - был.  Он потом ещё много раз повторял это. Что старшие привязали змея к перилам крыльца, а когда настало время, прыгали в него. Потому что запущенный ими змей был дверью в другие миры. Сначала это казалось какой-то глупостью. Наверное потому, что ещё слишком свежо было воспоминание о том утре. О лужах крови и мертвых телах на перекрёстке и в коридорах. Но со временем все начало меняться. Пятна на стенах закрасили, поменяли обивку на перекресточном диване. Воспитатели перестали упоминать о произошедшем. Воспоминания начали стираться и блекнуть. И только воздушный змей, которого Табаки притащил с улицы, и пришпилил к потолку, был все таким же ярким.  Когда кто-нибудь из новичков спрашивал нас, что произошло с предыдущим выпуском, мы отвечали, что они ушли в другие миры. Что их унёс туда этот воздушный змей. Потому, что есть вещи, о которых нельзя говорить вслух. И то, что случилось той ночью - одна из таких вещей.  А змей… знаешь, может он и правда волшебный. Только через несколько лет Волк сказал мне, что Табаки сам привязал его к крыльцу во время всей той утренней суматохи.