Я скучаю по тебе

Испытывать влюблённость к лучшему другу, без возможности побыть одному, та ещё пытка, и Коля терпел её, когда они с Эдиком жили вместе, буквально в одной съёмной квартире, а единственныое, что их разделяло, это тонкая, будто картонная стена, которая редко спасло, ведь они почти всегда проводили время вместе. Железняк любил дни, когда они с его другом были порознь, не смотря на то, что одновременно с этой благодарностью, он сильно скучал по родному плечу рядом. Быть одному не было хорошим спасением, в это время, Коля, если не писал музыку, думал о тех моментах, проведённых с Крайним. Приятным теплом отдавалось где то в груди разделять свое существование с таким родным и близким человеком, и если не виделись день, то как привычка для них уже было закуривать по сигарете с ментолом каждый вечер, наблюдая, как город засыпает, как солнце уходит за горизонт медленно и постепенно передавая свою власть Луне, яркой на фоне тёмного звёздного неба, такой же яркой, как непреодолимое желание переступить грань их с Эдом дружбы и поцеловать того прямо на этом балконе, раскрыть и признать свою к нему недружескую любовь. Но Коля не хотел признавать эти чувства, признавать, что ему нравится собственный друг, нет, он не был гомофобом, но чтобы ему самому нравились парни, нет, это он допускать не мог, и пытался на зло себе избегать, не думать об этой влюблённости. Потому, когда они с Крайним наконец то разъехались, Юг был действительно очень рад, ведь теперь сможет на расстоянии от причины его головной боли и трепетного ощущения где то на уровне его сердца избавиться от неё, избавиться от чувств, избавиться от Эдика. Пытаясь выбросить из себя влюблённость к лучшему другу, Железняк решил сократить их встречи до минимума, оправдывая самому себе такое отношение к некогда самому близкому человеку тем, что живут они теперь порознь, работа, новые коллеги и знакомые, появившиеся в связи с переездом в крупный город и культурную столицу Санкт-Петербург. Так, постепенно, любовь вроде бы и вправду сошла на нет, как и дружеские отношения с Эдиком. Отныне они с ним были лишь коллегами по творчеству, знакомыми, прошедшим бок о бок через большинство трудностей, знающими друг о друге слишком много, чтобы быть ими, но учитывая многие месяца с их последней, дружеской встречи, быть друг для друга более чем хорошими знакомыми они, как думал Железняк, не могли. Юг слишком погрузился в творчество, в новых друзей и прочих личностей, как и Крайний собственно. Но как бы Коля не любил свою нынешнюю близкую компанию, он все ровно ощущал, что рядом нету чего то до боли знакомого и родного. Это чувство начало преследовать его ещё полгода назад, когда Железняк вернулся со своего тура домой и погрузился наконец то в отдых, свои мысли и планы. Вот и сейчас, в компании друзей и коллег на какой то хате, которую снял один из них, Коле действительно комфортно, но он понимает, что ему не хватает этого самого родного, кого то родного, понимает, что не хватает Эдика. Чувствует, что скучает по нему, скучает больше чем по кому либо. В нем начинает преоблодать неимоверное желание поговорить с Крайним, просто побыть с ним рядом. Юг знает, что здесь он присутствует, ведь отчётливо помнит как здоровался с ним ещё в самом начале, но за общим столом его нет, нет уже давно, когда все отошедшие возвращались минут через 10, Эдика уже не было примерно полтора часа, и, видимо, он и не собирался появляться. Коля начал думать, что Фрик Пати вполне мог уже уехать, ведь за разговорами был не сильно активен, но все таки надеялся, что тот все ещё здесь, поэтому решает задать вопрос. - Кстати, а где Эдик, он же типо отходил, но чёт и не вернулся, - спрашивает Железняк, получая на это вполне логичный ответ. - Ну, может уехал, а может на втором, не знаем, не следили за ним. Такая информация устраивает Колю, ведь он совсем и забыл о существовании второго этажа, и он встаёт из за стола, за которым после его вопроса продолжилась разгоряченная беседа, люди в которой вовсе не замечают покидающего их Юга. Он поднимается на второй этаж по деревянной лестнице, сразу направляется в дальнюю комнату, в ней единственной из под щели внизу сочился в коридор тусклый свет. Стучится, мало ли, вдруг там не Крайний, а какая нибудь, решившая уединиться пара. Но нет, из комнаты раздается голос, который Коля узнает из тысячи, именно того, которого искал, ради которого ушёл с общего веселья, разрешает войти. Железняк на секунду улыбается, перед тем как заходить. Открывает дверь, сразу же закрывая обратно после. Видит Эдика, мирно сидящего на кровати, уставившегося на него, ожидая какого нибудь вопроса или информации. - Чего тут, а не со всеми? - спрашивает Коля, чтобы начать хоть какой то диалог и узнать, почему же реально Крайний покинул их, но при этом не уехал к себе домой. - Решил один побыть, тут тихо и спокойно, - отвечает Эдик. Смотрит снизу вверх, мягко, немного сонными глазами. Юг ловит себя на мысли, что этот взгляд ему до безумия нравится, он слишком уютный и родной, чтобы не заострить на нем внимание, сразу пытается отбросить у себя эту мысль из головы, но попытки тщетны, Коля поддаётся ей, продолжает смотреть на Эдика и подмечает, какой же он все таки красивый сейчас. - А можно с тобой? - задает вопрос Железняк, желающий остаться с Эдом наедине, в такой умиротворенно-комфортной обстановке. - Конечно, - разрешает Эдик, перед этим приподняв брови от легкого удивления. Кивает головой, указывая на место рядом. Юг опускается на кровать возле Крайнего, смотрит в окно, за ним красиво, ночь, темный лес в дали, природа, звездное небо, тихо, спокойно, уютно. Из за света настольной лампы в окне слегка отображается комната, сам Коля, Эдик за ним, который продолжил смотреть что то в телефоне. Железняк думает, что надо бы наверно о чем нибудь поговорить, ему конечно комфортно и так с Крайним, но еще больше хочется узнать, как он вообще жил и живет, ведь Коля уже как 2 года не интересовался им вовсе, погруженный в свои дела и проблемы. - Как ты вообще? Что нового? - спрашивает Юг переводя взгляд на парня возле. - Я как? По тихоньку, в принципе у меня всё обычно, даже более тихо, после того, как мы разъехались, а так все меня устраивает относительно, песни пишутся, стримы стримятся. Ты то как? - в ответ интересуется Эдик, переводя взгляд на Колю. Железняк немного смущается, в ответ уводит взгляд куда то в сторону, уж слишком близко они сидят, слишком красив Эдик в теплом слабом освещении лампы, слишком завораживающие его темные глаза. - Да все также в принципе, только наоборот, еще неспокойнее живется, туры, вписки, - делится Коля, на последнем слове немного усмехаясь, называя их времяпровождение с друзьями "вписками". Эдик тоже выдает легкий смешок, продолжает смотреть то на профиль Юга, уставившегося куда то вниз, то на чарующий вид за окном. Коля недоговаривает, недоговаривает, что его не всё устраивает, в отличии от Эдика, его не устраивает отсутствие Эдика в его жизни. Раздумывает, говорить или нет. Ведь скорее всего, если он не скажет, то продолжить скучать по Крайнему, не находя в себе решительности написать ему и позвать куда либо просто так, одного, как раньше, а когда выдасться такой момент еще раз? А если скажет, то, шансы на что то есть ведь, так? Коля решается. Он поднимает взгляд, смотрит прямо в глаза тому, мягко, но серьёзно. - Эдик, а я скучаю по тебе, - Юг опять отводит взгляд, сначало в бок, потом вниз, начинает разглядывать покрывало, кровать, пол, не хочет знать реакции, ему становится стыдно от слов, хоть они и были сказаны искренне, сказаны человеку, который его всегда понимал и слушал, никогда не отталкивал, но мало ли что могло измениться за такой промежуток времени. Ничего, Эдик не промолчал, не тем более ушел, о чем Коля представлял в самом нежелательном исходе. Крайний придвинулся ближе, обнял, нежно, с опаской, наверно думая, что Железняк имел ввиду немного другое, но нет, не ошибся, именно этого и не хватало Коле. Он обнял его в ответ, положил голову ему на плечо, обнял крепко, давая понять Эдику, что соскучился он по нему больно сильно, не желал отпускать. Прижался сильнее, вдыхая аромат, такой родной, такой узнаваемый, Эдик не изменял своим вкусам, пользовался тем же гелем для душа, тем же шампунем, теми же духами, тем, чем раньше пользовался и сам Юг, когда они жили вместе, экономя почти на всем. - Я тоже скучал, сильно, ты даже представить не можешь как, когда ты начал отстраняться. - признался Крайний, Коле стало стыдно, стыдно за то, что без нормальных объяснений начал по настоящему избегать, игнорировать не только свою влюблённость, но и самого Эдика, а чувства, оказывается, так и не получилось избежать, они снова вспыхнули в нем, Железняк снова ощутил приятное тепло в груди, эти чувства не покидали его и, видимо, не собирались, были просто забыты, заглушены бесконечной работой и турами, весельем с другими, которое при этом не давало Коле почувствовать себя радостным по-настоящему полностью. Лишь в объятьях любимого, родного, понимающего человека он был счастлив до конца, зная, что его не оттолкнут. Юг идет на еще один шаг. Он разрывает крепкие объятия, но лишь на несколько секунд, чтобы мельком взглянуть в глаза Крайнему и сразу прикоснуться к его губам своими. Эдик не отталкивает, отвечает, дает углубить поцелуй, продливая этот желанный момент, желанный обоими, желаемый обоими не только сейчас, но и несколько лет назад, когда они уживались вдвоем в небольшой съемной квартире, проходя через трудности, помогая другу, и, уживаясь, доверяли друг другу как себе, за исключением одного чувства, что не смогли выкинуть из себя оба, лишь запрятать глубоко внутри, один, работой и проведением времени с другими, второй, также работой, а еще и обидой за то, что его бросили и забыли, эту обиду он внушил себе сам, внушал, что на самом деле не нужен был Коле, и был лишь удобным человеком, чтобы не выживать в одиночку. Теперь же, это самовнушение быстро разбилось в дребезги, когда Железняк сам пришел к Эдику, сам остался, сам поинтересовался его жизнью, и сам признался. Конечно, об этом они друг у друга узнают позже, когда решат поговорить по душам, а пока, они наслаждаются компанией друг друга, любовью друг друга, которая не могла вырваться наружу несколько лет, и вот теперь наконец они оба признали ее и никогда больше не будут прятать это тёплое чувство в себе.