Правильно

Вальд абсолютно точно не в порядке. Каждый день слышать гудение труб — уже в порядке вещей, но вот Стелла... Её говор выводил из себя и хотелось заткнуть либо ей рот, либо себе уши. Но ни то, ни другое особо не помогало. Лишь встречи с его Принцессей приносили счастье. Лайя стала для него тем лучиком надежды. Спасением. И Вальд искренне её любил. Да, сначала это был глупый флирт, как и со всеми. Но Лайя... Она другая. Она многогранная. Не как те девушки, с которыми Вальду приходилось иметь дело раньше. С ними хотелось провести лишь ночь,, а с Лайей всю жизнь. Тем более время у них не ограничено. По крайней мере, Вальд так думал до привязки Лаетаны. Это пугало. Вальдхару страшно было предположить, что его принцесса может погибнуть от банальной старости. Но... Они ведь что-то придумают, правда? Без этой глупой процедуры отвязки. Нужно дождаться Ло, он ведь умный! Точно что-то придумает. В академии всегда же придумывал. И тут сможет. Правда ведь? С момента как Ло ушёл, Вальдхару было очень одиноко в этом огромном бункере. Лайя появлялась редко, но каждый встрече он был несказанно рад. Сейчас же жила с ним, потому что теперь и Лаетане было плохо от влияния времени, а бункер оставался единственным безопасным местом. На одной из вылазок, Вальд на руках её, потому что девушка начала задыхаться. Честно? Вальдхар в тот момент хотел отдать ей свой костюм, правда это быстро пресеклось самой Лаетанной. Здравый смысл включился. Если Лайе просто больно, то Вальдхару было бы невыносимо. Тот бы просто сошёл с ума. Может выхватил пистолет и прострелил себе голову. Благо, что этого не случилось. Жизнь стала налаживаться. Потихоньку, маленькими шажочками. Вальд обнимает Лайю, а та в ответ неловко кладет на того одну руку. Но это ведь прогресс? Только вот, в голове у девушки бардак. Это не Тристан. Но её тянет к этому болвану. Нельзя. Тристан точно жив. И Лайя должна оставаться ему верна. — Принцесса, знаешь, я без тебя бы тут не смог, — говорит Вальд однажды — этот мир без тебя такой мрачный. Поэтому не оставляй меня, хорошо? — и Вальдхар протягивает ей мизинец — Что ты делаешь? — У нас в Архее, — говорит Вальд и горестно улыбается — так подтверждается клятва. Клятва на мизинчиках. Лайе странно от такого жеста. И больно где-то в груди. Вальдхар выглядит таким хорошим в этот момент, вспоминая свое прошлое. Лайетана тоже бы хотела иметь хоть какую-то связь со своим миром. Но единственное, что она может так это изучать родной мир Ло и Вальда. Может... Этот мир. Архей может стать для неё родным? С Вальдом она чувствовала себя спокойно. Хоть в голове иногда и проскальзывала мысль о том, что тот лишь издевается над ней, но несмотря на это все... Он ей нравился. Как человек! Не больше. Большее она не могла себе позволить. Потому что её сердце должно принадлежать лишь Тристану. Она не предаст его никогда. Потому что он не предал её. Все эти протеворечивые чувства останутся с ней надолго. Сейчас же Лайя предпочитает их подавить, протягивает руку с оттопыренным мизинчиком и пожимает чужой. — Не оставлю, — говорит она уверенно. В душе куча сомнений. Врать друзьям плохо, но это ведь для их же защиты, верно? Вальд щурит глаза и улыбается уголками губ. По телу расплывается приятное тепло. Лайя для него и правда спасение от всего плохого. Одно появление девушки может скрасить месяца одиночества. Мироходец действительно слишком слаб перед ней. Вальдхар ни о чем не жалеет. Одно её слово и он сделает что угодно. И организацию разгромит и отдаст ей свое сердце. Всё что угодно его принцессе. Лайя сходит с ума. Ей плохо. Она отвыкла от большинства человеческих переживаний. Тех самых... Глупых и приземленных, таких как старение. Отвыкла видеть морщины. Она не хотела их видеть! Слезы скатывается по лицу, когда она замечает все больше морщинок. Седой волос теперь не кажется такой проблемой. Его можно... Закрасить? Выдернуть! Но куда спрятать лицо? Сама бы она не заметила. Эти изменения помечает Вальд. И от этого ещё хуже. Он слишком внимателен! Или это снова очередная издевка, чтобы довести её до ручки? Только Вальд заботливо обсуждает это с ней. И Лайя плачет ему в плечо. Слишком расчувствовалась, такое нужно прекращать. Желание выйти на улицу без костюма и умереть около выхода все выше. Она не справляется. Ей плохо. Хочется домой. Хочется... В синклит? Это её дом? Лайе страшно от этой мысли, но какая же она привлекательная. Там... Стабильность. Отвязаться второй раз? Это необходимость! Иначе она умрёт. И умрёт не в схватке. Умрёт не как подобает принцессам, а от старости! Она будет отвратительной, страшной и старой! А претерпевать изменения в своём теле... Действительно пугает, когда целую вечность ты выглядишь прекрасно. Лайя говорила Лололошке о том, что мироходцы только и делают, что убегают от проблем. О том, что им все даётся легко. Что ж.... Теперь и Лайя так сделает. Потому что жить так — пытка. Методы организации — ужасны, но вот такое существование... Это невозможно. Теперь действия организация кажутся... Более гуманными? Лайя пишет письмо Вальду. Говорит обо всем. О своих чувствах, о страхах, о том как он ей дорог, даже рассказывает о Тристане, но... Нет. Она мнет бумагу и выбрасывает её. "Я так больше не могу, прости" Вместо груды откровений лишь одно предложение. Лайя поклялась не оставлять его и... Она вернётся. Обязательно вернётся. — Агент Каталонес! — с добродушной улыбкой заявляет Луиза — Ваше задание четвёртого уровня секретности. Нужно устранить последних двух выживших. Это будет ваша последняя проверка. Вот он! Шанс! Шанс изменить строй организации. Шанс отомстить за Тристана. Ничто не может быть лучше, чем достижение целей любимого человека. Лайя вырежет их имена в истории. И они выйдут из этого победителями. Лайя сделает все что угодно. Но организация никому не дарует хорошего конца. Руки Каталонес трясутся, когда она читает задание. Убить Стеллу ради их цели? Это... Она переживёт. С трудом, но переживет. Но это ветка. Это их ветка! Вальда и Ло! Ради бога, пусть там будет ещё один выживший, только бы не он... Может еще один Тадмавриэль переместился или... Что угодно! Вальдхар. Один из Первых. Мироходец. Её Вальд. Глаза застилает пелена слез. И она опускается на пол, а планшет выпадает из ослабевших рук. Только не это. В голове кошмар. Столько мыслей. И одновременно не слышно ни одной. Будто бы... Белый шум. Цель оправдывает средства, да? Ведь так? Это идеология организации. А хуже всего то, что Лайя сейчас записала Вальда в те самые "средства". Это отвратительно. В висках пульсирует, а к горлу поступает ком тошноты. Последствия отвязки? Или её мутит от новостей? А может все вместе? Убить Вальда кажется непосильной задачей. Нужно найти хоть одну причину почему он не должен жить. Почему он заслуживает смерти. Почему его нужно принести в жертву ради общей цели. Нужно... Нужно его убить. Ведь... Ведь... Он издевался над Лайей все время! Да! Точно. В глубине души Каталонес знает, что это неправда. Она знает, что Вальд к ней искренен. Знает и верит ему. Хочет верить. Но мозг старательно подкидывает все больше доказательств своей правоты. Чтобы просто было легче принять отвратительную действительность. И Лайя плачет. Тихо плачет, рукой закрывая рот, дабы не издать лишних звукой. — Вальд, прости, — шепчет она, утыкаясь лбом в планшет — я должна. Только вот должна кому? Тристану. Он бы хотел, чтобы она закончила начатое. Чтобы привела всех к процветанию. И если для этого нужно убить близкого человека... То хорошо. Лайя не выходит из комнаты ещё несколько метров. Потому что не может. Выйдет — придётся идти до конца. Последний раз увидеться с Вальдом? Это пугало. Каталонес не хотела смотреть в его глаза. Почему она? Кто угодно, только не она! — Скажи мне, Тристан, — тихо говорит она — я действительно должна? — Лайя срывается на крик — Почему я?! — а заканчивает совсем тихо — Почему... И Лаетана плачет держа в руках дневник. Там упоминания о Тристане. Он ей не ответит. Не может. Организация и с этим постаралась. Но... Если она убьёт Вальда.... Могут ли освободить Тристана? Могут. И освободят. Каталонес добьётся его реабилитации в синклите. И неважно что ради этого придётся сделать. Ради него она пойдёт на все. Лайя слушает пустую болтовню Стеллы. И это раздражает. Её не жаль. Она заслужила. Чёртов вампир, который выпил из Лайи все соки. Агент Каталонес выстреливает. В голове пустота. На сердце тоже. Страх скребется где-то на подкорках сознания. Страх увидеть Вальда. Если она увидит его... Сможет ли что-то сделать? Приходится убрать всю эту слизь, оставшуюся после убийства Стеллы. Это склизкое ощущение ещё долго будет преследовать Лайю в кошмарах. Но сейчас ей наплевать. Сейчас мозг ставит барьер, который позволяет ей забыться. Ровно до момента, пока она не слышит знакомый голос. — Принцесса? — спрашивает Вальд сонно. Его глаза безумные. Он скучал — Это правда ты? Или очередная галлюцинация? Это удар по сердцу девушки. Вальд рассказывал, что когда слишком скучал по Ло, тот начинал ему судиться, а теперь... Теперь...! И Лайя должна была это услышать прежде чем отнять его жизнь? Должна была услышать о том, что Вальду не хватало ее. О том как же сильно он тосковал. И единственное, что Каталос имеет право сделать это... Не утешить. Не пообещать быть рядом. Лишь убить. — Скажи, я что умер и попал в рай? Лайя готова выстрелить себе в голову, услышав эту фразу. Вальд, пожалуйста, замолчи! В глазах слезы. Каталонес не хочет! Не хочет видеть этого человека мёртвым. Не хочет быть причиной его смерти. Да, она убивала. И убивала много, но это всегда был кто-то, кого она знать не знала. А сейчас... Вальд. Когда-то она говорила, что была бы счастлива никогда не слышать этого глупого "принцесса". Но сейчас... Это точно в последний раз... Больно. Очень больно. Невыносимо. — Я тебя сколько говорила не называть меня принцессой! — пусть молчит. Лайе будет легче. Им обоим будет. — О, так это прекрасное видение ещё и разговаривает! — с улыбкой проговаривает он — тогда я наверное сплю. И ладно! Зато я могу лицезреть такую красоту перед собой. — Хватит! Хватит! — громко говорит она и бьёт ногой по полу — Ты постоянно надо мной издевался! Прекрати. — Я бы... Я бы никогда не стал издеваться над тобой, — на лице у мироходца множество эмоций. Он точно сошёл с ума от одиночества — поверь, я бы... — Я тебе не верю. — Лайя... Вальд делает шаг ближе и протягивает к ней руку, да только Лайя отшатывается назад. Она не выдержит этого прикосновения. Не сможет. Потому что это слишком для Лайи, но агент Каталонес должна довести дело до конца. — Послушай, принцесса, я же вижу, что тебе плохо, но... — он садится на пол — мне ты можешь доверять. Лайю трясёт от такого вида Вальдхара. Слишком он ей доверять. Даже в её истерическом состоянии, мироходец остаётся спокойным и заботится об её состоянии. Лаетану трясёт от ситуации. Слезы скатываются по щекам. И Вальд обеспокоенно касается чужого лица, осторожно вытирая подушечками пальцев. — Вальдхар, прости меня — Каталонес извиняется за то, что будет дальше. Но говорит совсем другое, резким движением откидывает чужую руку от своего лица — но я тебе не верю! Её защита, что строилась годами даёт трещину именно сейчас. Она делает шаг назад. В руки берет оружие организации и направляет его на Вальда. — Ох... — Выдыхает мироходец, а после на его губах вновь появляется улыбка. Самая искренняя и счастливая за долгое время. Он давно перестал цепляться за жизнь. Давно ему пора умереть — Ты пришла, чтобы освободить меня от этого кошмара? Спасибо. Лайя плачет, громко всхлипывает, а нажать на курок у неё не хватает сил. Пистолет дрожит в руках. Уверенности нет никакой. Она не хочет! Ещё и Вальд выглядит таким... Счастливым? За что организация так с ней? Почему именно Лайя должна его убивать? — Все будет хорошо, принцесса. Не будет. Больше точно нет. Вальд обнимает Лайю. Не сильно крепко, лишь слегка касается её. Все равно между ними расстояние. Рукоять пистолета упирается в грудь Каталонес, а дуло в грудную клетку Вальдхара. — Спасибо тебе, спасибо, — говорит он тихо, поглаживая Лайю по волосам. Лайя отворачивает голову и нажимает на курок. Выстрел оглушает. Кажется, что больше она ничего и не услышит. Последствия этого выстрела добивают. — Прости, — шепчет она, смотря как по полу бункера растекается алая кровь. Смотреть на это в разы больнее, чем на все смерти, которые она видела до этого. Глаза у Вальда открыты, а на губах застыла глупая улыбка. Лайя бьёт рукой стену, закусывая губу до крови. В груди больно, кажется, будто бы она задыхалась. — Что я наделала? — спрашивает она сама не знает у кого. Это ещё не осознание. Только его начало. Она все сделала правильно. Точно все было правильно. Принятое решение правильное. Каталонес подходит к мертвому телу и закрывает чужие веки. Руки трясутся. Слезы так и катятся по щекам. Неужели от всех правильных решений так плохо на душе? — Прости, Вальд, прости, я должна была.... Должна. Только на вопрос "кому?" ответа нет. Лайя убила Вальда. Каталонес фиксирует обе смерти, надевая маску безразличного агента, который работает на благо организации. Руки дрожат на слове "ликвидирован". В голове так и крутится это слово "прости". Только сказать его больше некому. — Прости, нет больше твоего друга, — говорит она медведю. В голове всплывает воспоминания о том, как Вальд давал этого мишку Лайе. Тогда она была не в себе. Постоянно злилась, а после грустила. Вальдхар тогда выслушал её. "— Ты посмотри вот кто выглядит страшно, — и Вальд тыкает в медведя — видишь у него половину лица сожгло! А твои морщины лишь делают тебя прекраснее, принцесса." Она утыкается головой в медведя, всхлипывая Что она наделала? Стоило ли это того? Было ли это... Правильным?