Тёмные воспоминания

Война - показатель людской слабости и одновременно силы - кто-то кому-то о чём-то (В)

Интруд Аклэйнцы не оставили ни одного целого здания в деревне название. Все дома были черны от копоти и разрушены в той или иной степени. Мало что уцелело. И мало кто. В воздухе витал отвратительный запах палёных плоти и дерева. Выла где-то одинокая несчастная собака, оплакивая погибших. Из города рядом-какого-то уже прибыла помощь - отряд хваранов, несколько лекарей и просто добровольцы. Сейчас они кормили, лечили, согревали и готовили вывозить из деревни уцелевших людей и нелюдей. Лекарей во главе с Мятой привёл с собой и император. - За что? - прошептал Рео, не в силах сдержать дрожь в голосе: - Что нашло на аклэйнцев? Люпин не ответил. Внешне он сохранял спокойствие, но в груди поднималась волна злости на соседей. Они пересекли границу под покровом ночи и напали на самый уязвлённый населённый пункт рядом, словно разбойники. Аклэйнцы никого не пожалели. Почему? Что внезапно взбрело им в голову? На границу уже были посланы самураи, чтобы не допустить повторного вторжения, а несколько сишэму, отправленные Тао Тисё на разведку, вернувшись, сообщили, что отряд Аклэйна не ушёл далеко, а разбил лагерь буквально в половине дня пути от границы. Значит, всё только начинается. Среди сгоревших домов ходили интрудцы, ища выживших. Многих могло завалить в домах во время пожара. - Ищи, - Монстера положил руку между острых ушей Вереск, которая сидела рядом. Рысь пружинисто поднялась на лапы и потрусила вглубь деревни. - Разделимся, - сказал Люпин другу. Рео согласно кивнул и, прищёлкнув пальцами, создал поисковый импульс. Огонёк торопливо полетел к одному из домов. Император отправил с колдуном нескольких воинов из прибывших с ними хваранов, другая часть отряда распределилась по деревне. Монстера уверенно заявил, что справится сам. Вереск петляла между домов, принюхиваясь и чутко водя ушами. Пока рысь не задерживалась ни у одного дома, а значит, там никого не было. Но вот, зверь издал глухой рык и подбежал к горе опалённых брёвен - того, что осталось от одного из домов. Мужчина положил руки на ещё тёплое слегка дымящееся дерево. Под завалом точно кто-то есть, но разбирать его слишком долго и сил потребуется много. - Рискнуть? - тихо спросил Люпин. Вереск коротко мяукнула и настойчиво поскребла лапой бревно. Император сосредоточился и призвал силу. Не принадлежащую ему, но давно ставшую родной. Молния охотно пробежалась по рукам и ударила в старое бревно. Дерево нагрелось, а потом поддалось и разлетелось щепками. Монстера едва успел прикрыть лицо рукой. Одного бревна хватило, чтобы увидеть мальчишку лет пятнадцати, без сознания лежащего между брёвнами. Найдёнышу сильно повезло, что другие брёвна не дали упасть верхнему и юноша не выбрался только потому, что не мог передвинуть его. Люпин осторожно взял мальчишку на руки. Он оказался тощим и удивительно лёгким. Грудная клетка едва заметно поднималась. Возможно, ещё бы какое-то время в плену... Передав мальчика Мяте, Люпин опросил нескольких жителей деревни название не знает ли кто русоволосого юнца. Один мужчина, с крошечной напуганной девочкой на руках, рассказал, что парня зовут Лёном и он сирота. - Мальчишка с дедом жил на одной со мной улице, - хрипло поведал мужик: - Жили они впроголодь, хозяйство не держали, а старик болел тяжело. Да мы по соседски помогали, кто чем. Лён в трактире работал лет этак с десяти. А Круговорот назад дед его умер и парень совсем один остался. - И идти ему некуда и не к кому, - задумчиво проговорил император. Мужчина кивнул устало: - Сейчас самим бы выкарабкаться. Может, хоть вы, Почтенный, парню поможете на ноги встать? Он юноша смышлёный и добрый, да не смотрите, что на язык острый. Люпин слабо улыбнулся: - Да уж не брошу. Вернулся с Рео со своей поисковой группой. - Мы всё проверили, больше тут некого нет, - доложил Каланхоэ и быстро опустил глаза: - Во всяком случае, живых. Выглядел колдун плохо. Лицо побледнело, взгляд уставший. Люпин знал, что больше они здесь помочь ничем не могут. Нужно немедленно вернуться во дворец и выяснить молитвы Аклэйна. Ещё через пол часа последняя телега с погорельцами под охраной хваранов покатила в сторону города название. Несколько людей, в особо тяжёлом состоянии тоже решили забрать в столицу. Мята не зря считалась лучшим лекарем и места во дворце всем хватит. - Открывай портал, - велел Монстера другу, вставая рядом и незаметно поддерживая рыжего под локоть. Рео кивнул и с усилием провёл рукой по воздуху. Тот нехотя разделился светящейся полосой на две половины. Полоса расширилась и загадочно замерцала. Вперёд мужчины пропустили лекарей с носилками во главе с поникшей Мятой. Случившееся больно ударило по каждому интрудцу, по всей империи. Последний раз окидывая взглядом сгоревшую деревню, Люпин с мрачной решимостью пообещал себе, что такое в Интруде никогда не повторится. Обсидиан Что-то Даника Очередным утром разбудила меня служанка. Как странно, я уже почти привыкла, что я сама по себе. Девушка была чуть старше меня с рыжей капной волос. Если я правильно помню, во дворец она пришла работать совсем недавно. Не буду даже пытаться вспомнить как её зовут, всё равно не вспомню. Девица открыла шторы и окно. В комнату ворвался ветерок, наполненный утренней свежестью. Я нехотя села в кровати. Всё тело страшно болело. С того самого бала прошло уже шесть дней. Я надеялась, что привыкну к ежедневной физической нагрузке, но видимо ошиблась. - Ваше Вели... - служанка осеклась и прокашлялась: - Ваше Благородие, Её Великая Честь хочет поговорить с вами в саду через два часа. Мой новый титул был хуже пощёчины. - Не уж то дорогая матушка вспомнила обо мне! - горько усмехнулась я. Во мне разгорелась злость, но я постаралась отгородиться от неё. Если накричу на служанку, моё положение от этого не изменится. Она же здесь не при чём! - Ты ещё здесь? - строго спросила я. Рыжая верно поняла мой намёк и пошла к двери, но прежде чем уйти обернулась. - Поздравляю вас с братом, - сказала девушка с улыбкой, в которой не было ни грамма фальши. Это разозлило меня ещё больше, но я всё-таки сдержалась, прикусив губу. Когда за служанкой закрылась дверь, я отбросила от себя одеяло и встала. Мышцы протестующе взвыли. Не сдержав болезненного стона, я дохромала до столика с зеркалом и стала расчёсываться. Через открытое окно до меня долетали голоса, но слов разобрать не получалось. Кажется, во вдоре какое-то собрание. Почему? Сегодня какой-то парад или очередной бал? Нет, бала до Игр быть точно не может, парада вроде тоже. В любом случае, меня это наверняка не касается. Закончив, я собрала волосы в хвост, переоделась в зелёные штаны и серую рубашку, немного потянулась. Как ни странно, новая нагрузка унимала боль, а не добавляла её. Я поняла это несколько дней назад и по утрам не пренебрегала нехитрой растяжкой. - За Великий Аклэйн и во имя вечного пламени! - я вздрогнула. Поспешно собрала ноги из положения «бабочка», встала и бросилась к окну. Такой призыв используют только на войне. Похоже, сборище под окном всё-таки затронет моё благополучие в том числе. Я перегнулась через подоконник. Небольшой отряд рыцарей во главе с отцом в военном камзоле явно собирался покинуть замок. Что происходит? Очередное восстание нечисти? Нет, не похоже. Нечто серьёзнее. Я опрометью выскочила из комнаты. Матушка ждала меня только через два часа? Не важно, я хочу увидеть её сейчас! В то, что мы правда можем воевать с Фриолдией или Интрудом, я не верила. Между тремя странами уже почти сто лет царит мир! Да, отношения были напряжёнными всегда, но война... Бред! Уже забежав в королевское крыло, я столкнулась с одной из служанок из личной свиты моей матери. Самые заносчивые и неприятные особы! Не подчиняются старшей служанке в замке, слушаются они только королеву и из-за этого ставят себя выше других слуг. Всегда одеваются вычурно, чтобы подчеркнуть статус. Страшные сплетницы и интриганки. Но даже таким шансом что-то узнать я решила воспользоваться. - Что за шум на улице? Куда направляется Его Великая Честь? - А вы не знаете? - девица поджала губы. Кобра, даже не попыталась изобразить вежливость или спрятать неприязнь! Она ниже меня по статусу даже сейчас, а ведёт так, как будто наоборот. - Отвечай немедленно, что происходит?! - процедила я. - Интруд объявил нам войну, - нехотя ответила служанка. Во рту резко пересохло. Быть этого не может! Я передёрнула плечами и уверенно пошла в комнату к матери. - Её Великая Честь просила не беспокоить в течение двух часов! - бросила мне в спину служанка: - Приходите в сад к назначенному времени. Не раньше! Я скрипнула зубами, но решила не спорить. Если сейчас приду к матери вопреки её запрету, она рассердится и ничего мне не расскажет. Нет, надо подождать, а ещё лучше, пока поговорить с кем-нибудь ещё. Не попрощавшись с наглой девушкой, я пошла на этаж выше, в кабинет Нептуна Мицара. Советник точно знает, что происходит и не откажется мне рассказать. Идеальный вариант! Хоть живот уже настойчиво напоминал о пропущенном завтраке, я постучалась в дверь и, не дождавшись ответа, толкнула её. К моему великому разочарованию ожидаемого советника не было в кабинете, зато был Лео. Мне немедленно захотелось развернуться и сбежать, но усилием воли я выдавила: - Могу войти? - Конечно, Ваше Благородие, - спокойно отозвался парень. Он сидел за столом Нептуна с какими-то бумагами в руках и казался собранным и отстраненым как никогда прежде. Это подчеркивал и полумрак, который дарили прикрытые шторы. Я села в кресло напротив блондина и мысленно вздохнула. Рядом с Лео мои чувства и мысли мешались. Я до сих пор не поняла, что испытываю к нему и это меня тяготило. - Когла сэр Мицар придёт? - спустя несколько минут спросила я. Молчание ощутимо действовало на нервы. - Он заболел, какой-то болезнью, - ровно ответил парень, по-прежнему не поднимая на меня взгляда. Я сглотнула. Этой болезнью болела и мать Лео. Если вовремя не начать лечение, это приводит к ужасным последствиям. - После Игр он выйдет на больничный, уедет в куда-то, - продолжал Лео: - Поэтому сейчас я его заменяю. У вас какие-то вопросы? Я задумалась. Конечно, я бы предпочла поговорить с Нептуном. Я знала, чего следует ожидать от мужчины и как он ко мне относится, а вот младший Мицар теперь был для меня сплошной загадкой. А хотя, была не была! - Почему мы начали войну с Интрудом?- серьёзно спросила я. Лео наконец посмотрел на меня и отложил бумаги. Он явно сомневался, стоит ли мне говорить, но в итоге ответил: - Это не мы начали войну, а Интруд. Император Люпин Монстера отдал приказ убить отряд учённых возле границы. К тому же, говорят, будто он желает захватить весь материк. Я поперхнулась. Слишком много информации в трёх коротких предложениях! С чего бы начать? - Новый император? А Кориандр Айва... - Вы не знаете? - парень вздохнул: - Кориандр Айва мёртв. Согласно его завещанию до Дня взросления Наследной принцессы императором считается Люпин Монстера. Конечно, я недолюбливала сестёр Айв, но такого я бы им не пожелала. Да и Кориандр пожалуй был хорошим правителем. А если Монстера ещё и грезит о мировом господстве... - Как давно это случилось? - Сколько-то недель назад. Я думал, вам сказали ещё тогда, - на мгновение мне послышалось в его голосе сожаление. Пх, уже тогда родители не сочли нужным мне сообщить. - А кто ещё знает? - продолжала допытываться я. - Королевская чета, Палач, отец, я, послы. - Ты знал о... - я не знала, что именно спросить. Множество вопросов гудели в голове беспокойными пчёлами и она начинала ощутимо болеть. - О чём? - серьёзно переспросил он: - О смерти императора? О беременности королевы? О начале войны? Да. Я знал. Я резко встала и нервно прошлась по комнате. Всё это просто не укладывалось в голове. Неужели, из-за узурпаторства брата приезжал Остролист? Но за кого он? Раз был желанным гостям на балу Аклэйна, явно не на стороне Интруда. Но это значит, что он предал Люпина? Почему? Никогда бы не поверила. - У вас всё? - с явным намёком спросил парень. - Да, - сухо ответила я: - Спасибо. Не прощаясь, я поспешно вышла из кабинета и чуть ли не бегом бросилась в столовую. Мне срочно нужно поесть. И подумать. Интруд - Расскажите ка мне, милорд, с чего это вдруг Его Великая Честь проявил такую агрессию по отношению к небольшой деревне на окраине моей империи? - говорил Люпин спокойно, даже с некой расслабленностью во взгляде, но посол Аклэйна имя фамилия очень хорошо различил тихий и от того более опасный гнев. - Клянусь, я не знаю! - хмуро ответил темноволосый мужчина с аккуратными усиками: - Его Великая Честь не писал мне вот уже треть Сезона. Я считал, что всё хорошо! Воевать нам не за что, да и, вы знаете, Аклэйну это не выгодно, - посол поморщился. Монстера отстранёно кивнул. Министра внешней политики выбрать не успели, а Министр внутренней безопасности - Лакрица была занята тем, что лично инспектировала хваранов столицы и близлежащих городов на боевую готовность. На переговорах в небольшом кабинете хотел присутствовать Рео, но император ему не позволил. - Я могу помочь! - убеждал смертельно-бледный колдун, с усилием потирая виски. - Не можешь! - не терпящим возражений тоном, отрезал Люпин и отослал друга отсыпаться. - Вы можете отправить Регулу письмо с вызовом встретиться армией на армию у границы возле какого-то-особого-места? - Разумеется, - фамилия с готовностью поддался вперёд: - Но вы же понимаете, что в таком случае официально развяжет войну Интруд? - Я хотя бы сделаю это в открытую, - невесело усмехнулся Люпин: - К тому же, не удивлюсь, если Его Великая Честь этого и добивается. Что ж, я оправдаю его ожидания! Посол кивнул в сторону письменного стола: - Разрешите приступить? - Разумеется, - Монстера отошёл к окну, чтобы не мешать и сложил руки за спиной, задумавшись. Регул прекрасно осознаёт выгодные торговые отношения Аклэйна и Интруда, неприязнь соседей к империи не для кого не была секретом, но Алькор всегда воздерживался даже от намёков на попытку оскорбить интрудцев. Во всяком случае, в их присутствии. Чем не отличалась та же Хрусталика, к слову. Благодаря Алое-Вера Люпин был прекрасно осведомлён о делах Фриолдии, но на королеву не обижался. Много чести. Так что же заставило Регула даже не просто напасть на соседей, а выбрать путь нечестной войны и воспользоваться уязвленностью простой деревни? Не стоит торопиться в принятии решений, пока мотив аклэйнцев остаётся в тени. - Через сколько дней вы хотите встретиться? - Четыре дня. Гиацинт уже подписала приказ собирать полк самураев и отправила главнокомандующему Северо-Западной провинции. В Главной провинции уже начались сборы. За день дисциплинированные воины должны прибыть в назначенное место. Ещё три дня займёт путь до границы. Посол с пониманием кивнул, закончил письмо и создал на ладони небольшой огонёк. Бумага легко вспыхнула неестественным зелёным пламенем. Когда имеешь дело с аклэйнцами, привыкаешь и к огню. Такой способ передачи считался самым быстрым, но пользоваться им могли только Огненные маги. Люпин знал, что письмо материализовалось в кабинете советника короля Нептуна Мицара и упало на край стола. - Благодарю, - сказал серьёзно Монстера: - И простите уж, но я вынужден просить вас не покидать Кайгала, пока мы со всем не разберёмся. Имя только отмахнулся: - Разумеется! Меня вполне устраивает моя комната в Министерстве. Позволите идти? - Разумеется, - улыбнулся Люпин. Посол покинул кабинет в главном здании дворца, оставив молодого императора наедине с невесёлыми мыслями. Обсидиан Неделя прошла как в тумане. С каждым днём я всё больше думала о предстоящей церемонии и всё больше себя накручивала. Мне было страшно. - Нужно просто перетерпеть! - убеждала меня Яшма. На все мои вопросы о Гранате она отмалчивалась. Я не узнала ровным счётом ничего, даже просто знакомы ли они. Видя, что для подруги это больная тема, я перестала задавать вопросы. Даже Нефрит с Эгирином заразились моим плохим настроением. Они пытались меня поддерживать, но всё было без толку. Если сначала мы хотя бы пробовали отвлекаться тренировками, конными выездами, чтением в библиотеке, то теперь уже ничего из этого не помогало. Больше всего на свете я сейчас хотела, чтобы мне снова было шестнадцать и увидеть Александрита. За неделю я соскучилась невероятно. Я слепо верила, что только его общество может меня сейчас утешить, но увы, это было невозможно. И вот наступил страшный для меня день. День моего взросления, моё восемнадцатилетние. Я тяжело дышала, стоя перед зеркалом в своей комнате. Чёрное облегающее платье с поясом из красных камней являлось ненавистным напоминанием о том, что сегодня произойдёт. Сочетание чёрного и красного цветов в одежде у нас в Фриолдии считается траурным. Меня с детства готовили к суровому пути правительницы. Ты должна быть достойной дочерью своих родителей, Обсидиан. Ты должна править строго и справедливо, Обсидиан. Это же так просто, отнять чью-то жизнь, тем более преступника. Или нет? Почему так трясёт? Этот обряд в Фриолдии был обязательным. Наследник престола в свои восемнадцать лет, в День своего взросления, должен лично казнить государственного преступника, чтобы доказать, что он готов принять власть. Я даже знала, кто должен пасть от моего кинжала. Девушка - бунтовщик, пару дней назад убившая нескольких гвардейцев в Стоунбурге. Я знала, что её легко поймали и много допрашивали. Отец уж очень хотел покончить с КНМ. Но оказалось, что эта девушка не имеет к ним никакого отношения и действовала сама. В дверь постучали. - Обсидиан? - вошли Нефрит и Эгирин. Оба выглядели обеспокоенными. В их глазах я прочитала всё. За сколько-то времени нашего совместного времяпровождения, они хорошо меня узнали. Они знают, что я не готова к этому! И если бы я отдала приказ, они бы заперли дверь в мою комнату и никого сюда не пустили. Не позволили бы убийству произойти. Я смолчала. - Ты в порядке? - спросил Эгирин. - Разве по ней не видно, что ни капельки не в порядке? - хмыкнул Нефрит и ободряюще коснулся моего плеча - Всё будет хорошо. Кажется, что сложно только в первый раз. Потом будет легче. - Это не помогает! - черноволосый незамедлительно вернул ему долг и доверительно коснулся моей руки: - Ты сильная, ты справишься! - Пойдёмте! - вместо ответа сказала я. Я была им благодарна. Просто за то, что они будут рядом. Церемония должна была состояться там же, где совсем недавно я выбирала себе телохранителей. Вновь отстроили помост, вновь на трибунах и возле собрался народ. Но сейчас идти туда мне хотелось гораздо меньше. Сегодня для меня что-то изменится навсегда, я это чувствовала. Неужели, кроме насилия нет другого пути? Как бы я хотела это изменить! Но как... как? Здесь на площади уже собрался народ. По бокам от помоста на деревянных трибунах собрались дворяне. Я выхватила из толпы Кунцита, потом случайно наткнулась взглядом на моего недавнего знакомого князя какого-то там. Между трибунами толкались простые люди и нелюди. Толпа гудела, как потревоженный улей. Близко к помосту гражданских не подпускали гвардейцы. Эгирин и Нефрит остались дожидаться меня у въезда на площадь. Я поднялась на помост и подошла к родителям. Они оба тоже были облачены в красно-чёрные траурные одежды. Будто и не праздник вовсе. Рядом на подушке из синего бархата лежал церемониальный кинжал. - А вот и ты! - улыбнулся мне отец. Я с трудом сдержалась, чтобы презрительно не поморщится. Серпантин вышел на центр и призывно взмахнул рукой. Наступившая тишина оглушила меня, а потом по площади разнёсся степенный голос отца: - Сегодня церемония Восхождения нашей единственной дочери, наследницы трона Фриолдии, Обсидиан Агат Амбер, - король говорил что-то ещё, но я его уже не слушала. Я только во все глаза смотрела, как с другого конца площади гвардейцы ведут светловолосую девушку. Мятежница еле стояла на ногах и выглядела не то, что плохо, а ужасно. Её очень долго допрашивали. Сердце стучало где-то у меня в горле. Я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. - Да свершится правосудие! - произнёс король и я поняла - речь окончена. Как бы я хотела, чтобы он говорил вечно! Оттянуть этот кошмар. Я медленно, словно в трансе, приблизилась к девушке. Гвардейцы отступили на приличное расстояние, но по-прежнему окружая пленницу плотным кольцом. Блондинка стояла спокойно, глядя прямо мне в глаза. Её руки были крепко связаны за спиной. Казалось, время остановилось. «Давай... один удар... всё просто...», - убеждала я себя, но не могла заставить себя взять оружие. Я не могу просто ударить человека кинжалом! В битве мне было бы легче, там мы с противником в равных условиях. - Давай же! - крик матери резанул по уху. В глазах светловолосой девушки проступила неприязнь. На несколько секунд это предало мне сил. Боясь, что их не хватит, если ещё и пойду до оружия, я быстро создала осколок льда и вонзила его в живот блондинке. Лёд, крепкий и острый как сталь, глубоко вошёл в её тело. Она болезненно дёрнулась. - Смерть Первым магам! - прошептала мятежница и из её рта потекла тонкая струя крови. - Да сохранит тебя метель! - глухо произнесла я церемониальные слова и ледяной осколок растаял. Девушка упала. Она отдала последние слова, последний вздох, последние секунды жизни, чтобы выразить ненависть ко мне и подобным мне. Так не должно быть! Это неправильно. Глушившая меня до этого тишина, взорвалась бешеным криком толпы. Я чувствовала, как с моих пальцев капает кровь. - Да славится Обсидиан Агат Амбер, наследная правительница Фриолдии. Я снова не слушала, что он говорит. Неосознанно скользя взглядом по толпе, я встретилась взглядом со знакомыми блёкло-зелёными глазами и замерла от ужаса. Он смотрел без осуждения, без злости. Он просто смотрел, а для меня больше ничего не существовало. Не было других людей, что-то зло кричащих, не было мёртвой девушки на деревянном помосте, не было горячей крови на моих руках и подступающих слёз. Я развернулась и опрометью бросилась прочь. Сегодня я официально стала наследницей престола. Фриолдия Хрусталика пошла было за дочерью, но её остановил муж. - Не надо. Пусть побудет одна. Первое убийство самое тяжёлое. Первая кровь на руках самая горячая, - отстранёно произнёс Серпантин. Королева не стала спорить. Она и сама хорошо помнила, как боялась своего Дня взросления. Девушка тогда ревела всё утро, а верная камеристка её успокаивала. Серпантину, как не рождённому Первым магом, этого было не понять. - Надо готовится к вечернему балу! - только сказала Хрусталика. Обсидиан Я хаотично тёрла руки, пытаясь смыть кровь. Сбежав с церемонии, я взяла из конюшни Мориона и поехала прочь, не желая никого видеть и ни с кем разговаривать. Нефрит с Эгирином поехали за мной, но я попросила их подождать у городских ворот, пообещав вернуться как можно скорее. Я же поехала к реке какой-то. Всё, чего я сейчас хотела - чтобы на руках не осталось алых капель. Даже не привязав коня к дереву, я сбросила туфли и бросилась в реку. Подол платья мгновенно промок. Из-за сильного течения я подскользнулась на каменистом дне и едва не упала, но устояла. Я остервенело тёрла ладони друг о друга. Кровь уже успела засохнуть и упрямо не желала отрываться. Особенно с рукавов. Вода в названииреки независимо от Сезона оставалась холодной и мои пальцы уже неприятно покалывало, но я упрямо продолжала мыть руки. - Обсидиан! - знакомый голос заставил меня вздрогнуть и резко обернуться, снова подскользнувшись на гладких камнях. - Не подходи! - воскликнула я: - Я знаю, что ты скажешь. Я убийца, чудовище. Ты ненавидишь меня! - я испугалась Александрита сильнее, чем, пожалуй, наёмного убийцу. Он не причинит мне вреда, но я не переживу его ненависть. Парень молча приблизился, не разуваясь, зашёл в воду и обнял меня. - Я вовсе не ненавижу тебя! - зашептал Александрит: - Ты наследница престола и твоя рука сжимала меч правосудия. Звучит ли это, как глупые оправдания твоих родителей? Да, определено. Твой поступок жесток, но это не делает тебя плохим человеком. Так было нужно. Тебе не оставили выбора. Я вовсе не ненавижу тебя. Я не отвернусь от тебя никогда, чтобы бы ты не сделала. Слышишь? Я судорожно всхлипнула и крепко обняла его. Мысли путались, из груди рвался истеричный плач. Я до сих пор не могла поверить в произошедшее. - Всё хорошо, - шептал парень и гладил меня по голове: - Успокойся. Ты всерьёз думала, что я смогу тебя ранить, пусть даже словами? - Спасибо, - только прошептала я. Мы стояли, обнявшись, пока ноги не стало сводить от холода. Когда левую ногу свело, я с большим сожалением отпустила парня и мы вышли на берег. Он вылил воду из сапог и с досадой бросил на траву. Я неловко теребила подол платья, чего раньше за мной никогда не водилось. - Мне нужно возвращаться, - прошептала я. Как же я хочу сейчас вскочить на коня и уехать с Александритом далеко, хоть за сами Великие горы. Лишь бы туда, где никто не знает, что я сегодня сделала. - Конечно, - тихо ответил парень и подошёл. Он осторожно приобнял меня за плечи и сказал: - Запомни главное, я всегда останусь на твоей стороне. Ты сильная и смелая! Будет тяжело, но ты справишься. Я знаю. Из уголков моих глаз скатилось несколько слезинок. Александрит вдруг наклонился и поцеловал меня в щёку. От неожиданности я поперхнулась, а потом в груди разлилось приятное тепло. Щёки вновь запылали и я ощутила удушающее разочарование, когда он отступил на шаг. - Мне пора, - зачем-то повторила я: - Ещё увидимся. - Обязательно! - он мягко улыбнулся. Привычно и не думая, я забралась в седло меланхолично дожидавшегося меня Мориона, бросила последний взгляд на Александрита и тронула поводья. Конь сразу же сорвался в рысь и понёс меня обратно во дворец, домой. Впереди меня ждал бал, а я уже без сил. Помоги, Суровая Вьюга. Даника К назначенному времени я пришла в сад. Андормеда сидела в беседке в окружении своей свиты и пила чай. Когда я села напротив, королева взмахнула рукой и фрейлины безмолвно удалились, незабыв правда, одарить меня неприязненными взглядами. Я закинула ногу на ногу, чисто из вредности. Уж очень хотелось показать матери, что я прекрасно понимаю своё нынешнее положение, все его плюсы и недостатки. Андромеда только смерила это действие неодобрительным взглядом. - Ты хотела меня видеть, - констатировала я после нескольких минут тишины. Чаю мне конечно не предложили. - Через неделю должны были состояться Огненые игры, - сказала женщина, недовольно поджав губы. Суть разговора явно была ей неприятна и я уже догадывалась почему: - Но пока они откладываются на неопределенное время из-за некоторых обстоятельств. - Войны с Интрудом? - хмыкнула я. Королева хмыкнула и кивнула. Отлично, так я и думала! - Какого пепла Монстера вообще пошёл на нас войной? - спросила я, нахмурившись. Стрела в голове жить мешает, как говорится? Андромеда неопределённо повела плечом: - Мы не знаем, но будь уверена, интрудцы за всё ответят. Самоуверенно! Я только безразлично кивнула. Что-то не сходилось. Я плохо знала бывшего сёгуна, люди говорили про него разное, но поверить в то, что он решил просто захватить весь материк было сложно. И зачем всё-таки приезжал Остролист? - Но ведь после того, как всё решится, Игры состояться? - решила я уточнить. - Разумеется! Мы ни за что не позволим соседям испортить наше национальное соревнование. Я совсем не была в этом уверена. Интрудцы - страшные зазнобы, но не без основания. Они превосходят нас по военной мощи. Если война войдёт в серьёзную фазу возможно очень скоро соседи поступаться в ворота столицы. Но об этом лучше не думать. Надеюсь, отец это тоже понимает. - Даника, - я вынырнула из своих мыслей и посмотрела на мать. Женщина откинулась на спинку стула и устало вздохнула: - Каким ты видишь своё будущее? Яда, содержащегося в этой фразе, пожалуй хватило бы, чтобы свалить с ног и тигра. "Подальше от вас," - подумала я. - Не бойтесь, матушка, Я не собираюсь вечно сидеть у вас на шее и мозолить вам глаза, - спокойно ответила я в слух. Никогда не позволяла себе так с ней говорить. Никогда! Королева со звоном поставила кружку на блюдце. Её раздражение я ощутила кожей. Между нами чуть-чуть искры не летали. Какое-то время Андормеда молчала, смотрела на меня, прищурившись, ждала, что я сделаю дальше. Губы её были плотно сжаты, женщина едва сдерживалась, чтобы не отчитать меня. Злости я уже не чувствовала. Было только неестественное спокойствие, вызванное пониманием, что ничего мне не будет за такое поведение. А довести матушку хотелось страшно. - Вы и на Игры то позволили мне поехать, только чтобы на меня обратили внимание юные лорды? - продолжала я давить, улыбаясь: - Я то думала, что вы с отцом давно выбрали мне пару. Хотя, даже если я была права насчёт Мицара, едва ли Лео согласится на этот брак после всего, что произошло. - Милая, планы меняются, - сказала Андормеда спокойно, но глаза её сердито сверкнули: - Сейчас у тебя есть время, чтобы показать себя с лучшей стороны. Может, хоть кто-то ещё пожалеет тебя? Последнюю фразу она произнесла с усмешкой. Я вздрогнула. А вот это уже был удар по самому больному месту. Нет, никому я уже не нужна! - Так что, ты должна присутствовать на Огненных играх, - закончила женщина с победной улыбочкой: - Ты свободна. Иди. "Пх, я обязательно буду присутствовать на Играх! Только не так, как вам бы этого хотелось," - злорадно подумала я и пошла прочь. Когда я спускалась по ступенькам, что-то заставило меня обернуться. Андромеда с отстранёной улыбкой держала руку на животе. Она никогда не улыбалась мне с такой же нежностью, любовью. У меня в груди предательски заняло, но я помотала головой и поспешила уйти. Слова матери пробудили во мне новую волну решимости во что бы то не стало победить в соревнованиях! Я хотела пройти тренироваться прямо сейчас. Но в тренировочном зале, к стенам которого я уже успела привыкнуть, занимался отряд стражи. Надо же, обычно такой дисциплиной воины (отряд Палача я не считаю) отличаются только перед каждоКруговоротным смотром. Тут же меня осенило. Наверняка дело в разгорающейся войне! Я отправилась на тренировочную поляну, но там из лука стрелял Лео. С ума они все посходили, что-ли? Парень меня не заметил, общаться с ним у меня не было никакого желания и я поспешила уйти. В столовой накрывали обед. Даже в моей собственной комнате было занято - служанка, увиденная мной утром, меняла постельное белье. В собственном доме мне нет места, даже забавно! Хотя, наверняка очень скоро замок перестанет быть моим домом. Чтобы не терять времени даром, я пришла в библиотеку, выбрала несколько книг, которые в теории могли помочь мне научиться выживать в лесу и села у окна. Сначала совсем не получалось сосредоточиться. На меня давили даже стены и стеллажи, что уж говорить о разговоре с матерью и людях вокруг. Но потом я решительно уткнулась в книгу и буквально заставила себя зубрить названия съедобных ягод и запоминать, как они выглядят на картинке. Этим я планировала заниматься до обеда, а там может и стража устанет. Вербена Я сидела в камбузе и неторопливо пила чай. Прошло три дня с тех пор как мы покинули остров. Дико хотелось сладкого, но запасы пиратов были на исходе и довольствоваться приходилось половиной порции, так что привередничать было не с руки. Хоть мой живот, не привыкший к подобному обращению, возмущённо урчал, я старалась делать вид, что всё в порядке. Камелия на корабле откровенно скучала. Да и чувствовала себя неважно. Сестру постоянно укачивало, лицо её приобрело немного землистый нездоровый оттенок. Блондинка в основном спала и как бы я не пыталась растормошить её разговорами, ничего не получалось. Бедная, совсем вымоталась из-за всех этих переживаний! Будущее представлялось мне туманным. Сколько мы проведём на корабле? Многое может измениться, если живёшь среди пиратов. Есть ли у меня вообще цель? Конечно! Отомстить Люпину! Но вот как этого достичь? Зато я почти привыкла и к качке, и бескрайнему морю вокруг и к команде "Чёрного дракона". Мы стали много общаться с Ирисом и Керией, а также Мох и Азалией. Последняя так вообще перетягивала на себя всеобщее внимание, стоило ей зайти в каюту или наоборот выйти на палубу. Тис явно тоже привык к новым соседям, но продолжал ненавязчиво держать дистанцию. И всё-таки я не могла не заметить, как в его взгляде появлялся искренний интерес, если к капитану подсаживался Олеандр. Хотя обычно у них всё сводилось к взаимному подтруниванию, беззлобному впрочем. Дзинко даже получил отдельную от нас маленькую каюту на зависть Фобосу и Деймосу, которым приходилось довольствоваться гамаками в трюме. Близнецы впрочем не сильно страдали. Им тоже явно нравились солёный ветер, высокие волны за бортом и чувство абсолютной свободы. Фобос подкармливал Васаби со своей тарелки, за что получал от Хэви и от брата, которого ещё в первый день ласка цапнула за палец, просто потому что Марс сел рядом с синеволосой девушкой. Правда, прикосновений Фацелия до сих пор чурался, а каждый вечер, запирался у себя. Думаю, чтобы никто, зайдя случайно, не увидел снежного барса. Ему Васаби объявила байкот без шанса на примирение и показывала маленькие зубки, только завидев дзинко. - Да что с тобой? - недоуменно хмурилась Кринум и щёлкала зверька по носу. Близнецы многозначительно переглядывались, но молчали. Сегодня же, как мне уже успела сообщить болтливая Азалия, мы должны встретиться с другими пиратами. Насколько я поняла, они были посредниками. Забирали груз, а команда "Чёрного дракона" должна была его перепродать. - Груз то не краденный, - увлеченно рассказывала Азалия. Девушка обильно пользовалась мимикой и жестами, а ещё постоянно улыбалась или смеялась: - Просто незаконный. Контрабанда из Секрута, да Лайнории. Вот Шантрье их закупает на чёрном рынке, а мы на суше таким же нечистым на руку купцам в тридорого сбываем. Деньги поровну, всё честно. - Зачем так усложнять? - озадачилась я, ведь раньше то была уверена, что морские разбойники непременно соперничают: - Не проще этому Шантрье самому и толкать свой товар и прибылью ни с кем не делиться? - А! - махнула на меня рукой собеседница: - Понимаешь, если гнассы или морен поймут, что корабль "Стальная крыса" перевозит контрабанду, у материка они будут искать его, а не "Чёрного дракона". Так риск меньше! - Верно, - рядом с моей собеседницей села Эхеверия и устало потянулась. Должно быть, кто-то заменил её за штурвалом: - Но команда это - отпетые мошенники и преступники. - Не чета нам! - важно кивнула Азалия. - Так что ухо всегда стоит держать в остро. Ещё неизвестно, как Такка Шантрье отреагирует на нашего капитана, хоть Тиса он всегда больше привечал, чем Инжира. Допив чай и поблагодарив за интересный разговор, я вышла на палубу. За штурвалом стоял сам Адиантум. Рядом пыталась что-то доказать парню Мох. Как я уже знала она была штурманом¹ и отвечала за навигацию. Я подошла к краю. Глубокое чистое море приветливо вспенилось у борта. - Осторожно, не вывались за борт, принцесса! - басовито рассмеялся орк, подойдя ко мне. Последнее слово почему-то резануло по уху. - Не называй меня так, - попросила я. Он удивлённо присвистул: - Почему это? Я замялась. Ответить на этот вопрос однозначно было сложно. - Не за чем привлекать внимание экипажа и вообще напоминать лишний раз об этом, - выбрала я самое логичное объяснение. Гарнак огляделся по сторонам. Палуба была практически пуста. - Хорошо, Вирра, я не буду тебя так звать, - орк хотел уйти, но я резко развернулась к нему. - Как ты меня теперь назвал? Нелюдь громко фыркнул: - Тебе совсем не угодить! - Да нет, нет! - поспешно замотала я головой: - Просто, мне интересно, что означает это имя. Гарнак расплылся в клыкастой улыбке: - Вирра это одна из легендарных орочьих главнокомандующих. Переодевшись в мужчину, она дослужилась до первого какэтоназываетсяумонголов и повела за собой армию в последний бой против аклэйнцев. Именно после него был заключён мир и эти бдыры оставили нас в покое! Почти... В его голосе послышалась тоска, но орк продолжил как ни в чём не бывало: - Её имя теперь - это образ великой воительницы. Среди женщин это редкость! Точно, в странеорков же патриархальный устой! В отличии от остальных народов, кстати. Другие расы приветствуют равноправие. Я нервно рассмеялась: - Я точно не воительница и тем более не великая. Гарнак осклабился: - Как знать. Всё-таки, ты спасла меня. Я неопределенно хмыкнула. Это случилось так недавно, но тогда всё было совсем по-другому! - Это было несложно! - Но кроме тебя никто не пошёл на это, - резонно заметил орк: - Просто знай, что моя секира всегда защитит тебя! Торжественная клятва верности. Я слышала, что в станеорков это высшая мера доверия и привязанности. Мне вдруг стало интересно, пойдёт ли Гарнак против Тиса за меня? Увы, вряд-ли. То, что азиату я не доверяю почти так же, как Камелия, я не хотела признаваться даже себе, но постоянно ожидала от капитана пиратов какого-то подвоха и никак не могла отделаться от мысли, что за его наигранной насмешкой прячется что-то глубокое и тёмное, связанное с его прошлым. А главное, что я могу это разгадать, достаточно потянуть за одну ниточку. Но вот что-то, а это Адиантуму точно не понравится. - Спасибо, - просто ответила я Гарнаку. Тот довольно хмыкнул и пошёл прочь. Интруд За окном накрапывал мелкий неприятный дождь. Он стучал по изогнутым крышам, как в гнасские барабаны. Меньше всего в такую походу хотелось отправляться на войну. Люпин медленно снял со стены в своей комнате ножны с катаной. Своё оружие он не доставал уже очень давно. Меч был выполнен искусно и носил гордое имя Рассекающий бурю. Для интрудцев имена мечей носили сокральный смысл, их давали кузнецы или наставники воинов. Катану подарил Монстере бывший сёгун я забыла его имя на День Взросления юноши. Много лет назад, но как будто недавно. Да, совсем недавно был жив Кориандр Айва, совсем недавно во дворце звучал смех Камелии и Вербены. Два года назад цубу², после случайной стычки с разбойниками, хозяйничающими в окрестностях Кайгана, пришлось менять. Если раньше она была выполнена в форме круга, то теперь представляла собой форму отпечатка рысьей лапы. Мэнуки¹ представляли собой изящные серебряные иероглифы под чёрной оплёткой и с древне-азиатского переводились как «надежда». Именно надежде учил всегда доверять бывший сёгун и ради неё же бороться до последнего. Люпин обнажил катану. Безупречно заточенные лезвие сверкнуло, рукоять легко легла в руку. Хорошее оружие, заточенное точно под одного человека, дорого ценилось. Пускать Рассекающий в бой против аклэйнцев Монстере не хотелось. Мужчина ещё надеялся решить дело миром, но если не получится, сомневаться будет нельзя. От него зависит будущее Интруда. Император вздохнул, убрал катану в ножны, закрепил на поясе с левой стороны рядом с коротким вакидзаси. Люпин туже затянул ремень доспеха на плече. Прежде, чем выйти, мужчина обернулся н обвёл долгим взглядом комнату. Мелькнула глупая мысль, что он может не вернуться. Наверное, любой на пороге неизвестности задумается об этом. Монстера усмехнулся. О нет, он не имеет права погибнуть там! Уже через пол часа нужно будет выдвигаться на запад, к границе с Аклэйном. И что случится дальше, не скажут, наверное, и сами Духи. Обсидиан Я вернулась во дворец с мокрым подолом платья и заплаканными глазами. Не знаю, сколько я сидела в своей комнате, попросив всех оставить меня одну. Яшма недовольно поцокала языком, но послушно удалилась и вытолкала моих телохранителей. Я равнодушно смотрела в окно и пыталась придти в себя. Мысли путались, голова неприятно гудела. Я до сих пор чувствовала липкую кровь на своих руках. Когда ко мне зашла Хрусталика, я не сразу отреагировала на её оклик. Женщине пришлось подойти и тронуть меня за плечо. - Прости, матушка. Я задумалась, - тихо сказала я. Женщина поджала губы, но не недовольно, как она обычно это делала, а будто пытаясь сдержать какие-то слова. - Я понимаю, - наконец сухо сказала женщина: - Но тебе нужно готовиться к балу. Королева кивнула себе за спину и я только сейчас заметила незнакомую женщину в простой одежде и со свёртком в руках. - Я принесла подарок, - сказала матушка. Женщина с поклоном отдала мне свёрток и удалилась. Я развернула его и невольно ахнула. Там лежало небесно-голубое платье с вышивкой из жемчуга. Возможно, я даже знаю, откуда он. Ткань лёгкая и приятная на ощупь. - Его сшили лучшие портные столицы, - объяснила Хрусталика: - Мне показалось, что то, синее, тебе не очень понравилось. И правда. Строгое платье в пол из тяжёлого синего бархата принесли мне ещё несколько недель назад. Когда я его примерила, из зеркала на меня посмотрела Хрусталика, а меньше всего я хотела быть похожей на неё. Особенно в свой День Взросления. - Спасибо, - слабо улыбнулась я. Она и тут пошла мне на встречу. - Ты готова к вечеру? - серьёзно спросила женщина. Я удивлённо посмотрела на неё. Королева села в кресло. Мне показалось, что в глазах матери промелькнуло сочувствие. Должно быть, показалось. - Нет, - неожиданно даже для себя сказала я правду: - Я не хочу идти на этот бал, но я должна. Странно, я так привыкла ей врать. Говорить то, что она хочет услышать, что иногда даже не задумывалась, когда отвечала на вопросы королевы. Хрусталика кивнула: - Правильно говоришь. Когда ты сядешь на трон, будут дни тяжелее. Но перед людьми нужно держать лицо. На своём Дне Взросления мне пришлось убить свою первую нянечку. Я справилась с этим, значит и ты сможешь. Она говорила холодно, отстранено, но даже такая поддержка стала для меня неожиданностью. Обычно королева не любила говорить о чём-то личном. Я не знала, что ответить, но Хрусталика его и не ждала. Она кивнула мне и пошла к двери. Женщина уже взялась за ручку, но прежде, чем выйти, повернулась ко мне. - С днём рождения! - бросила она и вышла. Это было сожаление в её голосе? Извинения? Или просто мимолётная слабость? Я сняла чёрное платье и с презрением бросила на кровать. Развернула новое. Оно и правда оказалось очень красивым. Воздушная юбка с белой вышивкой на подоле, неглубокий вырез декольте, длинные рукава с разрезами на плечах. На плечах и рукавах вился красивый узор из жемчуга. Примерив платье, я сразу влюбилась в него и уже ни за что бы не отказалась идти на бал в другом. И тут я кое о чём вспомнила. Нашла на стуле у двери сумку и вытащила из неё небольшой бутылёк с прозрачной жидкостью. Рискнуть или не стоит? Я немного покрутила флакон в руках. Значит, принять, если будет грустно? Я откупирила бутылёк и принюхалась. Прозрачная жидкость пахла слабо и запах этот не вызывал неприятных ассоциаций. За неимением ложки, я сделала маленький глоток прямо из горла. Вкус тоже оказался слабым, на языке появилась только лёгкая горечь. Мгновенного эффекта я не почувствовала, но наверное было бы глупо его ожидать, м? Мысленно ещё раз поблагодарив Граната, я спрятала флакон в ящик стола. Через несколько минут пришла Яшма. - Привет, снежинка, - улыбнулась девушка и всплеснула руками: - Какая же ты красивая! Меня прислала Её Величество, помочь тебе с причёской. Ты как? Я прислушалась к своим ощущениям и с удивлением обнаружила, что голова прошла, а мысли успокоились. Я по-прежнему презирала себя за убийство, но теперь хотя бы могла думать привычно спокойно и держать эмоции под контролем. - Я готова, - решительно кивнула я. - Отлично! - Яшма заговорщически подмигнула: - Тогда сделаем всё, чтобы ты была неотразима! Даника Провела остаток дня я как в тумане. После обеда сходила на занятия по географии и правописанию. Учителя, в отличии от других, меньше с меня не требовали. Видимо, родители считали, что образованность - одна из важнейших черт хорошей жены. Зато я теперь занималась гораздо усерднее. Пока получалось не очень, но я старалась. Учитель географии меня даже похвалил, а я подавила щемящую точку. Не зря со мной занимался Антарес. Потом, я пришла в тренировочный зал. Стражи здесь уже не было. Назанимались, трудяги! В большое окно было видно, как небо медленно затягивается чёрными тучами. Скоро пойдёт дождь. Может, так даже лучше. Заниматься не жарко будет. Я побежала по кругу, чтобы размяться. Теперь, когда я осталась одна в тишине большого зала, мысли вернулись к войне. Что правда, то правда - Люпин не похож на коварного завоевателя, но и на человека, который отступится от цели, тем более. И отец ни за что не отступится! Сколько людей погибло и ещё может погибнуть! А у нас итак голод, разруха, рабство. Стоп, я что, это признала?! Я остановилась посреди зала, нелепо закинула голову назад и рассмеялась. Надо же, столько спорила с Энцеладом на этот счёт, а теперь и сама признаю, что Аклэйн гниёт! Как меняется человек, когда его смешивают с грязью, даже удивительно. Насилу успокоившись, я стала разминать кисти рук и стопы. Затем выдохнула, пересилила себя и встала в планку. А если, нелюди поддержат Интрудских захватчиков? Восстанут против хозяев и тогда аклэйнцев зажмут с двух сторон - рабы и соседи. "Восстание нелюдей", - следом за этой мыслью, потянулась другая. - А что случилось в Брокиате? - не вытерпела я. Хотя бы в этот раз мне ответили. Но вот не совсем понятно. - Народные волнения. Я с отрядом пресёк бунт. Что случилось в Брокиате на самом деле? Почему в тот день в библиотеке Энцелад так отреагировал на упоминание этого "сгоревшего города"? Почему никто не рассказывает мне об этом? Я без сил повалилась на пол. К пеплу все! Хватит себя мучить бесполезными размышлениями. Я зажмурилась. Антареса рядом больше нет и никогда не будет! На войну, ровно как и на нелюдей, я не могу повлиять. Нужно сосредоточиться на своих проблемах. Я решительно встала и занялась приседаниями. Мышцы протестующе заныли, но я только закусила губу и запретила себе останавливаться. Позанимавшись около часа, я пошла к себе, переоделась и решила вернуться в библиотеку, чтобы дочитать книгу про растения. Правда, придя в просторное помещение с витавшим здесь запахом бумаги, садиться в кресло у окна я не спешила, хотя на нём лежала оставленная мной перед обедом книга. Чтобы отвлечься от беспокойных мыслей, я прошлась вдоль стеллажей. Моя рука без особой цели скользила по корешкам книг. В какой-то момент, она наткнулась на что-то мягкое, шёлковое. Я с удивлением обнаружила на одной из книг розовую ленту. Во рту мгновенно пересохло. Дрожащими руками я сняла её с полки и развязала бант. Удивительно, она стояла здесь девять лет! Мне её подарил дедушка на седьмой день рождения. Это был его последний подарок. На обложке большими буквами значилось: "История Трёхземелья. Войны трёх стран". Я опустилась прямо на ковёр и открыла первую страницу. На форзаце красовалась надпись, выполненная угловатым, крупным почерком: "Даника, с днём рождения! Надеюсь, этот подарок пригодится тебе в будущем. " Кратко, чётко, в его духе. Я помнила тот день только отрывками. Это было в тронном зале, после поздравления от гостей и послов. Дедушка присел на колени, чтобы быть со мной на одном уровне. Осторожно взял меня за плечи и серьёзно сказал: - Ника, этот подарок я хотел бы вручить тебе позже, когда он понадобится, но вряд-ли доживу. - Я хотела куклу! - только буркнула я в ответ. Через час бывший король Аклэйна уехал в свою резиденцию и больше я его не видела. Через треть Сезона он умер от сердечного приступа. Какая судьба постигла книгу в дальнейшем, я не помнила. То ли Андромеда забрала её и отнесла к другим подаркам, которые на её взгляд были бесполезными, то ли отец сказал, что я мала, чтобы читать такие книги. Родители не сильно любили имя, а я сама была слишком увлечена другими подарками, которые тогда казались мне важнее. Вспомнился мне и другой, более ранний разговор. За окном выл ветер и кружился снег. Но в особняке горел камин, свет огня прогонял тьму из всех углов. Я сидела рядом с дедушкой -имч на диване и разглядывала шрамы на его руке. Последствия Сезонной войны с орками. - Потом пехота зашла в тыл противника. Орки ведь кочевники, Ника, со стратегией у них не очень. В открытом бою мы их легко победили. Мужчина вспоминал страшную пору своей молодости, а я слушала, затаив дыхание. Когда дедушка закончил, мы оба какое-то время молчали. Слушали, как бушует на улице вьюга. - Что я хочу тебе сказать, девочка, - наконец заговорил снова имя и голос его звучал немного хрипло: - Война - самое ужасное, что может случиться у тебя в стране. Подданные мрут как мухи, голод лютует по всей стране. И за это всё несёть ответственность правитель. Надеюсь, что ты, Ника, не застанешь это время. Удивительно, что я так хорошо запомнила тот вечер. Мне было около пяти лет. Дедушку я не то, чтобы прямо любила, но проводить время вместе мне нравилось. С ним было интересно. Из воспоминаний меня выдернул стук. Я вздрогнула. На улице пошёл дождь и теперь активно барабанил по крыше и карнизам. Я подошла к окну, открыла его и в комнату тут же ворвался свежий прохладный воздух с запахом сырости. Несколько капель заскочили в комнату. Я высунулась из окна, оперевшись руками на подоконник. На лицо упало несколько редких капель. - Спасибо, - прошептала я: - И прости. В Интруде верят, что после смерти человек попадает на Небо. Если это правда, может, имя смотрит сейчас на меня и думает, что зря верил в то, что я стану достойной наследницей престола. Я не стала закрывать окно. Села в кресло и раскрыла дедушкин подарок. Сейчас эта книга, пожалуй, актуальна как никогда. Может, узнаю что-то полезное? Заснула я здесь же в библиотеке через несколько часов под дробный стук дождя и со старой книгой в руках. Вербена Указать про клаустрофобию Оставшееся время до встречи я бесцельно провалялась в каюте, слушая размеренное дыхание сестры. Потом за нами зашла Аквилегия - канонир "Чёрного дракона", черноволосая со стрижкой под парня болезненно худая девушка слегка постарше Хэви. Она казалась мне замкнутой и немногословной. Аквилегия попросила нас идти на палубу. Я растолкала сестру и мы вышли из каюты. На палубе собралась почти вся команда. В том числе Олеандр и близнецы. Я же почти сразу заметила на линии горизонта крошечную точку. Должно быть, это и есть та самая "Стальная крыса". Наш корабль же стоял на якоре, как я вскоре заметила. - Принцессы, - кивнул нам Адиантум: - Я вынужден просить вас спрятаться. Не за чем кому-то кроме нас знать, где вы. Очень многие захотят воспользоваться этим, поверьте. Я заметила, как Камелия закусила губу и отвела взгляд от пирата. - У наших партнёров нет дурной привычки расхаживать по чужому кораблю и всё-таки я бы предпочёл не рисковать, - мягко закончил азиат. - Это разумно! - легко согласилась я. - Вы двое, - Адиантум посмотрел на братьев Марс: - Можете остаться, если конечно умеете держать язык за зубами! Деймос бросил красноречивый взгляд на Олеандра и хмыкнул: - Да уж как-нибудь постараемся! Гарнак и плечистый великан с блекло рыжей бородой и короткими кудрявыми волосами - Дуб, как-то хитро подцепили и подняли часть пола. Я удивлённо присвистула. Оказывается, там был тайник - что-то на подобии погреба. А по виду досок и не скажешь, что под ними ничего нет. Первым спрыгнул Олеандр. Потом осторожно спустилась я. Камелия робко потопталась на краю. - Помочь? - быстро глянул на неё Тис. Опять смеётся, бессовестный! Сестра возмущённо засопела и спрыгнула к нам. Часть досок вернули на место и стало почти темно. Почти, потому что слабый свет всё-таки пробивался через щёлки между досками. Встав на цыпочки, я смогла, хотя бы смутно, увидеть то, что происходит на палубе. А ещё здесь очень сильно пахло сыростью и было довольно зябко. Камелия поёжилась, мрачнея ещё сильнее, хотя совсем недавно я была уверена, что сильнее некуда. Олеандр нашёл в углу какой-то ящик и сел на него, даже не подумав отряхнуть. Через некоторое время, "Стальная крыса" подошла вплотную к "Чёрному дракону". Мне было настолько интересно, что я не обращала внимания на неудобную позу. Получилось заметить только примерные очертания чужого судна, но и этого хватило, чтобы понять - оно точно больше нашего. Меня порадовало, что наши пираты не стали встречать гостей всей толпой, а разошлись по кораблю, открывая мне больший обзор. Когда между кораблями перекинули трап - широкую доску, заменяющую коридор, к нам на палубу ступил один человек. Высокий мужчина средних лет, с тонкими разбойничьими усиками, русыми короткими волосами, в тёмной одежде и с саблей за поясом. На каждом пальце незнакомца было надето по золотой массивной печатке - так ослепительно они блестели. На плече пирата сидел отвратительной наружности кот - абсолютно лысый. Эти двое смотрелись настолько живописно, что сразу мне не понравились. - Ого, да я смотрю, в вашем полку убыло! - расхохотался незнакомец, обводя команду поддельников оценивающим взглядом. Голос у него оказался неприятным,- слишком высоким, но парадоксально хриплым. - А ты смотрю и рад, Такка! - бросил ему небрежно Адиантум, как бы оценивая реакцию. Ага, значит это и есть капитан "Стальной крысы". - Да ещё бы! Давно следовало разделаться с этим недоумком Инжиром! - хохотнул бандит и по-дружески хлопнул Тиса по плечу. На других он просто не обращал внимания, видимо, не видя смысла размениваться на простых подручных: - Может, ещё чего интересного у вас случилось? Камелия задержала дыхание от волнения. Я машинально отпрянула от щёлки, хоть мужчина все равно не мог меня увидеть. - Нет, - ровно, с привычной усмешкой, ответил Тис: - Всё как обычно, курс прежний. - Ну и славненько! - я снова припала к дырке и успела увидеть как Шантрье довольно ухмыляется и поглаживает своего кота. От этого кольца на пальцах пирата ударялись друг о друга и слегка позвякивали. - Пойдём, я тебе кое-что из последнего награбленного покажу, а мои ребята пока товар к вам перетащят. - Пойдем, - легко согласился азиат и повернулся к своим: - Дуб, Гарнак, помогите с грузом. Когда два капитана удалились на "Стальную крысу", по трапу стали спешно переносить большие деревянные ящики. Шея у меня уже ныла из-за неудобной позы и я решила, что за процессом погрузки наблюдать совсем неинтересно. Камелия уже сидела на втором ящике рядом с Олеандром и я присоединилась к сестре. - Главное, чтобы они не забыли потом вытащить нас из этой ямы! - шёпотом, но исключительно по философски, заметил Фацелия. Сестра вздрогнула и обхватила себя руками за плечи. Я недовольно закатила глаза. Нахальный оборотень только улыбнулся. Сколько нам предстояло просидеть здесь, я не знала. Интруд Лиатрис проверяла седельные сумки, когда к собравшимся на площади перед дворцом воинам, вышел император, держа поводья вороного крепкого жеребца. Сердце Гиацинт отчего-то застучало быстрее. Кожаные чёрные доспехи с острыми наплечниками, множеством ремней на плечах и талии выглядели лёгкими и по идее были рассчитаны на то, чтобы не сковывать движений. Наверняка по сравнению с массивными самурайскими, как были на ней, они гораздо удобнее. Шлем предусмотрен не был. Плотные брюки-хакама на первый взгляд казались слишком широкими для войны. Чёрные волосы убраны в высокий пучок, свободных прядей нет. В целом его образ мог бы подойти разведчику, например, но никак не императору. - Всё Готово? - ровно осведомился Люпин, подойдя. - Так точно, Ваше Императорское Величество! - серьёзно подтвердила девушка. Монстера кивнул и обвёл взглядом ровный ряд пеших воинов. Конница должна была нагнать за пределами города. - Вы боитесь? - внезапно тихо спросил мужчина. - Разумеется, - Лиатрис задумчиво склонила голову к плечу: - Я никогда не была в настоящей битве. Мне страшно подвести людей, которых я поведу в бой. - Даст Небо, боя не будет, - обронил Люпин и ободряюще подмигнул: - В любом случае, правда на нашей стороне. Я доверяю вам как воину и командиру, а значит эти люди в надёжных руках. Гиацинт неуверенно улыбнулась в ответ: - Я поведу их за вами, даже на край света! Она знала, что часть ночи он провёл у целителей с пострадавшими и особенно с найденным мальчишкой. Тот так и не пришёл в себя. Мята сама рассказала генералу об этом. Добрая женщина серьёзно волновалась за Монстеру, которого знала ещё ребёнком. Правители не участвуют в сражениях лично, таков негласный закон. Нельзя рисковать собой, особенно если не уверен, что есть на кого оставить страну. Император Интруда рисковал наравне со всеми и едва ли боялся за себя. - Люпин, - к ним подбежал запыхавшийся колдун и обвиняющие толкнул друга в плечо: - Ты глубоко заблуждаешься, если считаешь, что можешь уехать и не оставить мне распоряжений! За колдуном с топотом примчались рыси и спали крутиться вокруг хозяина, предано заглядывая в глаза. Лиатрис протянула руку и погладила Кедра по голове. Хищник недоумено глянул на неё, мол: "Что это Почтенная себе позволяет?", но не зарычал и даже не увернулся. - Распоряжение у меня одно, - усмехнулся император: - Поддерживай здесь порядок. Каланхоэ улыбнулся: - А ты наведи его там. Помнишь, как говорил Айва-сан: "Лучшая битва та..." - "Которой не было," - закончил за рыжего Люпин: - Не переживай. - Да поможет вам в дороге Могучий Ветер, - в карих глазах колдуна мелькнуло удручённое, даже несколько виноватое выражение. Возможно, и правда страшнее, чем находиться в самом пекле, только ждать от туда вестей. Люпин наклонился, что-то шепнул своим рысям и потрепал обеих по холкам. Умные животные сели у ног Каланхоэ. - Пора! - твёрдо произнёс Люпин. Лиатрис решительно кивнула. Монстера легко забрался в седло и выехал вперёд. Гиацинт последовала за ним. - Смирно! - скомандовала она и самураи в полном боевом облачении подслушано замерли. Император остановил коня. - Я не в праве просить вас идти за собой, - хорошо поставленный голос императора разнёсся по площади: - Но в этот поход мы идём ради нашей империи, чтобы защитить то, что дорого. Наши земли, наших родных. Во имя тех, кто погиб от рук аклэйнцев и тех, кто выжил, но потерял всё. Мы не позволим соседям хозяйничать на своей земле. И если Аклэйн решил помериться силами, мы исполним их желание! Да помогут нам Духи и Небо! - Да сохранят в походе нелёгком! - слаженно одним хором ответили воины. - За Интруд! - мрачно добавила Лиатрис. - Во имя памяти Яростный Грозы! - тихо обронил Рео. Ничего больше не говоря, император развернул коня. - Шагом марш! - приказала Лиатрис. Самураи двинулись по улице прочь из города. Их провожали все жители столицы. На мосте, ведущем во дворец, собрались все слуги. На улицах Кайгана перед полком уважительно расступались простые гражданские люди, хвараны отдавали честь. Им предстояло хранить закон и порядок даже теперь. Поравнявшись с Люпином, Гиацинт негромко сказала: - Вы поступаете правильно, не сомневайтесь! Мы победим, мы обязательно победим! Мужчина улыбнулся в ответ: - Я рад, что вы будете рядом, только пообещайте кое-что. - Да? - растерянно моргнула девушка. - Вы ни за что не погибнете! - Монстера заглянул ей в глаза: - Никакого геройства, хорошо? Щёки обожгло приятным жаром. Облизнув пересохшие губы, генерал кивнула: - Тогда и вы должны это пообещать. Чуть помедлив, Люпин кивнул: - Обещаю! - Отлично! - усмехнулась Лиатрис: - Вот теперь, всё точно будет хорошо! Всё-таки она это сказала. Вербена Наш плен не продлился долго. Я даже задремать, уронив голову на плечо Камелии, толком не успела, как в тайник ворвался свет и голос капитана: - Можете вылазить. Первым снова был Олеандр. Щурясь - глаза успели привыкнуть к полумраку, я подтянулась, опёрлась руками на край и закинула на него ногу. Тис поддался вперёд, легко ухватил меня за плечи и помог забраться на палубу. - Спасибо, - выдохнула я, улыбнувшись. Парень равнодушно кивнул и протянул сестре руку. Камелия была даже менее ловкой, чем я, однако помощь приняла с явной не охотой. Азиат правда нисколько не смутился, поймав её злой взгляд. Ловко втянув сестру на палубу, он пошёл к штурвалу, должно быть сверить курс. Дуб и Гарнак вернули часть палубы на место и тоже пошли дальше по своим делам. - После этой ямы очень хочется прыгнуть прямо в воду, - поделилась я с сестрой и почесала зазудевшее плечо. Камелия серьёзно посмотрела на меня, давая понять, что шутки сейчас не уместны. Камелия поспешила вернуться в капитанскую каюту. Я с тоской посмотрела ей в след и перевела взгляд на дзинко. Парень пожал плечами и шепнул мне: - Дай ей время. После чего направился за Адиантумом. Я немного постояла, думая, и пошла за сестрой. Когда я вошла в нашу каюту, девушка осматривала небольшой ящик посреди комнаты. - Что это? - удивлённо спросила я. Камелия перевела на меня потерянный взгляд, из которого напрочь ушла обида и открыла сундук с сокровищами. Рант, да для неё это и правда сокровища! Ящик оказался забит книгами. Я выхватила несколько названий и поняла, что тут есть тома на любой вкус и на любую тему. - Ого, - я уважительно хмыкнула: - Это чтобы ты не скучала. - Да, - растерянно кивнула сестра: - Но... Откуда? Никаких опознавательных знаков на ящике мы не нашли. В итоге, я махнула на эту загадку рукой и растянулась на футоне. А вот сестра ещё долго стояла возле подарка, с трепетом рассматривая книги. Вербена Решение было принято и уже утром, проснувшись удивительно рано для себя, я пошла в капитанскую каюту. На стук в дверь Тис ответил сразу. Он сидел за столом и при моём появлении только поднял голову. Я же сразу зашла с козырей: - Обучи меня сражаться! Брови Адиантума удивлённо поднялись. - Нет, - не стал размениваться на уточняющие вопросы парень и опустил взгляд. Подойдя к столу, я увидела, что Адиантум чертит что-то поверх карты, сверяясь с компасом. - Пожалуйста, - уточнила я с прежним напором. - Нет, - повторил он: - Попроси Олеандра. Я уже думала об этом. Но потом ещё раз прокрутила в голове рассказ о его детстве и отказалась от этой затеи. Фацелии это наверняка причинит боль. - Не могу, - упрямо возразила я: - Научи ты. Мне очень надо. Я хочу стать сильнее! - А вот это уже интересно, - откликнулся Тис, но голос его говорил об обратном - интереса в нём не прибавилось ни на грамм, да и занят парень был по-прежнему картой: - Чтобы отомстить? Выбрость эти мысли из головы, мала ещё императору вызов бросать. А хочешь стать сильнее, начни с простого - отжимания, пресс. - Но... - Нет. - Да почему? - обиженно насупилась я. Капитан снова поднял на меня карие глаза, чуть вытянутые к вискам. - Ах да, был же какой-то повод, какой-то аргумент, - парень нахмурился, как бы пытаясь вспомнить, и даже откинулся на спинку стула, пощелкивая пальцами: - М, какой же? Ах, да! - он хлопнул себя ладонью по лбу: - Потому что! И вернулся к карте. Опешив, я открыла рот, но возразить было нечего. - Сам можно подумать взрослый - зло бросила я. Принять сокрушительное поражение просто так я не могла. - Я умею выбирать врагов, - невозмутимо парировал парень. Очень хотелось показать ему язык и хлопнуть дверью, но я не решилась и просто капитулировала. В коридоре стояла Хэви. Увидев меня, девушка подмигнула и вошла в каюту, прикрыв за собой дверь. Я вздохнула и пошла к себе, досыпать. Я хорошо помнила, как почти Круговорот назад просила о подобном Агаву-сана. - Ну, пожалуйста. Самым простым приёмам! - канючила я. Генерал тогда сидел за столом в столовой и кроме меня и него здесь ещё был только Кориандр, да служанка - Вишня. Ден беспомощно обернулся на императора. Тот только добродушно посмеялся: - Я не против, но решать тебе, Рододендрон. Агава тогда согласился. Я быстро утёрла непрошенные слёзы. Что ж, убедить пирата, кажется, будет намного сложнее! Интруд - Подслушивала? - азиат слишком хорошо знал подругу, чтобы поверить, что та просто оказалась в нужное время, в нужном месте. - Почему ты отказываешься? - вместо ответа пошла в атаку Эхеверия: - Ты же сам этого хочешь. - Не хочу, - ровно возразил Тис и Хэви поняла, что угадала. - Ой ли! Парень раздражённо бросил кисть на стол и фыркнул: - Да вы сговорились или что? Не хочу и всё. Я теперь капитан, у меня и других дел хватает. Кринум вздохнула и села за стол, уронив подбородок на руки. - Ты боишься, что они поймут кто ты, - понимающе кивнула девушка. - Точно поймут, Вербену точно учили самураи, - Адиантум привычно закинул ноги на стол: - Я сыт по горло косыми взглядами, с меня довольно. Эхеверия протянула руку, потрепала парня по волосам и ласково бросила: - Дурак! Тис прикрыл глаза и усмехнулся: - Зато ты умная. 1 - Небольшое парное украшение в виде декоративных фигурок, которая помещается на рукоять катаны под оплётку 2 - Тонкая плоская металлическая пластинка, которая крепилась между клинком и рукоятью меча. Аналог гарды у японского клинкового оружия