Мы не крепостные

1825 год, 14 декабря, Российская Империя. Кто бы мог подумать, что всё так далеко зайдёт? Антимонархические настроения стали чем-то новым в политике стран, где не было монархии. Были и до этого, но их было подавляющее меньшинство, в то время как монархия преобладала. И никто не мог представить, что появятся люди, которые захотят сопротивляться монархии или даже уничтожить её, как болезнь, которая убивает страну. Своим халатным отношением к крестьянам к стране в целом можно терпеть так долго, как только это возможно. Но чем дольше терпишь, тем больше ненависть, а как мы знаем, терпение не вечно... Думая об этом, Российская Империя был в Зимнем дворце вместе с членами семьи династии Романовых, воплощением Санкт-Петербурга, и прислугой. Он потёр мундир и после вздохнул. Он смотрел через окно на то, что происходит, на то, как солдаты Союза Спасения бьются с императорской армией. Как горожане Петербурга, которые столпились, поддерживали революционеров в их отчаянной борьбе за страну, за светлое будущее. Во главе императорской армии был сам император Николай 1, а во главе декабристов был Трубецкой. Солдаты стреляли друг в друга, дрались, кричали. Раздавался грохот пушек. А всего этого можно было бы избежать, если бы не было путаницы с наследником престола Империи. Вдобавок декабристы, к удивлению, оказались более радикальными и решительными. Они подняли восстание раньше, чем ожидалось, и из-за этого присягу не смогли провести. И это создавало ещё более шаткое положение, ведь одновременно с Петербургом восстание было поднято и в Чернигове на Украине. Из-за этого был риск того, что восстание могло затянуться, так как декабристы отчаянно сопротивлялись. И если восстание не будет быстро подавлено, то это может начать беспорядки. И в других частях страны крестьяне тоже могли начать действовать более радикально, если новость о восстании распространится и его не удастся подавить. РИ отошёл от окна, и после этого к нему вошёл один из советников. — Ваше императорское величество. Империя повернулся. — Да, говорите. Советник сначала молчал, боялся что-либо говорить, а потом всё-таки решился. — Император Николай 1, он был убит. После этих слов глаза Империи расширились. — Как убит? Кем? Кто посмел? Советник слегка задрожал. — Один из солдат застрелил его. Российская Империя сжал кулаки. — Не дайте им захватить Зимний дворец любой ценой. Нам нельзя этого допустить. — Как скажете. После этого советник удалился из покоев империи. Российская Империя сжала зубы. Всё это было похоже на кошмар. В стране, где веками было самодержавие, происходило что-то подобное. Это было просто немыслимо. Хотя можно было догадаться, что это было последствием Великой Французской Революции и Наполеоновских войн, во время которых революционные идеи смогли прижиться у части солдат и офицеров РИ. Из-за того, что социальная и политическая жизнь по сравнению с их родиной намного лучше, то понятно, почему декабристы и поднялись на свержение монархии. Им хотелось перемен, лучшей жизни для народа. Империя и сам этого хотел, но из-за своей жестокости и нерешительности он не смог убедить императора Александра 1, что нельзя сворачивать либеральный курс, что реформы надо довести до конца, ведь тогда всего этого бы не было. Впрочем, это уже не важно. Тем временем Сенатская площадь была захвачена декабристами. Войска императора, которые были деморализованы его смертью, начали постепенно сдаваться. И когда уже большая часть из них сдалась, а оставшаяся уже не могла оказать нормального сопротивления, то это стало переломным моментом. По приказу Трубецкого солдаты двинулись на Зимний дворец, постепенно окружая его. И скоро оборона дворца была прорвана. Под крики и возгласы солдат те ворвались в Зимний дворец во главе с Трубецким. Солдаты внутри пытались отбиться от них, но было слишком поздно. Якубович во главе с несколькими солдатами вошёл внутрь комнаты, где и были члены основной ветви императорской семьи: его жена, дети и Михаил Павлович, брат уже мёртвого императора Николая 1. Семью арестовали. ... Российская Империя слышал всё, что происходило. Слышал каждый звук, каждый крик. Он понял: это конец его власти. Конец монархии в стране. Он обречённо вздохнул, скрестив руки за спиной. Но в своих раздумьях он не услышал, как в комнату зашёл кто-то другой. Это был его средний сын Российская Республика. Он подошёл к отцу вплотную сзади, и тот повернулся. — Всё, кончено, отец, сдайся, пока не поздно. РИ улыбнулся. — Сын, скажи, ты как-то в этом замешан? Он кивнул. — Да. Взгляд империи погрустнел. Он не мог и подумать, что его собственный сын предаст его. Воткнёт нож ему в спину. Российская Республика и раньше иногда говорил антимонархические лозунги при отце, критиковал слабость императоров, которые не могли нормально провести реформы из-за боязни перед дворянством, хоть и знал, что на это были и другие причины. — Сын, скажи зачем? — Зачем? Сын переспросил отца, а после повысил голос. — ЗАЧЕМ ты спрашиваешь меня об этом, зная, зачем я помог восставшим? РИ кивнул. — Да, зачем ты всё это устроил? Республика разозлился сильнее. Халатный тон отца и его спокойный холодный взгляд выводили юношу из себя. — Потому что ты относился к людям как к скоту, который можно будет забить, и тебе ничего не будет, который можно содержать как в свинарнике без нормальных условий к жизни и тянуть с тем, чтобы наконец вытащить их из этого рабства. Послушав разьярённую речь сына, империя продолжил говорить. — Ты не сможешь править. У тебя нет авторитета, нет железной хватки, нет доверия среди народа. Твоя власть будет хлипкой и недолгой. Сколько ты проправишь? 20 лет — 25 — это ничтожно мало для страны. Выслушав отца, Республика тоже решил защитить свою точку зрения. — Может, у меня и нет доверия, авторитета и железной хватки, как у тебя, но я видел, как живут люди, как помещики мучают крестьян, как их семьи разделяют, как они голодают и умирают, пока ты сидел в своём дворце тут в столице и строил империю, но ради чего, а главное, ради кого? Отец, ради народа нет, ради себя, ради своих амбиций. Ты готов жертвовать солдатами, крестьянами, страной ради того, чтобы просто что-то кому-то доказать, но при этом не зацикливаться на проблемах страны, ведь тебе это не нужно. Закончив говорить, он достал нож из кармана и приставил его к горлу отца. Его рука слегка дрожала. Он не мог решиться убить своего отца. Нужно было лишь перерезать ему глотку, чтобы раз и навсегда избавить народ от его жёсткой руки. Но он не смог сделать это. Он убрал нож от горла и отошёл, после чего в комнату зашли несколько солдат, один из которых арестовал империю, как Российская Республика и планировал. — Увидите его. Солдаты взяли империю под руки и увели его из его уже бывших покоев. ... Российская Республика сидел в покоях отца уже третий час. Он не мог осознать, что произошло. Из мыслей его вывел стук в дверь. — Брат, можно войти? Из двери послышался женский голос. Это была РСФСР. — Да, заходи. РСФСР открыла дверь. Войдя вместе с их старшим братом СССР, они подошли к брату, который сидел в кресле отца. 1 тишину нарушил СССР. — Ты как? Республика вздохнул. — Бывало и лучше. РСФСР обеспокоенно посмотрела на него. — Почему ты такой подавленный? Он молчал, не в силах ответить сестре, что он должен был сказать, что он не знает, что делать, что боится за страну, за то, что с ней будет, возможно, отец был прав, он ещё не может править. — Я не знаю, что делать, мы победили. Отец больше не у власти, но что делать я не понимаю, я думаю, что у меня не получится. РСФСР после слов брата положила свою теплую руку на его холодную щёку. — Ты чего? Всё будет хорошо, мы же с СССР рядом, мы тебе поможем. СССР кивнул. Хоть они с братом и иногда ссорились из-за их идеологических взглядов, но он всё равно за него беспокоился. — Не переживай, всё будет нормально. Он похлопал брата по плечу, тот слабо улыбнулся. — Спасибо, что бы я без вас делал. РСФСР улыбнулась и поцеловала брата в лоб, и после стала поглаживать его белые волосы. Да, дальше будет непросто, но Российская Республика уверен, он сделает всё, что в его силах, чтобы не подвести народ