Дети льда

      Принц не знал, то ли ему смеяться, то ли придушить еë от такого заявления. Суженая? Переплетённые судьбы? Норны? О чем она говорила вообще?       — Но, похоже либо норны ошиблись, либо дедушка всё неправильно понял.       — Ты знаешь, я тоже ничего не понял, — раздражённо произнёс Локи, — давай иди вперёд и рассказывай подробнее. Только не урывками, а с самого начала! Поняла? — ему хотелось подойти к ней и во время всего разговора смотреть в глаза, чтобы понять, врёт она или нет, но трикстер не мог. Нужно было торопиться, некогда останавливаться.       — Я родилась далеко не случайно, Локи, — девушка повиновалась и пошла вперёд. Её слегка потряхивало, но она продолжала говорить и идти, смотря перед собой, — Да и тебя забрали из Йотунхейма не просто так.       — Я знаю, почему Óдин забрал меня. Он хотел с моей помощью два мира соединить, держал меня рядом, пока я не понадоблюсь.       — Не совсем, — перебила его, — тебе предначертано стать спасителем.       — Ты говоришь о..?       — Да, после того, как вëльвы предсказали Рагнарёк, Урд и Верданди сплели судьбы всех, кто с ним был завязан, а самая младшая норна Скульд разрезала некоторые нити, чтобы вплести свои и дать миру шанс. По еë предсказанию, в мире родится ребёнок, способный остановить конец света, освободить девять миров от скверны и зла, и не дать пасть богам в бездну.       — Норны сильно ошиблись, выбирая кандидатуру, — хмыкнул Локи, не веря не единому слову.       — Скульд сделала это без ведома старших сестёр, — продолжила Лин, — а они за это внесли в судьбу ребёнка некоторые дополнения. Ведь полностью убрать его они не смогли. Спаситель должен был пройти смерть, ложь, предательство, заточение, а лучше вообще умереть во младенчестве. И из ребенка с прекрасной жизнью и великой судьбой, он превратился в изгоя, зачатого насильно и в ненависти, брошенного на погибель, но обладающего силой противоположных стихий — огонь и лёд. Он бы не выжил, но Скульд вплела в его судьбу нити Верховной четы Богов Асгарда.       Óдин путешествовал по миру людей, когда наткнулся на жилище норн, где как известно, испокон веков живут колдуньи. Наткнулся не случайно, я думаю, что младшая сестра сама привела его к ним. Скульд рассказала про Рагнарёк, а ещё про младенца и где его искать. А Урд забрала память у Всеотца, чтобы он не нашёл мальчика. Но, судьба хитрая, благодаря войне с Йотунхеймом, царь Асгарда всё же зашёл в храм и нашёл младенца. Он не помнил слова норны, но мальчика оставлять не стал, принёс домой. Воспитывал как родного. Но в душе ребёнка была зависть и злоба, ведь он рос рядом со старшим сыном Верховного Бога. Ненависть и досада стали только больше, когда он узнал правду своего рождения…       — Довольно, — хрипло попросил Локи, — помолчи, — ему нужно было осмыслить сказанное. Вся его жизнь это заранее продуманный план? Он, действительно, страдал столько времени, чтобы… Чтобы что? Спасти мир?       Они всё шли и шли, а мост всё не кончался. Тролль скорее всего уже нашёл кость и сейчас с радостью грыз её в ущелье, а значит, скоро доберётся и до содержимого рюкзака, а потом станет маленьким и побежит за ними. Ведь он не мог не чувствовать этот сладкий запах Лин.       — Локи, тут конец моста, — обрадовано крикнула девушка, и трикстер почувствовал, как верёвка натянулась. Он выдохнул и пошёл быстрее. И через пару минут они оба были на достаточно большой площадке, с одной стороны которой был провал, а с другой небольшой грот.       — Нам туда, — кивнул принц.       — Я больше не могу идти, — Лин опустилась на пол и вытянула ноги, — давай устроим привал, — Локи нехотя согласился и тоже уселся, давая себе отдохнуть.       — Дай сюда сумку.       — Зачем? — спросила девушка, но послушалась.       — Хочу развести небольшой огонь, чтобы не сидеть в темноте, а сумка скроет пламя.       Дочь Тора смотрела на принца, пока он отрывал подкладку из сумки, поджигал её и прятал огонёк, и пыталась понять, как повлиял на него её рассказ, но по его движениям и мимике ничего понятно не было.       — Выключи фонарь, — тихо сказал он, когда появилось небольшое пламя.       Локи поднял глаза на девушку, сидящую напротив него с другой стороны костра. Он обдумывал свой следующий вопрос. Спросить хотелось многое. Не определившись, трикстер поинтересовался:       — Ты знаешь, кто моя мать?       — Нет, но судя по твоей магии, она и сама была волшебницей. Никто не знает, как она попала к ледяным великанам, и куда потом делась, есть предположение, что она из знатного рода Ванов. И была наложницей Лафейя.       — А каким боком ты в моей судьбе, кроме, как ты дочь названного брата?       — Ты же просил не рассказывать урывками, Локи… Да я уже не уверена, что я твоя суженая. Насчёт меня все ошиблись. Не я, видимо, должна была спасти тебя.       — С чего ты взяла, что ошиблись? — он хотел знать всё. Ему нужны были ответы на все вопросы.       — Из-за запаха, — она пожала плечами и вытащила из сумки воду, сделала глоток, перевела дыхание, а Локи терпеливо ждал, — я не использую духи. Это мой настоящий запах. В царстве вечных зим холодно и темно. И у йотунов гораздо сильнее развито обоняние. Они чувствуют своих по особому аромату. И чем он приятнее для мужчины, тем больше женщина ему подходит по всем параметрам. Так же по запаху они распознают врагов, чужаков и другие кланы издалека, — девушка сглотнула, смотря на Локи, а он молчал с непроницаемым лицом, — чем слаще запах, тем сильнее инстинкты. Ты сказал, что мой запах тебе противен, а значит я тебе совершенно не подхожу, тем более, что ты чувствуешь меня в облике асиньи. Тебе нужно будет потом найти её — настоящую твою суженую, с которой ты сможешь спасти мир, объединившись. Я, конечно, вам тоже помогу… — она вздохнула. Ей не хотелось верить, что они не созданы друг для друга. Но ведь обоняние не врёт, — я хочу спасти своих родных…       — То есть, никто другой не чувствует того, что чувствуя я? — трикстер сглотнул, — А если я стану йотуном, то ты тоже что-то почувствуешь?       — Да, мама рассказывала мне, что этот запах ни с чем не спутать. И для каждого он разный.       — Как они живут в таком обилие запахов?       — Привыкают. Да и с годами аромат «своих» чувствуется меньше, резко отличаются чужаки.       — И как твою мать угораздило с Тором сойтись, а не найти себе йотуна?       — Дело этом в том, что Фригг спланировала моё рождение…       — Как это? — нахмурился Локи и даже наклонился ближе к ней.       Лина вздохнула и посмотрела на огонь. Благодаря магии Локи, подклад горел и горел, и пламя не собиралось затухать. Она закусила губу и продолжила рассказ.       — После твоего заточения Óдин неожиданно вспомнил своё посещение норн и рассказал об этом Фригг. Вспомнил он и про то, что Скульд пыталась спасти мир от Рагнарёка, и то, как её сестры всё время вплетали свои нити, делая жизнь спасителя всё тяжелее и тяжелее. Тогда младшая норна добавила новую переменную — некую девушку, что должна была помочь ему. Верданди же добавила, что эта дева должна быть тоже полукровкой, и что только союз двух наполовину йотунов будет более разрушительным, чем сила Хелы, и что он должен провести в пещере много лет, познать голод и лишения, выстрадать за все девять миров. А дева в год своего двадцатипятилетия должна спасти его. Бабушка очень любит тебя, Локи. Она хотела вытащить тебя из пещеры раньше, но на кону были жизни миллиардов живых существ. Она знала, что ты выдержишь, знала, что ты способен на это. Ведь это она воспитала тебя, она дала тебе этот внутренний стержень, она научила терпеть и бороться, даже не подозревая, что тебе это настолько пригодится.       Локи смотрел на неё не отрываясь. Он сжимал кулаки и скулы, боль разрывала его изнутри. Им пожертвовали, чтобы спасти всех? И мать это знала? Глаза защипало от слез. А если норны ошибались?       — Дальше, — сквозь зубы произнес он.       — А дальше Фригг взяла всë в свои руки, сама нашла полукровку… Но матери моей было далеко не двадцать пять лет, а потом она не соглашалась родить ребёнка и отдать…тебе… Ты же для йотунов враг номер один.       — Ну да… А тут единственная дочь в лапах чудовища… Иронично… Монстры боятся монстра…       — Ты не чудовище, Локи, — нежно сказала Лина, рука её дёрнулась в попытке подняться, чтобы провести пальцами по щеке, но остановилась. Локи уловил это движение и нахмурился.       — Дальше… — попросил он.       — Дальше? А дальше бабушка уговорила маму, Óдин послал моего папу в Ванахейм, где они и встретились. Он влюбился мгновенно. Для достоверности они долго скрывались, потом поженились, родилась я. Мама увидела мои рыжие волосы и дала мне имя Лионелла. Но все называют меня Лина.       — Лионелла, — хмыкнул Локи, — «маленькая львица», тебе идёт.       — Да, а ещё львы храбрые, сильные, бесстрашные. Мама знала, что меня ждёт, поэтому дала это имя, — она выдохнула, — мама и бабушка с детства рассказывали мне о тебе, о важности того, что с тобой происходит и о том, что мне придётся тебя разыскать и спасти. Óдин не вмешивался, как-то хотел рассказать про ловушки, но Фригг запретила.       — Почему?       — Тяготы, лишения и испытания… Иначе ничего не получится, понимаешь?       — Ты могла погибнуть.       — Наверное, но не погибла.       — Пока нет, но ты в этой проклятой пещере вместе со мной. И если норны снова что-то куда-то вплели, ну или Óдин не правильно всë вспомнил, то ты можешь тут умереть.       — Я буду верить, что ниточка моей жизни не оборвется так быстро.       — А что думает про это Тор?       — Он не знает. Ему не сказал никто. Он даже не знает, что я тебя тут спасаю. Думает, что я сбежала… Он бы точно не дал любимой дочери идти в какую-то пещеру, пошёл бы вызволять тебя сам. Кстати, он несколько раз порывался, но его останавливали всеми возможными способами, всё должно было быть именно так, как сказали норны.       — Ладно, давай рассказывай дальше, — принцу было странно слышать, что и Тор хотел его спасти, и Óдин желал рассказать про ловушки.       — Мы были готовы к нападению Хелы. Óдин уснул, а она освободилась. Тётка знала о том, что йотуны могут остановить её, уж не знаю, кто ей сказал, но она первым делом уничтожила почти весь Йотунхейм. Потом начала выслеживать полукровок. Меня спрятали, а вот моя мама, — девушка сглотнула, — моя мама погибла. Фригг обманула Хелу. Отправила меня в Мидгард, я несколько недель искала тебя по отголоскам твоей магии, — Лина замолчала, — и вот, наконец, нашла, дальше ты знаешь.       Наступило молчание. Локи смотрел на девушку и думал. Он не хотел верить ни во что, но не верить не получалось. Мозг сразу зацепился за то, что он не злодей, а герой и спаситель. Он и злился, и одновременно понимал мать. Ему было жалко себя, жалко потраченные годы в тёмной пещере в полном одиночестве, но в то же время это давало надежду на то, что можно было предотвратить Рагнарёк. Он с детства читал о нём, вот только главы про Спасителя там не было, да и про его спутницу тоже.       — Нет, я не всё знаю, — принц покусал губы, — я не очень понял про союз двух полукровок…       — Нуууу, — протянула она, выдохнув, — ни у кого не было сомнений, что я создана для тебя, но никто не знал, что ты будешь так зол. Мы должны были подружиться. Я дала бы тебе искру. Ну а в процессе…этого…не только твоя магия восстановилась бы, но и…как раз в этот момент мы должны были понять, точнее ты должен был понять, ведь я-то почти всю жизнь свою была уверена, что мы соединены судьбою. Мама говорила, что в этот момент происходит большой выброс магии и гормонов любви.       — То есть, у меня совершенно нет выбора?       — Выбор есть всегда, Локи. Ты можешь дождаться, пока твоя магия сама вернется, и не искать никакую суженую.       — Мнимый какой-то выбор, — он хмыкнул и встал, прошёлся немного, — вся моя жизнь, все мои поступки и все события в ней были предопределены и вели вот к этому моменту… Тебе не противно, что тебя использовали? — он остановился около неё, мысль о том, что она была рождена специально для него не давала ему покоя, но в то же время Бог не мог с этим смириться. Он чувствовал её запах, потому что она была «его» женщиной, но не собирался ей об этом пока говорить. Локи понял, почему он её защищал — инстинкты, с которыми он даже справиться не мог.       — Мне больше нравилась мысль, что это моё предназначение. У тебя есть выбор. Как я сказала, ты можешь подождать, пока твоя магия восстановится, и пойти со мной, мы попытаемся спасти Асгард от Рагнарëка, а можешь ничего не делать и посмотреть, что будет дальше. Я в любом случае пойду одна.