Обещание счастья

«Когда ты рядом, я схожу с ума. Когда ты рядом, я думаю только о тебе. Когда ты далеко, я дёргаюсь и молча мечтаю увидеть тебя. Когда ты далеко, я медленно умираю». Гермиона смотрела на эти строчки, не зная, как на них реагировать. Она быстро спрятала загадочное письмо в карман, чтобы никто не увидел. Мальчики уже ждали её в коридоре, поэтому она поспешила к ним, чтобы они могли вместе отправиться на обед в Большой зал. Идя рядом с ними, она провалилась в свои мысли, не слушая их спор по поводу квиддича. Гермиона кусала губы, пытаясь понять смысл этого тайного послания. Наверное, кто-то просто решил пошутить. Или как-то разыграть её. Других вариантов не было. То, что это любовное признание, она не верила. Слишком откровенно и непонятно. Сев за стол, Гермиона уткнулась в тарелку, вяло ковыряясь в гречневой каше. Мальчики продолжали говорить на тему, которая её совсем не интересовала, и она подпёрла голову рукой, начиная рассматривать зал и учеников. Услышав крики, все обратили своё внимание на слизеринский стол. Теодор Нотт вскочил на ноги и закричал, тряся рукой, пытаясь избавиться от пламени, что охватило рукав его мантии. Когда огонь удалось потушить, Теодор упал в обморок. Все встали и начали суетиться. Началась паника, но преподаватели принялись успокаивать студентов, говоря, что это просто несчастный случай. Гермиона внимательно наблюдала за происходящим. В один момент её взгляд перекочевал на Малфоя. Почему? Просто он выглядел чрезвычайно спокойным. Он расслабленно поглощал еду, изредка протирая рот салфеткой. Гермиона удивилась, когда его глаза нашли её. Он склонил голову набок и подмигнул ей. И в следующую секунду её стакан с тыквенным соком взорвался. Снова началась паника. Она раз пятнадцать за последнюю минуту повторила Рону и Гарри, что в порядке, но они продолжали успокаивать её неизвестно от чего. Когда они вернулись в башню Гриффиндора, она обрадовалась, что никто из её соседок ещё не вернулся. Упав на кровать, она поняла, что что-то мешает ей. Нахмурившись, Гермиона села и заметила небольшую коробочку, которая как раз и не дала ей расслабиться. Коробка была прямоугольной, потрясающего глубокого синего цвета. И она была бархатной. Из-за чего чувствовалась дороговизна того, что ждало её. Быстро подняв крышку, она обомлела. Перед ней лежал браслет невероятной красоты. Бриллианты сверкали на свету. Они переливались различными огнями, чем напоминали северное сияние. Обратив внимание на маленькую записку, Гермиона с опаской её развернула. «Тебе. Наверное, это покажется банальным, но ты в тысячу раз прекраснее этих камней. Ты красива. Ты идеальна. И ты моя». Она сглотнула, не зная, что думать. По всей видимости, у неё появился тайный поклонник. Гермиона не представляла, как к этому относиться. «Ты моя». Звучало романтично, но в то же время и пугающе. Возможно, мужчина просто имел в виду, что именно он ухаживает за ней, но что-то ей подсказывало, что речь шла о другом. «Ты моя». Это было признание. Обещание. И приказ. Гермиона надела браслет, наслаждаясь его видом на своей руке. Разумеется, это было красиво, но подарок был слишком дорогим, она просто не могла его принять. Вздохнув, она заметила на обратной стороне послания небольшой постскриптум: «Не смей отказываться от этого подарка. Он полностью твой. И я очень советую не злить меня». Какой самодовольный засранец. Гермиона легла на кровать, подняв руку. Браслет идеально подходил ей. Она снова подумала о своём поклоннике, не замечая, как провалилась в сон.

***

«Я вижу, что тебя что-то тревожит. Конечно, ты бы мне ничего не сказала, но я хочу, чтобы ты знала, что я всегда замечаю перемены в твоём настроении. Ты не одна. Я рядом». Она против воли улыбнулась. В этот раз записку тайного поклонника Гермиона нашла в учебнике по зельям. Она на что-то отвлеклась, а потом заметила небольшой клочок бумаги на страницах. Быстро спрятав находку, она вернула внимание профессору, записывая конспект. Но внутри всё перевернулось от желания немедленно прочитать послание. Сейчас она, как обычно, сидела в библиотеке, зарывшись в книги. Они снова поругались с Роном. Их отношения становились хуже с каждым днём. Ей казалось, что раз они нравятся друг другу, раз прошли столько испытаний вместе, то всё должно быть легко. Но нет. С ним не было легко. Каждый раз, когда Рон пытался поцеловать её, она чувствовала неправильность происходящего. Гермиона не могла объяснить это даже себе, и поэтому Рон начинал злиться, говорить, что она не подпускает его к себе. Она понимала причину его злости. Они встречались уже три месяца, но между ними до сих пор ничего не было. Она не позволяла ему даже опустить руку ниже талии, ей всё время было некомфортно от мысли, что он будет её лапать. Рон хотел секса. Разумеется, хотел. Любой парень, который встречается с девушкой, хочет близости, но она не могла ему этого дать. Гермиона всё ещё не была готова. Она тяжело вздохнула. Гермиона думала, что после войны все проблемы исчезнут, но как же она ошибалась. Радовало только послание от незнакомца, которое каким-то образом согревало душу. — Эй, аккуратнее! Услышав шум, она подняла голову и увидела Малфоя, который столкнулся с Кормаком. — Смотри по сторонам, придурок! — прорычал Кормак, но лицо Малфоя оставалось безэмоциональным. Гермиона встала, чтобы предотвратить конфликт, видя, как закипает Кормак. — Ты что, языка лишился? — продолжал гриффиндорец. — Чего ты молчишь, а? Я тебе вопрос задал. Малфой молчал. Это настораживало. Гермиона встала между ними и положила руки парням на грудь, отталкивая их друг от друга. — Кормак, хватит, — спокойно произнесла она. — Пусть это раб научится смотреть по сторонам! — Кормак, — Гермиона бросила на него свой фирменный взгляд, и он сдулся, как воздушный шарик. — Ладно, — фыркнул он и ушёл, оставляя их с Драко наедине. Гермиона оглянулась и поняла, что всё ещё прикасается к нему. Быстро убрав руку, она подняла на него глаза. Малфой смотрел на неё. Не отрываясь. — Ты в порядке? Гермиона не знала, зачем задала такой глупый вопрос, но он уже сорвался с её губ, поэтому ничего не поделать. — Я в норме, Грейнджер, — расслабленно ответил он, удивив её своим голосом. Она уже и забыла, как он растягивает гласные. Она вообще забыла, как звучит его голос. После того, как она выступила на суде в его защиту, Гермиона не видела и не слышала о нём. Лишь на вокзале, когда они отправились в школу, она заметила его фигуру вдалеке. На уроках он не отвечал, полностью превратившись в призрака. — Ну тогда ладно, — внезапно она почувствовала смущение и решила вернуться к своим делам. — Стой. Его просьба остановиться звучала как приказ. Гермиона не поняла почему, но замерла, совсем растерявшись от услышанного. — В чём дело? — Я должен был сделать это давно, Грейнджер, но не мог. Она совсем перестала понимать, что здесь происходит, но тем не менее стояла на месте, будто действительно старалась выполнить приказ Малфоя. — Это тебе, — он протянул ей маленькую коробочку, на которой была написана какая-то фраза на незнакомом ей языке. — Что это? — Возьми, — настоял он, и она послушалась. Подняв крышку, Гермиона увидела самые прекрасные серёжки, какие только видела. Маленькие капли бриллиантов, которые сверкали и переливались различными цветами. — Эти серьги сделали на заказ, специально для тебя. Она резко вскинула глаза, с шоком уставившись на него. Драко на мгновение потерял свою бесстрастность, кажется, немного покраснев. — Я прошу у тебя прощения. За всё, что сделал. Ты не заслуживала моей ненависти. — Ты... не должен... Это слишком дорого. — Я хочу перемирия, Грейнджер, — Драко проигнорировал её слова. — Хочу забыть прошлое и начать сначала. Гермиона сомневалась, что это реально. Она всегда была невысокого мнения о Малфое и его семье, но сейчас её преставления о нём рассыпались в прах. Она больше не была уверена, что он такой, каким всегда его считала. — Прошу тебя, не отказывайся от этого подарка, — Драко коснулся её руки, сжимая её пальцы на коробке. — Это всего лишь жест примирения. — Хорошо, — она сглотнула робость. — Хорошо, я... прощаю тебя, но... — Но? — Малфой, ты должен знать, что я давно не злюсь на тебя. Я давно простила тебя. Мы были детьми, с абсолютно разным воспитанием. Поэтому... Я действительно простила тебя. Драко выглядел странно. Его глаза блестели незнакомым огнём, но лицо продолжало держать маску. Гермиона поняла, что хочет коснуться его. Это желание было таким сильным, что бороться с ним было практически невозможно. Она максимально незаметно коснулась мизинцем его большого пальца, чувствуя ток, пробежавший между ними. Малфой хмыкнул, а потом отстранился, оставив её разочарованной таким резким отдалением. — Я уверен, что они тебе идеально подойдут. Носи их, Грейнджер, — лишь сказал он и ушёл. Гермиона выдохнула. Она не могла понять, что с ней происходит. Сев на стул, она уткнулась взглядом в серьги, лежавшие на мягкой подкладке. Аккуратно взяв одну серёжку, она начала надевать её, после чего защёлкнула застёжку. Достав из сумки маленькое зеркальце, она посмотрелась в него. Серьги и вправду идеально подходили ей. Малфой учёл её любовь к минимализму. Он постарался угодить ей, и это возвысило его в её глазах. Гермиона ощутила желание догнать его и поблагодарить, но тут в библиотеку зашёл Рон. Настроение мигом испортилось, хоть она и ругала себя за такие мысли. Спрятав подарок, Гермиона приняла занятой вид, даже не пытаясь скрыть раздражение от появления своего парня. Рон поцеловал её в щёку и сел напротив. Она не обращала на него внимания, думая лишь о Малфое. Его взгляд до сих пор не отпускал её. Он будоражил её и притягивал, как магнит. Единственное, что занимало её любопытство, была мысль, что он думал о ней, когда заказывал у ювелира эти серьги. Он думал ней. И это не отпускало её до конца дня.

***

«Знаешь, когда я смотрю на тебя, то мне становится легче. Я словно перерождаюсь, потому что чувствую, что ты рядом со мной, хоть и далека как никогда. Конечно, ты мне не поверишь, но только ты помогла мне не сойти с ума. Я знал, что скоро весь ужас закончится и я наконец-то смогу действовать. Смогу начать радовать тебя. Возможно, однажды ты узнаешь меня. Возможно, однажды я признаюсь тебе в том, что испытываю уже столько лет. Наверное, тебе жутко любопытно. Я понимаю это, ведь успел хорошо тебя изучить за эти годы. Но пока рано. Ты ещё не готова. Должен признаться, что я с трудом терплю. Мне очень хочется обнять тебя и быть с тобой, но я знаю, что ты стоишь всех ожиданий. Поэтому я прошу тебя подождать, не пытаться разгадать мою личность. Просто будь собой и наслаждайся неизвестностью, ведь порой она даёт нам больше, чем мы можем представить». Гермиона всхлипнула. Она никак не ожидала, что это послание вызовет у неё столько эмоций. Более того, незнакомец действительно знал её и её мысли. Это поражало. Даже мальчики не могли так читать её и угадывать, чего она хочет. Она вытерла мокрые глаза и открыла новую коробку с подарком. В этот раз было не украшение, а книга. Очень старая книга. Посмотрев на дату печати, Гермиона ахнула. Это было первое издание. На обложке стёрлось название, но, перевернув страницу, она чуть снова не расплакалась от осознания, что этот человек знает такие вещи о ней. «Гордость и предубеждение» Джейн Остен. Полистав книгу, она не поверила своим глазам. Этот подарок был гораздо более простым, но именно он говорил о внутреннем богатстве её таинственного поклонника. Услышав быстрые шаги на лестнице, она спрятала книгу под подушку. В комнату влетела Джинни с улыбкой до ушей. — Гермиона, мы с Гарри сделали это! — Это? — она постаралась выглядеть заинтересованной, хотя ей было абсолютно всё равно. — Секс, — протянула Джинни, прыгая от радости. — Мы занялись им! — Ох, поздравляю. Гермиона не хотела обсуждать секс Гарри и Джинни, но, кажется, у неё не было выбора, поэтому она слушала, хотя мыслями пребывала совсем в другом месте.

***

— Гермиона, это что? — ахнула Джинни, смотря круглыми глазами на её серьги и браслет. — Бриллианты? — Нет, что ты! — нервно рассмеялась она. — Это просто... Бабушка прислала. — Бабушка? — удивился Рон, почему-то покраснев. — Да, это ей дарил мой дедушка, когда был ещё жив, — Гермиона натянула улыбку на лицо, надеясь не показать своего волнения. — Она прислала мне и попросила носить. Сказала, что они давно лежат у неё в шкафу и собирают пыль. — Вряд ли это так, — задумчиво протянула Джинни. — Я знаю этот браслет. Видела его в журнале. Он от известного ювелира, который изготавливает драгоценности для чистокровных семей. У нашей мамы обручальное кольцо от него. Досталось ей от бабушки папы. Гермиона боялась пошевелиться. Она хотела проклясть Джинни, хоть и понимала, что та не со зла. Лицо Рона превратилось в камень. Он резко встал из-за стола и выбежал из Большого зала. Гермиона последовала за ним, даже не зная зачем. — Рон, я всё объясню... — Кто-то подарил тебе это? — он остановился и посмотрел на неё так агрессивно, что она отшатнулась. — Нет, — Гермиона помотала головой, и тут неожиданно он толкнул её к стене. Она от шока не могла даже пошевелиться. — Ты что делаешь? Рон приблизился к ней, и она оказалась в капкане его рук. — Кто подарил это тебе? — Я же сказала... — Не ври мне! — заорал он. — Ты хоть понимаешь, что это значит?! — Да о чём ты говоришь? — у неё больше не было сил сдерживать своё возмущение. — У чистокровных волшебников есть такое понятие, как ухаживание, — с расстановкой произнёс Рон, не дав ей заговорить. — Это отличается от того, что принято считать ухаживанием у маглов. Если чистокровный волшебник дарит девушке украшение, выполненное на заказ, которое делает семейный ювелир, то это значит, что он хочет на ней жениться. Гермиона удивлённо открыла рот. Она и подумать не могла... — Поэтому я спрошу ещё раз, — взгляд Рона был пугающим. — Кто подарил тебе это? — Это... — Уизли, отпусти её, — услышали они и молниеносно повернули головы. Малфой расслабленно спрятал руки в карманах брюк, медленно приближаясь к ним. — Отпусти её, — снова повторил он. — Ты меня слышал? — Я сам разберусь со своей девушкой, — прорычал Рон. — Что ж, я хотел по-хорошему, — хмыкнул Малфой и бросился на Уизли. Он схватил Рона за шею и оттащил от Гермионы, впечатав его в стену. Уизли что-то крикнул, поняв, что от удара сломал нос. Вытерев кровь над верхней губой, Рон во все глаза посмотрел на Драко, который заслонил собой Гермиону. — Тварь! Рон попытался ударить Малфоя по лицу, но тот увернулся и стукнул Уизли по голове, отчего тот упал на пол, не двигаясь. Гермиона застыла. Она широко распахнула глаза, наблюдая, как Драко прощупал пульс у Рона, а потом подошёл к ней и вытер со щёк слёзы, которые успели откуда-то появиться. — Он тебе ничего не сделал? — тихо спросил он, смотря на неё так необычно-нежно, что она не могла связать и двух слов. — Нет... Что ты с ним сделал? — Вырубил, через полчаса очнётся, — фыркнул Драко. — Иди к себе. Она лишь кивнула, не в силах спорить.

***

— Малфой, прости, но мне придётся это вернуть, — Гермиона положила перед ним серёжки, надеясь завершить этот неприятный разговор как можно быстрее. Драко встал и успел схватить её за запястье. Гермиона закусила губу, боясь расплакаться. — В чём дело, Грейнджер? Она не выдержала и закрыла руками лицо. Драко обнял её и опустил подбородок ей на макушку. После того, как Рон очнулся, он снова наорал на неё, приказав вернуть подарки тем, кто их прислал. Если с серёжками всё было понятно, то вот браслет она вернуть никак не могла, поэтому спрятала его, обещав себе никогда его не надевать. Весь вчерашний день прошёл в оправданиях и слезах. Она знала, что поступила неправильно по отношению к Рону, но не чувствовала за собой вины. Кто-то подумал о ней, захотел сделать приятно, а это всё превратили в какую-то грязь, выставив её изменщицей. Рон пообещал не разговаривать с ней, пока она всё не вернёт, и это было действительно суровое наказание, потому что ни Гарри, ни Джинни не встали на её защиту, молчаливо поддержав Уизли. Так что неудивительно, что она не сдержалась и сейчас плакала на груди давнего врага, который оказался единственным, кто защитил её. Иронично. — Так, Грейнджер, что случилось? — через некоторое время спросил Драко, приподнимая её лицо за подбородок. — Это Уизли? Он что-то сделал? — Я должна вернуть их тебе, — лишь прошептала она. — Они не нравятся тебе? — Конечно, нравятся, они прекрасны, просто... — Уизли? — Ему это не понравилось. Он сказал, что такие подарки делают только тогда, когда... — Гермиона заглянула ему в глаза. — Я не могу их принять. Тебе следует подарить их той девушке, с которой ты хочешь быть. — Хм, как забавно, — усмехнулся Драко. — Что забавно? — Эта девушка ты, — просто и легко сказал он, чем шокировал Гермиону. — Что? — она непонимающе моргнула. — Ты слышала, — склонив голову набок, он улыбнулся. — Я специально заказал их для тебя. — Но я не могу нравиться тебе. — Почему ты так решила? — Это невозможно, — она покачала головой, не веря. — Ты... Это просто какой-то розыгрыш. Она хотела уйти, но Драко оказался быстрее. Не поняв, чего он хочет, Гермиона открыла рот, чтобы попросить его отпустить её, но тут он наклонился к ней и поцеловал. Она обомлела. Никто и никогда не целовал её так чувственно и вместе с тем грубо, будто она была тем, что ему необходимо для выживания. Когда он отстранился и прислонился своим лбом к её, Гермиона поняла, что сердце бьётся быстрее, чем это возможно. Она вообще не понимала, где находится и что происходит. Остался только Драко и его волшебный поцелуй. — Прости, я больше не мог сдерживаться, — прошептал он, оставляя короткие поцелуи у неё на лице. — Ты будешь носить их. Он взял серёжки и вдел их ей в уши. — Мне плевать, что думает по этому поводу Уизли, это твой подарок. — Но это... — Это заявление, — серьёзно протянул Драко. — Отныне я буду бороться за тебя. Гермиона нахмурилась, и он поцеловал её в лоб, разглаживая морщинку. — Я докажу тебе, что это то, что тебе нужно. Ты ещё этого не понимаешь, но я знаю, что это чёртова судьба. Мы всё это время искали друг друга, Грейнджер. Я это знаю.

***

«Знаю, что мои чувства не взаимны. Я честно не хочу давить на тебя, но, видя тебя рядом с этим идиотом, я не могу сдерживать свою ярость и желание сделать всё возможное, чтобы ты стала моей. Только не бойся меня, я не маньяк, правда. Но ты не представляешь, как сложно быть рядом с тобой, понимая, что ты хочешь быть с другим. Я просто невероятно долго ждал тебя, так долго, что иногда кажется, будто прошла целая вечность. Не буду говорить громких слов. Не буду признаваться в чувствах, ведь знаю, что ты ещё не готова это слышать. Просто будь собой и позволяй мне радовать тебя такими мелочами, как эта». Гермиона вытерла слёзы и аккуратно развернула упаковку. Большая коробка на её коленях вмиг показалась очень тяжёлой. Она провела рукой по мягкому кашемиру, наслаждаясь прекрасным кроем и тканью, которая согревала изнутри. Зелёный цвет напомнил ей о скошенной траве, запах которой она так любила. Надев свитер, она обняла себя руками и закрыла глаза. Лёжа на кровати и закрывшись от всех балдахином, Гермиона мечтала почувствовать прикосновения близкого человека. Того, кто знал её так хорошо. Вопреки силе воли, перед глазами возник образ Малфоя. После того, как он пообещал начать добиваться её, Драко старался не беспокоить её. Гермиона хоть и злилась на себя, но всё равно хотела, чтобы он стал чаще мелькать в её жизни. Чёртово любопытство так и нашёптывало ей на ухо мысли, от которых она старалась отмахнуться.

***

Идя по коридору, полностью погружённая в свои мысли, она подпрыгнула на месте от испуга, когда Драко возник перед ней. Она прижала руку к груди, пытаясь восстановить дыхание. — Боже, как же ты напугал меня, — пробормотала Гермиона, заметив, что Малфой немного бледнее обычного. — С тобой всё хорошо? — Что? — удивился он. Она сделала к нему шаг, робко прикоснувшись к его лбу. — Мерлин, Малфой, у тебя температура! — Всё нормально, Грейнджер... — Нет, не нормально, — она почувствовала, что внутри всё перевернулось от какого-то непонятного страха. — Идём. Она взяла его за руку и повела за собой. Драко даже не спорил. Он лишь крепче сжал её ладонь, на что Гермиона постаралась не реагировать. Оказавшись в больничном крыле, она дала мадам Помфри осмотреть его и назначить лекарство. Малфой послушно выпил все предписанные зелья, упав на кровать. Он смотрел на неё, пока она смущённо глядела в окно, не зная, что делать. — Спасибо, Грейнджер, — тихо произнёс он. — Не за что, — она непроизвольно провела пальцами по его волосам, убирая чёлку со лба. Поняв, что именно сделала, Гермиона покраснела как помидор. — Прости. — Можешь трогать мои волосы хоть весь день, — хмыкнул Драко, приподнимаясь на локте, оказавшись в непозволительной близости от её лица. — Прости, что пропал на эти несколько дней. Я был немного занят. — Всё нормально. — Я помню, что пообещал. И я намерен исполнить это обещание, — он коснулся её щеки, и она закрыла глаза, поддавшись касанию. — Я хотел пригласить тебя на свидание. — Я не против. — Даже не узнаешь куда? — довольно улыбнулся Драко, продолжая поглаживать её по щеке. — Мне всё равно, — Гермиона пожала плечами. — Ещё в тот день я решила дать тебе шанс. И, знаешь, кажется, я доверяю тебе. — Не боишься, что я окажусь не таким хорошим парнем, как Уизли? — на имени Рона его голос окрасился злобными нотками. — Нет, думаю, ты лучше, — честно призналась она, решив не скрывать правду. Все эти несколько дней она только и делала, что думала. Вспоминала тот поцелуй. И пришла к выводу, что следует послушать свои чувства, а не тех, кто пытается подстроить её жизнь под свою. Гермиона хотела быть счастливой, она устала справляться со всем в одиночку и вечно всех спасать. Теперь настал её черёд узнать, чего и кого она хочет. И, как выяснилось, сейчас она хочет Малфоя. Глаза Драко блеснули. Он медленно наклонился к ней и поцеловал. Гермиона сама потянулась к нему, тайно надеясь, что это всё же случится. Целуясь с Драко, она поняла, чего ей не хватало с Роном. Отдачи. Уизли был весьма открытым человеком, но как любовник привык больше получать, нежели отдавать. А вот с Малфоем всё было по-другому. Он заботился в первую очередь о ней. И это меняло всё. Отстранившись, он ласково поправил её кудри, выглядя счастливым. Гермиона не знала, что думать, но собственные чувства не обмануть. Она была рада, что дала ему шанс.

***

«Ты прекрасна. Просто знай это. Просто знай, что я каждый день смотрю на тебя и вижу только замечательного человека, который красив и душой, и телом. Просто знай, что ты невероятно умна и мудра. Просто знай, что твоя доброта однажды спасёт мир или же какого-то парня, который окажется в самом дерьме, боясь даже собственной тени. Твоя доброта спасла по крайней мере одну душу. Мою. Никогда не меняйся. Оставайся такой же солнечной и нежной всегда. Что бы ни случилось». Гермиона не смогла сдержать улыбку. Ещё никто и никогда не говорил ей столько комплиментов сразу. Её таинственный поклонник выставил её настоящим божеством, хотя и у неё было много недостатков. Она посмотрела в зеркало, пытаясь увидеть ту самую красоту, про которую писал этот парень. Разглядывая каждую часть тела как под микроскопом, Гермиона закусила губу, видя только минусы и то, что можно было исправить. Расстроившись, она махнула рукой и поспешила открыть новый подарок. В этот раз коробка была небольшой, но там лежало не украшение. Медленно подняв крышку, она ахнула от умиления и восторга. — Боже мой! — маленький котёнок с белоснежной шерстью мигом оказался у неё на руках. — Малыш, ты, наверное, испугался, да? Внутри она заметила маленький листок и взяла записку. «P.S. Не волнуйся, он просидел в коробке совсем недолго. И я покормил его перед тем, как отправить к тебе». Этот человек очень хорошо её знал, что даже немного пугало. — Какой ты милый, — лепетала Гермиона, поглаживая котёнка и прижимая его к себе. Живоглот остался с родителями, когда она уходила на поиски крестражей с Гарри. Она попросила его приглядывать за ними в Австралии, поэтому не знала, жив ли он до сих пор. В последний год Живоглот начал сдавать позиции, передвигаясь всё медленнее. Его аппетит стал не таким, как прежде, а слух всё чаще подводил. И она не знала, жив ли сейчас он, но безумно скучала. Постаравшись переключиться, она сосредоточилась на своём новом питомце, помня, что через несколько часов у неё свидание. Свидание с Малфоем.

***

Её ноги едва не тряслись. Гермиона старалась идти спокойно, но, скорее всего, её походка оставляла желать лучшего. Наверняка со стороны казалось, будто она была пьяна. И всё из-за чёртовых каблуков, которые она по дурости решила надеть, чтобы произвести впечатление на Малфоя. Зачем вообще она хотела это сделать? Чтобы понравиться ему, очевидно. Но он сам говорил, что она и так ему нравится, так что, для чего такие старания, её рациональная часть совсем не понимала. Но вот сердце... Оно говорило нарядиться, мечтая увидеть в глазах Драко восхищение. Заметив вдалеке белобрысую макушку, она затормозила, внезапно ощутив тошноту. Так часто бывало, когда она перенервничает, но в данный момент эта её особенность была некстати. Но было поздно. Он уже заметил её. И шёл прямо ей навстречу. Когда Драко остановился и заглянул ей в глаза, она закусила губу, чтобы не сморозить какую-нибудь глупость. — Привет, Грейнджер, — с улыбкой сказал Драко и, наклонившись к ней, поцеловал в щёку. Она моментально покраснела. — Привет, — тихо пробормотала она. — Готова? — К чему? — Идём, — загадочно хмыкнул Драко, дожидаясь, пока она возьмёт его за руку. Гермиона с опаской сжала его ладонь, чувствуя, как внутри всё замерло, а потом перевернулось. Встав на ноги после трансгрессии, она склонила голову и обхватила живот руками. — Чёрт... — С тобой всё в порядке? — забеспокоился Драко, кладя ладонь ей на спину. — Да, просто я всё ещё не очень хорошо переношу трансгрессию. Гермиона выпрямилась и оглянулась. Они были не в Лондоне. Кругом был лес. Она нахмурилась, стараясь не думать о том, как это подозрительно. — Ты же не хочешь убить меня и спрятать моё тело здесь, да? — пошутила она, не избавившись от небольшого страха. — Возможно, — протянул Драко. — Посмотрим на твоё поведение. Она закатила глаза, решая дать ему шанс. — И что мы тут делаем? — Погода в последнее время радует, не правда ли? — Ну да, – Гермиона посмотрела по сторонам, не понимая, куда они идут. — Я решил воспользоваться этим. Драко свернул направо, расслабленно двигаясь вперёд по тропинке, пока Гермиона то сжимала кулаки, то пыталась нащупать палочку в кармане пальто. Ещё и каблуки... Когда она увидела плед на траве и корзину для пикника, то всё поняла, но это меркло по сравнению с видом, который открывался им отсюда. Они находились на возвышении, где деревьев было гораздо меньше, чем в чаще. Получалось, что они будто парили над землёй. Это было невероятно. Гермиона долго смотрела на горизонт, пытаясь вспомнить, когда в последний раз наслаждалась закатом и пением птиц. Обернувшись, она увидела, что Драко уже сидит на траве и протягивает ей шампанское. Приняв напиток и сделав аккуратный глоток, она наконец-то отпустила все переживания. Какое-то время они просто молчали. Не потому, что не было тем для разговора, а по той причине, что им было слишком комфортно в обществе друг друга. — Однажды я был здесь с родителями, — неожиданно сказал Драко, смотря вдаль. — Мама впервые сама приготовила кексы с патокой, а отец упорно пытался зажечь костёр своими руками. Это было так смешно, что я до сих пор помню, как болел живот от смеха. Она улыбнулась, представляя эту картину. — Конечно, у отца ничего не получилось, но мама утешила его, поцеловав и похвалив. Я тогда кривился и просил прекратить эти нежности. Драко покачал головой, усмехаясь. — Кексы вышли неплохими, но тесто, видимо, не до конца пропеклось, так что на следующий день я мучился от боли в животе не только от смеха. Она бросила короткий взгляд на его руку, лежавшую рядом с её, и робко прикоснулась к ней большим пальцем. Драко нежно сплёл их ладони, не дав ей пожалеть об этом. — Даже странно, как всё изменилось, — с тоской и разочарованием закончил он. — Раньше наша семья была одним целым, а теперь напоминает развалины. — К сожалению, иногда случаются плохие вещи, — прошептала она, слегка придвигаясь к нему. — Возможно, скоро всё наладится. Драко грустно улыбнулся и зарылся рукой в её волосы. — Как у тебя это получается? — Что? — Быть такой оптимистичной и неунывающей. — Наверное, я просто хочу, чтобы мир был именно таким. — Ты удивительная, — он приблизился к её губам, замерев в миллиметре. — Тебе кто-нибудь это говорил? — Не уверена, но можешь повторить. Драко не ответил, вместо этого он поцеловал её. Сначала поцелуй был мягким и неторопливым, но стоило ей коснуться его плеч, как всё изменилось. Малфой проник языком в её рот и сжал кудри в кулаке, наклоняя её голову так, как ему удобно. Гермиона ахнула, стоило ему прикусить её губу, но Драко не собирался останавливаться. Он сжимал её тело в объятиях, касаясь доступных мест так интимно, что ей казалось, будто между ними существовала давняя глубокая связь. Опустив её на покрывало, он навис сверху, не переставая целовать её. Гермиона сжимала его плечи, водила руками по его спине и торсу, желая прикоснуться к его коже. Но нельзя. Иначе они перейдут черту, которая должна удерживать их от глупостей. Когда воздуха стало катастрофически не хватать, Драко чмокнул её в лоб и уткнулся ей в шею, поглаживая по волосам. — Это определённо лучшее свидание в моей жизни, — признался он. — В моей тоже. Они лежали там до появления на небе звёзд. Хотелось провести ещё больше времени вместе, но они оба знали, что их будут искать. Идя по коридору замка и держа Драко за руку, Гермиона вдруг поняла, что все лишние мысли ушли. Больше не было страха, волнений и бесконечного чувства вины. Появилась лёгкость, которая была забыта ею очень давно. — Ну, увы, мне дальше нельзя, — остановился Драко, глядя на портрет, закрывавший вход в гостиную Гриффиндора. — Возможно, однажды у тебя получится зайти в гости, — сказала Гермиона, хотя они оба знали, что этому не бывать. — Спасибо за этот вечер. Я никогда... Я отлично провела время. — Это не последнее наше свидание, Грейнджер, — Драко убрал волосы ей за спину, задержав руку, чтобы коснуться её губ. — Ты теперь от меня не отделаешься. — Обещаешь? — игриво спросила она. Глаза Драко мигом потемнели. — Если ты этого хочешь... — Хочу, — выпалила Гермиона, не дав ему договорить. Малфой криво улыбнулся и начал наклоняться к ней, но тут портрет отъехал в сторону и показалась голова Джинни. — Гермиона, я услышала твой голос, — она бросила удивлённый взгляд на Драко. — Мы тебя потеряли. — Да, я... задержалась в библиотеке, а Дра... Малфой меня любезно проводил, — быстро проговорила Гермиона. — О, ладно. — Что ж, Малфой, — она заставила себя быть серьёзной. — Спасибо, что проводил. — В следующий раз топай сама, — он закатил глаза. — Я не благотворительная организация. Драко развернулся и слегка задел её руку своей, молчаливо давая понять, что их игра была убедительной. — Гермиона? — А? — она обратила внимание на Джинни. — Ты точно была в библиотеке? — Ну да, а где ещё мне быть, — она пожала плечами и поспешила зайти в гостиную. — Я так устала сегодня, хочу лечь спать пораньше.

***

Гермиона открыла дверь в спальню и застыла, увидев Рона, который держал в руках её серёжки и браслет. Он так яростно на неё посмотрел, что она не нашла слов, чтобы выразить своё возмущение. — Я сказал тебе отдать их тому, кто подарил, — едва ли не выплёвывая, сказал Рон, медленно приближаясь к ней. — Какого чёрта? — ахнула Гермиона, приходя в себя. — Как ты вообще сюда вошёл? — Отвечай мне! — рявкнул он. — Не тебе мне указывать! — ощетинилась она. — Я, блядь, твой парень! — Уже нет, — на удивление спокойно произнесла Гермиона, складывая руки на груди. Рон неверяще фыркнул, а потом покачал головой. — Что? — Что слышал. — То есть ты бросаешь меня? — его глаза были такими злыми, что это её немного напугало. — Серьёзно? — Абсолютно. Наши отношения были ошибкой, не стоило их вообще начинать. Она говорила чистую правду. Ей было очень жаль, что они испортили такую дружбу, но назад никак нельзя было вернуться. Хотя хотелось. Рон надрывно рассмеялся. — Забавно, — протянул он. Бросив её подарки на кровать, он уже начал спускаться по лестнице, но вдруг замер. — У тебя кто-то есть? — Это не твоё дело, — это было грубо, но сдержать свою ярость на то, что он шарился в её вещах, больше не получалось. Рон ничего не сказал. Он ушёл. Лишь услышав, как громко хлопнула дверь в гостиную, она вздрогнула. Сев на кровать, Гермиона аккуратно взяла браслет и серьги, решив, что теперь имеет полное право их носить.

***

И вот, сидя на трибунах, она думала только о том, что тот человек, который очень быстро стал ей невыносимо дорог, может пострадать. Настроение было прекрасным, хотя волнение продолжало удерживать её внутренности в жёстком кулаке. — Грейнджер, — недовольно вздохнул Драко, смотря на горизонт. — Драко, пожалуйста, я действительно переживаю, что он нападёт на тебя, — она крепко стиснула его руки в своих. — Рон хороший, но очень импульсивный. Он может что-то втемяшить себе в голову и ходить с этими мыслями весьма долго. — Я знаю, что Уизли не отличается умственными способностями, но... — Не надо, не оскорбляй его, — перебила Гермиона, видя, как Малфой закатывает глаза. — Да, он не идеален, но он мой друг. И всегда им будет. — И твоим бывшим, — с раздражением надавил Драко. Гермиона покачала головой, удивляясь его глупости. Она опустила ладонь ему на щёку и развернула его лицо к себе. Заглядывая ему в глаза и поглаживая тёплую кожу, она поняла, что больше не может держаться это в себе. — Глупый, — шёпотом озвучила она свои мысли. — Мне нужен только ты. Глаза Драко довольно блеснули, и он наклонился к ней, застыв, не целуя её. — Скажи это, — тихо попросил он. — Что сказать? — Что хочешь только меня. Гермиона сглотнула некоторую неуверенность. Она никогда и никому ещё не признавалась в подобном. Было страшно и жутко волнительно, но в то же время ей хотелось дать понять Драко, что только он занимает её мысли. Поэтому она рискнула. — Я хочу только тебя, — едва слышно сказала она, и он тут же её поцеловал. Драко зарылся рукой в её волосы, наклоняя её голову набок, чтобы углубить поцелуй. Она застонала, когда его пальцы опустились ей на шею и задели чувствительное место. Они настолько сильно погрузились друг в друга, что не услышали громкие шаги. Резко дёрнув Драко за воротник мантии, Рон оттащил его от Гермионы и толкнул в сторону, отчего тот упал, больно ударившись боком о скамейки, находившиеся на трибуне. — Боже, Рон! — закричала она и кинулась к Драко, но Уизли преградил ей дорогу. — Малфой?! — крикнул он, смотря на неё с неподдельным шоком. — Рон, я... — Я знал, что это кто-то чистокровный, но Малфой... — Уизли разочарованно покачал головой. — Как ты могла? После всего, что он сделал. — Ты не понимаешь, — начала Гермиона, но он не дал ей закончить. — Да как это вообще можно понять?! Драко встал и направился прямиком к ней, но Уизли замахнулся и врезал ему. Малфой отшатнулся и, споткнувшись, едва не потерял равновесие. — Рон, немедленно прекрати! — Сначала скажи, почему он? — Я... Я не знаю... — Не смей мне врать! — заорал Рон, тыча в неё пальцем. — Отвечай! — Я никогда не любила тебя! — не выдержала Гермиона, тут же пожалев о своих словах. Глаза Рона стали такими печальным, что это едва не разорвало ей сердце. Он опустил голову, грустно улыбаясь. — Вот как, — его шёпот почти добил её. — Я имею в виду, как мужчину, — пролепетала Гермиона, отчаянно пытаясь всё объяснить. — Рон, послушай... — Прощай, Гермиона, — лишь сказал он, желая скорее убраться с трибун. — Рон... — на глаза навернулись слёзы. — Рон! Он так и не обернулся, удаляясь в школу. Она заплакала, проклиная саму себя и ту горькую правду, что непроизвольно вырвалась из неё. Драко молча обнял её и прижал к своей груди, надеясь хоть как-то успокоить её, но Гермиона понимала, что потеряла своего лучшего друга. Навсегда.

***

«Прошу тебя, улыбнись. Ты не представляешь, как сильно я люблю твою улыбку. Именно она часто спасала меня от сумасшествия. Ты лучшее создание на свете. Улыбнись». Прочитав послание, она взглянула на содержимое коробки. Там лежали её любимые лакомства. Солёная карамель, лакричные конфеты и огромное количество сахарных перьев разных вкусов. Всё, что она постоянно покупала в «Сладком королевстве» на протяжении всех этих лет. Странно, но очередная записка и подарок не вызывали былой радости. Гермиона знала, что это связано с Роном, но также чувствовала, что теперь ей нравится вполне реальный и осязаемый человек. Она влюбилась. Так быстро. Так непредсказуемо. Так необдуманно. И в кого? В человека, который лишь пару недель назад рассказал ей о своих чувствах и заявил, что будет добиваться её. И ведь добился. Тут не поспоришь. Она хмыкнула. Да уж, исход ухаживаний Драко был весьма закономерен, хотя так не казалось на первый взгляд. Но, узнав его получше, Гермиона поняла, что он такой же упёртый, как и она. Если он что-то захотел, то обязан это получить. Убрав коробку со сладостями под кровать, она поспешила на завтрак, зная, что если снова его пропустит, то точно умрёт с голоду к обеду. Сев за гриффиндорский стол, Гермиона столкнулась с тишиной. Гарри и Джинни даже не смотрели на неё. Она внимательно разглядывала их, пока не решилась прямо узнать, в чём дело. — Что случилось? Гарри поднял голову и бросил осторожный взгляд на свою девушку. Джинни с такой лютой яростью посмотрела на Гермиону, что она едва не свалилась со скамейки. Резко встав, Уизли выбежала из Большого зала. Гарри поник. Кажется, он не знал, что делать. — Что... — Рон уезжает, — с тоской сказал он. Гермиона нахмурилась — Из школы. И, возможно, из страны. — Но я не понимаю... — Он рассказал нам о тебе и... Малфое, — на имени Драко голос Гарри дрогнул. Он уткнулся в тарелку. — Сказал, что не может оставаться здесь и видеть вас вместе. Ещё летом он хотел попробовать пройти отборочные в пару квиддичных команд, но... — Но решил вернуться в школу из-за меня, — подсказала Гермиона, сжав кубок с тыквенным соком в руке. — Да. И теперь он собирает вещи. Он уже поговорил с Макгонагалл, она отпустила его. Конечно, много формальностей, но герою войны открыты многие пути. Правда, остальные Уизли ещё не знают. Рон сказал, что пока пусть так и остаётся. Им лучше не знать о... произошедшем. — Молли его убьёт, — отрешённо произнесла Гермиона. — Да, но, когда всё будет сделано, она не сможет ничего изменить. Между ними повисла тишина. Теперь всё встало на свои места. Поведение Джинни было ясным, но всё равно Гермионе было обидно. Она хотела бы всё рассказать подруге, но знала, что та никогда не поймёт её выбор. А Гарри... Он не сможет разорваться. Ему придётся принять чью-то сторону, и Гермиона понимала, что вряд ли это будет её. — Гарри, прости меня. Он вздохнул и наконец-то посмотрел на неё. — Ты счастлива с ним? — Да, — легко сорвалось с губ, потому что правда ещё никогда не была такой простой. — Я за тебя рад, честно, но не жди, что сейчас я могу понять твой выбор. Тебе с ним быть. И только ты можешь решать, кого любить, но, Гермиона, помни, что вы из разных миров. Я просто не могу поверить в его искренность. Прости. — Знаю, это действительно трудно, но, Гарри, он совсем не такой, каким мы привыкли его видеть. Драко может быть добрым и отзывчивым. Он нежный и любящий. Заботливый. — С теми, кто ему дорог, — хмыкнул Поттер. — На остальных ему плевать. — Разве это так плохо? — Скорее, это странно. Но, повторюсь, тебе решать. Просто... Я не верю ему. Он сделает тебе больно, Гермиона. И я боюсь, что это сломает тебя. — Даже если так, то я хочу попробовать. Рискнуть. Я никогда не чувствовала такого. — Надеюсь, что я ошибаюсь, — Гарри отодвинул от себя тарелку, вставая. — А насчёт Джинни... Она злится. Очень. Вчера она многого наговорила, поэтому пока вам лучше не общаться. Она может окончательно всё испортить. Дай ей немного времени. — Хорошо, — уныло кивнула Гермиона. — Гарри, спасибо. — За что? — удивился Поттер. — За то, что не заставил выбирать. Гарри почесал затылок, смотря себе под ноги. — Я не имею на это никакого права. Я твой друг. И потом... Как я могу заставить тебя выбирать, когда ты сама осталась со мной в самый сложный период, хотя Рон нас бросил. — Это не то же самое... — Для меня это очень похожие ситуации, та даже хуже. Ты решила остаться со мной и помочь, хотя Рон фактически был твоим парнем. Это был сильный поступок. Я этого никогда не забуду. Гермиона не знала, что сказать. Она не хотела плакать, поэтому не стала продолжать этот диалог. Гарри кивнул и оставил её одну в толпе студентов, которые стучали ложками и вилками, совсем не обращая на неё внимания. Внутри всё замерло. Будто прошёл ураган и наконец-то наступил штиль. Она несколько раз моргнула, чтобы прогнать слёзы, и краем глаза заметила, как в Большой зал вошёл Драко. Он сразу сосредоточился на ней, сведя брови на переносице. Она попыталась улыбнуться, но ему удалось распознать её блеф. Малфой начал стремительно приближаться к ней, и Гермиона посмотрела по сторонам, проверяя, что делали остальные присутствующие в помещении. Все студенты, которые заметили, как Драко Малфой остановился возле гриффиндорского стола и взял за руку Гермиону Грейнджер, замолчали. Драко вывел её из Большого зала, пока все сидели в шоке. Едва шоковое состояние схлынуло, как все взорвались от нетерпения обсудить увиденное.

***

Гермиона остановилась, изо всех сил пытаясь восстановить дыхание. — Рон! Он замер, а потом медленно обернулся. На его плече была спортивная сумка, а сам он выглядел печальным и замученным. — Не уезжай, не надо, — она помотала головой, надеясь достучаться до него. — Я не хочу, чтобы из-за меня ты бросал школу. Рон вздохнул и приблизился к ней. Он опустил сумку на пол и постарался улыбнуться. — Этот учебный год был ошибкой, я изначально хотел уехать из Англии, просто... — Я знаю, что ты здесь остался из-за меня, но, пожалуйста, подумай ещё. Вдруг ты ошибаешься именно сейчас? — Нет, — Рон хмыкнул и пожал плечами. — Я всё решил. Я действительно этого хочу. Мне нужно пожить самостоятельно и узнать, чего я желаю на самом деле. — Я не могу тебя потерять, — прошептала Гермиона, зная, что говорит правду. Он всегда будет её лучшим другом. Рон улыбнулся. — Ты не теряешь меня, просто наши пути расходятся. Так бывает. Однажды мы оба поймём, что поступили правильно. Он поцеловал её в лоб и напоследок сжал плечо. Подхватив сумку, Рон молча ушёл, оставляя её с разорванным на части сердцем. Гермиона осела на пол, прижимая руки к груди. Она не могла даже заплакать. Слёз просто не было. Единственное, что она могла делать, это выть от боли, сидя в коридоре.

***

— Скоро станет легче, — прошептал Драко, поглаживая её по волосам. Они лежали на траве возле Чёрного озера, смотря на солнце, которое медленно садилось за горизонт, окрашивая небо различными оттенками красного и розового. Было немного прохладно, но в этом году осень была тёплой, поэтому достаточно было лёгких согревающих чар, чтобы можно было проводить много времени на улице. Гермиона вздохнула, наблюдая за тем, как Луна становилась чётче, озаряя своим светом Землю. — Я потеряла его. Навсегда. — Иногда одни люди уходят от нас, чтобы пришли новые, — со знанием дела произнёс Драко. — Знаю, сейчас кажется, что всё плохо, но через время ты поймёшь, что ваши пути давно разошлись. Ещё тогда, когда он бросил вас с Поттером. — Я рассказала тебе об этом не для того, чтобы ты осуждал Рона, — упрекнула его Гермиона, и Драко весело фыркнул. — Я не осуждаю его, хотя, должен признаться, что после твоего рассказа моё и так невысокое мнение о нём стало ещё ниже. Просто я хочу, чтобы ты не винила себя. Тебе было жаль его и вашу дружбу, но, Грейнджер, на жалости отношения не построишь. Хорошие так точно. — Ты прав, но поставь себя на моё место. Он был моим другом с одиннадцати лет. Как я могу так быстро его отпустить? — Не только другом, но и бывшим, — недовольно напомнил Драко, сжав губы в полоску. Гермиона закатила глаза и немного приподнялась, чтобы заглянуть ему в глаза. Положив руку ему на щёку, она улыбнулась, поглаживая тёплую и слегка колючую кожу. — Мне нужен только ты. Рон никогда не был тем человеком, с которым я хотела по-настоящему быть. Мы оба были одиноки. Нам казалось, что наши отношения нас спасут от того ужаса, что происходил в прошлом году, но... не вышло. Драко сел и прислонился своим лбом к её. Он поцеловал её в щёку, зарываясь пальцами в кудри. — Я просто не хочу, чтобы ты плакала. Не могу смотреть на твои слёзы. Улыбнись. Пожалуйста. Гермиона нахмурилась и немного отстранилась от него. Несколько мгновений она смотрела ему в глаза, кажется, даже слегка злясь на своё желание отвернуться от очевидного. Драко бегал глазами по её лицу, ничего не понимая. — Это ты, — спокойно сказала она. Малфой открыл рот, чтобы оправдаться, но не смог найти слов. — Знаешь, а я догадывалась, — усмехнулась Гермиона, качая головой. — Ещё когда ты подарил мне серьги из одной и той же коллекции, что и браслет. — Я не специально это сделал, — Драко перестал её касаться, не зная, какой будет её реакция. — Просто подумал, что эти драгоценности будут хорошо смотреться в паре. Гермиона не могла сдержаться и рассмеялась. Драко удивлённо посмотрел на неё, начиная переживать, что она окончательно чокнулась. — Ты в... порядке? — Видел бы ты своё лицо, — она вытерла слёзы и внезапно почувствовала небывалую лёгкость. — Казалось, что ты готовишься к тому, что я тебя прокляну. — Не спорю, у меня были такие мысли. Но ты не... злишься на меня? — За что? — Гермиона села к нему на колени, обнимая за шею. Обычно такие смелые руки Драко сейчас стали робкими, поэтому он не сразу обнял её в ответ. — Ты решил добиться своей цели всеми доступными способами и сделал это. Здесь можно только восхититься твоей настойчивостью и терпением. — Но я всё ещё не понимаю, как ты можешь так легко принять, что это был я? — Драко, — нежно сказала она, целуя его в лоб, — меня удивляет твоя глупость. Ну как я могу злиться на человека, которого так люблю? Малфой застыл в её руках. Он долго смотрел ей в глаза, не отрываясь, будто прослушал её признание. Гермиона немного испугалась его реакции, но потом осознала, что он просто не верит ей. Так что решила повторить, к тому же ей очень нравилось, как это звучит. — Я люблю тебя, — мягко прошептала она, оставляя короткий поцелуй у него на губах, пока он продолжал пребывать в шоке. — Наверное, я влюбилась в тебя в тот самый момент, когда ты сказал, что будешь добиваться меня. Видимо, у меня просто не было шансов устоять перед твоим обаянием. Драко медленно приходил в себя. Он гладил её по волосам и лицу, пытаясь навсегда запечатлеть этот момент. Он сохранит его и будет пересматривать в омуте памяти. Будет показывать их детям. Потому что ещё никогда он не был таким счастливым. — Мне никто и никогда не говорил этого, — едва слышно признался он, и улыбка слетела с её губ. — Повтори. Пожалуйста. — Я люблю тебя, — уверенно проговорила Гермиона, сжимая его руку своей и прикладывая их сплетённые ладони к своему сердцу. — Люблю. Наконец-то он поцеловал её. Сразу глубоко и так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Гермиона взлохматила его волосы, чувствуя, как он подаётся навстречу каждому её касанию. Она засмеялась, когда он опрокинул их на траву и стал целовать её шею. Неожиданно Драко начал щекотать её, и Гермиона завизжала, пытаясь убежать. Он схватил её за талию и прижал к своей груди, осыпая поцелуями её щёки. Оказавшись снова в его руках, она закрыла глаза, наслаждаясь его поцелуями и тем, как трепетно он обнимал её. Гермиона уже привычно закинула ногу ему на бедро и сильнее прижалась к его боку, пытаясь слиться с ним воедино. Она никогда не была такой счастливой. Да, сейчас на пути было много трудностей. Да, Рон покинул из-за их расставания школу. Да, она всегда будет винить себя за то, что причинила ему боль. Но рядом был Драко, а, значит, всё остальное было не так страшно.

***

— Джинни, давай поговорим, — устало попросила Гермиона, понимая, что с каждым днём теряет единственную подругу. Джинни перестала складывать постиранные вещи и медленно развернулась в её сторону. Глаза Уизли были злыми и обиженными. Она никак не могла взять в толк, почему им вообще следует разговаривать. — И что ты мне скажешь? — выплюнула Джинни. — Ты ведь знаешь, что мы с Роном не подходили друг другу. — И кто это тебе сказал? Малфой? — с яростью усмехнулась она. — Не приплетай сюда его. — Ох, хочешь сказать, что это не из-за него ты бросила моего брата? — Нам с Роном никогда бы не удалось построить семью. Мы бы испортили друг другу жизнь. Почему ты не хочешь посмотреть на ситуацию с моей стороны? — Да потому, — рявкнула Джинни, отбрасывая свитер на постель. — Вы были счастливы, пока не появился Малфой и не наобещал тебе сказку! А ты поверила ему, как настоящая дура! — Прекрати, — доходчиво сказала Гермиона, видя, что Джинни закипает. Но и она чувствовала злость. — Рон любил и любит тебя. Он на всё готов ради тебя. А Малфой? Он столько боли причинил всем нам. Тебе! Сколько лет он над тобой издевался? А случай в его доме? Он просто стоял и смотрел, пока тебя пытала его тётка! — Да, Драко не идеален! — крикнула Гермиона, не выдерживая. — Ты права. Он не очень хороший человек. Что есть, то есть. Но он тот, ради кого я открываю глаза по утрам. — Он эгоист. Как только ты надоешь ему, он тебя бросит. Такие, как он, не способны на настоящую любовь. А его семья? — Хватит, — с отчаянием прошептала Гермиона, закрывая лицо ладонями. — Ты просто не хочешь слышать правду, потому что сама знаешь, что всё так и закончится. Гермиона, даже если у вас сейчас всё хорошо, то это моментально изменится, как только его семья обо всём узнает. Он выберет их, а не тебя. Джинни знала, на что давить. На её самые потаённые страхи. Гермиона чувствовала, что задыхается. Она уже тысячу раз пожалела, что начала этот разговор. — Ты не нужна ему. Это лишь прихоть. Ваши отношения закончатся, как только появится первая трудность. Или ты думаешь, что вы будете жить долго и счастливо? Что вы поженитесь и у вас будут дети? Что его родители примут тебя? Джинни фыркнула и покачала головой. — Не смеши меня. Малфой трус, и всегда им будет. Если бы он тебя любил, то официально сделал бы своей. Сейчас нет Волдеморта, его никто не убьёт за союз с тобой. Он наслаждается новыми ощущениями, не более того. Гермиона выбежала из спальни, а затем и из гостиной. Она передвигала ногами так быстро, как только могла. Лишь оказавшись на улице, она смогла остановиться. Сев на ближайшую скамейку, Гермиона опустила голову и заплакала. Она боялась это признать, но Джинни во многом была права. Вот только она и во многом ошиблась. Гермиона не знала, что делать. Кому верить. Сердце упорно тянулось только к Драко, но разум понимал, что в словах Джинни был резон. Это убивало. Она прижала руку ко рту и больше не смогла сдерживать свою боль.

***

Гермиона с грустью перелистнула страницу, когда рядом послышался скрип отодвигаемого стула. Она подняла голову, надеясь, что это Драко, но нет. Это был Гарри. — Привет, — поздоровался он, улыбнувшись как-то неестественно. — Привет, — вяло ответила она, не зная, о чём им говорить. Дело было не в Гарри, разумеется. А в словах Джинни и правде, которая присутствовала в них. А ещё она как позорная трусиха избегала Драко весь предыдущий день. Он лишь бросал на неё взгляды, наполненные волнением, в Большом зале, но не пытался подойти. Из-за чего она решила, что так даже лучше. Но сердце думало иначе. Гарри прочистил горло, и она посмотрела на него. — Джинни всё мне рассказала. Она не хотела говорить всё, что сказала, просто разозлилась. Я не оправдываю её, но она сейчас очень переживает. — Ладно. А что ещё она могла сказать? Что прощает? Так это неправда. Сейчас она помнит ту адскую боль, что причинили ей слова лучшей подруги, которая как никто другой знала её слабые места. Знала, как сильно она захотела собственную семью после войны, когда поняла, как быстро может закончиться жизнь. Знала, как сильно Гермиона хотела всепоглощающей любви, от которой вы оба задыхаетесь. Нет, сейчас говорить о прощении точно не было никакого смысла. — Гермиона, а как у вас дела с Малфоем? — робко поинтересовался Гарри, выглядя так, словно его стошнит в ту же минуту, как она расскажет хоть крупицу информации. — Ты ведь не хочешь этого знать. — С чего ты так решила? — притворно удивился он. — Гарри, — вздохнула Гермиона, — у тебя на лице всё написано. Поттер виновато опустил глаза, не зная, что сказать. Гермиона снова уткнулась в учебник, но не могла прочитать ни строчки. Буквы плыли перед глазами. — У тебя всё хорошо? Ты очень грустная. — Очень ценное наблюдение, Гарри, — мягко проговорила она, понимая, что начинает плакать. Поттер всегда излишне эмоционально реагировал на её слёзы, пытаясь выяснить, кто в них виноват. Конечно же, она никогда не говорила, но ему не требовался ответ. Он был очевиден. Либо Рон, либо Малфой. Как же иронично теперь это звучит. И вот сейчас Гарри с паникой в глазах смотрел на неё, не представляя, как ей помочь. — Это Малфой? Он обидел тебя? — она не ответила, и Гарри тут же вскочил. — Я убью его! — Нет! — Гермиона вцепилась в его запястье, не давая сдвинуться с места. — Драко тут ни при чём! — Грейнджер? Словно в плохо написанном сценарии, Драко как раз вышел из-за поворота и теперь недовольно смотрел на их руки с Гарри. Гермиона сразу же отдёрнула ладонь, боясь, что он может подумать о какой-нибудь глупости. — Почему ты плачешь? — грубо спросил Драко, кидая сумку со школьными принадлежностями на ближайшую парту. — Я... Это... — Что, Поттер, решил окончательно довести её? — Драко больше не смотрел на неё. Вся его ярость сконцентрировалась на Гарри. — Я так и знал, что ты не выдержишь. — О чём ты? — не понял Гарри, впрочем, принимая оборонительную стойку. — Она бросила твоего дружка, и для тебя это стало личным оскорблением, — плевался ядом Малфой, и на миг Гермионе показалось, что они вернулись в прошлое. Но только потом до неё дошло, что он защищал её. В своей манере, но защищал. И от кого? От лучшего друга, думая, что он обидел её. Если это не конец света, тогда она даже не знает, что может им стать. — Пошёл ты, Малфой, — нахмурился Гарри, видя, что оппонент сжимал кулаки, будто готовился к нападению. — Чтоб ты знал, Гермиона плакала из-за тебя. Она могла только открывать рот, не зная, как и что делать. Видит Мерлин, Гермиона впервые оказалась в ситуации, когда не понимала, в какую сторону кидаться. — Грейнджер? — глаза Драко быстро нашли её, моментально оттаивая. Гарри хмыкнул и легко коснулся её плеча, прежде чем уйти. Она была благодарна другу за то, что он не стал развивать конфликт, который вполне мог закончиться дракой и снятыми баллами. Конечно, баллы её сейчас совсем не волновали. — Я просто... Это… — Эй, — Драко тут же оказался рядом, опуская тёплую и такую знакомую ладонь ей на щёку. Она даже на секунду прикрыла глаза, наслаждаясь его мягким касанием. — Рассказывай. Что случилось? — Ничего, просто плохое настроение. — Не ври мне. Что-то в голосе Драко подсказало ей, что ему не нравится, когда она пытается лгать. Хотя такое никому не нравится. Гермиона вздохнула. Она не знала, как описать всё то, что чувствовала, поэтому решила озвучить правду. И будь что будет. — Позавчера мы с Джинни поговорили, — она замолчала, не желая показывать, как сильно слова подруги задели её. Пусть хотя бы Драко думает, что ей всё равно на то, как далеко зайдут их отношения. Будто он в это поверит. — Полагаю, она сказала тебе много хорошего, — фыркнул Драко и успокаивающе поцеловал её в лоб. — Уизли, — с презрением протянул он, — никогда не был высокого мнения об этой семье, но... — Не надо, пожалуйста, — она не хотела слушать его праведный гнев, направленный на её друзей. Драко вздохнул. — Ладно. — Ну и она сказала кое-что... Кое-что о нас, — он замер под её руками. Это было плохим знаком. — Она сказала, что у нас нет будущего. Что я тебе не нужна. — Ты же понимаешь, что это просто бред? Гермиона не ответила. Она отчаянно кусала губы, чтобы не вырвались рыдания, которые и так мучали её последние два дня. Драко покачал головой и поднял её лицо за подбородок. Она старалась не смотреть на него, глотая слёзы, но Малфой всегда был настырным, поэтому она не смогла долго ему сопротивляться. Едва их глаза столкнулись, как она всё-таки громко всхлипнула и уткнулась ему в грудь, крепко обнимая парня за талию. Драко растерянно поглаживал её по волосам, но это не помогало. Она так долго сдерживала в себе все эмоции, что теперь, когда они получили выход, остановиться не получалось. Сколько они так простояли, она не знала, но её удивило терпение Драко, который не сказал ни слова о её соплях на его идеальной мантии. Гермиона отстранилась и с позором вытерла нос, понимая, что выглядит, наверное, жутко отвратительно. Её глаза и нос всегда краснели даже после небольшого количества слёз, а что бывает после подобной истерики, она и вспоминать не хотела. — Прости, просто я... Столько всего навалилось в последнее время. Драко сдержанно кивнул и сел на край парты, наблюдая за тем, как она краснеет от стыда. — Ты поверила ей, — утвердительно сказал он, и её плечи поникли. Гермиона знала, что глупа и неопытна во всём, что касается чувств и отношений с противоположным полом, но разве люди, когда влюбляются, не глупеют? — Ты поверила Уизли, а не мне, — продолжил Драко. Он вновь вздохнул и внезапно встал во весь свой внушительный рост, нависнув над ней. Он приподнял мочку её уха, где была подаренная им серёжка. — Что это по-твоему, Грейнджер? — Твой подарок. — И что он означает? — надавил Драко, твёрдо заглядывая ей в глаза. Она никак не могла сосредоточиться. Мозг словно стал плавиться под таким строгим взглядом Малфоя. — Ну же, вспоминай, что говорил тебе Уизли. — Что это желание жениться? — пролепетала Гермиона. — Обещание, — поправил её Драко, снова прикасаясь к её лицу. — Мне казалось, что я весьма прозрачно обозначил свои намерения, но могу прямо заявить, раз тебе это нужно. Гермиона не дышала. Она не могла даже пошевелиться. — Я не только до одури люблю тебя, Грейнджер, но и мечтаю однажды жениться на тебе, — Драко выглядел несколько смущённым, когда она набралась смелости посмотреть на него. — Я хочу этого очень давно, хотя никто из адекватных парней не задумывается о женитьбе в шестнадцать. Она открыла от шока рот и широко распахнула глаза. — Я не заслуживаю тебя, особенно после всего, что между нами было, но, — он запнулся, смотря на её губы, — я надеюсь, что ты дашь мне шанс доказать тебе, что я могу сделать тебя счастливой. Больше она не стала слушать. Гермиона отмерла и бросилась ему на шею, покрывая его лицо поцелуями, и так крепко обняла его, что Драко слегка нахмурился от недостатка кислорода. — Ой, прости, — ахнула она, замечая его хмурый вид. — Что? — Не смей извиняться передо мной, — он зарылся рукой в её волосы, так привычно портя её тщательно убранную причёску. — Ты... Как ты могла даже допустить, что ты мне не нужна? — Ты не говорил, что чувствуешь... — Я думал, что поступки намного важнее слов. — Так и есть, но иногда очень хочется услышать, что твои чувства взаимны. Драко закатил глаза и что-то буркнул себе под нос. Она не разобрала его слов, но догадывалась, что он сказал нечто нецензурное. — И ты не предлагал отношений... После её слов глаза Драко стали круглыми. — Грейнджер, а чем мы по-твоему занимались всё это время? — Знаю, но официально мы ведь не вместе, — она поспешила поправить свою оговорку. — То есть как парень и девушка. И мы всё ещё скрываемся. — Блять, — не выдержал Малфой. — Я не устаю удивляться женской логике. — Эй! — Я решил, что между нами всё понятно и очевидно, поэтому не стал говорить о том, что мы парень и девушка. А насчёт официальности... Грейнджер, ты совсем недавно рассталась с Уизли. Как, ты думаешь, к этому отнесутся другие? — Ты что, переживал за мою репутацию? — глупо уточнила она. Драко снова выругался. — Да, мне давно плевать, что про меня скажут другие, но для тебя это важно. К тому же как к твоим отношениям с Пожирателем смерти отнесутся в Министерстве? — Бывшим, — поправила она, всё ещё пребывая в шоке. — Это сути не меняет. Важнее то, что твоё будущее из-за меня может быть загублено. — Но ты всё равно не смог держаться от меня подальше? — с провокацией спросила Гермиона, сжимая воротник его мантии. Глаза Драко блеснули. — Я эгоист и жуткий собственник, — прошептал он, наклоняясь к ней всё ближе. — Я хочу, чтобы ты была счастлива, но сама мысль, что ты можешь быть с кем-то другим, буквально убивает. Знаю, звучит нездорово, но я никогда и не претендовал на звание хорошего человека. Она хорошо понимала его, потому что чувствовала то же самое. Мерлин, они были так глубоко друг в друге, что это пугало. Нормальных людей. Но Гермиона испытывала только восторг от мысли, что они так похожи. Если бы он прямо сейчас предложил выйти за него, она бы согласилась. — Так что, Грейнджер, на будущее, — Драко решил подвести итог, заставляя её задрать голову, оттягивая за волосы. — Прежде чем слушать всяких Уизли или кого-то подобного, вспомни, что я желал тебя с курса четвёртого. Если не с третьего. И шли его ко всем чертям. — Хорошо, только поцелуй меня уже, — в её голосе прорезались приказные нотки, но в его присутствии она всегда становилась мягче, поэтому добавила: — Пожалуйста. — Так и быть, — хмыкнул Драко и так неожиданно подхватил её на руки, что она ахнула. Он посадил её на парту и встал между разведённых ног. Гермиона знакомо зарылась пальцами в его волосы, отчего Драко застонал, и позволила ему углубить поцелуй. Кажется, он ещё никогда не целовал её так страстно и откровенно. Гермиона поняла, что возбуждена, когда почувствовала мокрую ткань между ног. Это было не впервые, но, наверное, именно сейчас она знала, что теряет голову без остатка. Драко начал осыпать поцелуями её шею, медленно вытаскивая рубашку из юбки. Когда он провёл своей большой ладонью по животу, она застонала, совсем забыв о том, что они в чёртовой библиотеке, где каждый может их услышать. Но, по всей видимости, Драко тоже было на это наплевать. Он сжал её правую грудь в руке и грубо прикусил кожу на шее, нежно зализывая собственный укус. Гермиона никак не могла взять себя в руки, чтобы остановиться. Она была в силах только отдаваться его прикосновениям, полностью доверяя ему. — Ребят, вы бы завязывали. Они с Драко замерли. Он спокойно разорвал поцелуй и, прежде чем обернуться, быстро чмокнул её в щёку. Блейз Забини стоял, прислонившись плечом к книжному стеллажу, и так заразительно усмехался, что Гермиона не смогла на него разозлиться. Она, разумеется, покраснела и поспешила слезть с парты, спрятавшись за спину Драко. — Блейз, — как ни в чём не бывало начал Драко, — мы договорились встретиться в пять. — Ты время видел? Уже шесть, — фыркнул Забини. — Хм, — протянул Малфой, потирая шею. — Я, конечно, понимаю, что ты был занят весьма интересным делом, но ты обещал помочь мне с чарами. — Чары. Точно. Драко мельком посмотрел на неё и, когда убедился, что она привела себя в порядок, радостно ей улыбнулся. Он поцеловал её, совсем не стесняясь Забини, что несказанно удивило Гермиону, но она положила ладонь ему на щеку, отвечая на поцелуй. Блейз прокашлялся, вырывая их из собственного мира. Драко подхватил сумку и, закинув её на плечо, удалился, подмигнув ей. Она опять покраснела. Блейз всё ещё стоял на месте и как-то странно смотрел на неё. — Что? — Да так, ничего, — беззаботно сказал он, уже приготовившись уйти. Но тут он остановился и уже более изучающе взглянул на неё. — Если ты причинишь ему боль, Грейнджер, я клянусь, что превращу твою жизнь в ад. Поверь, я смогу это сделать. Он оставил её одну, заставляя начать анализировать всё происходящее. Осознав, что она ничего не понимает, Гермиона прикоснулась к своим опухшим губам и улыбнулась. Их примирение вышло немного бурным, но оттого и ещё более волнительным. Жаль, что их прервали на самом интересном месте. Покраснев, наверное, в тысячный раз за этот вечер, она направилась к себе, желая всё переварить.

***

Гермиона как раз спускалась по лестнице в сторону Большого зала, когда увидела Драко возле дверей. Она непроизвольно улыбнулась и поспешила к нему. Не решившись прикоснуться к нему, Гермиона заправила прядь волос за ухо, чем обычно любил заниматься Драко. Он лишь проследил за её жестом глазами, выдавая своё желание в следующий раз сделать это самому. — Привет, ты чего не заходишь? — Кое-кого жду. — О, и кого? — Одну девушку, — серьёзно сказал Драко, наблюдая за её реакцией. Гермиона старалась держать лицо, но сердце тревожно дёрнулось в груди. Они ведь вчера всё обсудили, как она может сомневаться в нём. Но правда в том, что она боялась, что Драко поймёт, с кем связался, и найдёт кого-то получше. — И кто она? — как бы непринуждённо спросила она, надеясь, что её не перекосило. Драко ещё мгновение смотрел на неё, а потом согнулся и рассмеялся. Он был таким милым, что она не смогла на него разозлиться за столь дурацкую попытку заставить её ревновать. — Ты засранец! — она ударила его по плечу. — Грейнджер, а моей матери можно приближаться ко мне или ты и её убьёшь за то, что она стоит рядом со мной? — заигрывающе спросил Драко, на что она закатила глаза. — Ты идиот, — вынесла она вердикт и уже хотела войти в Большой зал, как он остановил её, мягко взяв за руку. — Что ты делаешь? — Я же говорил, что жду тебя, — напомнил Драко, поправляя волосы. Выглядел он при этом довольным и смущённым одновременно. — Зачем? — пискнула Гермиона от страха, понимая, что ничего хорошего от него сейчас ждать не стоит. Драко бросил на неё коварный взгляд, и она всё поняла. — Нет, — Гермиона яростно покачала головой. — Нет! — Ещё вчера ты переживала, что никто о нас не знает. — Да, но... — Мы решим эту проблему, — спокойно продолжил Драко. — Малфой! — прошипела она, пока он готовился перед тем, как открыть двери. — Слышишь? Я запрещаю тебе. — Думаю, мне запрещено смотреть на чужие женские задницы, Грейнджер, а не на объявление тебя своей девушкой, — он крепко схватил её за руку и толкнул двери в Большой зал. Сначала никто не обратил на них внимания, все были сосредоточены на своих тарелках или на разговоре с друзьями, но, стоило Драко обнять её за талию и поцеловать на глазах у всех, как в помещении повисла такая глухая тишина, какая обычно бывает только на поминках. Когда он отстранился от неё и лукаво улыбнулся, она поняла, что сначала убьёт его, а потом попросит на себе жениться. Или наоборот.