Яд и противоядие

Кабинет Верховного судьи Элиана Тоурна был воплощением холодного порядка и столичного шика. Высокие окна в свинцовых переплётах пропускали тусклый свет дождливого дня, отражаясь в полированных дубовых панелях стен. Массивный стол из тёмного дерева, уставленный аккуратными стопками документов и хромированным телеграфным аппаратом, занимал центр. Над камином, где мерцало пламя, висел герб столицы — шестерня, переплетённая с магическим кристаллом, после смены правящей семьи страна взяла курс на прогресс, поэтому и новый герб должен был это отражать. Воздух пах старым деревом, дорогим табаком и озоном от работающих где-то в стене артефактов вентиляции. Элиан стоял у окна, спиной к двери. Его длинные белоснежные волосы, собранные в строгий хвост на затылке, контрастировали с темным, идеально сидящим сюртуком с серебряными пуговицами. В отражении стекла его фиолетовые глаза были холодны, как ледники. Лицо, скульптурное и безупречное, не выражало ничего, кроме усталого напряжения. В руке он сжимал отчёт — тонкую папку, которая весила как свинец. Тихий, но настойчивый стук в дверь нарушил тишину. — Войдите, — голос Элиана был ровным, низким, не оставляющим места для возражений. Дверь открылась, впуская Ректора Магической Академии, Арчибальда Фининча. Учёный мужчина в очках с толстыми линзами и потёртом бархатном сюртуке выглядел ещё более помятым, чем обычно. Он нёс под мышкой объёмистый фолиант и несколько свитков, которые угрожающе раскачивались. — Ваша Честь, — Фининч склонил голову, стараясь не уронить свитки. — Я принёс… последний отчёт по проекту «Соль». — И? — Элиан медленно повернулся. Его фиолетовый взгляд упал на ректора, заставив того невольно подобраться. Фининч нервно кашлянул, положил фолиант на край стола и развернул верхний свиток. — Результаты… неутешительны, Ваша Честь. Команда лучших алхимиков и артефактора Академии работала без отдыха. Но состав «Гоблинской соли»… Он не просто сложен. Он абсурден. — Фининч провёл пальцем по колонкам рунических символов и химических формул. — Здесь смешаны элементы, которые по всем известным законам магической алхимии не должны взаимодействовать. Органические экстракты болотных лилий, обработанные некромантической энергией низкого спектра… кристаллизованная тень… и какой-то синтетический катализатор, который мы даже близко не можем воспроизвести. Это не просто наркотик. Это адская смесь, созданная для максимального разрушения. Каждый компонент усиливает токсичность другого, одновременно блокируя стандартные пути детоксикации организма и магического ядра. Эйфория — это лишь предсмертная агония магических каналов. Элиан молча выслушал. Его пальцы сжали край подоконника так, что костяшки побелели. Он видел последствия «Соли» своими глазами. В моргах, на задворках трущоб. Молодых людей, высохших, словно столетние старики, с потухшими глазами и пустыми, спаленными магическими каналами. Шесть месяцев от первого приёма до мучительного конца. И счёт жертв рос с каждым днём. Всех прельщала дешевизна и доступность наркотика, но никто не думал о последствиях… Не успевал думать. — Иными словами, — голос судьи был тише обычного, но от этого ещё опаснее, — Академия признает своё бессилие? Фининч покраснел. — На данном этапе… да, Ваша Честь. Мы исчерпали все доступные нам методики. Стандартные анализы, спектральное сканирование магических остатков, даже опыты на артефактных гомункулах… Ничего не даёт ключа к противоядию. Состав слишком… чужероден. Он словно создан не по нашим законам. Тишина в кабинете сгустилась, нарушаемая лишь тихим гудением магических огней в камине. Элиан отвернулся к окну, наблюдая, как дождь стекает по стеклу, словно слезы города. — У нас нет времени на беспомощность, Фининч, — произнёс он наконец. — Каждый потерянный день — десятки жизней. И паника, которая может поглотить столицу. Что вы предлагаете? Кроме извинений. Ректор заёрзал. Он снял очки, протёр линзы краем сюртука, собираясь с мыслями. — Есть… один вариант, Ваша Честь. Нестандартный, да и довольно рискованный. — Он сделал паузу. — Бывшая выпускница Академии. Вивьен Кэрроу. Алхимик Первого Ранга, её специализация — экзотические яды и противоядия. Особенно те, что связаны с… негуманоидной магией. Гоблинской, тролльей, темной фейри. Элиан повернул голову, бровь едва заметно поползла вверх. — Кэрроу? Имя мне не знакомо. Почему её не привлекли сразу? Фининчч снова закашлялся, на этот раз явно смущённо. — Вивьен… она чрезвычайно талантлива. Гениальна, пожалуй. Но её методы… — он развёл руками, — …нетрадиционны. Граничат с нарушением некоторых академических и даже светских этических норм. Она предпочитает работать в полевых условиях, непосредственно с источником яда. Часто использует живые образцы. Очень живые. У неё были… разногласия с Советом Преподавателей. После присвоения титула Алхимика Первого Ранга она предпочла работать независимо, в провинции. Городок Вествуд, кажется. Занимается там своей частной лабораторией. — Разногласия? — Элиан произнёс слово с ледяной интонацией. — Вы умалчиваете что-то важное, Ректор? — Ничего криминального, Ваша Честь! — поспешно ответил Ректор. — Просто… её подход шокирует консервативных коллег. Она считает, что для понимания яда нужно прочувствовать его. Досконально. Иногда это влечёт за собой… не самые приятные методы сбора информации. И образцов. Но результаты! Её работы по нейтрализации яда болотных троллей или споров гниющих грибов фейри… они спасли сотни жизней в приграничных областях. Элиан задумался. Он смотрел на дождь за окном, на серые крыши столицы, где таилась невидимая зараза. Бессилие Академии было фактом. Время работало против них. Этот наркотик, эта «Гоблинская соль», была не просто отравой. Это было оружие. И оно требовало нестандартного ответа. — Рискованный вариант, — повторил он слова Финча. — Но других нет? — Это был риторический вопрос. Он видел ответ в потухших глазах ректора. Фининч молча покачал головой. Элиан Тоурн сделал глубокий вдох. Его безупречное лицо оставалось непроницаемым, но в глубине фиолетовых глаз мелькнула решимость, смешанная с долей тревоги. — Хорошо. — Он подошёл к столу, нажал кнопку на хромированном переговорном устройстве. — Мисс Элис, немедленно подготовьте ордер на командировку для курьерской службы высшего приоритета. Пункт назначения — Вествуд. Адресат — Алхимик Первого Ранга Вивьен Кэрроу. Текст: «Столичная Администрация, по распоряжению Верховного Судьи Элиана Тоурна, настоятельно приглашает Вас для консультации по вопросу государственной важности. Ожидаем в кратчайшие сроки. Все расходы компенсируются». — Он отпустил кнопку и посмотрел на Фининча. — Надеюсь, её «нетрадиционные методы» оправдают вашу рекомендацию, Ректор. И её поспешный приезд. У нас нет времени на проволочки. — Она… она приедет, Ваша Честь, — пробормотал пожилой мужчина, с облегчением подбирая свои свитки. — Вивьен никогда не отказывалась от сложного яда. Это… её страсть. — Страсть, — Элиан произнёс это слово без интонации, глядя в окно на мокрые улицы, где невидимая смерть продолжала свой путь. — Посмотрим, какой ценой она эту страсть удовлетворяет. Отправляйте ордер. Немедленно.