Шёпот улиц, скрытых тенью... | (Сборник по Героике)

Большие окна в комнате выходили на мёртвые улицы Готэма — это непопулярный район, не для обычных гражданских, что приходят с работы в офисе к любящей жене и ребёнку, нет...Да и снаружи ночь, такая ночь, что даже привычные вывески едва мигают. Всё затихло, замирая в ожидании. Мир сейчас ощущался спокойнее, сидя вот так, вдали от шума центральных улиц, казалось, сегодня и преступность решила затихнуть до минимума, ожидая чужого хода в короткой передышке. — Селина... Брюнетка оторвалась от созерцания окна, совсем забыв, что сегодня в её апартаментах есть котёнок побольше. Оцелот действительно смог вцепиться своими коготками в её одежду, возможно даже в душу, став непрошенным, но милым гостем этого места. Её маленький хвостик без хвоста, рыжие всклокоченные пряди мальчика и его худощавая фигура действительно делали из него кота, правда, уличного. — Что такое, котёнок? – обращение стало чем-то обычным, в первое время она видела, как он хмурился, но не возмущался открыто, но через несколько проб она стала замечать, как он почти ждёт этого прозвища. Беда беспризорных детей – жажда внимания. И она невольно стала его источником. Селина никогда не хотела быть матерью, эта ответственность слишком велика, она сковывает, ограничивает и замедляет. Кошки вольные создания, самодостаточные, и они правят судьбой. Тогда почему сердце ноет, когда бледные маленькие руки протягивают к ней какой-то томик, с явно не новым изданием. Может быть дело в этих ищущих глазах, цвета чая в кружке, что не допит на столе, или дело в слабом румянце смущения на неподходяще худых щеках, словно он не привык что-то показывать или просить? Только правда куда проще – всем котятам нужна забота, прежде чем они станут кошками. — «Удивительный волшебник страны Оз»? Было ощущение, что обложка скоро начнёт крошится, рисунок и надписи давно были протёрты, но она с нежностью взяла его в руки, переводя взгляд с книги на рыжего пройдоху перед собой, что теперь наконец-то был похож на простого маленького мальчика. Таких в Готэме полно, но не каждый выйдет на свет, будь то солнечный или лунный. Её был лунным. — Почитаешь? – вопрос аккуратный, с детской неуверенностью и надёжной. Оцелот не имел удовольствия регулярно находиться в школе, если вообще когда-то посещал её – попытки выжить важнее образования. Но ребёнку всё равно захочется побыть ребёнком, так менее больнее жить, можно спрятаться. И может быть сегодня она сделает исключение. — Хм... Тогда всем следует устроиться поудобнее, – она сама опустилась на пол, рядом с подушкой, где спала одна из кошек, такого же цвета, как "уличный" наряд самой женщины, мальчонка тоже не отставал, усевшись там же, только немного оперевшись спиной на тумбу, готовясь внимать первую главу истории. — „Дороти жила посреди бескрайних прерий Канзаса...“ В тот вечер квартира была заполнена мелодичными словами и тихим мурлыканьем пушистых жителей, а через несколько глав, уже засопел и мальчик. Книга мягко закрылась и убралась на столик. Селина надеялась, что ноющее сердце пройдёт.