Грефье с опытом.

      Антон — наследник большого состояния. Его отец был владельцем одной из самых крупных компаний по предоставлению риелторских услуг. Однако мужчину подкосило онкологическое образование в лёгких; последней точкой в его жизни стал инсульт.       Сыну пришлось разбираться со всеми документами самостоятельно. Ничего не понимая в них, Антон решил, что ему стоит нанять секретаря, который будет разбираться в «бумажках» вместо него. Загрузив предложение на всех возможных площадках, оставалось лишь ждать.       Откликались многие, но ещё на этапе переписки Антон их отметал: один слишком тщеславно себя позиционировал, другой не обладал достаточными навыками, третий вообще не мог исполнять одну из обязанностей — находиться в поле зрения Антона — далеко жил.       Отметнув около сотни или двух кандидатов, Антон наконец-то наткнулся на того, кто идеально бы подходил: более семи лет стажа, ответственный, вежливый, да и привлекательный... «Так, стоп», — подумал Антон, — «Мне нужен секретарь, а не любовник. Ладно, приму на встречу», — согласился сам с собой Антон и написал кандидату о предложении. Получив согласие, он написал своему нотариусу и сообщил ему место для составления договора: одна из яхт, подаренная отцом ещё при жизни.       

***

             Арсений был рад, что наконец-то нашёл работу. После предыдущего контракта он никак не мог устроиться ни по первой, ни по второй своей специальности, а идти простым рабочим... Жалко. Не для того он учился большую часть своей жизни, чтобы таскать грузы на стройке или сидеть за кассой.       Решив, что его обязательно должны взять на эту работу, Арсений стал выбирать себе костюм. В первом его не устраивала посадка: как-то слишком несуразно и по-мальчишески он выглядел. Второй уже больше подходил к лицу, но будто бы старил: прямой пиджак добавлял ненужного объёма, а брюки были похожи больше на тёмные джинсы, нежели на классику. «Возможно, стоит его погладить?» — подумал Арсений и взялся за утюг. После махинаций с техникой он вновь примерил костюм на себя, но так и не решился его одобрить: чем-то он всё равно ему не нравился.       Однако официальной одежды у Арсения было предостаточно. Перепробовав ещё несколько вариантов, он наконец-то смог составить достойную комбинацию одежды для собеседования: будучи самому себе стилистом его выбор пал на сдержанную темно-серую тройку и чёрную водолазку. Он понимал, что вблизи воды будет прохладно, поэтому, накинув пальто, Арсений отправился к месту собеседования.       Антон уже ждал его там вместе с нотариусом для составления трудового договора. — Доброго дня, Антон Андреевич, — поздоровался Арсений, поднимаясь на судно. — Доброго-доброго, Арсений, — солнечно улыбнувшись, ответил Антон, — Приступим сразу к собеседованию, — он пригласил Арсения рукой за стол, — Надеюсь, вы понимаете, что мне нужен хороший секретарь: в моём понимании это ответственный, корректный подчинённый, который может соблюдать все свои обязанности в превосходстве.       Тут Антон более подробно окинул взглядом внешний вид Арсения. — И да, спешу уточнить, — продолжил он, — Дресс-кода в договоре не будет. Мне совершенно без разницы, в чём вы будете. — Я вас понял. Какие у меня будут обязанности? — Ну, смотрите, — начал Антон, — Одна из ваших первостепенных обязанностей сопровождать меня на всех официальных мероприятиях и составлять «минутное досье». — Разъясните? — прервал его Арсений. — Да. «Минутное досье» должно содержать в себе краткое представление о тех, кто ко мне подходит. То есть вы должны считывать их по речи и мимике, жестам там. — Это указано в договоре? — Да. Нотариус зафиксировал мои требования.       Согласно хмыкнув себе под нос, Арсений зафиксировал эту обязанность в своём блокноте, захваченном из дома. — Я продолжу? — спросил Антон, смотря на дописывающего что-то Арсения. — Да, конечно, — сдающимся тоном ответил Арсений, почувствовав себя слегка некомфортно. — Второй обязанностью является то, что вы должны выполнять мои поручения сразу и беспрекословно. А остальное... Впрочем, остальное вы узнаете в процессе работы. — Нет, с этим я не согласен. Дайте мне копию договора, пожалуйста, — возразил Арсений. — Федь, дай человеку почитать, — слегка надменно сказал Антон.       Заметив такой тон, Арсению вновь стало некомфортно. Он пришёл устраиваться на работу, а не просто «лясы точить». По его мнению такое отношение к сотрудникам совершенно непозволительно. Однако Арсению очень была нужна работа и вякать по такому поводу смысла не было.       Ознакомившись полностью с договором, в общих чертах он понял, зачем этому наглому богатенькому мальчишке секретарь: на самом деле по полномочиям это личный лакей с расширенными обязанностями. «Ну и пусть», — подумал Арсений, — «Ему нужен работник, мне нужны деньги. Сойдёмся». — Антон Андреевич, я бы хотел уточнить по поводу некоторых пунктов, — начал он, взглянув на свой блокнот. — Да, конечно, — с наигранной заинтересованностью ответил Антон. — Начну с «первостепенной» обязанности — быть всегда рядом. Послушайте, а если мне вдруг по естественным делам надо отлучиться? Что по поводу питания в таком случае? Сна? Мне к вам ездить, или вы предоставляете комнату поблизости? Обед, ужин; ну, все приёмы пищи — как происходят? Надеюсь, не на ходу? — Жить будете у меня. За городом дом. Еду оплачиваю я, вам не придется тратиться из зарплаты, если вы об этом, — слегка закатив глаза, ответил Антон. — Мгм, хорошо... — Арсений задумчиво зафиксировал слова предполагаемого начальства в блокноте, — Так, а если мне понадобится канцелярия? Вот блокнот, к примеру, или ручка? — Какой вы зануда, Арсений, — цокнул Антон, — Всё я вам предоставлю. Знаете что? Вы лучше расслабьтесь. От такого серьёзного тона уже кругом голова, — он протянул Арсению стакан с неизвестным содержимым. — Что это? — не решившись отказать, решил он уточнить. — Хороший алкоголь. Только не говорите, что вы не пьёте! — отмахнулся Антон. — Вообще-то не пью, — твёрдо заявил Арсений и почувствовал себя некомфортно. Снова. — Ну можно же иногда сделать исключение? — подмигнул Антон, рассчитывая, что его кандидат продолжит прогибаться.       После недолгой тишины Арсений сдался. Ну правда, что случится, если он сделает пару глотков?

На следующее утро.

      Проснувшись от сильной головной боли, Арсений даже сначала не понял, где проснулся: вокруг было невыносимо ярко: солнце легко проникало через незашторенные панорамные окна, — большая удобная кровать, застеленная идеально белым бельём; тумбочки, шкафчики, здесь был даже маленький туалетный столик. «Не осознаю сейчас совершенно ничего», — подумал Арсений и заметил на прикроватном столике бумаги. Смутно вспоминая вчерашний вечер, он дотянулся до них и попытался прочесть: это был трудовой договор. А внизу уже стояла подпись. Не его. «Ну, если Антон Андреевич, то, возможно...» — не успел додумать Арсений, как в комнату явилось своей собственной персоной новое начальство. — Арсений, доброе утро, — поприветствовал его Антон, — Наверное, вчера ты был прав насчёт алкоголя. Я больше не буду заставлять тебя пить, — смутился он.       Но тут же бросило в жар и Арсения. Вчера, выпив ту гадость, которую ему предложили, у него снесло крышу. Сначала он долго не соглашался подписывать договор, потом предложил на спор «крутануть сальтуху» причём с идиотским условиями: если выиграет Арсений, то Антон подписывает договор, если выиграет Антон, то он не подписывает договор. Вспомнил, как на глазах у всех сделал самое чистое сальто... Через борт яхты. Хорошо, что она никуда не плыла, а лишь стояла пришвартованная. Всё это время он продолжал выпивать алкоголь. Только после своего недоплавания он не смог ничего делать.       Что было дальше Арсений даже вспоминать не хотел. — Спасибо, — единственное, что он смог выдавить, скрывая свой гигантский стыд. — Надеюсь, ты в состоянии сегодня приступить к рабочим обязанностям? — перевёл тему разговора Антон. — У вас есть аптечка? Ужасно болит голова... — пробубнил Арсений себе под нос. — Что? — Аптечка, — повторил он в этот раз чуть громче и чётче. — А, да, конечно. Пойдём.       Только сейчас Арсений заметил, что Антон обращался к нему на ты. Однако, конкретно сейчас это его ни смущало, ни доставало: ему мешала головная боль. «Быть может, позже, я проясню этот вопрос», — подумал Арсений.       Это позже наступило достаточно быстро. Выпив сильное обезболивающее, Арсений решил, что лучше сейчас и спросит. — Антон Андреевич, могу спросить? — Что? — Почему вы ко мне на ты?       Сначала лицо Антона изобразило удивление, потом замешательство, а после улыбку, сияющую, как солнце. — А ты не помнишь, как после твоего перфоманса мне пришлось...       В голову ударили воспоминания: этот хиленький высокий парнишка тащил на себе Арсения до машины, отвёз к себе, умыл, переодел и уложил спать. — Подождите, я помню... — выставил вперёд руку Арсений, — Я понял. — А, ясно, — Антон усмехнулся, — Не стыдись, я похлеще исполнял, когда... Отец ещё был жив... — он замялся.       Повисла неловкая тишина. С одной стороны Арсению, возможно, стоило бы сейчас что-нибудь сказать, однако... Что?       Антон же совсем ненадолго погрузился к себе в мысли и быстро вернулся в строй. — Так, ну... Можешь подобрать одежду в гардеробной, и поедем. У нас сегодня совещание.       Хмыкнув себе под нос, Арсений скоро удалился в гардеробную.

***

      Прошло полгода, может чуть больше, с того момента, как Арсений устроился секретарём. На очередном совещании Антон перешёл черту. — Арс, перестань уже быть таким занудой. Это отчёт, то отчёт, один договор, другой, третий. Ты хоть когда-нибудь расслабляешься? — Я на работе, Антон Андреевич, — опущенным голосом напомнил Арсений своему начальнику, — Разве мне положено иное поведение? — Почему нет? — Антон Андреевич, давайте, в таком случае, завершим совещание? — предложил один из подчинённых. — Это в каком? — переключился он. — Ну... — замялся подчинённый. — Ладно, идите, — зажав переносицу, на выдохе произнёс Антон.       Люди быстро разошлись каждый к своему рабочему месту. Арсений и Антон остались одни в глухом кабинете. — Антон Андреевич, не думаю, что вам стоило упрекать меня за поведение, я не маленький мальчик, — выдал Арсений. — Да перестанешь ты уже меня по имени отчеству? Достал. Говори как обычно, — потянувшись за сигаретой и зажигалкой, Антон отвернулся. — Что вы... ты делаешь? — нахмурился Арсений, — Это что, опять сигареты? — Хватит меня контролировать! — рявкнул Антон.       В кабинете стихло. Антон наскоро затянулся и направился к выходу. Спиной он чувствовал этот прожигающий взгляд ледяных глаз секретаря. Нет, сейчас это был не его секретарь, это был человек, который так или иначе помогал Антону справиться с потерей отца, с документами, показал жизнь в другом ключе. Он не мог просто так уйти. Застыв у двери, Антон медленно потянулся за ключом и изнутри запер кабинет. — Антош, если тебе тревожно, необязательно курить, — прервал тишину Арсений, — Есть другие способы, чтобы справиться с переживаниями, — он начал спокойно подходить к Антону.       Встав на расстоянии ближе метра, Арсений вытянул из рук Антона сигарету и затушил её. После отобрал и блок, и зажигалку. — Присядь, — сказал Арсений, указывая Антону на стул напротив него самого. — Ненавижу, — процедил Антон, садясь. — Что? — захотел уточнить Арсений. — Когда ты ведёшь себя вот так. — А вот так, это как?       Антон замолчал и откинулся на спинку. Выдохнув, он попытался подобрать слова для ответа Арсению, но в итоге лишь закрылся руками и устало рассмеялся. — Как будто заботишься, вот как, — наконец отыскал ответ Антон.       Арсений, улыбнувшись, довольно хмыкнул и сам чуть не рассмеялся. А ведь это и правда так: он заботился об Антоне. Почти свёл на нет сигареты, вернул в рацион питания домашнюю пищу, минимизировал траты на вредную еду и перенаправил их на абонемент в спортзал. Недавно предложил ходить в бассейн. Даже заставил Антона пройти диспансеризацию и чётко следил за приёмом нужных витаминов после ознакомления с анализами. — Тебе не нравится? — спросил Арсений. — Что? — удивился Антон. — Ну, забота? Тебе это доставляет дискомфорт? — Подойди-ка, — позвал Арсения Антон, резко став чуточку серьёзнее.       Арсений послушался: встал, подошёл, присел на подлокотник. Тут Антон немного потянул его на себя за галстук. Не зная, что хочет начальник, Арсений не стал препятствовать. Через пару секунд он ощутил на своих губах чужое нежное прикосновение. Спустя еще пару секунд они уже отстранились. — Вот так нравится, — прошептал Антон, стараясь разглядеть в глазах Арсения что-нибудь, что ожидал увидеть: презрение, отверженность, может даже ненависть.       Однако он этого не находил. Арсений смотрел на него изумлённо, снимая с себя очки. После чего опустил голову и улыбнулся. — Поедем-ка домой, Антош, — предложил Арсений, вставая с кресла и надевая очки обратно.       

***

      Только взойдя на порог дома, Арсений подхватил Антона на руки и понёс в спальню. — Арс? — удивился Антон. — Что такое? — Арсений положил его аккуратно на кровать. — Что... Ты делаешь? — увидев, как секретарь снял пиджак, потом жилетку, а когда он начал расстёгивать пуговицы на рубашке, Антон немного напрягся. — Переодеваюсь, — Арсений слегка улыбнулся Антону и, подойдя к кровати ближе, навис над ним, — А что такое? — Я не понял твой ответ, — засмущался Антон, будучи в таких обстоятельствах и смятении.       Арсений приблизился к лицу парня и губами нежно поцеловал уголок губ Антона. Тот лишь прикрыл глаза и будто таял под Арсением. — Думаю, ты сейчас поймёшь, — ответил секретарь, целуя начальника в губы.       Арсений не стал возвращаться к переодеванию. Углубляя поцелуй, он гладил Антона по щеке. После он стал спускаться вниз. Только его губы коснулись напряжённой шеи, Антон сдавленно выдохнул через зубы. Тогда Арсений попробовал прикусить маленький участок кожи. Открытый стон возбудил обоих лишь сильнее.       Зная, что чаще прелюдии важнее, чем сам акт, Арсений медленно стал снимать одежду с Антона: смотря начальнику в глаза, он неторопливо расстёгивал пуговицы рубашки. Однако Антон был против абсолютной инициативы Арсения. Он схватил его за галстук и резко потянул на себя, отчего Арсений чуть не рухнул на него. В свою очередь Арсений, удержавшись несмотря на рывок, приложил указательный палец к губам Антона и сказал: — Я с опытом, Антош, — и проводя рукой по лицу, он задержал на губах уже большой палец, оттягивая нижнюю.       Антон всё равно не доверил Арсению тотальный контроль, поэтому, подловив момент, перевернул всадника. Услышав удивлённое: «Ох!» — Антон ответил: — У меня его не меньше, — однако стоило ему это произнести, как они вновь поменяли положение, и в этот раз у Антона на шее уже лежала рука Арсения, чуть сдавливая её. — А ты инициативный, Антош, — чуть больше сдавив шею, ответил Арсений, — Однако позволь мне побыть сегодня начальником. Ты же утомился... — уже расстёгивая одной рукой рубашку Антона, Арсений всё не отпускал его шею.       Однако и не спешил наваливаться на Антона. Завершив с рубашкой, Арсений опустился к бледному торсу, по которому было видно учащённое дыхание Антона, и начал покрывать его поцелуями. Руку с шеи пришлось убрать, но в этот раз Арсений захватил кисти Антона, опускаясь уже ближе к животу. Задев промежность Антона, Арсений услышал громкий протяжный стон, будто уже просящий проникновения.       Арсений резким рывком стянул с Антона всю нижнюю одежду, отчего тот восхищённо охнул. Взяв свободной холодной рукой член, Арсений взглянул на лицо Антона. Тот был уже весь мокрый, откинул голову и прикрыл глаза, послушно оставляя свои руки в руке Арсения. Он пару раз провёл рукой по члену, слыша как шумно выдыхает Антон. — Надеюсь, ты не станешь перехватывать контроль, — и отпустив руки Антона, Арсений стал устраиваться между его ног.       Он завёл руки за спину, показывая тем, что не будет и пытаться, после чего Арсений обвёл языком головку члена. От этого Антона будто прошибло током. Подметив такую реакцию, Арсений взял в руки яички и решил удостоить языком и их. Слушая стоны, Арсений изящно выводил на члене Антона языком узоры, касаясь его лишь кончиком. Поняв, что уже можно, он взял в рот головку и ощупывал её языком уже изнутри. В это время Антон пребывал в невероятном блаженстве: он не верил, что такие его фантазии могли вот так воплотиться в жизнь. Его всегда аккуратный и собранный Арсений сейчас был в полурасстёгнутой рубашке, растрёпанными волосами и... — А-ах... — прервав ход мыслей Антона, с его губ слетел глубокий, гортанный стон.       В это время Арсений искусно обрабатывал член Антона: вверх — вниз, поцеловать головку, обвести её языком. Доставляя яркие чувства удовлетворения Антону, Арсений следил за его положением тела и лицом. Понемногу сбавляя темп, Арсений отстал от пульсирующего изнутри члена и поднялся к лицу Антона. Тот неразборчиво бормотал: — Бо-ольно... При...ятно... Мха... — тяжело выдыхая, Антон уже хотел вытащить свою руку из-за спины, как вновь почувствовал руку Арсения на члене. — Сейчас перестанет болеть, — шёпотом проговорил ему Арсений в ухо, наращивая темп и вновь доводя Антона до «больно», но не давая разрядки. — Арсю-ю...юша, пере...е-естань и... Ах!....грать, — еле говорил Антон. — Уже скоро... — тут Арсений провёл одной рукой по бедру Антона, а другой зачастил так, что страждущий наконец-то мог вздохнуть свободно. — Арс... Ты... Фу-ух... — вытаскивая уже руки из-за спины, Антон хотел подняться, но ему не дали. — Секретарь с опытом? — Хм... Лучше грефье, — ответил Антон, — Такие изыски...       Арсений мягко улыбнулся Антону и затянул его в поцелуй.