Новенькие..

Сейчас немного вернёмся во времени назад. Тогда ещё Этери не являлся полноценным симболаром, а был всего лишь причудливым вариантом буквы Е. И однажды у них случилась интересная встреча.

Этери прогуливался в глубинах общественного сада. Там никого не было, ведь почти у каждого симболара были свои собственные активности, а если им хотелось, то и оранжереи.

Но конечно, у какой-то там недо-буквы не могло быть даже собственного уголка, что уж там говорить про целый сад. Этери прогуливался и думал обо всяком, хотя было скучно. Всё-таки симболары не бесчувственные, им нужна компания. А тут…Гуляй один, сам себя развлекай…Скукота. Даже поговорить не с кем. Но вдруг где-то недалеко послышался шорох. Этери, встрепенувшись, стал прислушиваться к звукам. Спустя пару секунд, стали видны глаза, затем руки, а после уже и ноги. По силуэту не трудно было догадаться, что был симболар Е. Э успел только открыть рот, как вдруг буква Е представился: -Здрав будь! Аз есмь Есть, шестая буква русской Азбуки. Кажется, я тебя знаю…Ты — почти как я, так ли? - Есть усмехнулся и стал разглядывать своего собеседника. Голос у него был нежный, но весёлый, как колокольчик. Этери был ошарашен. Всё это было так внезапно, так неожиданно. С ним действительно кто-то хочет знакомиться! Симболар улыбнулся и ответил Естю: -Аз есмь буква Э. К сожаленью, окончательного имени не имею…Пока остановился на именовании Этери. Пребываю здесь уже около трёх веков, но настоящей жизни у меня никогда и не бывало. А ты…Я полагаю…Здесь с самого начала? - в тот момент Этери чувствовал себя ужасно глупо. Ему очень хотелось знать, что же о нём думает его собеседник. Симболару до ужаса хотелось поговорить, поэтому он говорил чепуху, начинал тараторить и нервно посмеиваться. Поэтому Этери, чтобы не вызвать лишних подозрений, решил-таки заранее извиниться: -Прошу прежде простить, редко аз глаголю с другими. Ведано, быть может, по каким причинам…Впрочем, часто молю аз всякую чепуху, ха-ха… — весь этот монолог сопровождала неловкость. Есть смотрел на него с кроткой улыбкой, так, как-будто бы он всё понимает и принимает. Но в голове у него всё было не так гладко. Этери был ему неприятен. Мало того, что он считал букву Э в принципе бесполезной для Алфавита, так он ещё и разговаривает с ним так, как-будто они уже подружились! Ещё и думает, что ему интересен этот бред вроде «не окончательного имени» или того, сколько веков эта недо-буква здесь находится. Да плевать сколько, лишь бы в Алфавит его не добавили! Зачем вообще нужна буква Э, если есть Е? Так что Есть посчитал Этери полным неудачником. Но потом, слегка поразмыслив, он понял, что это можно использовать. Этому неполноценышу ведь достаточно пару слов о том, что кто-то его понимает… -Ведаю тя…Ты ведь добрый симболар. Да и имя, которое придумал сам, весьма любопытно. Подумай же, чтобы третья буква в имени твоём была Е. Ибо теперь ты—друг мой. Глаза Этери засияли. Он не мог поверить своему счастью, неужели в самом деле кто-то пожелал стать его другом? Симболар заулыбался и восторженно сказал: -Аз весьма рад быть именно другом твоим! А твой символ я непременно к имени моему прибавлю! О чём же ты хотел бы ныне говорить? Есть улыбнулся. Ну всё, теперь этот дурачок у него на крючке. Этот неполноценыш и в правду думает, что он кому-то интересен… Какой же абсурд. Но они говорили. Долго, обо всём подряд. Этери так рад был всё ближе и ближе узнавая нового друга. Ему казалось, что у них в так много общего. Бедный симболар ещё не знал, что думает о нём Есть. Он старался сейчас игнорировать все странные моменты, проскальзывающие в их общении или же некоторые «выскочки» собеседника. Ведь какая разница? У него же теперь есть самый настоящий друг. Прошло время. Уже нет, нет, так букву Э добавят в новую азбуку. В конце концов, восемнадцатый век был полон различных не постоянностей. Реформа всё приближалась и приближалась, многие симболары были обеспокоены. Но Этери старался держать себя в руках. По-настоящему он ни с кем особо и не дружил. На самом деле, ему очень хотелось взаправду вступить в новый Алфавит. Быть буквой, которую используют, должно быть так приятно! Но был один вопрос, который сильно волновал Этери. Его всё ещё настоящий, единственный друг иногда относился к нему странно. Как-будто бы чем ближе было полноценное появление, тем пренебрежительней относился к нему Есть. Постоянно закрывал тему, если речь шла о планах Этери в Алфавите или о том, как там будет находиться новенький. Как-будто нет этого и не будет. Естественно, симболару Э было обидно. А кому не было бы? Когда не слушают, перебивают и говорят только о себе. Но связи Этери не разрывал, просто не хотелось терять того, кто когда-то действительно выслушал… А теперь перенесёмся наконец в настоящее, когда букву Э наконец-то добавили в Алфавит. На следующий день Есть захотел увидеться с Этери, чтобы «обсудить его успехи». Они встретились в том самом общественном саду, где и познакомились. Разговор не сразу разогнался, Е решил начать издалека: -Этери, друг мой! Ну, как бал? Ты теперь полноправная часть Алфавита, можешь сие вообразить? Но только жаль, однако, что ты вчера ко мне даже близко не подошёл. А то я всё ждал и ждал. Сам же Этери почувствовал себя неуютно. Вроде как поздравили, а вроде и пристыдили. Но симболар решил ответить твёрдо, чтобы не было заметно, что ему стыдно: -А, прошу прощения. Сначала Добро представил мне всех, после я решил сам со всеми познакомиться. Всё было столь бурно, тяжко было одному там ходить. Но у меня возникает встречный вопрос, отчего ж ты сам тогда ко мне не подошёл? Мне бы это могло помочь… Тут Есть замялся и даже немного разозлился. Вопрос был действительно курьёзным, это ладно. Но кто его задавал? Симболар Е не мог понять, как Этери это себе представлял. Прямо на балу перед всеми показать, что они с ним знакомы? Так ещё и нужно было бы разговаривать с ним в дружеской форме, ну что за бред! Есть взял себя в руки, и ответил, как мог: -Ну, я думал, что ты сам пожелаешь подойти, и не хотел тебе мешать, в случае, если ты захочешь наладить контакт с другими. Ну, давай не станем о сем говорить, закроем тему! Долго они не болтали. Всего-то перекинулись парочкой слов, и всё. Естю было тяжело воспринимать Этери полноценного, а не полупрозрачного.