Неприкаянный

…И вот таким себе я представляла Посмертное блуждание души. А.А. Ахматова Читаю я элегии и стансы, Написанные бабушке моей… М. Цветаева …Первым, что увидел Кайло после пробуждения, был белый потолок. Белые стены. Белое оборудование. Белая мебель. Белый пол. Это место было похоже на его каюту на «Непреклонном», но, вместе с тем, и не похоже. С одной стороны, такая же стерильная белизна вокруг, но с другой – он помнил – как-то все по-другому было. Присмотревшись повнимательнее и немного собравшись с мыслями, рыцарь сделал единственный напрашивающийся вывод: он в индивидуальном отсеке медблока, и тут же нашел подтверждение своей догадке. Пискнувшего меддроида (Рен посчитал – попытавшегося подать кому-то сигнал) магистр тут же вырубил Силой. Она его слушалась. Хороший симптом. Легко выбравшись из резервуара, до краев заполненного бактой самого высшего качества (она была почти гелеобразной, не жиденькой водичкой, и совершенно прозрачной – ни капли посторонних примесей-присадок, позволявших улучшить не слишком эффективный медикамент второго-третьего сорта), Верховный Лидер попытался понять и оценить сразу несколько вещей: где он, сколько времени он тут находится и что происходит сейчас в Галактике. Еще один вопрос, который всплыл в его голове чуть позже, – кто это такой добрый создал ему такие комфортные условия реабилитации? А вот что его привело в больничную палату, Кайло догадался, ведь последние воспоминания из прошлой жизни очень четко отпечатались в мозгу магистра: убийство предавших его друзей, бой с Палпатином. И Рей. Рей. Рей… Это он ради нее принял решение отказаться от всего, что имел: руководства огромной военной организацией, господства почти над всей Галактикой, уже почти полученного им, безграничных возможностей Темной стороны Силы. То есть, как выражался бывший Император, от абсолютной власти. И все это он променял на один-единственный поцелуй любимой девушки. А потом наступила темнота… Но, видимо, Сила была к нему благосклонна. Кто-то его спас, заботливо доставил сюда (пока Кайло не понимал, куда конкретно), организовал его лечение. И магистр очень хотел надеяться, что это была Она. Не найдя ничего похожего на одежду, Кайло прямо как был, то есть полностью обнаженным, покинул место своего… лечения? Заточения? Он и сам пока еще не знал. Выйдя из белоснежной палаты, Верховный Лидер будто бы попал в совершенно иной мир. Шлепая босыми ногами по бесценным мозаикам, интарсиям, коврам и оставляя за собой лужицы бакты, по казавшейся бесконечной анфиладе Кайло добрался до, по всей видимости, главной залы, стены которой украшал огромный парадный портрет… его бабки. Кайло как молнией прошило. Он тут же почувствовал досаду на самого себя за то, что с самого начала не узнал этот дом, не ощутил его ни с чем не сравнимую энергетику: ведь это было место, священное для его деда – вилла Наберри, которую Дарт Вейдер превратил в настоящий мемориальный комплекс, посвященный своей безвременно ушедшей жене. Та самая картина была написана по заказу Темного лорда спустя несколько лет после смерти Падме. Почитая своего деда наравне с богами, Рен знал о нем и обо всем, что с ним связано, практически досконально. Каждый уголок этого дома был пропитан горькой любовью его дедушки к женщине, которую он боготворил и которая умерла по его вине… Кайло застыл перед портретом как вкопанный и заложил руки за спину, внимательно изучая мелкие, скрупулезно выписанные детали полотна. Все в нем было слишком: Падме была изображена слишком молодой, такой, какой она предстала перед Энакином-ребенком на Татуине и какой являлась ему в его снах на протяжении последующих десяти лет. Она была какой-то слишком маленькой по сравнению с ее чрезмерно пышным парадным облачением, что подчеркивало ее хрупкость и уязвимость. И еще одно: рама. Массивная, многодельная, вычурная, покрытая темным золотом, спорящая с изображением юной девушки, почти ребенка, подавляющая его. Этот контраст рождал у Рена только одну ассоциацию: увядшая, не успев не только отцвести, но даже до конца распуститься, набуанская роза в роскошном гробу… Совершенно неизвестно, сколько бы простоял он вот так, но его уединение потревожила горничная, которую, как показалось Рену, кто-то впихнул в это помещение, а потом этот таинственный кто-то двери за ее спиной захлопнул. - Верховный Лидер, – пискнула она, низко опустив голову в почтительном приветствии. Кайло развернулся к ней лицом. Женщина бросила на него быстрый взгляд исподлобья и опять уставилась в пол. - Да, – ответил он ей. Та как будто даже стала ниже ростом, но совсем не потому, что присела в книксене, а потому что пыталась провалиться сквозь землю от неловкости ситуации. Так и не добившись от нее ответа, Кайло быстро сообразил, что с помощью этой дамочки он сможет получить базовую информацию: сколько он здесь, какой сегодня месяц и год, и что вообще в мире творится. Приближаться к готовому потерять сознание источнику информации Кайло не стал. Просто протянул руку, направляя поток Силы, и мысленно задал интересующие вопросы. - Приготовьте мне ванну и одежду, – постарался помягче скомандовать Рен. - Да, сэр, – облегченно выдохнула горничная и все так же, не поднимая глаз, попятилась к выходу. *** Итак, что имел Рен в сухом остатке. На его полное восстановление потребовалось почти три года. Перед своим погружением в длительную кому он перешел на сторону Света, но этого, похоже, никто, кроме него, не заметил. Прислушавшись к себе, он почувствовал обычное свое состояние: нечто среднее между Тьмой и Светом, которые привычно раздирали его пополам, а он уже даже дискомфорта от этого не испытывал. Формально он оставался Верховным Лидером Первого Ордена, но фактически руководил им сейчас генерал Хакс. Ах, да… Это он три года назад был генералом, а теперь его титулам и званиям не было конца. Надо признать, что руководил Хакс успешно: Орден собрал под своим крылом несколько сотен тысяч систем по всей галактике и приближался к абсолютному господству в ней. Рену не хотелось, чтобы Хакс раньше времени узнал о его выздоровлении, хотел заявиться к нему сюрпризом, поэтому он подтер память персоналу виллы, выбрал из бабушкиного парка звездолетов (а он, надо сказать, был шикарным) одну из яхт и покинул эту гостеприимную обитель…