Дракон в когтях тигра

Ещё один преступник был задержан. Новый двойной чёрный показывали всем пример слаженной работы, но это была лишь красивая обёртка. Между ними постоянно вспыхивали конфликты, собственно, как и сейчас, когда полиция провела все нужные работы. — Мог бы бить точнее, тигр. Ты настолько медленно двигался, что даже смешно. Видимо даже Дазай-сан не способен обучить такого бездаря. — Начал первый плеваться ядом Акутагава, уже хотев уйти прочь, не ожидая следующих событий. Ацуши зарычал, по-звериному, перегородив дорогу и толкнув вглубь подворотни. Скалил клыки, превратил части тела в тигриные, глаз не сводил с оппонента. Кажется был готов к бою. — Вот только Дазай-сан выбрал меня, а не дохлого туберкулезного щенка. Как же меня заебали твои колкости, упрёки, оскорбления, унижения… Хватит. — И правда, хватит. Расёмон в следующую секунду устремился к противнику, но не попал в цель. Ацуши увернулся крайне быстро, а после нанес удар, но его заглушил энергетический щит, который почему-то треснул, но остался целым. Рюноске такого не ожидал, решив отступить, но за ленты способности схватились и притянули ближе. Следующий удар, который будто был крепче предыдущего, сломал щит и прошелся по чужой груди. — Кха! Гха кхк… — Акутагава пошатнулся, блеванув немного кровью. Что-то в их противостоянии было не так. Словно недонапарник стал сильнее. — Неплохо. Кажется, ты перестал сдерживаться. Мне такое по нраву. Расёмон взревел, молниеносно приблизившись к противнику и откидывая назад к стене, к мусорным бакам. Ацуши хватается за проржавевшую пожарную лестницу, с небольшим усилием стягивает с креплений и бросает в ответку. Сталь режут, словно бумагу; этого секундного отвлечения внимания хватило, чтобы на скорости оказаться за спиной мафиози, схватив за шкирку и почти впечатывая в пол, но ленты расёмона не дали завершить начатое. От колотой атаки пришлось отскочить к стене, впиваясь в нее когтями. Ещё один прыжок и тигр устремляется к ногам, чтобы подкосить равновесие, попутно уворачиваясь от десятка лезвий, которые частично достигают своей цели. — Грх! Пришлось отступить, чтобы начать быстро регенерировать. Они дышали в унисон, немного уставшие от битвы. Накаджима сорвался с места, побежав в лобовую атаку, что посчитали очень глупым. Огромная пасть расёмона с лёгкостью сомкнула челюсти, но тут же была разорвана когтями тигра. Удар пришелся на спину, ведь мафиози схватили за шею, припечатывая к стене. Тут же начали душить, причём будто с целью убить, а не просто припугнуть, как раньше. Накаджима приблизился к чужому лицу, опускаясь ниже и решая унизить немного другим способом. Пока оппонент кряхтел и хватал воздух ртом, прицелился в основание шеи и резко вонзил свои клыки. Рюноске широко раскрыл глаза от острой боли, а на месте укуса ощущалось сильное жжение. Раскрыв рот в немом крике, зажмурился как можно сильнее и молился, лишь бы всё закончилось. Молитвы были услышаны, но видно немного иначе. Постепенно боль становилось тягучей и сладкой, голова начала немного кружится, а жжение сменилось теплотой, которая начала растекаться по телу. Мышцы расслаблялись, отдаваясь во власть пасти хищника. Кожу опаляли частям тяжёлым дыханием, да и собственный пульс сбился и стал быстрее. Зрачки расширились спустя минуту, губы непроизвольно расплылись в улыбке от осознания, что происходящее достаточно приятное. Всё тело становится более чувствительным, слабым, будто желая подчиниться более сильному. Они слишком близко друг к другу, поэтому Ацуши мог обнаружить, что Рюноске возбудился. Пришлось отстраниться, лизнув шершавым языком открытую рану и позволяя слюне затянуть её, но оставить шрам. — И что это? — В недоумении спрашивает детектив, на что не получает ответа. Смущённый мафиози сам не знал ответа и хотел было вырваться, уйти и помыться с мылом. Шею отпустили, но не дали пройти дальше метра грозным рычанием, после которого последовал интересующий вопрос. — Ты мазохист, Рюноске? — Отъебись, тигр. — Рюноске после сказанных слов даже отреагировать не успел. К нему подошли, развернули лицом к себе и впились в губы. В шоке попытался отстраниться, но кажется у Накаджимы совсем иные планы. Чем дольше поцелуй длился, тем сильнее обмякало тело. Шершавый язык беспрепятственно изучал полость рта, полностью беря инициативу, даже не давая возможности достойно ответить. Глаза закатились, дышать снова стало сложно, но это почему-то возбуждало. Неужели и правда является мазохистом? Тело ослабло настолько, что оставалось только висеть на крепких руках, даже когда поцелуй разорвали. Акутагава упал на колени, перед лицом которого возник чужой возбуждённый пах. — Отомщу тебе немного иначе. Надеюсь, кусаться не будешь? Знай, что в случае чего, с удовольствием выбью зубы. — Детектив нагло улыбнулся, снимая с себя штаны и приспуская трусы. На лицо упал увесистый член, от чего униженный мафиози дёрнулся и нервно сглотнул слюну. Понимал разумом, что это неправильно, только кто-то невидимый подталкивал на грех. Язык коснулся горячей пульсирующей плоти, постепенно наращивая темп. Схватив рукой за основание, начал себе помогать, немного надрачивая. Губами обхватил солоноватую головку, думая, что будет постепенно делать минет, но как же ошибался. За голову покрепче взялись тигриными руками и начали насильно насаживать на свой член, используя как секс-игрушку. Естественно от такого резкого манёвра Акутагава начала задыхаться и давиться, пытаясь отвернуться. Подобное только раззадорило тигра, методично делая проеб горла напарника, сопровождая довольным рычанием. С каждым толчком горло расширялось, кадык поднимался и опускался от габаритов органа. Нос каждый раз касался лобковых волос, вдыхая крайне сильный запах без возможности этого не делать. А это било по мозгам, ломая, постепенно подчиняя воле более сильного самца. От подобной жестокости в свою сторону кончил несколько раз подряд и хотелось ещё больше испытать подобного. На секунду ему дали подышать воздухом, вскоре раздвигая щеки большими пальцами и после продолжая долбёжку. Стенки горла уже привыкли, член скользил более плавно, ему абсолютно ничего не мешало, хотя рвотный рефлекс со стороны мафиози никуда не делся. — Не думал, что ты такая шлюха. — Ацуши не мог заставить напарника долго ждать. Заставил проглотить целиком по самые яйца, а после сосредоточился. В горло ударила струя спермы, которая начала течь прямо в желудок. Её было достаточно, чтобы через секунд двадцать пойти носом и начать течь по подбородку. Член вытащили, положив на мокрое от пота лицо. Рюноске тяжело дышал, пытаясь рассмотреть лицо над собой через пелену, но ничего не выходило. — Посмотри на себя: униженный и оттраханный в глотку. А я ведь только начал. Снимай с себя одежду, живо. Приказной тон заставил вздрогнуть в моменте от неожиданности. Пришлось подчиниться, вставая на ноги и медленно раздеваясь до той поры, пока не остались только ботинки. Его прижали к стене, но уже лицом к ней, начиная тереться сзади, только было что-то не то. Повернув кое-как голову назад, можно было заметить, как член изменился и стал клиновидной формы с небольшими отростками около головки. Страх пробил тело стрелой, заставляя замереть. — Ац… Тигр, даже не думай! Всё, отпусти неме… Ай! — В загривок впились клыками, снова оставляя за собой сначала боль, а позже жгучее удовольствие. На этот раз укусов было больше, около десяти, не оставляя на шее живого места. Полностью пометил свою добычу. — Сука… Мф… — Пора сполна наказать нахального дракона. Думаю, ты без подготовки справишься? Тигриный хуй постепенно начал входить внутрь. На сухую, без подготовки, было адски больно, но разве кого-то волновало? Вполне достойная месть за целый год унижений, которые приходилось терпеть ради учителя. Акутагава захотел закричать, но рот сучки зажали ладонью, не давая права на голос. Отростки в виде шипов стимулировались внутренние стенки, надавливая на различные точки и слегка царапая их. На глазах навернулись слёзы, тело ещё пыталось трепыхаться, но пара болезненных шлепков по ягодицам усмирили пыл на какое-то время. Движения бедрами постепенно становились резче, не обращая внимания на кровь и явный дискомфорт, который испытывал мафиози. С каждым толчком пронзал низ живота, надавливая на стенку, оставляя с каждым разом небольшой бугорок, который появлялся и исчезал. У Акутагавы от такого полетели искры из глаз, особенно когда начал сам нащупывать это место. От самого осознания, что его ебет ненавистный напарник, так ещё и тигриным членом, становилось… Приятно? Словно всю жизнь этого ждал и от того становилось немного страшно за свои наклонности, которые не проявлялись до этого момента. — Теперь ты мой. Моя добыча. Моя сучка для ебли. — Рычал на ухо Ацуши, свободной ладонью шлёпая по ягодицам, заставляя их краснеть с каждым ударом. Постепенно цвет становился более тёмным, кожа распухла и жутко болела. Последний толчок сопроводился укусом в шею, оставляя ещё одну метку, прежде чем внутрь стала течь сперма животного, помечая ещё и внутри. Узел разбух, не давая семени сразу вылиться наружу. — Повтори, кто ты. Когда убрали руку со рта, Рюноске всё ещё с остатками разума, думал съязвить. Но кто знает, что ему тогда будет уготовано. Тем более, произошедшее не так уж и плохо. — Я сучка Ацуши. Его самка для вязки. Несмотря на немного неуверенный тон, мафиози наградили поцелуем в щеку. Когда узел спал, сперма начала течь по ногам и землю. Стоять было невозможно, так что Акутагава упал на колени без поддержки. — Скоро брачный период у тигров, так что возьми отпуск на две недели. Мне понадобиться дырка для слива спермы и ты отлично с этим справишься. — Одевшись, с довольной улыбкой. Ацуши ушёл прочь, оставляя Рюноске одного. А он глупо улыбнулся и уже предвкушал их марафон.