Дай мне ещё немного развлечься с тобой

– Шисюн, ты такой красивый. Ты когда-нибудь замечал, что тебе очень идёт красный? – Фэй Ду сидел на краю кровати скрестив ноги и смотрел на связанного красными верёвками мужчину сверху вниз. Ло Вэньчжоу ничего не мог ответить – стоит открыть рот, и из него вырвется позорный скулёж. Фэй Ду протянул руку и подцепил один из узелков на бедре, слегка оттянув верёвку. На светлой коже уже начали появляться следы. – Не больно? Ло Вэньчжоу мотнул головой и издал невнятное мычание. Ему показалось, что на долю секунды в глазах президента Фэя как будто бы промелькнуло лёгкое беспокойство, но, получив отрицательный ответ, оно тут же сменилось хищным блеском. Фэй Ду закусил губу и продолжил разглядывать такое красивое, подтянутое и желанное тело. Сам Ло Вэньчжоу был одет только в расстёгнутую чёрную полицейскую рубашку, а на пояс была повязана верёвка, оплетающая его бёдра до самых колен. Ло Вэньчжоу так и не понял, когда Фэй Ду успел овладеть искусством шибари, но стоило признать, что он в этом был неплох. Джутовая верёвка не доставляла дискомфорта, узлы не тёрли, но были весьма ощутимы, особенно… на самом чувствительном месте. Руки капитана за спиной были связаны галстуком Фэй Ду, так что помочь себе он тоже не мог. Оставалось смотреть на возлюбленного умоляющим взглядом. И, конечно же, ничто не скроется от внимательного взгляда Фэй Ду. – Шисюн, ты такой чувствительный… – Зараза, ты сделаешь уже что-нибудь или нет? – Терпение капитана отдела расследований подходило к концу. Член стоял так, что болел, а этот паскудник сидел с самодовольным лицом, любовался и ничего не делал. Ло Вэньчжоу здраво оценивал свою внешность и догадывался, что выглядит чертовски привлекательно, да и, признаться честно, он был бы не прочь стоять на коленях перед возлюбленным целую вечность, но, чёрт возьми, как же хотелось большего! Фэй Ду, наконец, частично сжалился над Ло Вэньчжоу, и, наклонившись над ним, впился в его губы своими. Его руки блуждали по мощному телу капитана, очерчивая мышцы на руках и спине. Проблему снизу он продолжал игнорировать. Потянув Ло Вэньчжоу за волосы на затылке, он оттянул его от себя и вытер пальцем уголки губ. В то время как доведённый почти до предела Ло Вэньчжоу тяжело дышал, дыхание Фэй Ду почти не сбилось. Его собственное возбуждение выдавал лишь бугорок на штанах. – Фэйшир… – в голосе Ло Вэньчжоу появились умоляющие нотки. – Пожалуйста… Оба знали, что эта игра не может продолжаться вечно – рано или поздно настанет момент, когда Фэй Ду уже не сможет себя сдерживать. Наконец, Фэй Ду протянул руку и погладил Ло Вэньчжоу по подбородку, очерчивая подушечкой большого пальца контур губ. Ло Вэньчжоу высунул кончик языка и облизнул палец – запрещённый приём, будоражащий кровь, используемый самим Фэй Ду. Но, похоже, это сработало. Дыхание Фэй Ду на мгновение замерло, а зрачки расширились. Он вновь сместил руку на затылок Ло Вэньчжоу и притянул к себе. В этот раз поцелуй был более несдержан: язык Фэй Ду бесцеремонно ворвался в рот возлюбленного, руки начали шариться под рубашкой, оглаживая грудь, живот и бока. Удовлетворив первый прилив голода, Фэй Ду прервал поцелуй и помог Ло Вэньчжоу подняться, после чего усадил его на кровать вместо себя. И сам встал перед ним на колени. И Ло Вэньчжоу готов был продать душу за этот вид. Фэй Ду вцепился в бёдра Вэньчжоу, пропустив пальцы под красными верёвками, а его губы начали блуждать по обнажённым шее и груди, медленно опускаясь к подтянутому животу. Эрегированный член капитана Ло во всю истекал смазкой и требовал внимания. – Красивый, красивый, такой красивый, – прошептал Фэй Ду еле слышно. Непонятно, был произнесён этот комплимент в адрес Ло Вэньчжоу или его члена, но вздрогнули из-за него оба. Фэй Ду обхватил губами головку, проведя языком по уретре собирая каплю смазки и выбивая из уст Ло Вэньчжоу протяжный стон. На мгновение отстранившись, он облизнулся и склонился ниже, начав выцеловывать основание члена, поднимаясь выше и возвращаясь к головке. Ло Вэньчжоу начал проклинать чёртов галстук, связывающий руки – так сильно хотелось схватить Фэй Ду за волосы и засадить член в его горло по самые яйца. Но всё, что он мог – пытаться глотать собственные стоны. Получалось плохо. И хоть звук этот и был мёдом для ушей Фэй Ду и основной причиной, почему тот отказался сегодня от использования кляпа – ему отчаянно хотелось выбить больше непристойных звуков изо рта Вэньчжоу. Его ногти начали оставлять полосы на бёдрах, пока неглубокие, но ощутимые. Ближайшие несколько дней капитану Ло придётся воздержаться от походов в общественный бассейн. Фэй Ду брал неглубоко, оттягивая удовольствие и держа Ло Вэньчжоу на грани. Вновь отстранившись, он оставил несколько невесомых поцелуев на внутренних сторонах бёдер. В момент, когда Ло Вэньчжоу почти издал протестующий возглас, поцелуй превратился в ощутимый и немного болезненный укус. – Терпение, любовь моя, – Фэй Ду сильнее вцепился пальцами в бёдра – вероятно, останутся синяки. – Ты же не хочешь лишить меня удовольствия, верно? – Лишить тебя удовольствия? – Ло Вэньчжоу едва не задохнулся от возмущения. – Сейчас только ты его и получаешь, чёртов садист! – Не говори, что я тебя не предупреждал, – ухмылка Фэй Ду слегка смягчилась. – Дай мне ещё немного развлечься с тобой, ладно? И, клянусь, в следующий раз я позволю тебе подвесить меня на этих самых верёвках. Как тебе идея? Он оставил лёгкий поцелуй в уголке губ Ло Вэньчжоу и, не дожидаясь ответа, вернулся к своему занятию снизу, оставив ещё парочку заметных укусов на бёдрах, хотя верёвки и мешали запечатлеть идеально чёткие следы. От перенапряжения Ло Вэньчжоу уже весь покрылся потом, так что кожа на вкус была слегка солоноватая. Но для Фэй Ду такие моменты полного открытия и доверия были слаще самого приторного десерта в мире. Он вновь вобрал член в рот, стараясь насадиться как можно глубже. Член вошёл примерно наполовину, прежде чем уткнулся головкой в стенку горла. – Эй-эй, не торопись, задохнёшься же!.. Фэй Ду поднял взгляд и посмотрел в глаза Ло Вэньчжоу, и в этот момент тот кончил почти от одного этого вида. Фэй Ду хоть и не мог принять весь размер Ло Вэньчжоу в своё горло – всё же умел работать языком. Облизнув уголки губ словно сытый кот, Фэй Ду медленно встал, довольно улыбаясь. – Ты такой вкусный, шисюн, знаешь? Ло Вэньчжоу лежал на кровати, завалившись на бок и смотрел на Фэй Ду из-под полуопущенных ресниц. Этот паскудник Фэйшир выпил из него все соки, причём буквально. – Развяжи меня и я возьму реванш. – А силёнок хватит, дедуля? Ответить на эту провокацию Ло Вэньчжоу не успел, потому что Фэй Ду уже начал развязывать верёвки на бёдрах, обнажая алые следы. – Всё ещё не больно? – Фэй Ду провёл пальцами по красным полосам, стараясь не надавливать, чтобы не причинить дополнительный дискомфорт. Полностью сняв верёвку, он наклонился и провёл кончиком языка по отметинам и оставил на них несколько невесомых поцелуев. – Я имел в виду развяжи мне руки. – В следующий раз будь точнее в своих желаниях, шисюн, иначе, кто знает, чем они могут обернуться… – Ты будешь когда-нибудь вести себя нормально, а? – Ло Вэньчжоу легонько пнул его коленкой. Фэй Ду, смеясь, всё же освободил руки капитана Ло из тканевых оков. Тот немного размял запястья, восстанавливая кровообращение и потянул Фэй Ду к себе для поцелуя, положил свои ладони ему на ягодицы и слегка сжал. – Говоришь, можно будет подвесить тебя, да? – Сначала восстанови силы, дядя, потом поговорим. Не хочешь пока помочь мне с текущей проблемой? – Фэй Ду опустил взгляд на собственное возбуждение. – После того, что ты тут сейчас учудил, тебя следует оставить без оргазмов минимум на неделю! – Да ладно, шисюн, только не говори, что тебе не понравилось, – Фэй Ду притянул ладонь Ло Вэньчжоу к своему паху и потёрся об неё. – Всё… ох… было не так уж и плохо. Твои стоны… такие красивые… только их бы и слушал всю жизнь… Ло Вэньчжоу не выдержал такого напора и прерывающихся стонов звучащих прямо ему в ухо. Он молниеносно расстегнул ширинку, едва не порвав дорогие брюки Фэй Ду и накрыл его член своей ладонью. Хватило всего нескольких движений, чтобы тот излился ему прямо в руку. – Чёрт тебя побери, и как ты только держался? – Разве я не говорил? Доставить удовольствие шисюну – самое важное.