Семь минут на небесах.

Семь минут на небесах. Так называется глупая игра в которую класс-выпускников, что ехали в поезде, собирались поиграть. Учителя, что давно спали как убитые, точно не смогли бы им помешать. Стекляная бутылочка из-под яблочного сока указала на темного и невзрачного парня, отношения с которым приходилось скрывать от остальных. Двое буквы ушли, закрывшись в тесной коморке, где стояли швабры, тряпки, стаканы, пачки с чаем и прочая ерунда. Сидят тихо, так как оба симболара знают, что за дверью стоят пару их одноклассников, чтобы играющие точно не жульничали, параллельно следя за временем. Но не смотря на риски, первый прижимается к последнему, целуя в губы. Обычный безобидный поцелуй. Но язык рыжего стал оглаживать чужие губы, что послушно приоткрылись. Скользнув внутрь, касался зуб, переплетался с языком Яори, пока ладони то и дело наровили скользнуть под кофту. Разорвав поцелуй, стали тихо отдышиваться, чтобы звуков не было слышно от слова совсем. Припустив воротник вниз, Аз с силой сжал зубы на куске кожи, оставляя след от укуса на смуглой коже. Последняя буква зажал рот ладонью, закидывая голову назад, с силой жмуря глаза от болевых, но в какой-то степени возбуждающих ощущений. Ещё один укус пришелся левее придыдущего, после ещё один выше. Чернушный положил другую ладонь на голову первого, сжимая между пальцами идеально уложенные, рыжие волосы. В ответ на это первый поставил колено между ног того, двигая им, тем самым, надавливая на пах, сильнее распаливал Яори. Симболар же, не выдерживая подобных издевательств, тихо простонал в руку, сжимая бедра между собой. Но почти сразу его заткнули быстрым и аккуратным поцелуем. С коридора послышалась мелодия. Таймер, как и их время прибывания "на небесах," вышли. Буквы, быстро преведя себя в порядок вышли из коморки. Первый, включив роль лидера-задиры, стал подкалывать того, говоря как от чернушного воняло, да и легче было пожать Юльке руку, признав реальным пацаном, а не фурри-фембоем, чем ещё раз закрыться с симболаром наедине. А последний же молча все проглотил, зная, что совсем скоро они вновь запруться вдвоем. Тихие стоны слетали с губ Яори, пока Аз, держа того за бедра, делал размерные толчки, то ускоряя, то убавляя темп, тем самым не давая приблизиться к концу. Ладони, которыми чернушный уперся в стену кабинки туалета, то и дело, что соскальзывали, наровя уронить их владельца. Аз, что сам, сгорая от желания получить разрядку, медленно мучал парнишу. Наклонившись к шее, оставлял укусы и поцелуи на ней, с блаженным удовольствием слыша тихие хныки и постанывания сквозь закусаную губу. И все это продолжалось дальше, пока с уст последнего не слетело; —Блядь..мхх..п-просто выеби мен-ах..!!-ня уже.. -Сквозь тяжелое дыхание добавив, —Аз.. Имя перемешаное со стонами окончательно сорвало крышу. Толчки стали быстрее, тело чувствительные.; Яори чувствовал внутри себя пульсирущий член, что каждый раз прямиком бил по простате, заставляя выгибаться в спине от особо острых ощущений и тока, что проходился по всему телу. Из-за такой долбежки, ноги, что и так были ватными, совсем перестали держать, поэтому рыжий прижал того животом к раковине. О Суши-Бог! Это было что-то с чем-то. Не хотелось чтобы это прикращалось. Не хотелось ощущать что-либо кроме этих родных и горячих рук. Не хотелось расходиться по своим купе, ожидая нового дня, чтобы увидеться. Не хотелось никого видеть, кроме любимой буквы. Но в один толчок всë кончилось, и Суши-Бог даровал двум разгоряченным телам сладкий оргазм, что вызвал дрожь во всем теле. —И вправду глупая игра, хоть семь и больше минут на небесах я пробыл..