Размышления Таноса

Весь кошмар закончился и настал день.     Во время игр я не осознавал происходящее. Моя жизнь итак скатилась под откос, как бы странно это ни было, ведь я популярная личность среди молодежи, но видимо. даже у таких как сам Танос могут быть проблемы. Я стоял у моста. Руки мои были сжаты в кулаки, а глаз нервно подрагивал. Я не до конца решился. Тогда ко мне и подошел человек с обворожительной улыбкой, протянув карточку. Он мне ничего не сказал,  ухмыльнувшись ушел. Я даже не понял, что произошло и наверняка стоял в недоумении с напряженным видом.       Возвращаясь к разговору о моей невменяемости во время кровавых боев, я действовал под затравкой «Кристалла» — сильного наркотика с которого было невозможно слезть. Да я и сейчас не слез. Уже не в кресте, но в кармане лежит парочка таблеток. Кто-либо вряд ли полезет в карман за поиском очередной дозы. Кто мог быть этим «кто либо»? Угадайте с трех раз! Нам Гю, увидев мои радости, сразу решил прикарманить их себе. Блять, если бы я тогда умер, то этот жук бы вылакал их до дна.      Так или иначе, я все же выжил. Выжил вместе с Нам Гю. Всех обидчиков оставил позади и даже временную возлюбленную. Не сказать, что это была симпатия, а скорее интерес. Я давно разучился определять свои чувства и действовал под буйством эмоций. Мне нравилось ввязываться и вылезать из передряг. Что то не то спиздануть — и вот, на тебя уже ополчилась стая. Это и есть истинный хардкор, который меня возбуждает. Умеренная жизнь не к лицу, к черту ее!       — Чего такой задумчивый? Опять завис? — Нам Гю щелкнул у меня пред глазами от чего я дернулся и хмуро уставился на него.      Парень стоял рядом со мной и нервно вытаптывал в асфальте дырку ногой. На носу у него были надеты круглые очки(Никогда бы не подумал, что он очкарик), а волосы заправлены за уши, оголяя широкий лоб. Скулы у него были острыми, а глаза наоборот слишком узкими даже для азиата. Я любил шутить, что он делает небезизвестный мьюинг.      После добровольно-принудительного выхода из игры я наконец перекрыл долги(Ладно, половину долга, вторую перекрыл этот…как его…криптопиздабол) и жизнь пошла своим чередом. Нет, не своим, но более четким и умеренным, чем было раньше. Ранее я барахтался между популярностью и упадком, а теперь уверенно держусь на высоте. Хаха, кто знал, что после участия появится столько гениальных текстов? А может они являлись такими из за помощи Нам Гю? Нет, еще не дорос до моего опыта.      — Ты меня вообще слушаешь? — Парень недовольно нахмурил тонкие брови.     — Кладя руку на сердце… — Я драматично так и сделал, даже вздохнул для пущей убедительности. — Нет.     — Каждый раз тебе поражаюсь      — А?     — Я тебе в рожу плюну.       И ведь реально плюнул и гордо ушел. Правда потом вернулся, он всегда возвращался и делал вид будто ничего не было. Я его часто подстрекал, но все случалось точно по кругу. Иногда создавалось ощущение, что мы веревкой привязаны. Я тоже не мог его оставить. Была ли это любовь или зависимость — неизвестно.      Ходить с Нам Гю молча было невозможно. Не, он как раз таки был тихим, всегда я начинал бурно разглагольствовать. Бывший 124 подмечал, что во время таких рассуждений я нелепо жестикулирую и корчу рожи. Пх, не понимает он искусства, не понимает, что это смотрится живо и людям это интересно.     — «Ты зависим от людского внимания». — Ни раз говорил юноша. Возможно, так оно и было, но я все же считаю себя относительно независимым. Хотя, слабости у меня все же есть. Не сказать, что я поощрял безудержные прикосновения Нам Гю, то за плечи возьмет, то по голове трепать начнет, а иногда даже щекотать начинал(За это я его ненавидел), но временами это и вправду доставляло удовольствие. Особенно после тяжелого дня лежать вместе и чувствовать холодные пальцы в волосах. Я всячески крутился, пока лежал в ногах у напарника, что его раздражало и в конце концов он обиженно уходил на кухню. Нам Гю мог ничего не брать из холодильника, а просто топтаться там часами в надежде на появление в собственной квартире чего то съестного. Когда магическим образом это желание не исполнялось юноша закатывал глаза и скрепя зубами шел в круглосуточный. Я оставался на его хате один и мог делать что хочу. Я мог разгромить его любимые статуэтки лошадей, которые он старательно собирал со всего мира, но не делал этого. Хотя был один проеб, мы вновь в пух и прах поругавшись разошлись по своим домам. Наутро Нам Гю не обнаружил у себя золотых часов. Он так и не знает, что на них я и подарил ему новую фигурку.     Кто то толкнул меня вбок, да так, что я по полам согнулся.    — Ты заебал, давай тогда по домам расходится. — Нам Гю был весь на нервах. Сегодня в клубе сильно измотали, так как пришло куча неопытных стажеров. О каждых подобных казусах на работе юноша докладывал мне и мы часами напролет сплетничали. Нам Гю много мне рассказывал о городе и людях, так как в Пентагон ходила его добрая половина.     — Слушай, реально, давай по домам. Я устал. — Я потянулся и зевнул.     Нам Гю внезапно успокоился и лишь пожав плечами направился в противоположную сторону к остановке автобуса. Он явно был обижен, но все равно ответил на воздушный поцелуй, отправленный мной в конце.      Падающее за горизонт солнце проводило меня, попутно ослепив яркими лучами.