Дальше, в будущее

Белое длинное платье из шелка развивалось на сильнейшем ветру. Украшено оно было вышивкой разных цветов фиолетового цвета, свидетельствующего на богатство девушки. А на рукавах и на самих цветках были дорогущие камни преимущественно зеленых цветов. Все это вырисовывается в идеальную картину. Но все это искусство дополняет такая тонкая талия, что кажется, будто бы у не совсем нет органов, а только кожа! А лицо... Ее лицо было такое, какое не описать словами. Будто бы сам Бог хотел, чтобы эта девушка была самая красивая в этом мире. Все ее черты лица, в ее юном возрасте, были утончённые, прекрасные. Будто тихое море, спокойное. Прическа барышни была высокой, сложной,столько деталей! Хоть часами смотри - и половину завитков, украшений, косичек не увидишь. Но самое главное, что из этого всего - ее голубые глаза. Да даже язык не повернешь просто назвать их голубыми! Это было что-то больше, чем просто голубые. Такой цвет был только в ее глазах, больше этого цвета не было - ни в природе, ни сделал бы такое человек. Такой оттенок мог быть только у Мэри Екатерины Хэтфорд. Ее глаза отражали блеск сверкающих на солнце камней, но сами очи говорили, что эти камушки, да и само событие этого дня ее не радует. Думаю, свадьба по расчету никого не порадует. Кроме тех, кто сошел с ума от денег или власти. Ее муж, Натан Веснински, к сожалению таким и являлся. Мэри не любила политику, да и нельзя ей было туда сувать свой нос, поэтому она так и не поняла, почему именно с ним ее поженили. Ее всю жизни готовили ко свадьбе. Как будто бы иной причины и не было иметь дочку. Вся ее красота, умения, знания это было лишь для хорошей сделки. Почти что единственным комплиментом в ее жизни был: "Повезет же ее мужу! Я бы тоже хотел себе такую дочурку, а еще лучше жену". Красивая, послушная, куда еще лучше? Но только вот ее не часто показывали в свет, ведь Мэри идеализировали. Да, она была такая же красивая и необычная как подснежок. Первый цветок который появляется из под холода, голода. Иногда казалось, что ее сравнивают с Иисусом. Но, конечно, в слух такое говорить никто не собирался, но все именно так и думали. Да только Мэри вовсе послушной не была, скверный у нее характер. Кто бы мог подумать! Не хочет выйти замуж за короля другого княжества! Что за вздор? Хорошо что король не знает о ее характере. Сегодня, в эту ночь, все надеются что будет зачат ребёнок. Наследник! Пусть волосы будут рыжие, как у отца, а черты лица как у матери! А характер пусть будет строгим со своим народом и подчинёнными, но великодушным и добрым. Мэри всегда удивлялась, как люди еще до зачатия ребёнка говорили о том, каким он королем будет. Еще же не ясно, доживет он до 7, иль во время рождения умрет. Дети рано умирают, не всем везет прожить жизнь сполна. Да только камушки на платье и правда красивые, жаль, что их пришили на такой праздник. - Ваше Высочество! Вам пора надевать покрывало, - пролепетала фрейлина. Зачем надевать этот платок, если все меня и так видели? Каков смысл? Но самое худшее еще впереди. Сию же минут, когда мне наденут платок, я должна буду пойти Обручальный дворец - это нельзя было назвать дворцом, потому что там никто не жил, да и зал был там всего один - зато какой! Огромное помещение, по стенам которого изображены всякие-разные фрески. Когда она была там, то была совсем маленькая, поэтому не могла вспомнить что там было нарисовано. Зато помнит как переживала что что-то сделает не так. После обручения они с мужем должны дойти до Церкви - где состоится венчание, а потом пир который будет длиться 7 дней. Обычно пир длиться около 3-ёх дней, но это же король и будущая королева, поэтому и сделали больше. Но самое худшее будет этой ночью. Наплевать Мэри на обручение, венчание и пир! Брачная ночь. Для нее это настоящий ужас. В свои 16 лет для нее мысль заняться этим была мерзка. Но не ей решать. Она не может на что нибудь повлиять. Точнее может, но не она, а ее отец и ее муж. Только если они будут пользоваться ей, как марионеткой. Только так кто-то услышит ее. - Позови остальных слуг, пусть помогут, - фрейлина побежала за подмогой. Все же нужно выглядеть красивой даже с платком на голове. *** Время пролетело незаметно. Раз, ей надевают платок. Два, она видит родителей с братом. Три, она уже во дворце. Видела она этого мужчину всего раз, но он тогда ей сразу же не понравилась. Натан Веснински старше Мэри ровно на 30 лет. Но она и этому рада. Спасибо, что не на 60. Взгляд холодный, расчётливый. Как будто во мне видит не человека, а бумажку, где написано что ему будет за брак со мной. Жена у него была раньше, да умерла она. То ли казнили за что-то , то ли от болезни коньки откинула. Не интересовалась Мэри этим. Да и незачем ей это. Она уверена, что только до 30 лет доживет и то, с костылем. Не судьба ей седой, с морщинами попивать чай у своего дворца на рассвете. Окинув взглядом окружающих, она видела всего лишь несколько знакомых лиц. Среди них были ее семья и несколько девушек, с которыми она общалась на прогулках и балах. Какие же они были лицемерные. Обсуждали всех, а когда к ним подходили те же, которых они обсуждали и сплетни распускали, так они сразу с улыбкой им в ответ махали, да доброго дня желали. Мэри уверена, что они и о ней говорили. Якобы, что она ведьма , да зелья какие то пьёт, чтобы такой красивой быть. Среди узнаваемых морд, с которыми она уже уже скорее всех не увидится, были взрослые и юные мужчины, которые предлагали станцевать "вольту" и "сарабанду" . Она танцевала только с избранными, а если быть точнее, то только у которых взгляд на нее было более приятным. Ну это разве не смешно? Интресно, какого это им - быть на моей же свадьбе? Чувствуют ли они ревность, или только чувства, что не будут первыми у меня? Или им уже все равно? Заиграла музыку, девушка услышала только орган и клавикор, другие инструменты разобрать не смогла, не до этого ей было. Натан Веснински взял ее за руку, не как девушку, на которой жениться, а как на врагу. Ладонь сжал так, будто она сейчас же сломается. Больно. Ее не били, только лишь ругали сильно. Походу, теперь и с болью придётся смириться. Но все же неприятно. Мэри сморщилась. Теперь понятно зачем этот платок на голову надевают! Они прошли до человека, державшего в руках два кольца. Человек этот был одет вроде в церковное одеяние, не помнит Мэри. Она только на украшения смотрела. Серебрянное оно, узоры на нем невиданные Мэри ранние, да самое главное - камень. Он был таким же красивым, если не более, как на платье. Только вот он был то ли голубым, то ли серым или вообще прозрачным. До конца своей жизни Мэри не могла разгадать эту загадку. Хоть на солнце смотри, хоть на луне - не поймешь. Видимо, так мастер и задумал. А во внтуренем кольце, которое никто не видит, потому что к пальцу облегает, написаны имена. На кольце, который пошире написано "Мэри", а ну другом же - "Натан". Чего бы ей не хотелось, носить украшение каждый день с его именем. Но и с этим она свыкнется. Тот человек попросил Натана взять кольцо с красного бархата и надеть на руку Мэри. Его грубые, огромные руки со шрамами взяли тоненькую, совсем молодую ладонь Хэтфорд, и быстро, совсем не заботясь надел кольцо. Если бы кольцо сделали чуть узже то, наверное, он бы повредил ее руку. Позже Мэри попросили сделать тоже самое, она аккуратно, стараясь лишний раз его не трогать, надела кольцо на толстый безымянный палец левой руки. Бежать некуда, надо было раньше. Да только Мэри Елизавета Веснински совсем отчаялась, выхода нет. Это игра в прятки в поле. Игра, где нет ни выигрыша, ни проигрыша, есть только смирение. Смирение - одни из главных хороших качеств девушки. Если девушка быстро мириться - то это хорошо! Не будет каждый раз реветь, если что-то сделают. Один-два раза поревет и прекратит. Натан Веснинска взял свою новоиспечённую жену за руку и повел из дворца в Церковь. Их специально построили рядом, чтобы шествие не продолжалось много времени. Нужно за один день обручиться и обвенчаться, так ещё и пир устроить. Молодоженов отгораживали , чтобы обычные крестьяне или горожане случаем не задавили их. Хотя, Натан сам бы задавил эту толпу быстрее, чем они его. А простолюдинов, все-таки, пруд пруди. Все же не каждый день свадьба Ее Высочество и Его Величество! Мэри осматривала всех. Большинство женщин были одеты в длинные платья. Видимо, они были праздничные. А мужчины в рубахи, да штаны. Все они прыгали и желали что-то, в гомоне десятков голосов невозможно было услышать что-то определённое. - Мэри Елизавета Хэтфорд, - или возможно. Девушка сразу же повернула голову влево. Видимо, она слишком увлеклась разглядываем людей, что не заметила, что они почти дошли. - Да, Ваше Величество?, - они были молодёжными, но обращаться нужно было друг к другу по статусу. Некоторые пары обращаются друг к другу по имени, но только когда они дома. И то это огромная редкость. - Смотрите прямо, - голос был таким, который не рассчитывал на возражения. Мэри и правда не смогла их выразить. Это могло бы звучать как забота, что-то похожее на: "Смотрите прямо, вы можете же упасть". Но Мэри знала, что от этого человека забота - это чуть ли не последнее, чтобы он сделал бы с ней в этой жизни. Церковь была высокая, огромнейшая. Она будто бы и говорила, что она связана с Богом. Фасад украшен в готическом стиле. А окна были сделаны в виде разных фигур: был цветок, и самые обычные окна. Вверх шла колокольня, обязательная вещь во всех церквях. Выше всего была шпиль, на конце которые был крест. По всему божественному зданию были разные разные фигуры, предметы. Завораживала взгляд эта церковь, невозможно было от него отвести свой взор. Но больше всего Мэри понравилось как Церковь выглядела внутри. Когда заходишь, то понимаешь весь масштаб. В помещении могло находится более тысячи человек! Свое могущество Церковь показывала, скульптуры, резьба по дереву, фрески! На стенах были рисунки, сюжеты из Библии, вон там Адам и Ева, вон там Великий Потом, а вон там рождение Иисуса Христа! Алтарь стоял по середине, сделан он был из мрамора. На алтаре были фигуры Ангелов, по алтарю стояли свечи и огромные крест. Большую площадь занимали места для верующих, а там, где не было их, стоял мужчина 60-ти лет. По его виду понятно, что это главный человек в этом помещении, если не во всем мире - Папа Римский. Первое, что заметила Мэри - трехяросную тиару на его голове. Хоть она и не в первый раз ее увидела, но все так же завораживала взгляд. Урашена она была всякими камнями. Зелеными, красными, да не только это украшало корону. На самом верху украшения был крестик, а в самом низу две ленты с разными узорами, они означают тройственную власть Папы Римского. Из одежды у него была одета белая сутана с красивейшей золотой вышивкой, а поверх красная моццета. На его пальце был перстень, как знак того, что он может быть влюблён только в церковь. Достаточно большой деревянный крест весел на груди, когда он шел, то крест как будто танцевал: влево - вправо, влево - вправо. Мэри с Натаном подошли к нему. В полной тишине слышались только песни птиц за окнами, но также был звук копошения. Священник взял церковные венцы, которые были сделаны из красного бархата, а поверх украшены золотыми орнаментами. Он взял один и положил на голову Мэри. Венок был достаточно тяжелым, но не настолько, чтобы голова смотрела в пол. В тот же миг Папа Римский сделал тоже самое, только с Натаном. Священник посмотрел на них, видимо понял, что брак по расчёту, вздохнул, взял в старые руки книгу и начал читать молитву. По ощущениям Мэри, молитва длилась год, не меньше. Иногда молитвы сменялись хором, иногда снова молитвы. Но наконец, когда Папа Римский отошёл, то к ним подошли родители Мэри, а также мать Натана. Они одновременно начали читать молитву, которая благословляла этот ничтожный брак. Когда все закончилось, и Мэри больше не слышала слова, написанные в Ветхом завете, они прошли до колымаги. Они зашли в сооружение, да и поехали по песку и камням. Натан сел напротив Мэри, но он не смотрел ей в глаза, он смотрел куда то над ее головой. Мэри была этому только рада, не нужно было значит смотреть в его очи. Она перевела своя взгляд за окно. А снаружи было много людей, самых разных слоев: от крестьяно до вельмож. А вот здания были только самые богатые. Когда они проехали чуть дальше, то там были лавки горожан. Продавали овощи, да ремесло свое. На деревьях сидели соловьи, песни пели, которые нельзя было перевести на человеческий язык. Интересно же, о чем они поют? Может о любви? А может, они сами не понимают, о чем поют? Все же, птицей быть она не хотела бы. Птицы не разумные сущетсва, да и черви ей точно не по вкусу. К тому времени они приехали. Когда они вошли во дворец то все уже было готово. По краям стояли столы с разным кушаньем, сладостями заморскими. А также стоял весь музыкальный коллектив. Все ждали Натана и Мэри. С того времени, как они шагнули в это помещение, начался пир. Заиграла музыку, начало заходить полно людей, и она, наконец, могла отойти от мужа. Конечно, когда начнется танец, то она должна будет пойти и танцевать с ним. Но во время перерывов есть время пообщаться с подружками. Хоть и большинство ее подружек были теми ещё лицемерки. Но были две девушки,с которыми она дружила. Александра Виноградова и Алиса Миллер. Она дружила с ними практически с рождения, их семьи были знакомы, поэтому она шла прямиком к ним. - Добрый день, Ваше Высочество, как свадьба?, - Алиса и Александра , когда рядом были люди, обращались к ней по титулу. - Вы же знаете, я не хотела этого брака. Но как все обустроили - я восхищена. - Мэри сказала все начистоту. То, в какой она сейчас одежде, то, сколько здесь сейчас находиться людей, все говорило само за себя. Родители не жадничали деньги. Так и происходили разговоры. То танцы, которые кружат голову в буквальном смысле, то разговоры с не самыми приятными людьми. Пир будет идти 7 дней, начинается днем, заканчивается поздно ночью. У каждого дня есть какая-то определённая роль, кроме первого дня. Сегодня просто должны прийти все в самых лучших нарядах. Завтра должны в масках, будет маскард. В третьем дне будет драматический театр, а вчетвером - девушки должны одеться в одежды мужчин, а мужчины - наоборот. В пятый - будут шуты, а в шестой все должны наесться досыта и до пьяна, а в седьмой, последний день, будет прощание. Будет играть прощальная музыка, прощальные танцы буду танцеваться. Ведь Мэри Елизавета Хэтфорд, во первых, больше не будет Хэтфод, а во вторых, Мэри больше не приедет на свою Родину. *** Спустя несколько часов Натан взял за руку Хэтфорд. С минуты на минуту начнется самое неприятное, мерзкое, что будет делать Мэри. Она понимала, что ее выращивали, как домашний цветок, для того, чтобы она родила. Но даже зная это уже лет так с десяти, ей была неприятна эта мысль. До ужаса неприятна. Брачная ночь. *** Мэри была в слезах. Это действительно было самое ужасное, что с ней когда - либо делали. Она думала только об одно, хоть бы щас сдохнуть.