i wrote : stop

гулять с друзьями или же компанией - весело всегда. медового цвета волосы развивает прохладный, вечерний ветер и пробирается под мешковатое худи, заставляя съёжиться. донхёк здесь может забыться, в кругу этих людей. среди звонкого смеха джемина, шуток чэнлэ и танцевальных выкрутасов джисона посреди улицы, музыку которому через тикток включил марк. ли держит телефон, объятый в черный матовый чехол, а донхёк в это время смотрит на колечко, что было на безымянном пальце парня. хёк достаёт руки из карманов и смотрит на свои пальцы - когда то на его безымянном пальце было такое же кольцо, но пришлось снять. оно стало ему слишком большим. хотя ведь даже это не давало донхёку чувства, что пора остановиться. в этой компании людей донхёк хотя бы на совсем чуть-чуть, совсем каплю времени забывает о всех тех переживаниях, что поглощают его изнутри. стоп, но это происходит до тех пор, пока марк не предлагает зайти перекусить. теперь в нём восемьдесят процентов тревоги и двадцать процентов страха. ли берет лишь зелёный чай и маленькую порцию картошки фри ‐ не должны ничего заподозрить. ренджун удивляется, что он так мало взял, на что он отмахивается : мол, не голоден. дрожащими пальцами он подносит каждый кусочек ко рту, в мыслях работает только калькулятор, что складывает калории. в душе хёк ликует, когда никто не замечает испуганных глаз и дрожащих рук. при выходе из помещения прохладный ветер снова окутывает с ног до головы. они решают пойти к реке : джемин сказал, что скоро закат и можно будет сделать нереально красивые фото. донхёк шёл слегка взади, слушая увлекательную беседу ченджи и внезапно рядом с ним оказался марк. старший коснулся хёковой руки, на которой должно было быть кольцо : он отчётливо помнил. кольца нет, есть только на пятьдесят процентов удивлённый и на столько же процентов доверчивый взгляд марка. донхёк же отдёргивает руку, будто от чего горячего и на секунду только взгляд оставляет устремлённым насквозь в глаза марка. они проходят пару светофоров в неловком облаке. – я наверное пойду, ребят, – выпаливает донхёк и слегка кусает щёку изнутри. – всё хорошо? – интересуется чэнлэ, пытаясь с какой-то лавочки залезть на спину джисону, не сломав того. донхёк лишь пару раз кивает и прощается, уходя в другую сторону. по пути домой донхёк очень пытается сдерживать слёзы, но как только видит - вокруг никого, влажные дорожки уже видно на его щеках. ворот толстовки быстро намокает, а солёные бусинки продолжают катится по лицу. всю дорогу он думает, как заявится домой, ведь родители уже наверняка там. поднимаясь на третий этаж он чувствует, как немного темнеет в глазах и подкашиваются колени. прождав две секунды он натягивает капюшон почти по нос и заходит на порог квартиры. мама встречает его с тёплой улыбкой, а ему лишь истерить хочется. едва пробурчав "привет, мам" : закрывается в туалете. старается быть тише, но истерика и рыдания терзают грудную клетку. и его не беспокоит совсем то, что руки он не помыл - плевать на все сто процентов. ли выворачивает себя на изнанку, хотя кроме матов и рыданий выходить, казалось бы, уже нечему. он сгибается чуть ли не втрое от спазмов в горле и желудке, вспоминая, как болел ротовирусом в детстве. тогда ему казалось ‐ это самая отвратительная болезнь и после он боялся рвоты. парню смешно. выходит, желание нравится себе и другим сильнее, крепче, чем его страх. на экране светится одиннадцать сообщений из мессенджера и два пропущеннных звонка от хуана. к сожалению его друзей, ответа не получит никто : у донхёка совершенно нет сил никому ответить. тело ощущается тряпичной куклой, в которой донхёк может только моргать и глотать слёзы. так тот и засыпает невысохшими слезами на щеках, в уличном худи и с мыслью : он навечно заложник калорий, отвесов, хоть и чаще - привесов.