Вектор: Точка невозврата

      Он очнулся от пульсирующей боли, словно осколки впились в череп изнутри. Пелена застилала зрение, мир расплывался мутным пятном. В голове гудело, мерзкий аккомпанемент боли, превращая пробуждение в пытку. Рванувшись, чтобы сесть, он с ужасом осознал – руки связаны за спиной. Резкий хлопок двери эхом пронесся по помещению, заставив его вздрогнуть и обернуться. В комнату вошёл человек, но из-за помутнения в глазах, рассмотреть его не представлялось возможным. Голос ударил по ушам, заставляя повстанца зажмурится. – Итак, мы знаем, почему и для чего ты здесь. Меня зовут агент Рейнхард. Начнем с твоего имени? – она приблизилась, и, подцепив полоску скотча, заклеившую его губы, сорвала ее резким движением.       Парень вздрогнул от боли, тут же вперившись взглядом в лицо вошедшей. Мир вокруг словно расплывался, зрение предательски отказывалось фокусироваться, но он отчаянно силился, лишь бы не выдать терзающую его голову боль. Он не знал, что ему могли вколоть под видом лекарства. Упрямое молчание было его единственным оружием. – Полагаю, ты намерен молчать? – Рейнхард небрежно бросила папку на стол, и раскрыла ее. – Что ж, тогда я сама ознакомлюсь с твоим досье. Уголки ее губ тронула хищная улыбка. – Вэйланд Нокс, две тысячи первого года рождения. Позывной – Вектор. Я все верно говорю? – Агент прищурилась, пытаясь вычитать хоть какую-то эмоцию на лице пленника. Но Вэйланд оставался непроницаем. – Лейтенант, завербован в повстанцы из зоны номер девятнадцать, после штурма и захвата ее отрядом мятежников, – она захлопнула папку, иронично улыбаясь. – Это лишь верхушка айсберга. В наших базах данных предостаточно информации о тебе. И поверь, я не устану перечислять все твои прегрешения, вплоть до поминутного распорядка дня.       Услышав это, Вэйланд едва заметно вскинул бровь, но по-прежнему молчал. Рейнхард сделала еще один шаг вперед, и жестко обхватила его подбородок. – Ты действительно хочешь, чтобы этот разговор вышел за рамки приличий?       Блондин не моргая смотрел ей в лицо. Взгляд наконец-то сфокусировался, и он принялся изучать ее черты. Строгие линии, высокие скулы, едва заметный макияж и тонкий, почти незаметный шрам, тянувшийся от уголка губы. Девушка улыбнулась, заглядывая в самую душу его глаз. В следующее мгновение она плавно обошла стол и нажала скрытую кнопку. Резкий, пронзительный гудок разорвал тишину. Дверь за спиной агента распахнулась, впуская двоих громил в бронежилетах. Они надвинулись на повстанца, словно тени, и один из них грубо схватил его за шиворот, заставляя взглянуть на шатенку. В ответ пленник лишь стиснул зубы, издав едва слышный стон. – Даю последний шанс, – произнесла она, сцепив руки за спиной и вперившись взглядом в лицо Вэйланда.       Но парень упрямо молчал, и в его глазах читалась лишь непримиримость. Девушка устало выдохнула и едва заметно кивнула. Мощный удар сбоку обрушился на лицо повстанца, на миг лишая его ориентации. Он почувствовал солоноватый привкус крови и сплюнул на пол. За это последовал еще один, не менее болезненный удар. – Не советую пачкать пол, – холодно обронила девушка, отворачиваясь и позволяя охранникам выместить всю свою ярость на пленнике.        Удар пришелся в скулу, выбивая болезненное шипение из губ пленника. Следующий, пришедшийся в солнечное сплетение, заставил его согнуться пополам, но железная хватка за волосы вернула его в вертикальное положение. Градом ударов, чья сила умножалась стальными накладками на костяшках перчаток охранников, кровь начала заливать один глаз. Он зажмурился, чувствуя, как багровый поток застилает зрение, и только тогда заметил обернувшуюся к нему агента. – Ну что, заговоришь, или им продолжить? – ехидная улыбка искривила ее губы, а черные, как обсидиан, глаза сузились, прожигая взглядом.       Но повстанец молчал, лишь презрительно ухмыльнулся и сплюнул кровь на грязный пол. Мгновенный удар в челюсть, и он рухнул в беспамятство, безвольно повиснув в руках своих мучителей. Девушка вздохнула, доставая с пояса рацию. – Прием. Допросная номер четыре, агент Гамма. Объект отключился. – Агент Гамма. Какие методы допроса были применены? – Стандартные. Двое охранников проводили разъяснительную беседу. – Отставить рукоприкладство. Приведите его в чувства и ожидайте дальнейших инструкций.       Рация зашипела, обрывая связь, и агент Гамма окинула взглядом бесчувственного Вэйланда, на ее лице промелькнула хищная улыбка. – У нас есть ледяная вода? – дьявольская усмешка на мгновение озарила ее лицо, и один из громил поспешно выскочил из комнаты, вернувшись с большой пластиковой канистрой. Сорвав крышку, он опрокинул емкость над головой повстанца. Ледяной шок вырвал его из небытия через секунду, заставляя судорожно глотать воздух и мотать головой, пытаясь избавиться от обжигающе холодной жидкости. Как только последняя капля вылилась, солдат отбросил канистру в угол и грубо схватил парня за шиворот. Агент вновь прижала рацию к губам: – Прием. Объект в сознании. – Отлично. К вам направлен лаборант с сывороткой правды. Ожидайте.       Девушка улыбнулась, цепляя рацию обратно на пояс.

***

      Лаборант, словно тень, скользнул по коридору и нырнул в полумрак склада. В этом лабиринте полок, под присмотром всевидящего ока Фонда, он отыскал ампулу – SCP-500-1, плод его трудов, взращенный на передовых технологиях. Словно священный артефакт, он понёс её в допросную. Застыв у порога, он ждал, пока приказ, словно приговор, сорвётся с губ агента. – Что застыл? Вкалывай и убирайся, – прозвучал резкий окрик. – Прошу прощения, мадам. Не могли бы вы попросить охрану зафиксировать его и, желательно, заткнуть рот? Сыворотка экспериментальная, размноженная… Боюсь, он начнёт кричать. – Хм, понятно. Вы слышали доктора? – ухмылка агента стала хищной.       Охранники, повинуясь её знаку, сорвали полоску скотча со стола и грубо залепили Вэйланду рот. Один из них, схватив его за шиворот, насильно усадил на стуле прямо. Лаборант, словно палач, приблизился, доставая из пакета стерильную вату. Тщательно обработав кожу, он извлёк из подноса шприц, наполненный зловещей жидкостью, и плавно вонзил иглу в плечо повстанца. Вэйланд дернулся, издав приглушенный вопль, но в тот же миг его тело пронзила волна нечеловеческой силы. Он одним рывком разорвал скотч на руках и, вскочив на ноги, сорвал ленту со рта. Агент Рейнхард, наблюдавшая за процессом, застыла в изумлении – лицо Вэйланда преображалось на глазах, раны затягивались с невероятной скоростью. Повстанец, словно разъярённый зверь, бросился на ближайшего охранника, вырвал из его рук ПП и в упор расстрелял обоих. Оказавшись возле Рейнхард, он приставил дуло пистолета к её виску. – Тихо, молча стой. А то мозги вышибу, – прошипел он, и этот яростный шёпот заставил агента замереть, словно парализованную.

***

      Как только повстанец хладнокровно отправил на тот свет двоих охранников, над дверью допросной вспыхнул зловещий багровый глаз сирены. Обед у охраны – святое, потому на посту болталось всего восемь человек. Отряд, словно гончая по следу, рванул к допросной, попутно вызывая подкрепление из лаборатории. Но и там обед, и на страже остались лишь четыре жалкие фигуры. Эти четверо, словно пешки в чужой игре, бросились на подмогу, оставив лабораторию беззащитной. Охранники ворвались в допросную и застыли, словно парализованные: жизнь Агента Гаммы была их единственным пропуском в мир живых.       В это время, в тени коридоров, инженер, с хищной ухмылкой на губах, скользил по безлюдной зоне, пробираясь к интеркому. Минуя лабиринт серверов, он достиг главного узла, где, достав из потайного кармана приборчик, вживил вирус в главную систему Зоны 19. Удаленный доступ был получен. Двери распахнулись, приглашая повстанцев и штурмовые отряды в самое сердце комплекса. В допросной разверзся ад – подставные охранники, словно псы войны, помогли Вэйланду превратить охрану и агента в кровавое месиво. Прошло три томительные минуты, и Нокса скрутило в муках, словно в тисках. Сыворотка терзала его тело, заставляя выть от нестерпимой боли. Лаборант, ввел ему инъекцию, погружая в спасительное беспамятство. База пала. Повстанцы праздновали победу, предвкушая сокровища исследований Зоны 19.