В тени

      Изуна успел сто раз пожалеть о своём споре с Тока-сан. Ведь теперь он в гуще событий! У границы на них напали шиноби из страны Ветра. Только они мастерски использовали песок в своих техниках. Хотя пустыня ещё не началась. Для Изуны шиноби не стали проблемой. Да, неплохие противники, но до того же Сенджу Тобирамы далеко. Но сам Изуна был плох в защите. Нет, себя он защищал прекрасно. Но защищать кого-то… на таких заданиях Изуна полагался на кого-то другого. И план у шугонинов и куноичи был. Однако следовать плану и не выдать себя в его присутствии…       Удар со спины. Изуна не цель, так что вопросы чести его не волнуют. Игнорировать Учиха – непростительная ошибка. Две куноичи отказались от хенге. И та, что манерами притворялась Сенджу, оказалась принцессой Нара. Союзники, да? Ради защиты принцессы показала своё лицо. По земле к ним не подойти. А Яманака, настоящая Яманака, не могла сделать многого. В отличие от двух Хатаке. У Учиха союзников, если можно так сказать, мало. Но они надёжные. А обычные воины… так, расходный материал.       – А! – короткий вскрик одной из принцесс. Чуть не рассталась с жизнью. Ладно, жизнь дочери даймё на шугонинах. Изуна двинулся в сторону четырёх аристократок. Он ожидал, что и другие куноичи покажут своё настоящее лицо. Но они прекрасно справлялись и без техник. Одна изящно уклонялась от атак, своими руками обезвреживая или убивая ударами по жизненно важным точкам на теле.       А называемая Куро-сан только и делала, что уклонялась и отбивалась, отвлекая, чтобы её служанка проливала кровь. Шаринган ловил её движения, простые и быстрые. Вопросы чести? Как жалко! В одиночку за себя постоять не способна? Поэтому на неё и нападало больше. Так можно проморгать одну-две принцессы. Убьют, пока у неё рука не поднимается.       Один из двух паланкинов покачнулся. Его сдуло ветром, и женские вскрики дали понять, что женщины напуганы, но целы. Живы. В один прыжок, у окошка приземлились оба. Настоящий Учиха и жалкая пародия. Но и слова не понадобилось, чтобы они разделились верно. Убрать сучку с веером? Он справится. Лишь бы «Куро» не оплошала.       – …огненного шара! – будь это стихия огня любого другого шиноби, защита веера из чакры могла бы выдержать. Но своим огнём Изуна гордился заслуженно. Ведь даже Сенджу опасались, и только Тобирама со своим водяным драконом мог сдерживать Учиха. Вот если бы он мог получить…       Куноичи Ветра осталась без основного оружия. И так усердно прятала глаза, что Изуна поддался искушению подчинить её сознание. Во всю раззадорился, изматывая агрессивными атаками. Пусть не смотрит сама, пусть уклоняется. Изуна извернулся, один единственный миг, предвиденный шаринганом. Он захватил её разум и сразу же дал приказ нападать на своих.       Обернулся – вовремя подоспел. Куро-сан любит носить девушек на руках? Но в важный момент – Изуна не дёрнулся, не успеет – она взвизгнула, извернувшись, сбивая куноичи с её темпа. Дала момент врагу, обмотанному в бинты, подобраться настолько близко – вот сейчас их обеих можно убить одним ударом.       Толку от его «марионетки» в последний момент?       Итама искренне радовалась тому, что стояла твёрдо на ногах. Успела убрать руку из-под ног принцессы. Та упала на свои двои с испуганными охами. Но главное, что Итама успела выставить локоть внутренней стороной. Здесь не было ни братьев, ни брата и сестры Узумаки, которые могли бы потом возмущаться. Но как только лезвие стало выходить с другой стороны, Итама отвела руку и врага в сторону. В этот момент и подоспела куноичи с пленённым разумом, пробивая своим последним кунаем череп соратника.       – Куро!!! – только с криком Токи Изуна заметил, как стихли звуки боя.       – Химе! – Икки одним пинком отбросила труп, выпустившего катану из рук. И резко потянула за рукоять. – Химе…       – Захватили кого-то? – Изуна подошёл ближе, обратившись к старшей.       – Нет, кроме неё, в живых никого не осталось. Прекрасная работа, господин, – Тока была довольна навыками младшего наследника. И всё же последняя выжившая бесполезна. Против Учиха можно выдвинуть обвинения, даже если выдуманные доказательства будут слабы.       Итама не спешила заживлять рану, смакуя процесс. Тем самым заставляла Икки переживать. А что, если артерию задело? Но внутри всё уже залечено. Это правильный порядок. Хотя, как они с Мито ни старалась, залечивают сначала внешнюю часть либо всё одновременно. Ну, их похвалили за тонкость и скрупулёзность. Но лечить кого-то на поле боя так, когда можно, грубо говоря, залатать дыру и поддать чакры на самостоятельное излечение организмом… что же, с техникой клонирования брата к такому Итаме прибегать не придётся.       – Проще её убить. Избавимся от тел, разделимся. Часть останется здесь до прибытия делегации, если эта атака не отказ даймё Ветра, часть отступит, недалеко, – Изуна тяжко выдохнул. – Что? – взгляд Токи-сан мог бы быть недовольным. Но он же наследник, младший, а всё ещё выше её по статусу в иерархии клана. Хотя да, она же шугонин. Она вне клана, пока ещё.       – Нет, в целом, я согласна, – стоило Токе сказать последнее слово, Изуна приказал подконтрольной куноичи перерезать себе горло. От затылка к подбородку, лёгкий и изящный порез. Всё ещё опиравшаяся на «Куро-сан» принцесса взвизгнула.       – Уведи её, успокой, – приказала Итама Икки и развернулась к Учиха.       – Как рана? – Тока опустила взгляд на руку Куро-сан. Сейчас рукав юкаты прикрывал рану. И девушка не спешила показывать.       – Опасную часть залечила. Лезвие тонкое, почти как у ваших клинков. Кости чудом остались целы, – кровь стекала по руке. Странное чувство. Другие уже бы наложили повязку, но Итама чувствовала себя куда живее. То, что отвечало за эмоции в её душе, откликалось. На страх перед смертью. Удивительно, что она не стала бояться воды. А какая непростительная слабость для шиноби могла бы быть!       – А вы хорошо знаете наши клинки, Куро-сан, – проговорил Изуна на её манер.       Он ведь мог успеть и сам? Или всё же не мог? Две принцессы. И одна из них Сенджу. Если бы у Учиха была принцесса, даймё бы пожелал видеть её в свите дочери тоже. Так что братья Сенджу должны были отправить свою сестру, если она действительно вернулась. Изуна прикрыл глаза. Если рядом Сенджу, что его останавливает? Он ненавидит Сенджу, за их образ святых. Долгие годы в их борьбе люди почему-то предпочитают выставлять их героями. В лицо Учиха никто не скажет, но они, их устои, поведение, внешний вид – не от богов, от демонов в глазах простых людей.              Изуна потянул руку к виску. Чем больше он концентрировался на ненависти к Сенджу, тем сильнее мутился разум. Пока они существуют, он не сможет жить спокойно?              «…убей…»              Итама непроизвольно потянула к нему руку. Миг – и в её ладонь легло лезвие. Как бы критично Тобирама не отзывался о своём главном враге и сопернике, он признавал Изуну мастером меча. Ни царапины. Только остановил её.              – Куда тянешь руку? – глаза всё ещё сияли алым. Он мог бы заставить её показать настоящую себя, но почему-то не переходил черту.              Тока сделала шаг вперёд, становясь между ними, лицом к своему господину. Но зрительный контакт между ними не прервался. Шаринган погас.              – Покажи себя. Я легко могу заставить другую раскрыть своё лицо, – Изуна прикусил язык, отрезвляя голову.              – Господин… – женщина не хотела бы ругаться с тем, к кому могла вернуться в подчинение. Но, если сейчас ей нужно защитить Сенджу ради будущего мира, она сделает это.       – Так заставь меня, – Итама усмехнулась. По-настоящему. Мито сама не понимала, как брат может чувствовать удовольствие от провоцирования врагов. Например, когда трёххвостый «гостил» рядом с Узушио, они столкнулись с шиноби Воды прежним составов. Ох, как он тогда их разозлил. Но к тому моменту наследник Ашины стал сильнее. Так что не трепал попусту. Но в случае с Учиха такие заявления опасны. Попав во власть шарингана, одно дело показать себя настоящую. А если прикажет назвать имя, никакая ложь уже не поможет. Брать пример с Акиры сейчас не самое мудрое решение Итамы.       Изуна убрал катану.       – Возможно, ты была права, – он хмыкнул. Последнее слово будет за ним. – Но даже если так, какая-то девка не будет мной помыкать.       «Как будто оно мне надо…»

«◊»

      К возвращению принцессы с первого важного задания в родном клане отнеслись спокойно. Итама их принцесса, уважение ей должное. Мало кто знал подробности? Но что подробности, когда есть слухи? Они впереди всего. Икки уже неприветливо зыркнула на пару любопытных глаз по дороге домой. Подумаешь, вернулась позже обычного. Зато живая, не убили. Даже не пытались. А вот если бы Итама была азартной личностью и не послушала Току-сан, решив вернуться домой обратной дорогой – Изуна мог бы и попробовать её раскусить, атаковав под предлогом угрозы. И с её шансами на проигрыш – убить. А как ещё поступать с незваными Сенджу? Хоть ранее он и проявил благоразумие, шугонины не стали рисковать.       – Делегация Ветра также пострадала от наёмников, у них больше потерь. И всё же союз официально подтверждён, брак… – Итама сидела перед главой клана, окружённая старейшинами. Икки сидела позади, молча, смиренно, как тень. Итама надеялась, что кормилица принцессы сделает всё, как надо. Тогда и страна Огня окажется в большем выигрыше. Итама поглядывала на мужчин, не вертя головой: – Будет закреплён по прибытии химе в столицу Ветра.       Даймё уведомил Сенджу кратко, так что от неё требовались подробности из первых уст.       – Официально Учиха вас не раскрыли? – спросила Наной, сидящая напротив Тобирамы. Неожиданно для неё самой молодой глава включил её в совет старейшин. Хотя основной её обязанностью оставалось поддержание связи с Узумаки и ведение с ними торговли.       – Официально не раскрыли, – Итама улыбнулась женщине.       – Что можете рассказать об их селении? – спросил тот самый старик. Итама не успела запомнить его имя.       – Они действительно богаче нас. Среди их верхушки… есть оппоненты главе клана, но заодно ли они по светской беседе мне сложно было понять. Всё-таки моё дело – ирьедзюцу, – Итама пожала плечами. Но снова улыбнулась: – Вряд ли там случится борьба за власть после смерти Учиха Таджимы.       – Вряд ли? – Цутама, верный товарищ отца, нахмурился. – Нам не нужны пустые девичьи предположения…       – Насколько я хорошо знаю своих братьев, могу сказать, что сыновья Таджимы не менее близки. Младший против старшего не пойдёт, но это вы и без меня знаете, – а вот говорить ли им, что жив Ма́дока, о котором многие старики уже их клана отзываются… неединодушно, Итама теперь точно не станет. Удивительно, что вспомнила она об этом только по возвращении домой. Посмотрев на старую куноичи, играющую с внуками, которая хаяла некого Учиха Мадока, оставившего её вдовой.       – Старейшины, вы можете быть свободны. Главное, что Учиха не нарушили данного даймё слова и наша химе вернулась живой и здоровой, – Хаширама махнул рукой. И все молча послушались его. Наной подала Икки знак идти за ней. Вот уж кто точно все подробности выведает; Итама разрешила Икки не врать Наной. Хотелось бы посмотреть на лицо этой женщины.       – Вернулась благодаря Токе-сан, по крайней мере, если бы не её сопровождение до столицы, Учиха могли бы выяснить, кто скрывается под двумя оставшимися личинами, – Итама повела плечом.       – Значит, напишем Нара и Яманака, справимся о здоровье их химе. И пошлём подарки Нара, – Хаширама не выглядел удивлённым.       – Третья была химе Абураме, знал бы… – цокнул Тобирама. Сделал ставку не на ту девушку. Итама наклонила голову на бок, и он ответил ей: – Ты действительно думала, что братья не позаботятся о том, чтобы в делегацию взяли тех, кому можем доверять?       – А Хатаке… – Итама выпрямилась под суровым взглядом брата. Теперь он точно от неё не отстанет. Пока не овладеет достойно техникой клонирования. Она ведь так и не опробовала их. Да и хорошо, что не довелось. Тогда бы Учиха Изуна точно всё понял. Не то чтобы Итама расспрашивала Тобираму, но он точно успел опробовать технику в бою.       – Умаслить гостеприимных хозяев, – Тобирама вспомнил, что больше лишних глаз не было и расслабил плечи. – Мы не настаивали, но очевидно, что никто кроме Хатаке быть не мог.       – Не приписывай мне свои заслуги. Видишь, как он за тебя волнуется? – Хаширама рассмеялся от души. – Видела бы ты его. Ещё суровее, чем обычно. Люди к нему подходить боялись, – и улыбнулся, подперев щеку рукой. Мягко поинтересовался: – Что там с моим заданием? – во взгляде готовность ко всему и отсутствие больших ожиданий. Скорее, весёлый интерес.       – Ну… – Итама подняла глаза к потолку. – Очаровывать людей сложнее, чем ими очаровываться, – Итама прислушалась, чтобы убедиться, что никто их не подслушивает. – Но Мадара, кажется, не разозлился. Только сказал, что я переборщила с хенге, – Итама только вспомнила об этом. Ведь Хашираме наверняка интереснее его друг, чем все старики, ненавидящие Сенджу до смерти.       – … – Тобирама фыркнул. И понимайте его, как хотите.       – Да, – Хаширама прикрыл глаза. – В его духе.       – Возможно, сам Таджима меня узнал. Маленькая я была известна схожестью с мальчишкой, так что лицо и не меняла. Только цвет кожи, – размышляла Итама, совсем забыв, что только старику Ашине рассказывала о детской встрече с главой клана Учиха.       – Итама… – Тобирама нахмурился и потёр переносицу. Быть здравомыслящим за двоих ещё терпимо. Но за троих? – Может, мы ещё должны знать что-то?       – Ничего, ни-сан, честно, – Итама вжала голову в плечи. Но жест это уже больше привычка, так что не вызывала у братьев беспокойства.       – Скоро снова сезон урожая, думаю, наши стычки пока прекратятся, – другими словами, Хаширама отказался быть инициатором крупных сражений с Учиха.