Любовь преодолеет все…

Волосы она завила, надела розовое платье с оборками и пришитыми бриллиантами в стиле Орели, туфли на небольшом каблуке и люменитную корону. Сделала макияж по указаниям Вертины и.. не узнала себя. Даже Вертина, надоедливая девочка из зеркала Джоли, сперва приняла её за Орели. Потом впрочем успокоилась, заявив что они хоть и похожи, но не полные копии, да и глаза у нее странные.  Софи шагала по лугам с Вандерлингами, деревьями умерших эльфов. Вскоре она приблизилась к толпе. Много плакали, кто то даже надрывно. Но было много слез и обниманий. Ей тоже хотелось расплакаться. Но она должна быть сильной. Хотя бы сегодня. Софи выше подняла голову.  Эльфы едва завидев её, в ужасе отшарахивались от нее. Но Софи только выше подняла голову. Вскоре она дошла до начала очереди. К тому времени все уже увидели её и провожали взглядами.  Там стоял весь Совет, её друзья и семья. Первым её увидел Бронте. Его глаза расширились, губы задрожали:  Орели?…- в ужасе воскликнул он Остальные обернувшись, увидели её.  Эдалин первая поняла кто перед ней:  - Софи, но ты… - в недоумении сказала она, тревожно её разглядывая, впрочем как и остальные.  - Прости, мам, - грустно улыбнулась она.  Софи оглядела толпу, вновь вернувшись к Совету.  - Я заявляю свое право на наследство старейшины Орели, - громко сказала она и её голос разнесся над затихшей толпой.  Старейшина Эмери, первый взявший себя в руки, спросил:  - По какому праву вы требуете это, леди Фостер? Всё имущество члена совета после его смерти переходит к его родственникам или Совету, если таковых не имеется, и…  -По праву родства, - перебила она его и оглядела друзей, подольше остановившись взглядом на Кифе. Тот не отрывая взгляда, смотрел на нее испуганно и беспокойно.  - Кем вы приходитесь покойной старейшине Орели? - поджав губы, спросил Эмери, впрочем уже зная ответ.  - Я прихожусь ей дочерью.  Толпа ахнула. Со всех сторон раздались шепотки и потрясенный говор.  - Я требую наследство старейшины Орели по праву родства, - повторила Софи, неотрывно глядя на старейшину Эмери.  - Мы приняли во внимание вашу.. просьбу, леди Фостер, - процедил тот, - с вами свяжутся, для дальнейшей передачи имущества.  Софи, слегка улыбнувшись кивнула. Вскоре, старейшины что то коротко обговорив, продолжили церемонию. Посадив семечко и разбив бутылку, выросло высокое дерево. Оно было со светлыми, почти бежевыми листьями и большими розовыми цветами, похожими на лотосы. Софи грустно посмотрев на дерево, поспешно стала уходить. К ней уже приближались её друзья и родители.  Отойдя от толпы, но хорошо видя её, она села на траву и уставилась в небо. Когда подошли её друзья и семья она сидела и молчала, надеясь, что кто-нибудь из них начнет разговор.  - Как ты, Софи? - дрожащим голосом спросила Эдалин медленно подходя ближе и садясь рядом с ней. Она крепко обняла Софи и гладила по волосам.  - Все в порядке, - соврала Софи. Она не чувствовала грусти, тоски или всепоглощающей печали. Лишь тупое безразличие, отупение, будто она отключила эмоции.  - Когда ты узнала? - спросил Грейди с беспокойством смотрев на нее.  - Когда она помогала мне с усилением… Обернувшись, Софи по очереди обвела лица друзей. Чуть дольше остановившись на Кифе и незаметно улыбнувшись ему краешком губ, она отвела взгляд. Сегодня они договорились пока не рассказывать друзьям об их отношениях, дождавшись Фоксфайра… Впрочем его взгляд и так говорил о многом. Он беспокоился за нее, и будь сейчас другая ситуация, Софи было бы даже приятно. Софи поднялась, одновременно расправляя складки на юбке. Напоследок раз посмотрев на толпу, отдававшую последнюю милость белокурой советнице, она с высоко поднятой головой и горящим взглядом еще раз осмотрела друзей.  - Пойдемте отсюда, - уверенно сказала она, и они все, достав кристаллы, ушли.