Добрый волшебник

      Саку стоял у фонарного столба, рассматривая проходящих мимо людей. Фестивальная ночь.       Казалось, что здесь собралось столько народу, что проще пересчитать звёзды на небосводе. Детский смех грел душу — сам того не замечая, парень слегка улыбнулся, смотря за тем, как молодая мать ведёт троих деток к ларьку с угощениями. Но даже так, видя всё это веселье, радость… счастье?.. Нацусава не испытал особого чувства восторга, как это бывает у простых людей. Не потому что он желал кому-то зла, нет. Даже наоборот — он сделал бы всё, чтобы люди были счастливы, но самому ему, кажется, никогда не постичь значения этого слова — так он сам себя уверял.

В воздухе тают осколки

Разбитой посуды

Тянутся долго и долго секунды

Тянутся долго и долго секунды

Тянутся долго секунды.

Ты меня ждёшь.

Это всё, что мы сделали здесь

Друг для друга

Всё пытаясь уйти навсегда

Из проклятого круга.

Мне кажется я…

       — Давно ждёшь? — Тихо спросила Субару, стоя где-то позади.        — Нет, только пришёл.        Обернувшись, парень обомлел. Конечно, его и самого посетила мысль, чтобы прихорошиться перед такой встречей, что он и сделал — выбрал лучшие духи из всех, что были дома, лично перестирал вещи к этому дню, чтобы одежда стала синонимом к слову «свежесть», нанёс немного духов на плечи, чтобы оставлять шлейф, но…        Субару обошла и переплюнула все его старания хотя-бы тем, что пришла в нежной юкате бирюзово-голубого цвета, с заколкой в виде белой лилии и лёгким, почти незаметным, но подчёркивающим макияжем.        — Что-то не так? — Хосина уже полторы минуты ожидала ответа от своего компаньона.       — А? Да нет, всё хорошо, отлично выглядишь. — Ответил ей Саку, ощущая, как кровь приливает по всему телу. «Не дай Бог сейчас кровь из носу пойдёт!!!» — Подумал про себя парень.       — У тебя миленькая рубашка. — Смущённо подметила Субару. — Правда, очень хорошо смотрится…        — Спасибо. — Немного нервничая, улыбнулся Нацусава. — Ну что, пошли?        В этот момент ему было одновременно очень хорошо и очень плохо. Одно лишь присутствие барышни, ставшей «королевой» его сердца улучшало самочувствие и придавало уверенности, но с другой стороны… Господи, как же жмёт воротник!        Саку был очень смущён комплиментом со стороны, но сказать о происхождении вещи не мог — дело в том, что эта рубашка раньше принадлежала Ринтаро, и, когда он вырос для того, чтобы носить её, чтобы та совсем зря не пропадала, отдал её своему товарищу. В последствии эта рубашка ещё подгонялась под размеры, немного укорачивалась, а сестрица и вовсе на плечах вышила несколько цветочков лилии, что очень сочеталось с заколкой Хосины.        Но стоило только начать нервничать — и воротник начинал вдавливаться в горло, чем затруднял дыхание. Пока было терпимо, но потихоньку нарастало чувство, что ещё чуть чуть, и на этом фестивале кто-то задохнётся.        Чёртов воротник! — Подумал про себя Саку. — Вернусь домой, лично расшивать начну! Хорошо хоть галстук не надевал…        Вот только расстегнуть его никак не получалось — уж больно специфической была верхняя пуговица. И как бы не пытался Нацусава как бы невзначай расстегнуть её, толку от усилий было немного.        — Дай сюда. — Внезапно сказала Субару, подойдя ближе.        Не задавая лишних вопросов она протянула свои руки к пуговице и попыталась расстегнуть, однако сразу она не поддалась — пуговица соскочила только через пол минуты. После чего она поправила воротник на рубашке компаньона и, убедившись, что он нигде не загибается, кивнула головой.        Прежде, чем она отвернулась, чтобы посмотреть куда-то вдаль, Саку смог разглядеть на её щеках явный румянец и смущение. Что ж, я хотя-бы не один себя так неловко чувствую…        Впереди — много ларьков со сладостями, аттракционов и мест, где можно было приятно провести досуг. Не то что бы у парня было достаточно финансов, чтобы всё покрыть, но он просто не мог упустить возможности провести время с Хосиной, так что пришлось заранее просчитать траты и заручиться финансовой поддержкой всё того же Ринтаро, дай Бог ему здоровья и долгих лет жизни.        Сам для себя Нацусава не пошёл бы на такое мероприятие под дулом пистолета. С кем-то вроде семьи или друзей? Почему нет, если можно провести время в компании. Сходить одному сюда было бы пыткой — смотреть на все эти счастливые лица. Но среди всей этой толпы одна улыбка сияла ярче всех. И это сияние делало ничтожным все горести. Если бы была возможность видеть эту улыбку чаще — он старался бы изо всех сил. Он бы сам был бы причиной этой улыбки. А если понадобится — то и умер бы за неё.        А ещё, он впервые узнал, что ей нравятся настольные игры — то, как она наблюдала за тем, как играют остальные — умиляло. Возле одного ларька скопилась очередь. Там можно было сыграть, и победитель забирал любую игрушку на выбор — но проблема в том, что человек, который сыграет следующим, определялся случайно, по номерку на браслете, который выдавали всем желающим.        — Какой твой номер? — Невзначай поинтересовался Саку.        — 456, а у тебя? — С интересом спросила Субару.       — А у меня 001.       — Красивое число…       Воцарилось неловкое молчание. Нацусава понимал, что слишком большой поток желающих явно не даст сыграть всем желающим. Если на браслете всего три цифры, ящик почти пуст, получается, раздали около девятиста браслетиков. После того, как человек выходит, его номерок бросают обратно. Но ящик нихрена не полный, значит, почти все доступные браслеты на руках. Народу слишком много, даже если дать по пять-десять минут на каждого — не больше двенадцати человек в час, итого… до нашей очереди может быть 75 часов. Херово. А повлиять я никак не… Почему никак?       — Жди здесь, скоро приду.        — А? Ты куда?        Не теряя времени на ответ, парень улыбнулся и пошёл куда-то в сторону поворота, за котором и скрылся. Подобрав маршрут, он вскоре оказался у чёрного входа здания, где проходила игра. Постучав в двери, он стал дожидаться ответа.        Конечно, никакой надежды на то, что план будет приведён в исполнение не было, но попытаться всегда стоит. Ведь лучше жалеть о том, что плохо получилось, чем жалеть о том, что ты даже не пытался.       — Ты как вообще сюда попал? — Возмутился мужчина, вышедший из двери. — Кыш отсюда!       — Повлиять на выбор следующего игрока можете? — Поинтересовался пришедший.       — Как тебя зовут, малец?       — Саку.        — Саку, иди ты н… — Как только парень достал из кармана купюру не маленького номинала, тон общения резко сменился. — Какой номер нужен?        — Следующим должен сыграть номер 456.        — Так твой же 001!        — Я что, для себя беру? — Возмутился Нацусава. — Моё дело помочь, ваше дело организовать. Как скоро выходит следующий участник?        — Осталось около семи минут. Удачи с играми! — Улыбнулся мужчина, похлопав по плечу нерадивого клиента.        Как только вопрос был улажен, под удивлённый взгляд детишек Саку перепрыгнул через забор и отправился обратно в толпу. Мысли роем крутились в голове, но лишь одна из них была из ряда вон выходящей: «Не подумал бы, что сделаю такое.»       Вдалеке показался образ Субару. Она выглядела растеряно и постоянно осматривалась по сторонам, вертела головой и искала глазами своего компаньона. Однако, заметив его, с облегчением улыбнулась. Подойдя ближе и, сославшись на то, что «увидел знакомого», разговор был продолжен. В воздухе чувствовалась волна напряжения и ажиотажа. Сыграть хотели все, но счастье приходило лишь к избранным.        — А сейчас, дорогие друзья, мы узнаем номер следующего участника! — Взял в руки микрофон диктор, снимая номерок с предыдущего игрока. — На этот раз в игру врывается…        — В чудо веришь? — Спросил Нацусава, улыбаясь.        — О чём ты? — удивлённо спросила девушка. Как только Саку скрестил пальцы, ведущий объявил результат.        — Дамы и господа, это настоящее чудо! Единственный номер, играющий второй раз на нашем мероприятии! НОМЕР 456!       Восхищению Хосины не было предела. В полном восторге она смотрела то на человека, просившего верить в чудо, то на диктора, об этом чуде рассказавшем. Толпа расступается перед ней и, радостно вздыхая, она входит на сцену.

***

       — А я видела, как ты смотрел на меня и улыбался! — Слегка засмеялась Хосина, сидя на скамейке в парке.        Нацусава, сидящий рядом, довольно развёл руками. Конечно, он будет рад! Как минимум потому, что его не кинули на деньги. А во вторых — это ведь всё и делалось ради её улыбки. Так что как тут не радоваться.        Пусть и было уже довольно поздно, но всё ещё щебетали птицы. Над клумбой пионов неподалёку порхали светлячки, подобно маленьким созвездиям над яркими планетами. Порыв ветра сносил цветущие лепестки, украшая ими всё вокруг.        — А если серьёзно, как ты это сделал? — Возвращаясь к привычному, формальному тону поинтересовалась Субару. — Ещё и так убедительно спрашивал, верю ли я в чудо.        — Будем считать, что я просто добрый волшебник. — Ответил парень, поправляя воротник.        — Ну да, на тебя это действительно похоже. Мой любимый, добрый волшебник!        Саку лишь коротко улыбнулся, смотря в её бездонных аквамариновых глазах. Пусть он, конечно, был далеко не эмоциональным человеком, и в целом предпочитал быть более расчётливым, чем выражать свои чувства, но то тепло и безграничная радость в её глазах и сбитом от волнения дыхании перекрывали все сомнения. Кажется, он всё-таки начала понимать, что такое счастье. Счастье — это забота. Забота, которую он может вложить в человека, и эта забота заставит его улыбаться.       Счастье — это забота.

А забота — это любовь.