зона комфорта.

5:36 утра. пол усыпан пачками от чипсов и бутылками вина. где-то на паркете виднеются лужи цвета крови, в которых лежат стеклянные осколки, некогда бывшие бокалами. на диване лежит тело девушки без сознания, на стуле расположилось такое же, но мужское. девушка со взъерошенными волосами и в запачканной вином сиреневой футболке приоткрыла глаза. голова раскалывается, мир вокруг плывёт. к ней не сразу приходит осознание, кто она, где она и что с ней. она с трудом встаёт с дивана, чуть не падая обратно, и, еле переставляя ноги, идёт к зеркалу. смотрит на своё отражение. опухшее от слёз лицо, трещина на губе, отросшие русые корни черных волос, нестиравшаяся уже месяц и заляпанная вином футболка. — эх, настя, что же ты творишь, дура? — сама себя осудила девушка. как она докатилась до такого состояния? почему позволила себе так выглядеть? неужели она настолько слабый человек, что не может пережить какое-то там расставание? и что, что 5 лет жизни ушли в никуда? что с того, что она любила этого человека больше жизни? ничего в этом настолько страшного нет, надо просто взять себя в руки и жить дальше! взять себя в руки... жить дальше... да... да кого она обманывает? холодная вода обжигает руки анастасии, а затем и лицо, что помогло ей придти в себя хотя бы немного. голова всё ещё трещит по швам, но теперь лицо хотя бы не настолько ужасно выглядит. настя зашла на кухню, где за столом в отрубе лежал максим. выглядел он немногим лучше, чем настя: колтуны в волосах, растянутая чёрная футболка в дырках, а на столе лежали разбитые очки. девушка решила не будить друга и открыла холодильник, чтобы попытаться заесть похмелье. — 5 шоколадных сырков и полупустая бутылка прокисшего молока? серьёзно? — проговорила под нос настя с удивлением и недовольством одновременно, — надо будет после отходняка сварганить что-нибудь, а то на одном алкоголе не продержимся... девушка берёт сырок, прислоняется к холодильнику и пытается заставить себя съесть его, параллельно бросая обеспокоенные взгляды на макса. он очень громко сопит, иногда дёргается во сне и бормочет под нос что-то вроде просьб о помощи. "опять его главный кошмар про взрыв" - подумала настя и тяжело вздохнула. как так вышло, что у них одновременно случился полный пиздец в жизни? обычно друзья поддерживают друг друга, даже если в этот момент обоим плохо. а тут что? двое лучших друзей просто губят себя в алкоголе и сигаретах. у обоих нет сил для поддержки другого, когда у самого всё настолько плохо, что хочется выть и биться головой об стену, даже зная, что легче не станет. всё, что им остаётся - собутыльничать, проговаривать свои проблемы в сотый раз и игнорировать возможности их решить. кажется, будто они хотят убегать от своих переживаний всю жизнь и не выходить из этой зоны комфорта, только к чему это приведёт? точно ли всё станет хорошо? — нет, пожалуйста, нет! почему?! за что?! — во сне максим перешёл на крик. — ма-а-акс! — крикнула анастасия и со всей оставшейся в организме силой хлопнула его по плечу. — а?! — резко вскочил максим. оглядевшись вокруг, он осознал, что это был просто сон, — боже, когда этот ужас наконец забудется? я не вывожу уже, мне даже засыпать страшно. — и тебе доброе утро, — ответила настя лёгким смешком, — пойдём на утренний перекур? — боже, дай хотя бы воды попить сначала, во рту пиздецки сушит, — с этими словами макс встаёт из-за стола, набирает в грязный стакан воду из-под крана и жадно глотает её, — вот теперь пошли. девушка слегка улыбнулась, взяла со стола пачку чапмана и зажигалку и отправилась на балкон. за ней последовал и парень. в пачке оставалось как раз 2 сигареты. — блять, в магазин нужно сходить, а я себя чувствую так, как будто бы сдохла ещё вчера, — проворчала настя, зажимая зубами сигарету и поджигая её. макс стоял рядом с сигаретой в руке, второй закрывал зажигалку от ветра и ждал своей очереди закурить. увидев это, настя усмехнулась, — кладёшь свои руки к моей зажигалке и хочешь, чтобы я подожгла? — да понял я, что тебе нравится алена швец, зажигалку то дай, — закатив глаза, ответил макс. вскоре оба смотрели на улицу и параллельно делали довольно глубокие тяги. с высоты 5 этажа петербург выглядел ещё красивее, чем с земли: дома казались небольшими коробочками, не особо аккуратно поставленными рядом с друг другом, а люди и вовсе были похожи на торопливых муравьев. было очень забавно наблюдать за тем, как они бегут туда-сюда по каким-то своим делам, важным или не особо. серое небо, полнотью затянутое тучами и предвещающее дождь, идеально отражало внутреннее состояние макса и насти, но между ними было одно важное различие - погода нестабильна. — макс, как ты думаешь, мы выберемся из этого дерьма? мы когда-нибудь станем снова счастливыми? — резко спросила анастасия, в очередной раз затягиваясь. максим даже завис на несколько секунд от такого вопроса, но он заставил его глубоко задуматься, залезть в недры своего сознания. прозвучал бы этот вопрос в любое другое время - ответ был бы более позитивным. — насть, я не знаю. я опустил руки уже давно. я не хочу заниматься блогерством, я не хочу строить личную жизнь, я не хочу ничего. после того взрыва в офисе youtube я потерял смысл жить. разве что ты делаешь моё существование немного веселее, но тем не менее, сама посуди - мы просто вместе спиваемся. я не думаю, что мы сможем выбраться. по крайней мере, я – точно, но у меня теплится надежда, что ты окажешься сильнее меня и не умрёшь от интоксикации алкоголем. когда настя задавала этот вопрос, она очень хотела, чтобы макс сказал что-то вроде "конечно справимся, у нас всё обязательно наладится!". чтобы он, как обычно, обнял её, поддержал, дал бы капельку мотивации жить дальше... но сейчас она смотрит на его уставшее от жизни лицо, на отросшую щетину, на сигарету в его губах и понимает – это конец. если макс не вывез, то она тем более не сможет. тогда имеет ли смысл продолжать пытаться?

стоит ли медленно убивать свой организм, если это можно сделать намного быстрее?

настя тушит сигарету об стену балкона, залезает на перила и свешивает ноги с внешней стороны балкона. макс смотрит на неё с искренним недоумением, к которому примешивается страх. — настя, ты что творишь? дура что ли? перелезь обратно, быстро! — выпавшая из рук непотушенная сигарета прожигает пол, а максим пытается подхватить анастасию под подмышки и затащить её на балкон, но руки девушки вцепились в металлические и местами ржавые перила балкона мёртвой хваткой. из-за подступившего адреналина отсоединить их было невозможно. — макс... ну зачем? зачем бороться за жизнь? я обречена, ты, судя по всему, тоже. мы тонем в алкоголе и не хотим решать свои проблемы. мы привыкли ныть друг другу об одном и том же, тут же запивая это вином. это наша зона комфорта, из которой мы не сможем просто так выйти. мы не хотим этого делать и оба знаем об этом. так зачем продолжать? давай просто быстро и навсегда покончим с этим. вместе. макс оторопел от такого предложения, но при этом задумался. в целом, он не может с ней не согласиться. действительно, зачем существовать дальше, если чёрная полоса даже не думает заканчиваться? зачем существовать дальше, если кошмары преследуют его каждую ночь и не дают спать спокойно? зачем существовать дальше, если даже его лучшая подруга, самый жизнерадостный человек в его жизни, угасла и не хочет бороться дальше? парень перелезает через перила и садится рядом с девушкой. они берутся за руки. — значит, ты всё-таки готов? — да. а ещё я кое-что хотел бы тебе сказать. пусть это будут мои последние слова. настя озадаченно посмотрела на макса. — я совсем не уверен, может я путаю собутыльническую привязанность с любовью, но ты мне нравишься, насть. — а... — девушка посмотрела в глаза максима. они не врали. — здорово... ты мне тоже, вероятно. я, как и ты, не уверена. — умирать, чувствуя неуверенность... звучит как классический суицид, тебе так не кажется? ну, типа, все же самоубийцы до последнего сомневаются в правильности своих действий, — макс опустил глаза. расстояние до земли не такое большое, но в целом, разбиться насмерть можно. — да, только нас с тобой от них кое-что отличает: мы не сомневаемся в своём поступке, мы сомневаемся в чувствах к друг другу. — ой да ладно, ты же поняла, что я имею ввиду, чего пристала! — парень улыбнулся. в последний раз. девушка взяла его за руку, но продолжала держаться за перила второй. — раз? — начала отсчёт настя. — два? — продолжил макс. — три, — сказали они синхронно и отпустили руки от перил, при этом не отпуская руки друг друга. полёт казался вечным, но ни у одного из них не промелькнула мысль "я хочу жить, я передумал". следующее утро, ровно 7 часов. писк медицинских аппаратов в палате и тихий плач мамы разбудил настю. девушка приоткрыла глаза. яркий свет из окна вкупе с белыми стенами давил на мозг. голова болит ещё сильнее, чем раньше, только эта боль более... тупая? стоп. что вообще произошло? она выжила? — ма...мама? — господи, настенька, девочка моя, ты очнулась! ой, ну что же вы наделали! ну зачем, зачем?! вы же ещё такие молодые, вам ещё жить и жить, а вы!... — слёзы градом хлынули из глаз мамы насти, оксаны, настолько сильно она испугалась за свою дочь. — а макс? он тоже...жив? — с надеждой в голосе спросила настя. оксана промолчала, — мам? — нет, доченька, он не выжил. тебе повезло, у тебя только переломы таза и рёбер, а он приземлился прямо на голову и там же, на месте... всё, что говорила оксана далее, настя уже не слышала. слова мамы отдавались белым шумом в голове. как? как так? это она предложила такой лёгкий путь справиться с проблемами, почему она выжила, а он нет? что делать дальше? как жить с таким тяжёлым грузом на душе? она убила своего лучшего друга. это её вина. это она должна была умереть. это её сила воли была ничтожной, но максим должен был жить, он бы обязательно в конце концов проработал свой кошмар и смог бы наслаждаться жизнью дальше! всё должно было быть наоборот! из глаз анастасии бесконтрольно текли слёзы. оксана пыталась с ней поговорить, но видя, что дочь её не видит и не слышит, решила дать ей время придти в себя и вышла из палаты. настя осталась одна в светлой и холодной комнате. в глазах плыло от такого количества слёз. мерещились голоса, которые читали её мысли и проговаривали их: "это твоя вина", "ты его убила", "ты должна была умереть вместо него". настя начала царапать своё лицо и рвать на себе волосы, крича во всё горло в попытках заглушить эти голоса, но не помогало. они сильнее. они всегда будут сильнее.

а ведь им всего лишь нужно было выйти из зоны комфорта.