Нико явно теперь ненавидел Авродиту! А купидона подавно,тупые боги любви.

Это был обычный день. Утро, яркое, ослепительное солнце… и Уилл, сидящий за столиком Аполлона. То есть! Я… я хотел сказать — завтрак! Не Уилл! Просто светит солнце, новый день, и у нас очень вкусная каша на завтрак. Вот и всё. И нет, меня совсем не волнует, что он сегодня сел не рядом со мной. Я вообще не переживаю! что, может быть, я ему надоел. Я точно не переживаю… Я… Ох, чёрт. Я переживаю.  С чего вдруг его вообще должен волновать этот солнечный мальчик? Он же просто врач. Доктор. Он лечит всех и он совсем не обязан со всеми налаживать контакт.Да… верно. Уилл не обязан. Не обязан.  Благодаря Уиллу все его серьёзные раны постепенно зажили. Не быстро, конечно, но гораздо быстрее, чем если бы он пытался справиться сам.А стал бы он вообще пытаться? Даже Нико этого не знал.Но, похоже, вместе с уходящей от ран болью появилось нечто большее, странное, пугающее ощущение, что он вновь хочет жить.Почему? Из-за чего? Кто? или что? стало настолько важным, что он вдруг ощутил в себе это непривычное, почти забытое желание? После смерти Бьянки он будто перестал жить. Нет, не умер просто перестал что-либо чувствовать.Точнее… чувствовать он всё же мог. Но иначе. Да, он дышал. Он сражался. Он воевал, и даже влюбился в Перси! Это была первая влюбленность, Влечение к Перси, его те чувства делали его хоть каким то существом. Он мог жить, но уж точно не хотеть. Перси отчасти стал его музой! Обьяектом воздыхания,и восхищения.Но всё же эти чувства не были теми, что заставляют бороться за завтрашний день.То было что-то вроде юношеского восхищения. Перси стал для него, объектом мечты, тихого обожания… но не стимулом жить. Он не заставлял Нико задуматься о будущем, не побуждал заживлять раны, есть нормальную еду, избегать перемещения по теням ради восстановления.В отличие от одного светловолосого мальчика с самыми небесными глазами, что он когда-либо видел.Так кто же всё-таки вернул ему это странное, пугающее… желание жить? — Приветик! Я Уилл. Я буду твоим врачом на какое-то время! — неловко улыбнулся блондин. — Эм… я сын Аполлона. Бога музыки и исцеления. Хотя, думаю, ты и сам знаешь… Ты ведь, кажется, в эти карточки играешь???? — сказал Уилл в их первую встречу. Он говорил быстро и светло, будто излучал солнечный свет. Нико давно не встречал такого яркого… нет, солнечного человека. Да, конечно, он частенько выходил из домика Айда потренироваться, и видел солнце. Но чтобы само солнце спустилось на землю, приняв облик милого, голубоглазого, почти чересчур симпатичного полубога… Никогда. — Оу… не стоит. Раны не настолько серьёзные, чтобы за мной приглядывали. Я сам справлюсь, — буркнул Нико и, немного тише, с оттенком раздражения добавил: — И это не просто “карточки”. Это Мифы и магия. Он развернулся и пошёл прочь. Что ж… странно. Он действительно не накричал. Даже не нагрубил. Обычно разговоры с кем бы то ни было в лагере заканчивались раздражением — если не ссорами, отношения Нико с любыми обитателями лагеря были абюзивными. Если быть честным, он ненавидел лагерь, и появлялся там он чисто из-за того что там было легко найти Перси! Тот же в свою очередь недавно уехал в лагерь Юпитера, решать какие то вопросики. Так что ему не стоит здесь задерживаться. Да и после его неловкого признания,общятся с Перси ему совсем не хочется. Чувства как будто стали угосать в боли от невзаимности. У Перси есть Аннабет, у Джейсона Пайпер, у его прекрасной сестрички Хезел есть Френк, даже у гребаного Лео нашлась подружка. И да! Нико явно теперь ненавидел Авродиту! А купидона подавно,тупые боги любви. На следующий день Уилл снова поевился, на завтраке. — Хееей! Приве-е-ет! Я Уилл! Помнишь меня? — он без стеснения подсел рядом. — Мы вчера разговаривали, я твой новый лечащий врач! — Я, эм… попросил изменить тебе меню,— Уилл кивнул на поднос. — Что-то более нейтральное, более щадящее. Нико хотел что то сказать,но не успел,даже открыть рот как, Уилл продолжил. — Да-да, я знаю! Ты говорил, чтобы тебя не трогали, что ты сам справишься. Но, Нико… у тебя не просто пара царапин! — У тебя перевязано почти всё тело. Война была кровопролитной, и ты стал тому свидетелем! И вообще то что ты в ней выжил. Это уже чудо!—Да, ты можешь ходить, есть, без чужой помощи,— Но своими “я сам справлюсь” ты просто вредишь себе! — Пожалуйста, Нико дай мне помочь! Он на секунду замолчал, будто что-то вспомнил. — Ах да, и ещё кое-что…Уилл медленно сунул руку в карман. На лице у него появилась та самая неловкашя, почти детская улыбка. Уилл медленно стал доставать из кармана карточки. Нико не сразу разглядел надпись, А когда понял — дыхание перехватило. “Мифы и магия.” Он не видел эти карты уже… с тех пор, как погибла Бьянка. Тогда он выбросил свою колоду — вместе с детством. С собой прежним. Боль прорезала грудь, будто заново. Воспоминания хлынули лавиной. Та ночь. Сон. Бьянка, тихим, почти шёпотом, прощается. Её голос — тёплый, как последний луч солнца, исчезающий за горизонтом. Он проснулся в холодном поту, уже зная правду. Слова были не нужны. Он знал правду,еще до слов. С тех пор тьма в нём больше не отступала. Он не умер, но и не жил. Он просто… угасал. — Эм… Нико? Никооо! Ты меня слышишь? — голос Уилла пробился сквозь тьму. Нико вздрогнул, словно вынырнул из ледяной воды. — А?.. Что?.. — пробормотал он, глотая остатки страха, сжавшего его изнутри. — Я тут вообще-то возмущаюсь! — обидчиво воскликнул Уилл. — Моему отцу, Аполлону, дали всего 10 уровень! — Он же бог! У Зевса аж 20, у Посейдона 15! Это же просто нечестно! Резкий, почти нелепый монолог Уилла ударил в сознание, как тёплый ветер весной — и внезапно вытащил Нико из глубин мрака. Это не крик. Не угроза. Не бой. Просто голос. Весёлый, живой, тёплый. Голос мальчика с золотистыми волосами и глазами цвета летнего неба. Уилл. Ммм…. Уилл явно был в его вкусе. О нет стоп. Соберись, Ди Анджело. Хватит слюни пускать. Надо что-то ответить,срочно! — А… эм… я задумался. Прости, — Нико кашлянул, сбрасывая остатки флешбека,вспыхнувшего недавно. — Кажется, я пропустил нить разговора. Что ты говорил до этого? Как вообще он мог подумать о нём в таком ключе? Они знакомы отчасти всего день! — А, я… про уровень Аполлона, — неловко улыбнулся Уилл и отвёл взгляд куда-то вверх. — Всё ещё обидно! — Нет-нет, — покачал головой Нико. — Я имею в виду до этого. Когда ты достал колоду. — Кстати, откуда она у тебя? Он прищурился. Что, он тоже фанат? Или просто позёр, который называет Мифы и Магию “карточками” и понятия не имеет, что держит в руках? — А! Это… — Уилл почесал затылок. — Я одолжил их у Тахмины! Она из домика 12-го. Оказывается, у нас в лагере до сих пор полно фанатов этой игры! М-да Пришлось даже в очередь встать! — усмехнулся он. — Но девочка… мм… как её… Нико заметил, как у него «крутятся шестерёнки» в голове. — Бэлла, точно! Из домика Гермеса. В этом году столько новеньких… Имен не упомнить! Он облегчённо выдохнул и поднял карточки, как трофей. — В общем, Бэлла была не против уступить мне. Так что на ближайшую неделю — эти карты мои! — слишком уж торжественно сказали Уилл — Ага, понятно… — Нико скрестил руки. Потом, слишком резко сказал: — А зачем тебе вообще Мифы и Магия? Тон вышел грубее, чем он хотел. Улыбка Уилла померкла. Яркие глаза опустились вниз. Чёрт. Он переборщил. Он был первым за долгое время, кто не боялся подойти. Кто не требовал от Нико быть другим. И Нико едва не оттолкнул его. Уилл потёр шею, опустив взгляд. — Я… думаю, я просто хотел… иметь с тобой что-то общее. Хотя бы повод для разговора, — тихо произнёс он. — Прости, если это глупо. Он покраснел и снова отвёл глаза. — Просто… я помню, когда впервые тебя увидел — ну пару лет назад!— ты тогда играл в Мифы и Магию.  — Я подумал, может, это шанс. Тема, за которую ты не пошлёшь меня в Тартар на первой минуте, разговора. Нико смотрел на него молча. Его губы чуть дрогнули — не то от раздражения, не то от того, что внутри начало таять. — Ты ведь… не такой, каким тебя тут все считают, — вдруг выпалил Уилл — то есть не только тьма, мрак, холод, и сарказм.! Бум. Сердце Нико глухо ударило где-то внутри, как будто он забыл, что оно ещё умеет реагировать.  Он знал, что его боятся. Что его избегают. Что он — «мрачный парень из домика Аида». Но услышать это от нового, такого солнечного человека было неожиданно. Вообще то обидно! И тут будто понев сказанных слов и посхватившись Уилл выпалил новые менее обжигающие слова.  -О боги! прости! Я не хотел тебя обидеть! Я!… Ох мне так жаль! Я опять все испортил!—судорожно извиняясь, Уилл уже собирал свою еду на поднос желая удалиться. Но раз Уилл один раз к нему подсел и даже попытался подружиться Нико не может его так просто отпустить! -Стой! Нечего все в порядке,я все всегда замечал,поэтому не стоит уходит.—выпалив первую попавшую мысль Нико продолжил.—Кстати ты говорил что считаешь что Аполлона принизили? По твоему какой должен быть у него уровень? Он думал что-то скажет, Что-то язвительное, колкое… Но вместо этого, впервые за долгое время, он просто попытался сгладить углы? Уилл поднял взгляд. Его глаза немного удивлённо округлились. — Эм,— чуть хрипло сказал он. — Спасибо!—удивлению Уилла не было придела. — И… прости. За слова. Правда! Мне жаль. —А! Ну-у и про карты да! Мне кажется у моего отца должен быть хотя бы 20 уровень! А у Зевса например 25! Даже у некоторых монстров Уровень сильнее чем у богов!—Так радостно будто маленький ребенок начел говорит Уилл. И Нико поддался его чарам. —Мммм знаешь я думаю ты прав! — Зря меня тобой запугивали! Ты меня даже не послал. — Пока, — коротко бросил Нико, пытаясь скрыть, что уголки губ дрогнули. Почти как… улыбка. Прошёл месяц с тех пор, как Нико впустил в свою жизнь кого-то нового. Теперь он часто заходил в лазарет — не только для того, чтобы Уилл осмотрел его раны, но и чтобы помочь с бумагами, уборкой и всякой рутинной ерундой.  Нико всегда ненавидел убираться, но в компании Уилла это казалось менее тягостным чтоли? С тех пор, как они стали общаться, к Нико резко начали проявлять интерес и другие обитатели лагеря. Кайла и Остин всё чаще навещали лазарет — вместе они обсуждали любимые фильмы, сериалы и персонажей. Иногда осторожно пытались узнать про его дружбу с Уиллом. Нико, впрочем, их не очень понимал и не слишком об этом заботился. Возможно, они догадались раньше, чем сами Уилл и Нико осознали, что между ними что-то меняется. Вернемся к настоящему.  Сегодня Уилл почему то решил не садится к нему за столик, странно? Не ужели Нико сделал что то не то? Или вдруг… Вдруг Уилл понел что Нико почти польностю восстановился и ему не нужно с ним больше общаться!  Он что ему надоел? Нет нет нет. Этого ему еще не хватало. Он всю последнюю неделю только и делал что думал. Уилл когда то поймет что Нико больше не нужен врач! И именно тогда он и надоест Уиллу И когда он поймет он перестанет с ним общаться.Ведь Нико больше не будет нуждаться в его услугах поэтому ему не стоит больше притворяться его другом. Мрак вновь наполнил душу Нико.  А Нико лишь думал,думал, и думал. И это не шутки! Он правда волнуется и похоже слишком. Почему он вообще о нем так волнуется! Это всего лишь Уилл. Правда ведь?