Дефект

      Вы когда-нибудь посещали логопеда? Некоторые, наверное, вспомнят, как родители водили их к нему в детском саду или в школе. Но редко кто задумывается, что логопед – это не всегда детский специалист.       Куромаку частенько приходилось сталкиваться с этим стереотипом в жизни. При этом он сознательно не работал с детьми, потому что не терпел пустой траты времени. Пустой не в смысле усилий без результата, а в том смысле, что к детям чаще всего нужно было искать правильный подход, иногда выслушивать пространные монологи о каких-нибудь “очень важных” детских вещах или, хуже всего, бороться с капризами, чтобы провести несчастное получасовое занятие. По совокупности всех вышеперечисленных причин он выбрал специализацию работы со взрослыми.       Вообще, по первому высшему образованию он был филологом. Его всегда завораживало то, какую невероятную силу иногда имели слова, нравилось видеть красоту, гибкость и подвижность родного языка. Но… скажем честно, филология была не сильно “хлебным” занятием, а потому осталась больше хобби.       Уже после магистратуры филфака он выучился на логопеда. Решив, что курсы – это как-то мелко, с отличием окончил бакалавриат и вот, в свои двадцать семь с небольшим, был одним из самых востребованных специалистов в городе.       Куромаку вздохнул, глядя на часы – его последний на сегодня клиент, как обычно опаздывал, но пока только на семь минут. Он снял очки и потёр переносицу. Как выяснилось, с некоторыми взрослыми могло быть ещё хуже, чем с детьми. Например, с…       – Извини за опоздание, док, пробки.       – Добрый вечер, Вару. Я уже много раз говорил, что я не доктор. Хватит меня так называть, пожалуйста.       – Да ладно, ты же лечишь мою больную дикцию, значит, своего рода, доктор, – ответил молодой человек, совершенно очаровательно, по мнению Куромаку, коверкая звук “р”.       Он не то чтобы сильно картавил, скорее грассировал. Произносил “р” слегка на французский манер, а иногда и вовсе как нужно. В принципе, этот дефект довольно легко исправлялся в девяноста девяти процентах случаев. Но этот парень – Вару – как раз и был тем самым одним процентом. И не потому что у него был какой-то особенно сложный случай, а просто потому, что он ленился. Начав работать с ним, Куро даже иногда стал сомневаться в собственной эффективности. Тяжело вздохнув, он поинтересовался:       – Ты делал домашнее задание?       – Задание? Естественно!       – Что ж, тогда начнём с артикуляционной гимнастики и чистоговорок. Потом позанимаемся с зеркалом, попробуем произносить звук в предложениях и закончим массажем.       Вару ухмыльнулся. Куромаку ещё на третьем занятии отметил, что по какой-то неведомой причине логомассаж вызывал у молодого человека массу положительных эмоций. И когда пальцы Куромаку оказывались у него во рту, на шее или под челюстью, он блаженно жмурился и странно ёрзал. Вообще, показаний к массажу у него не было, но он его зачем-то оплатил уже после второго занятия и ни в какую не хотел, чтобы ему возвращали деньги, а требовал именно проведения процедуры.       Куромаку пришлось смириться. Этот клиент вообще был крайне эксцентричным. Помимо довольно яркой, и, чего уж греха таить, симпатичной внешности и необычных зелёных очков, он имел ряд странных увлечений и хобби. На сегодняшний день (к семнадцатому по счёту занятию) Куромаку выяснил, что он разводил пауков-птицеедов, был завсегдатаем комикконов, любил путешествовать по не самым популярным маршрутам и вёл стримы популярных игр.       С его деятельностью как стримера Куромаку невольно познакомился, когда Клео периодически просила посидеть с племянниками. Уже на первом сеансе голос парня показался ему до боли знакомым. И оказалось неспроста: племянники частенько паслись на его канале, когда мать-кукушка оставляла их у дяди.       В первый же день Вару заявил, что хотел бы избавиться от своей картавости, потому что задолбался “получать необоснованный хейт в комментах”. Куромаку тогда одновременно восхитился обилием неологизмов и ужаснулся, предполагая, что клиент будет выражаться подобным образом постоянно. Внутренний филолог крайне не любил подобных вольностей в обычной жизни.       Неврологических и психологических причин проблемы у него не было. Была немного физиология: чуть выдвинутая вперёд нижняя челюсть; и социальный фактор: родители просто не обратились к логопеду вовремя, считая, что речь с возрастом выправится сама. Поэтому-то логопед и посчитал, что они, вероятнее всего, уложатся в 5-7 сеансов и разойдутся довольные собой и друг другом. Но, как говорится, не срослось. И вот они здесь, на своей семнадцатой встрече в логоцентре в пятницу вечером.       Гимнастика прошла нормально, но вот заданные на дом чистоговорки шли из рук вон плохо.       – Вару, опять? Ты вообще занимаешься дома? – сурово спросил логопед.       – Я, да. Конечно, занимаюсь. Но в этот раз как-то времени не было. Представляешь, этот дебил опять написал: “Что это за стример такой, который даже слово “стрим” нормально произнести не может?” – кривляясь передразнил парень. – Я так взбесился, что ничего делать потом не мог, уууууть! – клиент погрозил кулаком невидимому оппоненту.       По мнению Куромаку, молодой человек сердился очень забавно и даже… мило. Но это нисколько не продвигало их совместную работу.       – Настолько, что бесился три дня? Задание было во вторник. Нужно взять себя в руки, иначе результата не будет.       – Разные бывают результаты, – прокартавил тот в ответ, загадочно улыбаясь.       Куромаку хоть и считал его картавость очаровательной, но начинал потихоньку закипать. Да, Вару был цельной и очень гармоничной личностью, даже его маленький дефект невероятно шёл ему. Было даже немного жаль убирать эту его ”изюминку”. Куромаку впервые ощущал подобное за свою практику. Лёгкое грассирование будто бы слегка сглаживало резкость и порывистость характера, придавая молодому человеку какую-то детскую непосредственность.       – Так, сегодня я дам тебе необычное задание – видеофайл, из которого нужно будет разучить слова и постараться максимально чётко произнести в них звук “р”.       – О! Видосики я люблю. Надеюсь, там что-нибудь неприличное.       – Вот и посмотришь. И знаешь, давай сегодня без массажа обойдёмся. Ты опоздал на десять минут, – логопед считал себя вправе тоже немного повредничать.       – Ладно, – зелёный заметно скис, но заниматься продолжил.       Уже около половины восьмого они договорились встретиться в понедельник вечером и разошлись. Куромаку ждал и предвкушал их следующую встречу. Хотелось взглянуть на клиента после его довольно дерзкой выходки с видео, ведь содержание его было далеко от образовательного контента. Это была та самая дурацкая шутка над стендапером Русланом Белым на тему, что “нет проблем слова запомнить, есть проблема с буквой “р”.       В понедельник Вару впервые пришёл вовремя и был довольно хмур.       – Добрый вечер, – поприветствовал логопед, когда тот снова вошёл без стука, – как твоё домашнее задание?       – Ну, как добрый… такой себе. Я так понимаю, к семнадцатому занятию логопед и клиент становятся настолько близки, что и подстебать друг друга не грех? Почти родня, да? Если мы перешли на “ты”, это ещё не значит, что ты можешь меня троллить. Я к тебе так-то за помощью обратился, – активно жестикулируя выпалил зелёный, – Хотя, признаю, пранк вышел чёткий. Но это нихрена не меняет дела!              Это была настолько экспрессивная и настолько картавая отповедь, что Куро даже позволил себе улыбнуться краешком губ.              – А, то есть в домашку ты всё же заглядываешь. Уже хорошо, – конечно, ему было немного стыдно за свою шутку, но была слабая надежда, что хоть она подтолкнёт Вару работать над собой, – Тогда не понимаю, в чём проблема выполнять и другие задания тоже. Ты же просто тратишь время своё и моё.              – Я вообще-то делаю это не бесплатно, – резонно заметил молодой человек, наконец присаживаясь на стул напротив.              – Здесь не поспоришь. Но произношение звуков просто за деньги не купить. Нужно работать. Но раз прогресса нет, то, может, тебе стоит выбрать другого специалиста и не тратить ни время, ни деньги?              Вару замер, как-то странно глядя на логопеда поверх очков.              – Я не могу сделать всю работу за тебя. И теперь уже совершенно не понимаю твоей мотивации к занятиям.              – Да блин! Нет! Ну… нравишься ты мне. Хотел тебя на свидание позвать, а щас уже и не знаю.              Куромаку удивлённо вздёрнул тонкую светлую бровь. Вот тебе и мотивация. Что ж… раз она, как оказалось, напрямую зависела от самого логопеда, то он, как отличный специалист, должен был её простимулировать. Хотя теперь логомассаж со всеми его поглаживаниями шеи, лица и языка виделся довольно двусмысленно.              – Кхм, давай так, – начал Куромаку, всё ещё не до конца осмыслив, к чему приведёт выбранный им метод стимулирования, – произнесёшь “р” чисто – и можешь приглашать. Я даже, с высокой долей вероятности, соглашусь. А вот с клиентами я не встречаюсь. Профессиональная этика.              Вару улыбнулся, сначала нерешительно, а потом широко и ярко. От хмурого выражения не осталось и следа.              – Да запросто! Давай сюда свои чистоговорки.              Через неделю “р” встала на место, и Вару произносил её практически не напрягаясь и не задумываясь. Не удивительно, ведь по вечерам он до самого сна произносил всю эту логопедическую ерунду, делал упражнение “моторчик”, сунув в рот указательный палец, и даже лёжа в постели старался порыкивать.              – Закрепим результат. Повторяй за мной предложения: Рая прыгает на дороге.              – Самоубийца какая-то припадочная, – вынес вердикт Вару, но всё же повторил без запинки.              – Ещё. Рома кормит рыб.              – Блин, бедный Рома. За что с ним так? – заржал зелёный, по-своему поняв смысл фразы, – Не тому кому-то дорогу перешёл, походу.              – Вару, сосредоточься и повторяй. Потом шутить будешь, – отчитал логопед с улыбкой, осознавая, что предложения действительно были слегка двусмысленными. А чувство юмора у клиента довольно чёрным.              – Прости, Роман, – зелёный приложил руку ко лбу, театрально сокрушаясь, – Рррома корррмит рррыб, – нарочито прорычал он.              – Отлично. Что ж, поздравляю, мы закончили. Не забывай слушать себя и исправляться в повседневной речи.              – Класс! Ну, раз я больше не твой клиент, как насчёт ужина завтра вечером?              Куромаку вздохнул. Он ожидал чего-то подобного, но не прямо завтра. Хотя… а почему бы, собственно, и нет?              – Хорошо. Но предупреждаю сразу, чек оплачиваем пополам.              – Это ещё почему? Я пригласил, я и плачу.              – А потому что Р – равноправие, – улыбаясь ответил Куромаку, – Теперь, благодаря мне, ты можешь произносить это слово правильно.              Вару ухмыльнулся, продолжение знакомства обещало быть весьма интересным.