Неопределенность

Холодящая зима. Снег вовсю падал, разнося свои хлопья по ветру. Метель застала Бака врасплох, когда тот шел в библиотеку. На его пути не встретилось ни единой души. Эта холодная погода заставляла многих сидеть у себя в домах, но рыжий был не из тех кто боялся простудиться. Библиотека была его вторым домом. Ему нравилось читать: он глядел все, что тому попадется на глаза. От классической до современной, от романов до детективов. Не столь важно, какой сюжет там был, важнее было то что там в принципе были хоть какие-то буквы. Читать ему стало нравиться тогда, когда он потерял своих друзей не по своей воле. Когда в город пришли люди, ему нужно было что-то делать. Спасти свою жизнь ему было важнее чужих. Это его и гнобило последние несколько лет. Он хотел забыться в чтении, и не думать о том, что случилось с его приятелями. Характер давал о себе знать - ему отчасти было наплевать. Они не дали ему ничего, и он тоже. Казалось бы, равноценный обмен, но все равно что-то не давало покоя.       - Добрый вечер, хотите что-нибудь приобрести? - голос продавца разрезал глухую тишину.       - У вас есть Ницше и "Генеалогия морали"? Продавец встал со своего места и стал перебирать номенклатуру. Этот скромный магазин казался Баку милым местечком. Тихо, почти никаких лишних движений. Здесь он и брал большинство книг. От детских сказок, до исторических сводок. Экономику, математику, и все прочее... Разнос сильный, но что поделать. Желание было выше глубокой заинтересованности. Это было сравнимо с табаком, который он не мог бросить уже несколько лет. Тут же ему на стол положили нужную книгу. Рыжий расплатился, и сложил ее себе в рюкзак. Поблагодарил, и вышел обратно на морозную улицу. Погода действительно в последнее время была несвоевременной. Сейчас октябрь, но уже везде видны горы снега. Дома его как всегда ожидает любимый кот Борька, и он уже начал представлять в своей голове как к нему подскакивает любящий компаньон. От этого у него на лице впервые за несколько дней появилась легкая улыбка.

Мёртвые не тлеют, не горят Не болеют, не болят Мёртвые не зреют, не гниют Не умеют — не живут

Он перешел улицу и подходил к своему дому. Подъезд был пуст, как на переулке. Поднеся ключи, он на мгновение задумался. Он часто это делал. "Показалось" - сказал про себя Вкусный. Открыв двери и зайдя внутрь, тот стал подниматься на третий этаж. На его пути не было ни одного соседа. Звуков не было слышно, видимо, все еще спали. Сейчас было примерно 9 утра. Он открыл двери своей квартиры, закрыв за собою железную махину на замок, провернув несколько раз. Теперь он смог стать собой, хоть и ненадолго. Кот сразу же прибежал к ногам своего хозяина, став тереться о его ноги. Мурча и мяукая, он вымаливал о ласке.

Словно на прицел, словно в оборот Словно под обстрел, на парад, в хоровод Словно наутёк, словно безоглядно И опять сначала —

Бак достал корм на кухне, и высыпал половину. Погладив Борьку, он снова улыбнулся.       - Хороший мальчик, - тихо произнес вампир. Рыжий пошел в свою комнату с книгой в руке. Положив все на столик, он сел на кровать, чтобы помолиться. Сложив руки в молитвенной позе он одну минуту просил о прощении за свои пороки. Прекратив это, тот взял книгу и стал читать при свете настольного фонарика. "Мы не знаем сами себя" - начинала первая глава книги. - "Мы, познающие, не знаем сами себя...". Бак все записывал в свой блокнотик, учитывая некоторые выражения для дальнейших раздумий. Он читал с интересом, и таким образом провел целый день, пройдя около ста с чем-то страниц.

Мёртвые не спорят, не хотят Не стареют, не скорбят Мёртвые не сеют и не жнут Не потеют, не поют

На его телефон пришло уведомление. Он всполошился, и отложил литературу. Виктор: Привет. Как ты? Вкусный думал над ответом меньше минуты.

Бочина: Прив. Нормально, а ты?

Он видел, как текст с другой стороны долго набирается. Виктор: Я в порядке, сегодня был на стажировке. Виктор: Слушай, мы можем встретиться сегодня? Клыкастый отложил телефон, и снова подумал. "Нужно ли?" - говорил в мыслях тот. Взяв обратно, он ответил:

Бочина: Давай попробуем. Но...

Виктор: Я слушаю

Бочина: Ты ведь не в обиде за прошлый раз?

Долгая пауза. Мучительная, и длящаяся. Текст вновь стал печататься. Виктор: Нет.

Словно напрямик, словно камнем с моста Словно всё впереди, словно все по местам Словно позавчера, словно послезавтра И опять сначала —

Виктор: Давай в кафе "Полярное"? Бак хрустнул пальцами.

Бочина: О'кей.

Рыжий положил телефон на столик. Взяв пачку сигарет, он достал "Честер" и подошел к балкону. Чикнув зажигалкой, тот затянулся и выпустил дым на улицу.

Словно целый мир, словно снежный ком Словно напрямик, наугад, напролом Словно навсегда, словно безвозвратно И опять сначала —

Знакомство с Виктором было неожиданным зрелищем для Бака. Они работали на одной и той же работе, да и возрастом были одинаковы - 26 лет. Трудились они вместе знатно, вместе получали премии и были лучшими работничками. Так они стали хорошим друзьями, но хорошее продолжалось не слишком долго. В один момент Бак совершил большую ошибку: не сообщил Брину о смерти его брата, он умалчивал это целых две недели. Было странно, что никто больше не смог уведомить Витю об этом ужасном событии, но все же осадок остался сильный. Хоть его друг и простил его за эту нерешительность, между ними возникало какое-то неловкое напряжение. Словно первый сильно затаил обиду, и не хотелся в этом признаваться. Но сегодняшнее сообщение выбило из колеи читателя-Бака, и навело на мысль, что тот хочет с ним обсудить нечто важное.

Мёртвые не хвалят, не бранят Не стреляют, не шумят Мёртвые не сеют, не поют Не умеют, не живут

Кинув окурок в пепельницу, рыжий вернулся к себе.