Бэйнит и Баалистка

К тому времени, как Энвер Горташ вернулся в район Блумридж, во Вратах Балдура наступил тот час ночи, когда город почти затих. Туман начал стелиться по Серой Гавани ещё несколько часов назад, и теперь его призрачные щупальца проникли во все уголки Нижнего Города. Многих туман тревожил, и Энвер понимал причины, по которым он делал перемещение по городу опаснее. Но даже так он казался ему старым другом. Пока он пробирался на запад, от доков к более элитным кварталам, туман словно шёл рядом с ним.  Каждая часть его тела ныла, но дискомфорт отступал перед чувством удовлетворения. Долгие часы расчётов, ковки и возни с механизмами начинали приносить плоды. Обычно он менял испачканную маслом одежду, дабы сохранить респектабельный вид. Но сегодня Энвер был слишком уставшим и слишком довольным, чтобы об этом беспокоиться. Плащ и медленно сгущающийся туман должны были защитить его от любопытных взглядов соседей.  Он огляделся на богатые таунхаусы и в нём вновь вспыхнула гордость. Он поселился здесь не так давно, но годы мечтал об этом. Блумридж славился как самый богатый и модный район Нижнего Города, и переезд сюда стал важным символом его растущей легитимности. Патриархам, которых он презирал, оставалось лишь брезгливо морщиться при виде дельца, живущего в таунхаусе Блумриджа. Даже если у этого дельца была репутация человека сомнительных сделок и ненасытной амбициозности — то же самое можно было сказать о большинстве патриархов.  Энвер почти улыбнулся, заметив свой дом, но тут же нахмурился. Два фонаря горели по обе стороны от величественной, отполированной двери, но внутри дома было темно. У его слуг, и особенно у охраны, были строгие инструкции. Очевидно, кто-то уснул на посту.  С недовольным видом он полез в карман за ключами — у двери его уже должны были ждать. Он отпер дверь, затем приготовился отключить установленные механические ловушки.  Но их не было. Дверь бесшумно распахнулась в неосвещённый вестибюль. Первая искра тревоги кольнула Энвера в спину — что-то было не так. Он достал из кобуры ручной арбалет, другой рукой — флакон с сонным зельем, затем вошёл внутрь и как можно тише закрыл дверь. Замер, прислушиваясь.  Тишина. Ни храпа, ни праздных разговоров с кухни, ни других звуков, которые говорили бы о присутствии слуг. С другой стороны, он не слышал и бандитов, готовых наброситься на него из темноты.  Он осторожно шагнул вперёд и замер, когда его сапог опустился в нечто мягкое с тихим всплеском.  Энвер рванул к выключателю на стене, который сам же и установил, чтобы зажигать бра в холле. Когда он щёлкнул им, пламя вспыхнуло лишь в двух из шести светильников, едва освещая ужас, ожидавший его внутри.  Холл таунхауса представлял собой круглую комнату, обрамлённую двумя лестницами, которые изящно расходились по сторонам, встречаясь на центральной площадке второго этажа. В центре пола был выложен изысканный мраморный мозаичный узор. В полумраке не было видно картин и прочих тщательно подобранных деталей интерьера. Всё вместе создавало впечатление роскоши — именно поэтому Энвер и выбрал этот дом. Но сейчас мраморный пол был залит кровью. Слишком большим количеством крови — почти нелепым. И среди этой крови, став её источником, лежали четыре тела. Двое лежали лицом вниз, но Энвер узнал их по силуэтам и чётким линиям доспехов. Вся его новая охрана была перебита.  Энвер не был чужд насилия, но зрелище заставило его сглотнуть. В доме одновременно должны были дежурить только двое охранников — значит, убийца дождался смены и...  — Здравствуй, маленький бэйнит, —прошептал голос. Энвер резко развернулся, подняв арбалет, и выругался про себя, что не заметил вторую фигуру — он бы поклялся, что мгновение назад её не было. На перилах второго этажа сидел человек, почти сливавшийся с тьмой. Его полностью укрывал чёрный плащ с капюшоном, из-под которого виднелись лишь фрагменты кожаной брони. Даже лицо скрывалось за чем-то, напоминающим чёрную маску. Энвер не мог разглядеть ни намёка на эмоции, но в голосе явно звучала насмешка.  — Храм Баала получил ваши послания и передаёт ответное приветствие, — произнёс незнакомец.  Да, это определённо была насмешка. Мягкий, женский голос, в других обстоятельствах Энвер назвал бы его тёплым. Её слова отозвались в нём двойным трепетом: торжеством и опасностью. Месяцы поисков обрывочных сведений, месяцы риска — и вот, наконец, ответ. Теперь оставалось лишь выжить в столкновении с последователем Владыки Убийств и убедить его продолжить разговор.  — Как любезно с вашей стороны ответить, — холодно сказал Энвер, не опуская арбалет ни на миллиметр. — Должен признать, простой записки было бы достаточно.  — Вы не раз пытались выйти на связь, а мы слишком затянули с ответом. Вы проявили терпение, и мы посчитали, что должны ответить лично.— Фигура слегка склонила голову, будто оценивая его. — Соответственно, мы приготовили вам подарок.  — Подарок? — повторил он, приподняв брови. — Поясните. Последовал смех, мелодичный, почти музыкальный.  — Ну, я проверила вашу охрану. Они оказались совершенно бесполезны, так что я избавила вас от необходимости их увольнять. А им, конечно, подарила самое сладкое, что есть.  Энвер едва сдержал желание закатить глаза. Баалисты...  — Уверен, их семьи оценят этот жест. Я передам им ваши соболезнования, когда буду выплачивать пособия по контрактам. — Он говорил самым язвительным тоном, но незнакомка снова рассмеялась, будто это ее позабавило. Энвер вздохнул, и в этом вздохе послышалось рычание. — Скажите, баалистка, вы и остальную прислугу также «одарили» смертью? Незнакомка сделала пренебрежительный жест — лёгкое движение кистью, столь явно женственное, что Энвер лишь сильнее утвердился в своей догадке: перед ним женщина. — Ваш камердинер, хоть и не впечатляет, жив и связан где-то наверху. А вот повариха мне понравилась. — В ее голосе проскользнуло что-то похожее на теплоту — Она попыталась ударить меня сковородкой, а потом бросила нож для чистки овощей. Может, мне стоит навестить её снова. Но я оставила её в целости и сохранности на кухне.  — Если вас так впечатлил её боевой дух, то вы просто обязаны попробовать морские гребешки по её рецепту, — ответил он с едва заметной ухмылкой. — Вы приглашаете меня на ужин, господин Горташ? — Фигура скрестила ноги, слегка откинувшись назад, держась за перила. Чёрт возьми, она так уверена в своём равновесии, — отметил Энвер.  — Возможно, если бы я мог узнать ваше имя, мисс…? — Он намеренно оставил паузу, но она не назвала своего имени. Что, впрочем, не стало для него неожиданностью. — Как вы уже отметили, я давно ищу возможность познакомиться с Храмом Баала. Я верю, мы могли бы быть полезны друг другу.  — Так гласили ваши послания. Последователь Бэйна, протягивающий руку дружбы Храму Баала? Поясните. Он опустил арбалет, но не ослабил хватку. — Если хотите, мы можем перейти в комнату без крови моих слуг. А если позволите проверить, жива ли повариха, я даже угощу вас чем-нибудь. Она снова рассмеялась. — О, нет, благодарю. Мне и здесь вполне комфортно... теперь, когда я обновила интерьер.  Уголки его губ дёрнулись, сдерживая ухмылку. Он и правда месяцами пытался выйти на контакт с баалистами — но никакие расчёты не подготовили его к такому диалогу. Он ожидал встретить мрачных, примитивных убийц, но уж точно не... наполовину столь очаровательного собеседника.  — Что ж, — скептически приподняв бровь, он позволил себе улыбнуться, включая всё свое обаяние, которое помогло ему взобраться по социальной лестнице. — Во-первых, позвольте поздравить вас с воскрешением вашего Владыки Баала. Впечатляющее достижение. Она кивнула в знак признательности.  — Во-вторых, как вам известно, мы живём в странные времена. Мёртвая Троица всегда были скорее соперниками, но и союзниками — тоже. Я верю, мы можем помочь друг другу укрепить влияние наших господ не только во Вратах Балдура, но и за его пределами.  — Хмм, — ответила она, постукивая пальцами по перилам.  — Как бы ни было приятно беседовать с вами, я был бы признателен, если бы вы передали мои слова лидеру вашего Храма, — продолжил он. Если только он не идиот, — пронеслось у него в голове.  — Господин Горташ, как быстро вы списываете меня со счетов! — она фыркнула. — После всех усилий, которые я приложила для этой встречи.  Глаза Энвера уже привыкли к темноте, и теперь он различал, что линии её маски складывались в череп. В глазницах проглядывала кожа, подчёркнутая чёрной краской и подводкой — чтобы скрыть её истинные черты. Когда она повернула голову, в её зрачках мелькнул золотистый отблеск. Не человек, — понял он. Возможно, эльф, полуорк, тифлинг или некто с примесью нелюдской крови. — Уверяю вас, мне больно даже думать о разлуке, — он позволил себе игривую улыбку. — Без сомнения, вы — лучший посланник, которого только могли выбрать баалисты. Но некоторые переговоры требуют личного участия.  — Ммм... в этом есть смысл. Но у Храма есть к вам вопросы. — Она замолчала, оценивающе оглядывая его с ног до головы. — Итак, господин Горташ: что даёт вам право вести переговоры с дитем Баала?  —  Дитя Баала? Порождение Баала? —это ошеломило его. Рот приоткрылся, когда она кивнула. — Ваш лидер — порождение Баала? Простите, но я был уверен, что последние выжившие — это Великий Герцог Адриан и Виеканг, чья смерть...  — …привела к воскрешению Баала в прошлом году? — закончила она за него. Он кивнул. Она пожала плечами. — Не скажу, что вы ошиблись. Но мой вопрос остаётся. Энвер быстро собрался с мыслями. — Для меня было бы честью работать с ним. Я не могу похвастаться божественным происхождением, но я доказал, что моего ума и решительности хватает, чтобы подняться из грязи до границ Верхнего Города. И я намерен забраться ещё выше. Я возродил Церковь Бэйна во Вратах Балдура и превратил её в мощную силу. Ваш лидер, как я понимаю, стремится к тому же для культа Баала. Мы могли бы стать отличными партнёрами. — В его голосе прозвучали страсть и голод.  — Амбициозно, — отметила она. — Хотя, чего ещё ждать от последователя Бэйна?  Он сделал полупоклон. — Я внял заветам моего Господина.  Она одобрительно промычала, распрямила ноги и встала, балансируя на самом краю площадки. — Тогда расскажите, как ваш амбициозный ум планирует послужить Храму Баала. Конкретно, если можно. Он внимательно следил за её движениями. Хотя атаковать его сейчас было бы нелогично с её стороны — с баалистами никогда нельзя быть слишком уверенным. Арбалет так и оставался в его руке.  — Разумеется. Во-первых, я уже преподнёс вам подарок в знак гостеприимства, — уловив её недоумение, он улыбнулся и жестом указал на окровавленные тела. — Жертвы для Владыки Убийств, за мой счёт.  Внутренне он скрипнул зубами, представляя, сколько времени и золота уйдёт завтра на выплаты семьям погибших и поиск новой охраны. Не говоря уже о том, сколько придётся отдраивать полы.  Но она рассмеялась, как он и рассчитывал. — Полагаю, на такую щедрость при каждой встрече рассчитывать не стоит?  — Умоляю, только не это — хороший персонал нынче на вес золота. — Он позволил себе лёгкую ухмылку. — Но заверяю вас, мне часто требуется... скажем так, изящное прикосновение баалиста. Некоторые вещи лучше доверить профессионалам.  Она балансировала по краю площадки, ставя одну ногу перед другой. — Вам не нравится убивать, господин Горташ?  — При всём уважении к вашему ремеслу, убийство для меня — лишь неприятная необходимость. Поэтому я с радостью делегирую эту задачу тем, кто получает от неё удовольствие.  Баалистка замерла на краю лестницы.  — Что ж, у каждого свои маленькие удовольствия. — Она запрокинула голову, словно любуясь тенями на потолке. — В смерти есть своя красота. Момент, когда человек превращается просто в... объект. Или, когда он перестаёт бороться — и добровольно вручает тебе свою жизнь.  Затем она опустила взгляд, и в её голосе внезапно появились томные нотки:  — Хотя вы, я полагаю, жаждете другого вида покорности — контроля, доминирования... Вам нравится, когда их связывают и они умоляют.  По его телу прошла дрожь, но он скрыл её за натянутым смешком. — А вам разве нет? Многие баалисты, насколько я знаю, не прочь помучить своих жертв.  — Иногда. — Её плащ колыхнулся, когда она пожала плечами. — Если того требует ситуация. Или если убийца — садист. Но быстрая, чистая смерть обычно требует большего мастерства.  Она ступила на первую ступень, и в этот момент разрез плаща на мгновение открыл очертания её ноги. Что же там, под всеми этими слоями ткани и кожи? — промелькнуло у него в голове — Какое ещё предложение вы принесли нам, бэйнит?  — Качественное оружие, для начала. — Он сделал шаг вперёд. — У меня отличные поставщики, и их число растёт. А ещё — славу. Я помогу вам вселить страх и уважение к имени Баала в сердца влиятельных особ.  Она спустилась ещё на ступень.  — И вы думаете, наш лидер не способен на это самостоятельно?  — Ни в коем случае не хочу вас оскорбить, — он поднял руку в умиротворяющем жесте, — но, если мои сведения верны, Храм Баала — лишь тень былого величия. Даже в период расцвета, век назад, планы его лидеров заканчивались катастрофой. Ещё шаг вниз.  — Меня должно было оскорбить, что вы считаете всех баалистов одинаковыми, — её голос звучал игриво, — но наш разговор доставляет мне удовольствие, так что я вас прощаю.  — Признаю, вы — не тот ответ, которого я ожидал, обращаясь в Храм. — Он бросил взгляд на окровавленный пол, который до этого старался игнорировать. — Хотя эту часть... пожалуй, предвидел.  Баалистка спустилась ещё на ступень, и теперь, когда она была значительно ближе, Энвер мог разглядеть её глаза — золотистые, светящиеся. Хотя она всё ещё стояла на несколько ступеней выше, он отметил, что под просторным плащом она была довольно стройной и, скорее всего, ниже его на полголовы. — Дайте угадаю, — протянула она, и в её взгляде заплясали искорки веселья, — вы ждали кого-то... пугающего? Гора мышц, хриплый голос? Того, кто не может говорить дольше пары минут, не воткнув куда-нибудь нож? Она была права — этот образ почти точно совпадал с его ожиданиями.  — Признайте, это соответствует репутации вашего Храма.  Она громко вздохнула и продолжила медленный спуск, нарочито обиженно поджав губы:  — Я так старалась быть страшной. Думала, перебить всю вашу охрану будет достаточно, но, видимо, вас сложно впечатлить.  Её голос словно ласкал кожу, и Энвер внутренне застонал — смешивать бизнес с удовольствиями в случае с Храмом Баала было бы глупо.  Но удержаться не смог:  —Уверяю вас, моя дорогая, я совсем не привередлив. И нахожу вас пугающей в самой подходящей степени Она замерла на последней ступени и рассмеялась:  — Каков льстец! Посмотрим, правда ли это. И затем — бросилась вперёд.  Она оказалась на удивление сильной — достаточно, чтобы отбросить его к двери, — но главное, молниеносной. Энвер не успел среагировать, как длинный нож уже прижался к его горлу. Её другая рука заблокировала арбалет, а колено впилось в его коленную чашечку. Он мог бы попытаться бороться, используя габариты, но одно неверное движение — и лезвие распорет ему глотку. Он надеялся, что это — всего лишь проверка. Энвер полагался на годы, прожитые на грани, чтобы сохранять спокойствие, отгоняя страх прочь. — Думаю, нам будет весело вместе, Энвер Горташ, — прошептала она, чуть надавив клинком. Острая боль — и тонкая полоска крови выступила на коже.  — Я... был бы рад сотрудничеству, — сказал он, почти не шевеля губами. — Надеюсь, ваш лидер согласится.  Она искренне рассмеялась, и Энвер затаил дыхание — только бы её рука не дрогнула. Но клинок оставался неподвижным.  — Вы правы, знаете ли... некоторые переговоры слишком ценны, чтобы доверять их посланникам. — Её глаза сверкали. — Я рада, что лично пришла познакомиться. Чувствовала, что вы окажетесь стоящим экземпляром, а быть правой — восхитительно.  Он уставился на неё: — То есть вы...?  — Лидер баалистов? — Она склонила голову. — О, да. Ваши предположения забавляли меня, хоть и были лишены фантазии. Но, как я уже сказала — я прощаю вас.  Она подмигнула. Мысли Энвера заметались, пытаясь осмыслить открытие и оценить, как всё услышанное могло помочь или помешать его целям — по крайней мере, если допустить, что она говорит правду. Лидер баалистов была, по крайней мере внешне, умна и обаятельна. Выглядела и говорила она как юная девушка, возможно, даже младше него — хотя, конечно, не исключался и вариант с магией иллюзий. Лидер баалистов была порождением Баала. И, судя по всему, она заинтересовалась возможным союзом. А возможно, даже флиртовала с ним. Пока он размышлял, её золотистые глаза скользнули вниз к ножу. Свободной рукой она потянулась к маске, подведя большой палец под край, и отодвинула ткань, обнажив рот и подбородок. Он успел заметить неестественно бледную кожу и тёмные, подкрашенные губы, прежде чем она убрала нож от его шеи и провела языком по плоской части лезвия. Она слизала его кровь с металла - от рукояти до острия - сглотнула и улыбнулась. Затем повторила то же самое с другой стороны. Все мысли разом вылетели из его головы. — Так вот, — она приставила кончик ножа к его подбородку, — на чём мы остановились?  Он смотрел на неё, не в силах оторвать взгляд — и явно не собираясь открывать рот, пока лезвие так близко. Спустя мгновение она медленно отвела нож в сторону и прижала его вертикально к его щеке. — Так лучше?  — Лучше, — он едва шевельнул губами.  Она улыбнулась — ярко и с легкой ноткой озорства. Его взгляд зацепился за её безупречно полные губы. Что бы там ни оставалось у него в голове от здравого смысла, всё это уже утекло куда-то ниже. — Чудесно. Теперь, когда мы познакомились, ваше предложение о союзе кажется мне заманчивым. — Она слегка наклонила голову. — Давайте назовём это... временным соглашением. Вы со своим блестящим умом продумаете детали, конечно.  — Разумеется, — пробормотал он.  — Встретимся снова, когда у вас будет, что мне предложить или когда появится кто-то, кого нужно убить. — Она отступила на шаг. — А пока последователи Баала и Бэйна не будут мешать друг другу. Как вам такое, дорогой бэйнит?  — Как мне с вами связаться? — Его голос звучал хрипло, но прочистить горло было рискованно с ножом у лица. Он попытался перевести взгляд на её руку с клинком. В ответ она мгновенно переместила остриё к его сердцу:  — Разве вам не понравилось отправлять гонцов в канализацию без конкретного плана? Он всё же откашлялся:  — Если бы хоть кто-то возвращался, возможно. Но зная, что послания доходили, а вы вышли на контакт лишь после нескольких попыток... Не могу одобрить бессмысленные траты. Или потерю добросовестных слуг. — Моим последователям это казалось познавательной игрой, — пожала она плечами. — Но ладно. Забудьте о поисках — я сама вас найду. Если уж случится, что я понадоблюсь срочно… Она на миг задумалась, губы сложились в недовольную гримасу, подчеркивая юность. Двадцать пять? Хотя, если она полуэльф… — Нарисуйте красную полосу на ящике у входа в ваш главный склад. Мы заметим. — А что квалифицируется как "срочно"? — Он намеренно понизил голос, используя соблазняющие интонации.  Теперь, видя её губы, он мог оценить, как опьяняюще звучал её смех. — Срочно — когда смерть либо грозит вам, либо требуется вами. Иначе такой хитрец, как вы, найдёте лазейки.  — Что ж, — он усмехнулся. Лазейки можно будет найти и позже. — Итак, мы договорились? Временный союз?  Он на мгновение задумался. — У меня к вам ещё пара вопросов. Уверен, вы сочтёте их вполне разумными.  Она постучала клинком по его плащу: — Ну?  — Во-первых, так ли необходимо продолжать держать меня на прицеле? Я ведь уже доказал свои добрые намерения.  Она наигранно округлила глаза:  — Конечно нет, бэйнит. Но сводить вас с ума — так забавно.  Стиснув зубы, он взвесил шансы выбить нож — и отказался от идеи.  — Раз уж мы будем работать вместе... могу ли я увидеть ваше лицо и узнать имя?  — Хмм. — Лезвие скользнуло к яремной впадине. — Выбирайте: либо лицо, либо имя.  Имена имеют власть. Лица прекрасны, но имена... — Ваше имя.  Она улыбнулась и приблизилась, запрокинув голову:  — Если будете очень-очень хорошим союзником... когда-нибудь скажу.  Он рванулся схватить её, но она легко увернулась. Плащ выскользнул из его пальцев.  — Дорогой Энвер, придётся быть быстрее. — Её смех звенел в полутьме. — К тому же, вы ведь претендуете на звание джентльмена?  — Только если вам это нужно, — прорычал он.  — Заманчиво. Учту. — Она поиграла ножом, ловя блики. — Ещё вопросы?  Обычно он мастерски контролировал эмоции — навык, выкованный в адских условиях. Но эта баалистка уже сводила его с ума. Гнев это или вожделение?  Скрестив руки, он прислонился к двери:  — Вы действительно порождение Баала?  Её улыбка медленно угасла, лицо стало настороженным. — Да. Баал, Владыка Убийств, — мой Отец, — серьёзно ответила она. — Я живу, чтобы служить Ему. Убиваю во имя Него. Его кровь течёт в моих жилах. Энвер вскинул бровь, отмечая её реакцию. Интересно, о чем она умолчала? Возможно, со временем ему удастся вытянуть из неё правду. — Вас посещают неконтролируемые позывы убивать, как у прошлых порождений Баала?  — Ха! Нервничаете, бэйнит? Не стоит. Позыв станет невыносимым, только если я изменю долгу. — Её губы изогнулись в насмешливой полуулыбке, но до прежних, сияющих улыбок и звонкого смеха было далеко. Ей явно не нравился этот разговор. Он сменил тему. — Что сподвигло столь прекрасную дочь Баала снизойти до бэйнита?  — Не до любого. До вас. — Искра интереса вернулась в её глаза. — Я многое о вас узнала, Энвер. Вы... занятный.  — Польщён. — Будь она кем-то другим, он бы уже целовал её пальцы. Но клинок между ними напоминал о реальности.  Когда он открыл рот для нового вопроса, она пресекла его:  — На сегодня достаточно. Остальное — в следующий раз.  — И когда это будет?  — Опять вопрос! — Она закатила глаза. — Разве сюрпризы не веселее?  — Нет. — Его взгляд скользнул по телам за её спиной. — Хотя бы пообещайте не убивать мою прислугу, пока мы союзники.  — Ладно. — Она скривилась. — Не трону... если они не нападут первыми.  Придётся предупредить повариху...  — Сойдет.  Она переложила нож и протянула руку:  — Значит, последователи Баала и Бэйна во Вратах Балдура заключают временный союз.  Его мозолистая ладонь накрыла её изящную руку, но хватка была стальной.  — Согласен, — он намеренно задержал рукопожатие.  После затянувшейся паузы она вдруг улыбнулась — и едва не хихикнула. — О, это будет весело. Но мне пора — у вас ведь лужи крови, которые засохнут, если медлить.  — Благодарю за заботу, — язвительно парировал он.  — Всегда пожалуйста. — Она высвободила руку, подмигнула — и, сложив ладони, исчезла.  Энвер машинально вытянул руку и провёл ею по кругу, но нащупал лишь пустой воздух. — Чёрт побери, — пробормотал он. — Чёртово отродье Баала. Порождение Баала, способное к какой-то разновидности телепортации или невидимости. Именно то, что ему сейчас нужно. Усталость накрыла его. Прислонившись к перилам, он не знал — смеяться или кричать. Энвер не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он провёл рукой по волосам, расправил плечи и отправился на поиски камердинера.  Появление порождения Баала наполнило его гнетущей неуверенностью. Неожиданная помеха в его выверенных планах. Принесёт ли она триумф или катастрофу? Что бы ни случилось — Энвер Горташ будет готов к её следующему визиту. Он обязан быть готов.