Только Газ

Новогодние каникулы прошли словно в тумане. Тусовки, дом, работа, дом, работа, тусовки и так по кругу. Тусовки не подразумевали под собой реальных вечеринок с бухлом и так далее, хотя такие в жизни Степы тоже были. Это скорее времяпровождение с друзьями. Сам Степан старался как можно реже напиваться и накуриваться в говно. Не хотел он закончить жизнь также, как и его родители когда-то, но...соблазн определенно был. И вот, середина января. Этот месяц был для Степы довольно мягким для зимы. Заморозки и то в феврале были намного сильнее. По крайней мере по ощущениям. А вообще - в Питере зима-то и не зима особо. Был у Степы как-то раз молодой человек. Нет, не парень, просто партнер на ночь. Они познакомились в ночном клубе в октябре, слово за слово, а затем Степа стонал под ним в собственной квартире. Этот парень, Максим, сам был родом из Екатеринбурга, столицы Урала. Много про город он рассказал, когда они после секса курили у окна, смотря на ночной Санкт-Петербург. И про зиму рассказал, и про лето, и еще про много чего. Степе вообще Макс так понравился, что он бы и встречался с ним с удовольствием, да только Максик занят был, как оказалось. Дальше Степан лезть не стал. Чужая душа - потемки. Как и отношения. Зато теперь они отлично дружат, до сих пор общаются. Вон, Максим летом обещал снова приехать. Но у Степы и другие друзья были, не совсем уж он был одинок в этом мире. - Эй, давайте еще по одной и по домамам, - крикнул Кирилл, и все парни сразу же загалдели. Сейчас был уже поздний вечер, и Степа потягивал своё пиво, наблюдая за игрой друганов в карты. Простая игра, в которую они играют с самого детства, еще с того момента, когда познакомились всей компанией во дворе. И до сих пор она им нравится. Ну, оно и немудрено. Правила простые, техника отточена, еще и денег можно заработать. Красота. Но взгляд Степана то и дело бегал к еще одному парню, который сегодня не играл, и сидел практически с противоположной стороны. Паша был своеобразным лидером их небольшой компании. Он не был самым старшим, и даже возможно не самым умным, но именно он всех как-то собрал, именно его все слушались, и именно он решает, что можно, а что нельзя. Степе было где-то 14, когда он впервые осознал, что ему нравится Паша. Не просто нравится как человек и друг. А нравится как тот, кого хочется обнимать, целовать...ну и так далее. В общем, Степа втрескался по самые уши, и сильно испугался тогда этого. Пришлось немного больше узнавать про влечение к людям, а потом понять, что противоположный вообще никак не привлекает. Ну вот вообще. Все эти девичьи прелести, про которые говорили мальчики, абсолютно никоим образом не трогали Степу. А вот у мальчиков...очень даже. И он быстро понял, что распространяться об этом не стоит. Степа и до этого знал, что пидоров не любят, особенно в его компании, и особенно Паша. Так что свои чувства хотелось утихомирить. И он и правда думал, что это вот так скоро пройдет, всё переживётся и забудется. Но не тут-то было... Чувства к Паше не то что не угасали - они росли, причем в самой настоящей геометрической прогрессии. И образы Паши становились всё смелее, как и мечты Степы. Но всё же случился небольшой праздник на его улице. Пережив злосчастный подрастковый возраст, Степа научился контролировать себя. Он даже смог периодически переключаться на других парней, но так ни с кем и не встречался. Эта мечта оказалась просто напросто нереализуемой. Ну вот, сами посудите: с девушкой будет просто напросто некомфортно, а с парнем придется прятаться по квартирам и скрывать всё от друзей. А если они захотят жить вместе? Сколько же вопросов тогда будет... Так что нет, никаких отношений в жизни Степы не было, и никогда не будет. Тем более с Пашей. - Хаха! Вот тебе, схавал? - задорно сказал один из играющих, и партия подошла к концу. Этот вечер завершился совсем как обычно, и Степа направился домой. Почему-то сегодня Паша был особенно молчаливым. Может у него чего случилось? Хотя Степа обычно не лез ни к кому с расспросами, так что пока Паша не поделится - а Паша не поделится - ничего Степа не узнает. Квартира в старой девятиэтажке встретила холодной пустотой. В 17 лет, когда Степа только-только закончил 9 класс и начал работать, тетя умерла от рака, с которым боролась несколько лет. Ее квартира перешла в наследство Степану, а также ее последние слова о том, какой Степа замечательный парень никак не выходили из головы. Мог ли сам Степа назвать себя замечательным? Очень навряд ли. Что же замечательного в том, что он кое-как закончил 9 классов, работает где попало, состоит в какой-то банде с уклоном в гопничество, да еще и гей, трахающий тех, кого сможет подцепить в каком-то клубе? Как будто бы и ничего. Не то чтобы Степа совсем не понимает, что хорошо, а что плохо, или он хотел бы жить так, как живет сейчас. Но другого варианта просто нет. Умом он не отличался, способностями...да тоже, только физические были неплохо прокачаны. Но это вообще-то всё. Так что миллионером, плейбоем и филантропом ему точно не стать. Степа разогревал свои недоеденные макароны, всё вспоминая конец декабря и того мальчишку. Он бы хотел сказать: "Кажется, его звали Женя". Но он чётко запомнил его имя, почему-то. Его образ, бритая голова, большие угрюмые карие глаза, поджатые губы. Это всё никак не выходило из головы, а еще больше подкреплялось тем, что Степа находил невероятную схожесть с собой. Может быть все парни, которые стригутся налысо, становятся похожими в лице? Другого объяснения у него просто нет...ну или Степа начинает медленно сходить с ума. Тяжело вздохнув, парень сел за стол, поставив перед собой тарелку с макаронами. Лампочка одиноко светила, наполняя теплым светом даже не всю кухню, а за окном уже была ночь. В квартире была полная тишина, прерываемая изредко скрябаньем вилки по тарелке, пока в один момент что-то не грохнулось в зале. - Блять... - вырвалось у Степы от легкого испуга. Не каждый день в этой квартире что-то вот так вот снихуя падает. Видимо пора перестать терраризировать несчастный шкаф своими вещами... Парень поднялся с места, направляясь в зал. На полу лежали его вещи, сломанная полочка, а еще миллион папок, которые хранила его тетя. С момента ее смерти он так ничего и не перебрал, да и незачем было это. В эту часть квартиры она никогда не заглядывала, значит там ничего и не было важного. Степа принялся всё собирать, и любопытство взяло верх, когда он открыл одну из папок, обнаруживая там какие-то документы. Он бы и не заметил, если бы там не замелькала его фамилия так много раз, что голова могла бы закружиться. Осматривая бумажки, он внезапно обнаружил, что это свидетельства о смерти его родителей. Какие-то заключения от врача, полиции...и много фотографий. С мамой, отчимом, с тетей. Своего отца Степа никогда не знал, и от него даже фамилия не досталась. Мама дала сыну свою собственную. Зато у него было аж несколько отчимов...радости было полные штаны. Листая страницы дальше и просматривая фотографии, он наткнулся на одну очень странную. На ней был маленький Степа, а на руках у него был какой-то младенец. Странно...совсем не припомнит он такого. Может ребенок какой-то маминой подруги? Степа перевернул фотографию, сзади которой оказалась надпись: "Мои сыновья Степашка и Женечка. 2013 г." Эти слова ввели в ступор еще больше. Сыновья... Наверное, прошло несколько минут, пока Степа рассматривал найденную фотографию. Еще один Женя, хах. Как много Жень в его жизни стало в один момент. Но постепенно к Степе начало приходить осознание и смутные догадки, но...схожести младенца с тем мальчиком он не видел. - Бред какой-то, - фыркнул Степа, убирая всё обратно и сразу же занимаясь починкой полочки. Лучше сделать это сейчас, иначе он никогда этим не займется. Да и это дело не занимает много. Полочки прикручены простецки, а Степа в этом отлично шарит, так что через несколько минут всё лежит так, будто ничего и не было. И славно, теперь можно идти спать.