An O for Outstanding

Рука Гермионы с палочкой слегка дрожала от напряжения, но она пока не отпускала свой защитный щит. Магия продолжала изливаться из ее палочки, питая протего, которого она создала, но враждебное проклятие все еще пробивало невидимый барьер, пытаясь добраться до нее и уничтожить. Рубашка прилипла к спине, мокрая от пота, и даже густые брови не могли удержать соленые капли, стекавшие со лба в глаза. Она стиснула зубы и выпрямилась, перенеся вес своего тела на контрзаклятие, удерживая щит одной лишь силой воли. Гермиона не смогла сдержать легкой ухмылки, заигравшей на ее губах, когда другой ведьме пришлось прекратить атаку, чтобы перевести дыхание. Доли секунды хватило Гермионе, чтобы выхватить палочку из другой руки и быстро наложить одно за другим три проклятия. Это отбросило ее противницу, и Гермиона бросилась вперед, когда ведьма споткнулась, пытаясь блокировать заклинания. Но женщина была сильной и быстро пришла в себя, что только еще больше расстроило Гермиону. Они занимались этим уже почти полчаса, и каждая мышца ее тела болела. Гриффиндорская ведьма зарычала на бегу, надеясь запугать врага и положить конец этой дуэли, но ей не повезло. Другая женщина снова встала на ноги и вызвала тот самый ледяной холод, которым она славилась. Гермиону окатили ледяной водой, которая пробрала ее до костей и заставила хватать ртом воздух, когда ее легкие на мгновение замерзли и начали заикаться. Брюнетке потребовалась вся ее сила, чтобы поднять руку с волшебной палочкой и призвать огонь, соответствующий ее темпераменту. Огненно-красный и желтый, очень похожий на ее дом в Хогвартсе, вырвался из ее палочки и сразился с голубым льдом. Но безрезультатно. Ведьма, стоявшая напротив нее, была старше, опытнее, могущественнее и, самое главное, хитрее. Если ее тактика ведения поединка была дерзкой, временами рискованной и часто очень прямолинейной, то тактика ее противника была гораздо хитрее. Она была расчетлива, осторожна, выманила Гермиону из ее укрытия и заставила ее потратить гораздо больше энергии, чем она намеревалась. Казалось, она всегда была на шаг впереди, умно предвидя бурную реакцию Гермионы на свои заклинания. Это приводило в бешенство и ужасно изматывало, и Гермиона знала, что ее рефлексы замедляются. Ее брови опалило жаром ее собственного заклинания, но оно, казалось, не могло преодолеть волну магии перед ней. Она устала. Они занимались этим слишком долго. Гермиона была уверена, что без защитного пузыря, окружавшего их, не устоит ни одна стена. В начале боя она была уверена, что они равны, но теперь чувствовала, что ее решимость рушится. Она прервала заклинание, физически не в силах больше поддерживать огонь, и подняла руки, признавая поражение. Гермиону затошнило, когда безмолвный экспеллиармус вырвал ее палочку из онемевших пальцев, и она поняла, что ей понадобятся дни, чтобы оправиться от этого магического всплеска. Ее разыграли. Причем мастерски. И когда ее колени коснулись холодного каменного пола, а к лицу приставили кедровую палочку, она поняла, что потерпела поражение. Гермиона посмотрела в голубые глаза, которые соответствовали магии, заставившей ее опуститься на колени. По другую сторону волшебной палочки, на расстоянии вытянутой руки от ее носа, стояла Нарцисса Блэк, бывшая Малфой. Гордая и высокая, с лукавой улыбкой на губах. Ее обычно безукоризненные волосы были в беспорядке, а грудь тяжело вздымалась от напряжения, но, кроме этого, ничто не выдавало, что она только что боролась изо всех сил. А затем... раздались аплодисменты. — Да, действительно. Мы должны поаплодировать нашему дорогому профессору Грейнджер, которая постаралась на славу! — Холодный голос Нарциссы зазвучал над ликующими студентами, когда она убрала палочку и протянула руку. — Вам обязательно каждый раз втирать ее? — Гермиона стиснула зубы, когда позволила поднять себя на ноги. — Ну же, — Нарцисса вернула гриффиндорской ведьме ее палочку. — Это просто в образовательных целях. И когда Гермиона повернулась к студентам, она поняла, что декан Слизерина была права. Все первокурсники собрались вокруг защитного пузыря, который теперь медленно таял, как расплавленное масло. Среди юных ведьм и волшебников не было "мы" и "они". Они болели за обоих профессоров, и все четыре факультета смешались, заметила Гермиона, увидев повсюду разноцветные галстуки. Уже забыв о своей уязвленной гриффиндорской гордости, Гермиона поклонилась Нарциссе, признавая ее победительницей дуэли, и блондинка поклонилась в ответ. Это вопрос взаимного уважения. Одна из новых основных ценностей Хогвартса с Минервой Макгонагалл во главе. Домашний эльф, которому заплатили за его услуги, благодаря тому, что Гермиона начала работать в Министерстве, прежде чем присоединиться к персоналу Хогвартса, появился с двумя стаканами воды. — Итак, помимо того, что это традиция, — обратилась Нарцисса к студентам между глотками, — эта дуэль также должна быть образовательной. — Не только для того, чтобы продемонстрировать, почему ты не должен злить своих учителей, — раздалось несколько нервных смешков в ответ на шутку Гермионы. — Но и чтобы показать, что с этими магическими способностями приходит большая ответственность. Магия может быть опасной, когда используется для разрушения. Нарцисса снова включилась в работу, после нескольких лет совместного обучения они стали хорошим отлаженным механизмом. — Но опыт подсказывает нам, что темную магию чаще всего используют те, кто чувствует себя одиноким, непонятым, игнорируемым, над кем издеваются. — Именно поэтому мы стараемся собрать всех первокурсников на второй учебный день. Чтобы напомнить вам, что, хотя дома Хогвартса все еще существуют из ностальгических соображений, они больше не определяют вас. Мы хотим, чтобы каждый мог свободно переступать древние границы и заводить друзей с ведьмами и волшебниками, которые сидят за другими столиками. — Каждому нужен друг, — Нарцисса внимательно оглядела толпу в поисках каких-либо признаков несчастного ребенка. Они были там с самого начала. Опущенные глаза, нервное переминание с ноги на ногу. Кто-то стоял чуть поодаль от группы. Они с Гермионой всегда уделяли особое внимание необычным вещам. — Магия, которую вы видели сегодня, была непостоянной, мощной и опасной. Но в некотором смысле она все еще была очень контролируемой и безопасной. Гермиона кивнула: — Представьте, если бы профессор Блэк действительно попытался причинить мне вред. — Гермиона заметила нескольких учеников, которые сглотнули и с трудом сдерживала улыбку. В этом возрасте на них так легко произвести впечатление. —Теперь вы понимаете, почему мы настоятельно рекомендуем вам использовать свои магические способности с осторожностью и найти единомышленников, которые будут поддерживать вас в течение семи лет обучения в Хогвартсе. Те, кто счастлив, остаются в свете. — И прежде чем наш дорогой декан Гриффиндора отправит вас всех на обед, я хотела бы добавить, что хотела бы увидеть короткое эссе от каждого из вас. Четырех дюймов будет достаточно, но я хочу прочитать, что вы узнали сегодня. Это может быть тактика ведения боя, жизненный урок или цель, к которой нужно стремиться. Среди учеников пронесся возбужденный ропот, а Нарцисса бросила на Гермиону удивленный взгляд. Так было каждый год. Они с энтузиазмом выполняли домашнее задание по магии около недели, прежде чем начались недовольства. Тем не менее, короткое эссе часто подтверждало подозрения, которые возникали у них при сканировании учеников. Те, кто проявлял признаки беспокойства, всегда писали эссе, которые заставляли обоих глав факультетов хмуриться. Двор опустел, когда первокурсники отправились на поиски Большого зала, возбужденно переговариваясь друг с другом, а Гермиона разминала свое больное плечо. — Тебе действительно нужно было так сильно меня подталкивать? — Я ничего не могу поделать с тем, что тебе никогда не удается контролировать свои порывы, Гермиона. Я почти могу предсказать твой следующий шаг без всякого гадания. Брюнетка свирепо посмотрела на свою коллегу, прежде чем они обе направились в учительскую, где Минерва всегда хотела побыстрее узнать последние новости за предыдущий день. По утрам у них никогда не было много времени, так как большинство преподавателей готовили свои аудитории к дневным занятиям, а по вечерам им часто приходилось делать отметки, присутствовать на отработках или пытаться вести какую-то частную жизнь. — О, как раз вовремя, — резко сказала Минерва, как только вошли последние два профессора. — Ты выглядишь так, будто Нарцисса подмела пол вместе с тобой, Гермиона. — Тебе действительно обязательно каждый год это делать? — Гермиона плюхнулась на свое место. — Вы все? — Ты просто расстроена, что тебе больше не удается получать “отлично” по каждому предмету, — ухмыльнулся Невилл с другого конца стола, и Гермиона чуть не прокляла его. — Как все прошло? — Если не считать того, что профессор Грейнджер не ставила передо мной особых задач, — продолжала поддразнивать Нарцисса. — Был только один студент, который вызывал у меня беспокойство. Слизерин, конечно, почему-то всегда распределялся на мой факультет. Минерва взглянула на своего преподавателя зелий поверх кончиков пальцев и вздохнула. — Это, случайно, не мистер Эрнест? — Именно так. — Я не удивлена, — шотландская ведьма взмахнула волшебной палочкой, и из воздуха появился отчет и приземлился на колени Нарциссе. — У него очень сложная семейная ситуация. Возможно, нам лучше понаблюдать за ним повнимательнее, пока мы не убедимся, что у него появились друзья. И Нарцисса, и Гермиона согласились, поскольку это была их совместная программа, которую они основали, чтобы каждый мог найти в Хогвартсе свой второй дом. Директриса была довольна, когда приняла обеих ведьм на работу в один и тот же год. Их первоначальное неприязненное отношение к ним давно прошло, и они стали отличной командой. Нарциссу было легче всего уговорить, поскольку слизеринка искала новую работу после нескольких лет попыток загладить свою вину. Гермиону, с другой стороны, пришлось очень долго убеждать, прежде чем она согласилась на эту должность. Ее развод с Рональдом Уизли стал последним толчком, и хотя Минерва сочувствовала плачущей брюнетке на пороге своего дома, она и мечтать не могла о лучшей ведьме, которая заняла бы ее место профессора трансфигурации. — Есть еще что-нибудь примечательное? Упоминать было особо нечего. Не в самом начале учебного года, но Минерва всегда спрашивала. Когда все ее сотрудники покачали головами, она встала из-за стола. — Отлично, увидимся за обедом? — Только без меня, — поморщилась Гермиона. — Я собираюсь принять горячую ванну и принять расслабляющее зелье, потому что я растянула больное плечо и не хочу, чтобы оно снова обострилось. Во время битвы за Хогвартс Гермиона получила сильное заклятие в плечо, и иногда старая травма давала о себе знать, точно так же, как шрам на ребрах, который ей наложил Долохов из Отдела тайн. Но все они носили шрамы, оставшиеся с войны, независимо от того, были они видны или нет. Так что никто не осуждал Гермиону за это. — Я тоже, — вздохнула Нарцисса, — потому что у меня еще не дошли руки до приготовления расслабляющих зелий. Поппи дала мне список всех зелий, которые ей понадобятся для начала первого семестра, но они не были в приоритете. Я сейчас приготовлю, — она посмотрела на свою коллегу. — Это мой собственный рецепт. Мы все знаем, что он лучше, чем в книгах — Очень признательна. Попрошу эльфов принести нам что-нибудь поесть, прежде чем пойти в ванну Минерва посмотрела на них обоих, прежде чем подняться на ноги. — Что ж, удачи вам всем. Пусть у нас будет еще один хороший год в Хогвартсе. Все профессора разошлись, большинство повернуло налево, к Большому залу, а Гермиона и Нарцисса повернули направо, к своим комнатам. Планировка недавно построенного замка несколько изменилась. Теперь все общежития располагались в одном крыле, что позволяло студентам легче навещать друг друга. И все учительские помещения были расположены на самых верхних этажах, что позволило им иметь более просторные гостиные и гораздо больше уединения, чем раньше. Гермиона повернула налево, к своей двери, а Нарцисса пошла дальше. Свечи в ее комнате сразу же зажглись, когда она вошла, и она положила свою волшебную палочку на столик рядом с дверью. Она быстро сняла штаны для йоги и футболку - одежду, которую надевала только для дуэли, так как обычно была в преподавательской мантии. Лифчик, носки и трусики последовали ее примеру, и она бросила их все в корзину для грязного белья. Направляясь в ванную, Гермиона собрала волосы в высокий пучок и открыла крышку ванны. Она всегда утверждала, что вполне может обойтись без магии, но ей определенно будет не хватать того совершенства, с которым она могла принимать ванну. Температура всегда соответствовала потребностям ее организма, добавляемые масла менялись в зависимости от ее настроения, а вода никогда не становилась грязной или холодной. Это была роскошь, с которой Гермиона больше никогда не могла расстаться. Брюнетка вздохнула, когда погрузилась в воду, и ее ноющие мышцы тут же расслабились. Каждый год она заново давала обещание не позволять Нарциссе добраться до нее, но каждый год блондинке удавалось заставить ее потерять контроль. Она громко выругалась, когда попыталась дотянуться до мочалки, но больное плечо не позволило ей этого сделать. Гермиона хотела повернуться в ванне, чтобы схватить ее другой рукой, но увидела, что тряпки там нет. — Позвольте мне помочь вам, профессор Грейнджер, — внезапно раздался хриплый голос у нее за спиной. — Я думаю, это меньшее, что вы можете сделать, профессор Блэк. — Гермиона поморщилась от боли. — Ой, я действительно перестаралась Нарцисса на мгновение опустила мочалку в воду и осторожно помассировала плечо Гермионы пальцами. Она почувствовала, как напряглись ее мышцы. — Эх вы, гриффиндорцы, со своей гордостью. — Наша гордость? Как будто вы не находите злорадного удовлетворения в том, что побеждаете меня. Ты такая же гордячка, как и я, Цисси! Зубы прикусили мочку уха Гермионы, в то время как тонкие пальцы отжали тряпку и начали вытирать пот с загорелой кожи. Гермиона расслабилась от прикосновений Нарциссы и тихо застонала, когда старшая ведьма обхватила ладонями ее груди и покрутила соски между пальцами. Затем ткань снова скользнула по ее животу к бедрам, в то время как язык нежно пощипывал ее ухо. — Минерва знает о нас. Нарцисса что-то промурлыкала, уткнувшись ей в щеку. — Ты говоришь это каждый раз, когда мы придумываем предлог, чтобы не присутствовать на завтраке, обеде или ужине. Она ещё ни разу нас не выгнала — Вряд ли она станет делать это на глазах у других учителей, — выдохнула Гермиона, когда ткань прижалась к ее ногам. — Последние два года я избегала оставаться с ней наедине в комнате. — Или она захочет присоединиться к нам. — Не будь таким занудой. Лучше бы я никогда не рассказывала тебе о своей глупой влюбленности, когда училась в Хогвартсе. Гермиона почувствовала прилив магии позади себя, когда блондинка разделась и подтолкнула Нарциссу вперед, чтобы та могла устроиться в ванне позади нее. — Но мне так нравится знать твои маленькие грязные секреты. — Слизеринка позволила своим рукам вернуться в прежнее положение между бедер Гермионы. Девушка не ответила. Гермиона просто вытянула шею, чтобы поцеловать свою возлюбленную в губы. Нарцисса с готовностью проглотила стон, сорвавшийся с губ Гермионы в тот момент, когда ее пальцы коснулись клитора гриффиндорки. Они часто встречались таким образом, для коротких свиданий в перерывах между занятиями, просто чтобы усилить возбуждение и закончить работу позже вечером. — Ты принесла зелье для расслабления? — выдавила Гермиона между стонами, когда Нарцисса входила и выходила из ее влагалища, добавляя давление к круговым движениям над ним. — Нет, дорогая. Я решила, что смогу помочь тебе расслабиться каким-нибудь другим способом. Кроме того, на приготовление хорошего зелья для расслабления уходит несколько часов. Вместо этого я принесла целебное зелье для твоего плеча. Гермиона вздрогнула в объятиях Нарциссы, сжав пальцы ведьмы, прежде чем удовлетворенно вздохнуть. — Что ж, считай, что я полностью расслабилась. Тихий смешок коснулся щеки Гермионы, когда Нарцисса убрала пальцы и дернула запястьем. Из-под ее халата вылетел пузырек, который валялся на полу, и она вслепую поймала его. — Это должно помочь тебе почувствовать себя лучше, — она откупорила флакон и вылила зелье себе на пальцы, прежде чем втереть его в плечо Гермионы. — Боюсь, я ничего не имею против твоего уязвленного самолюбия. — Ты такая невыносимая. Однажды я тебя одолею! — Ну, я не становлюсь моложе, — фыркнула Нарцисса, доказывая свою точку зрения, пытаясь выбраться из ванны. Гермиона закатила глаза и вышла из ванны, чтобы помочь блондинке, прежде чем притянуть ее ближе для еще одного поцелуя. — Тоже хочешь попробовать? — У нас мало времени, дорогая. Если Минерва еще не узнала о нас, то опоздание на наши занятия в таком виде, как будто ее хорошенько оттрахали, определенно выведет ее из себя. Кроме того, зелью нужно некоторое время, чтобы подействовало, и вам понадобится эта рука, — подмигнула она, прежде чем высушить их обоих с помощью магии без палочки и без слов. — Значит, сегодня вечером, профессор Блэк? — О да, профессор Грейнджер. Я ожидаю от вас всего наилучшего. — Двойка за выдающиеся достижения, — произнесли они одновременно, прежде чем рассмеяться шутке и приготовиться к оставшейся части дня.