Стрим

Югём устало потянулся, откинувшись на спинку стула. Учеба, подработка, бесконечные дедлайны — всё это высасывало из него энергию, и единственным спасением были редкие вечера, когда можно было просто ничего не делать. Он лениво потянулся к мышке, прокручивая список стримов. — Что бы сегодня посмотреть… Он не был фанатом каких-то конкретных стримеров, просто хотел фоном включить чью-то игру, чтобы скрасить одиночество. Кликнул наугад на один из каналов — «candjy» Экран загрузился, и Югём нахмурился. На стриме сидел парень — черноволосый, с острыми скулами и ленивой ухмылкой. Он не играл. Вместо этого он что-то рассказывал, развалившись в кресле, изредка поглядывая в чат. — Ну и фигня… — подумал Югём и уже хотел закрыть вкладку, но тут стример — Джинён, как его называли в чате — вдруг наклонился вперед, поправляя камеру. Рубашка расстегнулась чуть больше, чем нужно, обнажив ключицы, а взгляд стал томным, будто он смотрел прямо на Югёма. — Донат за то, чтобы я выпил воду… со льдом? — прочитал Джинён сообщение из чата и усмехнулся. — Ну, если заплатишь… Он медленно поднес бутылку к губам, сделал глоток, и капля воды скатилась по его подбородку. Югём фыркнул. — Что за пошлятина? Но рука почему-то не потянулась к крестику.

***

Прошла неделя. Югём сидел на кухне с бутылкой дешевого вина, которое купил просто потому, что сегодня была пятница, а в пятницу можно. Он уже чувствовал лёгкое головокружение, когда снова вспомнил про тот странный стрим. — Интересно, этот тип опять что-то вытворяет? Он набрал название канала, и через секунду перед ним снова возник Джинён. На этот раз он был в чёрной футболке, которая странно контрастировала с его бледной кожей. Он что-то говорил про донаты, про «особые бонусы» для подписчиков, и Югём хмыкнул: — Да кто на это ведётся? Но через полчаса он всё ещё смотрел. Джинён умело балансировал на грани — он не нарушал правил, но каждое его движение, каждый взгляд, каждый намёк в голосе будто говорил: «Ты знаешь, чего я хочу, и ты знаешь, чего хочешь ты.» А потом он начал читать донаты. — Спасибо за пять тысяч вон, — голос Джинёна стал ниже, — ты хочешь, чтобы я просто… снял очки? Он медленно убрал их, прищурившись, будто только что проснулся. Югём почувствовал, как в животе ёкнуло.

***

Следующие несколько недель Югём ловил себя на том, что заходит на канал Джинёна почти каждый вечер. Иногда стример просто играл, иногда болтал с подписчиками, но всегда всегда находил момент, чтобы сделать что-то… такое. То он расстегнёт пуговицу на рубашке, то проведёт языком по губам, то наклонится так, чтобы зрители могли разглядеть линию его шеи. И Югём смотрел. Сначала с отвращением. Потом с интересом. А потом — с жадностью. Однажды, после особенно тяжёлого дня, он даже отправил донат. «Прочитай мой ник… особым голосом.» Джинён увидел сообщение, усмехнулся и произнёс его имя — медленно, растягивая каждый слог. Югём выключил стрим. Но на следующий день вернулся снова. Он даже не заметил, как это стало привычкой — каждый вечер, после пар или работы, он заваривал кофе или наливал бокал чего-нибудь покрепче, садился перед монитором и ждал, когда на экране появится знакомое лицо. Сначала он оправдывался перед собой: «Просто интересно, что он сегодня выкинет», но вскоре даже эти мысли исчезли. Он больше не анализировал, почему ему нравилось наблюдать за тем, как Джинён небрежно закатывает рукава, обнажая тонкие запястья, или как он прикусывает нижнюю губу, читая особенно откровенные донаты. Он просто смотрел, иногда задерживая дыхание, иногда — сжимая кулаки, чтобы не написать что-то самому. А Джинён тем временем становился только популярнее. Его чат теперь пестрел сообщениями, донаты сыпались один за другим, и он всё чаще говорил о том, что скоро уходит. — Здесь слишком много ограничений, — вздыхал он, развалившись в кресле и глядя в камеру так, будто делился секретом именно с Югёмом. — Есть платформы, где можно куда больше… — Он не уточнял, что именно он имел в виду под «большим», но интонация оставляла мало сомнений. Югём чувствовал, как по спине пробегает холодок. Он представлял, что скрывается за этими намёками — тёмные комнаты, откровенные взгляды, может быть, даже касания — и тут же гнал мысли прочь, но они возвращались снова, особенно по ночам, когда экран уже гас, а в голове оставались образы. Однажды Джинён прямо сказал: — Через две недели ухожу. Кто хочет продолжить — ссылка в описании. Югём замер. Он знал, что если перейдёт по ней, то уже не сможет притворяться, что всё это просто стримы. Это будет осознанный шаг в ту сторону, где нет цензуры, где Джинён, наверное, покажет всё, что раньше только намёками скользило в его жестах. Югём закрыл вкладку, но через час снова открыл её, уже держа в руке телефон с открытым описанием канала. Палец дрогнул над ссылкой. Он ещё мог отступить. Но он нажал.