Что если?..

      - Чёрт, не хотел я, чтобы всё вскрылось так, - Леонард зарывается пальцами в волосы на затылке. Что сказать, он смущён и в угол загнан. Позади него облачённое в золотую броню войско, застывшее в ожидании приказа. Асгардскую мощь не скрыть, шутками здесь не отделаешься. Джим как никто заслуживает правду знать. Пускай и со значительным опозданием в несколько десятков лет.       Маккой поднимает взгляд и не видит привычного озорства на лице старого друга (а друга, ли?). Капитан Энтерпрайз удивлён и глубоко обижен. Впервые не в силах нужных слов подобрать, он растерянно переводит взгляд с корабельного врача на множество незнакомых суровых физиономий.       - Боунс, ты… это же не правда, да? Ты же не можешь быть одним из них?       - Прости, Джим, - сердце предательски сжимается. Человеческие слабости проникают сквозь божественную плоть. Стыд и всепоглощающее отчаяние. Леонард, как и Кирк совсем не знает, что говорить. К такому он был не готов, как и многие здесь. – Моё настоящее имя…       - Нет! – голос капитана дрожит, срываясь. За спиной хмурого Спока вздрагивает Пашка, опрометчиво протиснувшийся вперёд. Остальные члены корабля опасливо теснятся в стороне, однако стоит ли удивляться, если они без промедления ринуться в бой, защищая честь капитана? Леонард слишком хорошо знает этих людей. Он был одним из них. А теперь… - Нет, замолчи! Я не хочу ничего знать!       Карты на стол, Леонард. Магия откликается легко, облачая в традиционные одежды своего народа. Одинокими вечерами асгардец позволял себе практиковаться, чтобы не терять сноровку, не спятить от бессмысленности миссии, которая не предвещала ничего кроме лжи и самообмана. День за днём он следовал за одним единственным человеком, и едва ли это была любовь. Маккой уважал Кирка, дорожил им и заботился, как мог, но будь у него возможность, он немедля вернулся бы на Родину, сражаться с полчищами йотунов или огненными демонами Суртура.       И вот теперь его заветное желание сбылось. Самым отвратительным из способов. К чести Джима, он быстро берёт себя в руки. Подходит ближе, голос понижается до шёпота. Ему ли Леонарда бояться, пускай, как оказалось, совсем ничего не знает о нём.       - И что, вся твоя жизнь была ложью? Развод с женой и разлука с дочерью были придуманы, чтобы меня разжалобить? – стыдливое молчание Маккое самое яркое из подтверждений. - Отлично, Боунс! Молодец! Ты настоящий актёр. Смог обдурить всех нас. Честь тебе и хвала. Пусть оду о тебе напишут. Самую длинную, чтоб ты до старости её выслушивал.       - Моя миссия… - Леонард старательно пытается вклиниться в эту пламенную речь, но всё тщетно. Джим раздражённо взмахивает рукой, едва асгардца не задев.       - Убирайся, Леонард, или как там тебя. Прочь с моего корабля вместе со всей своей братией. Возвращайтесь назад на вашу дивную планетку… Не смею Вас задерживать.       Кирк разворачивается и уходит. Экипаж расступается перед ним, боясь потревожить разгневанного капитана Леонард мог бы кричать ему в след оправдания, да слишком хорошо знает человека, который только что навсегда вычеркнул его из своей жизни.       Маккой задумчиво обводит взглядом членов Энтерпрайз, не находя слов даже для них. Браво, Леонард. Вот оно, хвалённое красноречие истинного бога. Асгардец прикрывает глаза. Громогласным эхом разноситься шёпот.       Предатель.       Обманщик.       Лжец.       Леонард слышит каждого. Паша делает шаг вперёд, игнорируя предупреждение Спока, однако энсина останавливает высоко поднятая рука Маккоя.       - Возвращаемся домой.       Один за другим асгардцы исчезают в снопе радужных искр. Последним уходит Леонард.