Шрамы

Суд. Обси и Душенька сидят со слишком странным видом,а парень в жёлтом хаори опять думает о том, что точно что-то должно произойти. Что-то очень нехорошее. —Ваше Величество, вот скажите...!—голос Пугода резкий, бодрый, как сам его обладатель, а Секби уставший и тихий. Ящер вот-вот грохнется на пол от переутомления, но нельзя. Не сейчас. Взор голубых глаз устремился в зал, дабы разглядеть всех присутствующих на этом "цирковом выступлении", так он в мыслях шуточно дал название этому мероприятию. Взгляд останавливается на, таких же любопытных, но другого, гетерохромного, цвета, радужках. Их обладатель, Хайди, пообещал, что предупредит об опасности. Не зря же ни один суд ещё не прошёл без каких-либо взрывов или травмоопасных действий со стороны игроков. Заметив на себе взгляд ящера, акула на языке жестов показал, что, мол:"Всё под контролем и никто не хочет устроить здесь полный армагеддон", в конце жестов улыбнувшись. Почему же Секби доверился именно этому морскому обитателю, а не кому-то из его собратьев дровосеков, например? Всё просто. 3 дня назад... Недавно, акула, пожаловав без приглашения к нему на базу, своим присутствием доставил кучу проблем.Сначала так сильно напугал хозяина, что тот, вскрикнув, выронил все бумаги, а затем, подскользнувшись на них, рухнул с глухим стуком. Некоторые документы улетели прямиком в воду, которая недавно была разлита из бутылька, тем самым, они стали больше не пригодны. Виновник тогда подошёл поближе, чтобы удостовериться, жив ли пострадавший, но, увидев, как тот распластался по полу, Хайди залился громогласным гоготом. Через минуту, отсмеявшись, он протянул Секби руку, помогая подняться, однако у упавшего были другие планы. —Ааа!—в отместку за своё падение, парень потянул Шарка вниз, и пират приземлился по правую сторону от ящерицы.—Эй! —У меня из-за тебя документы намокли, ты, Филадельфия недоделанная! —А ты меня на пол опрокинул! —Так ты меня тоже! Тем более я 3 часа угрохал на эту стопку!—развёл руками для большей достоверности факта,—А теперь за 5 секунд все эти 3 часа пошли акуле под хвост! —Там же была не акула.—немного опешив от такого высказывания, сказал гетерохромный. —...Без разницы. —Ладно,твоя взяла. 3/2 в твою пользу.—успокоился Хайди и, в доказательство посмотрев на разбросанную макулатуру, продолжил—Может,тебе с чем-то помочь?Просто неудобно как-то вышло... —...—ящер опешил от такого,—У тебя, случаем, нет температуры?—он потянулся ко лбу собеседника, но тот отпрянул, говоря: —Да хорошо всё! Так тебе помочь всё-таки, или нет? —Ла-адно...—было протянуто недоверчиво—Можешь через три дня, на суде, так сказать, "проследить за порядком" со своего места?Просто у нас ни разу не было суда без подрыва, а ящерицы, знаешь ли, не очень любят летать...—глупая шутка, он не спорит, но что-то же сказать надо было в своё оправдание. —Да без б!—акула присел, гордо заговорив—Я—Славный и Скромный Капитан Хайди Шарк, обещаю, что защищу великого судью, Секби Владиславовича!—во время этой пламенно-саркастичной речи, виновник всея торжества встал и прислонил правую руку к сердцу, а левую завёл за спину. От этого «Великий судья Секби Владиславович» прыснул в кулак, после начав заливисто смеяться. —А ты чего хотел-то?—корректный вопрос со стороны чешуйчатого прозвучал после столь долгих разговоров не о чём. —А? —Б! —Не перебивай! —Я старше, имею право!—выдвинул аргумент ящер. —Не честно! И вообще, я пришёл попросить у тебя шалкер песка. —Так бы сразу и сказал!—эмоции на лице Секби мигом переменились с недовольства на добродушность. Настоящее Вот так всё и было. Хоть Секби тогда снова пришлось вновь столько же времени и сил угрохать на все эти бумажки... Но не суть. Он сейчас на суде и должен не терять концентрации. В один момент Хайди стал вдруг напряжённым, начав озираться по сторонам. Что такого он заметил? Когда акула повернулся к Секби, ящер взглядом спросил:"Что-то стало?". Ответа не было, лишь глаза стали шире. Но вдруг... Взрыв. Яркая вспышка ослепила, а громкий звук оглушил. Ощущение, будто находишься в прострации, где всё нереально. Нету криков,тошеломлённых взглядов, отбегающих людей, Хайди,который ринулся к нему на помощь, и кричащих дровосеков. Он не ощущает своё тело, словно просто как призрак наблюдает со стороны за всей этой вакханалией.

***

Взрыв. Хайди мгновенно устремил свой взгляд в сторону судьи и ужаснулся.тПервое, что бросилось в глаза была огромная, кровоточащая рана, вокруг которой несколько небольших ожогов. Она находилась около правого прикрытого глаза. Этого хватило,чтобы акула бросился в сторону ящера, начав безуспешно трясти податливое тело и истошно кричать:"Секби!". Тот лишь на это поднял из под полу прикрытых век взор и, слабовато улыбнувшись лишь уголками губ, в которых скапливалась кровь,ичто-то невнятно промямлил. "Жив."—пронеслось в акульей голове, но глаза устремились на, странно выгнутую, покрытую алыми пятнами крови, ногу, а затем на такого же кровавого цвета руки. Выглядело это ужасно. Взяв себя в руки, он ,аккуратно взвалив на себя ношу в виде вялого тельца, понёсся к Виверне в больницу. Кровь вязко и неприятно стекала по рукам, но гибриду было на это словно наплевать. Жизнь человека важнее каких-то мерзких ощущений. Руки тряслись, ноги были ватными, местами подгибались, но всё равно несли своего владельца к нужному месту. ... —Секби! —А? Кто здесь?—ящер несколько раз прокрутился вокруг своей оси в тёмном пространстве, пытаясь отыскать того, кто его звал, но никого замечено не было. —Секби! Ты меня слышишь? ... Названный резко подскочил на постели, переместившись в сидячее положение. Вдруг, раздался стук, и во лбу вспыхнула резкая боль. Послышалось болезненное шипение, оно исходило откуда-то сверху. Подняв голову, ящер увидел того, кого, ну, вообще не ожидал. Это был Хайди, что сейчас приложил руку к ушибленному месту, пытаясь утихомирить боль. Теперь понятно, почему СекБ почувствовал столь неприятное жжение. Синяки им обоим точно обеспечены. —Агх, Секби! Я тебе жизнь спасаю, а ты угробить меня хочешь?!—в голосе Шарка не было ни толики гнева, лишь наигранные раздражонность и обида, но, заметив то, как оппонент хотел повторить за ним действие, замолчал. СекБ огляделся. Он лежал не на постели, а на больничной койке."Похоже я в больнице у Виверны."—пронеслось в мыслях. После, ящеролюд, наконец, заметил бинты, акула напрягся. —А это что такое?—взгляд голубых глаз был прикован к запястьям, вытянутым перед собой. —Это, друг мой, бинты.Здание суда было подорвано, а стол судьи, на котором ты лежал, оказался в эпицентре взрыва. Как говорится, и ящер раз в год летает. Хах...—грустный смешок слетел с уст гетерохромного, что так старался скрыть всю горечь в голосе. С другой стороны послышался судорожный вздох. —Тоесть, это всё-таки произошло...? Кто-нибудь ещё пострадал? Почему я не ощущаю повреждений? Мне не оторвало ногу? А кожа не обгорела?! И сколько я вообще так пролежал?!—Секби начинал срываться на крик, глаза метались из стороны в сторону, пытаясь за что-нибудь зацепиться взглядом. —Так, успокойся,всё хорошо. Ноги на месте, руки, пальцы и голова тоже. Пролежал в отключке где-то 2 дня. А насчёт повреждений... Как бы так помягче выразиться... —2 дня...? —Д-да...—акула нервничал. Этим всё сказано. Взгляд голубых глаз опустился и остановился, сфокусировавшись на одном месте. Послышался вопрос: —...Почему у меня нога обвязана бинтом...? Хайди... —Секби, всё хорошо. Не надо так переж... —НЕТ! Не всё хорошо! У меня нога сломана! Я весь в ожогах! И...—ящер начал оглядывать своё тело в поиске бинтов, или пластырей. Ничего, кроме небольших перевязок не увидев, начал ощупывать лицо.—И... АУ!—судья отдёрнул руку от правого глаза, почувствовав резкую, насквозь пронзающую, боль. На том месте красовался самый большой ожог и порез, которые сейчас снова обрели алый оттенок. Хайди сощурил глаза, с сожалением глядя на эту картину. Взор полный надежды на то, что всё это лишь большой розыгрыш, был направлен словно сквозь него. Акула молча подполз поближе и обнял дрогнувшее тело. Секби в смятении посмотрел на него, но, поняв, что его хотят поддержать, просто обнял в ответ, вцепился когтистыми пальцами в края кофты, оставляя после побаливавшие следы в форме полумесяца. Тишина в этот миг царствовала, но подавленный в плечо всхлип прервал её, свергнув с трона. Курчавый напрягся и посмотрел пострадавшему в глаза, предварительно отстранившись. —Больно? —... Да.—ели выдавил через ком в горле, что образовался от боли и некоторого непонимания ситуации. И когда Шарк стал таким... Заботливым, я что-ли? —Оу, а... Давай я позову Виверну? Она хорошо в этом разбирается. Обработает то, что надо, мазь намажет, перевяжет по новой...—в ответ только кивок и притупленный взгляд. Правда, больно было не только снаружи, но и внутри, в душе. ... В ушах раздаётся набатом:"Когда же всё наконец-то урядится...". Он устал. Устал от этих многочисленных событий с вирусо-даром. "Секби, засуди." "Секби, помоги." "Секби, излечи." ... ХВАТИТ! Он больше не хочет быть хоть как-то замешан в этом! ... Вдруг, в комнату заходят акула с Виверной, прерывая бесконечный поток сознания. —Секби, привет... Мне тут Хайди сказал, что у тебя раны надо обработать... Ты же лучше себя чувствуешь?—прозвучал тонкий и нежный голосок девушки. По ней было видно, как она нервничает и что состояние у неё не очень—глаза,что всегда полыхали ярко зелёным, сейчас были потухшими, синики под ними и брови в форме домика говорили сами за себя. В ответ на свой вопрос она получила лишь медленный, задумчивый кивок.—Можешь сказать, где сильнее всего болит? —Около правого глаза,—он показательно пальцем, специально не дотрагиваясь, в воздухе обвёл место повреждения.—на правой руке и левой ноге.—поочерёдно показав сначало на перевязку, а затем на бинт, замолчал. —Ага... Ой, я аптечку на тумбочке оставила... Сейчас возьму и приду!—сказала рыжеволосая, перед тем как удалиться. Двое парней переглянулись. Во взгляде одного был вопрос:"Что она собирается делать?", а у второго:"Спокойно, всё хорошо будет. Не убьёт же она тебя.". —Я тут!—в дверном проёме показалось веснушчатое лицо Виверны. Физиономия Секби стала как субтитры. Прочитать ужас и страх было не так уж и трудно, шрифт был очень даже разборчив. Как он ненавидел эту свою недо фобию, что больше являлась страхом, вы не представляетею—Спокойно, я не буду делать тебе уколы или что-то по типу такого. Просто обработаю. Снова кивок. Девушка начала с раны на лице. Марлью со спиртом она прошлась по коже. Послышалось тихое шипение, но рыжеволосая продолжила. После спирта в ход пошла мазь. Таким образом через 10 минут всё было готово. —Ну-с, я закончила. Хайди, проследи за тем, чтобы он не наступал на левую ногу хотя бы первую неделю. Потом по тихоньку будет восстановление и... Виверну прервал телефонный звонок на телефон Хайди. —Ало?—кудрявый поднял трубку.—Да. Со мной. Нашли? Сейчас приду, нет, прибегу.—послышались гудки.—Меня срочно вызвали помочь. Душеньку и Обсидиана нашли. Я скоро приду. Виверна... —Да, я могу остаться. —Спасибо большое! Что бы мы без тебя делали?!—и ринулся к выходу. Через секунду его и след простыл. —А зачем Душу и Обси ловить?—Секби не был в курсе. Эта ситуацию знатно так оторвала его от понимания всех событий. —Ам... Как бы так объяснить-то...

***

Тьма. Парень в балаклаве прикрывает своего ушастого друга, судорожно оглядываясь по сторонам. Лишь бы их не нашли... Шаги. Тихие, аккуратные такие, но звонкие, опасные. —Обси...? —Душа, всё будет хорошо.—Обсидиан притянул Душеньку ещё ближе, крепко обняв, словно пытался уберечь от всего мира. —Ты уверен?—резкий посторонний голос разразил тишину на мелкие куски. —Кто ты?—в этой фразе звучали смелость, отчаяние и надежда на лучшее. Всех них Тайм смешал, подав такой коктейль из своих эмоций незванному гостю. Душа чуть подрагивал от страха. —Я же даже не поздоровался...—собеседник, усмехнувшись, выдержал паузу.—Обсидиан, детка, здравствуй. Не узнал, что-ли?—ехидная улыбка тронула его губы, но сразу же сошла на нет.—Они уже здесь. —Кто они? С тобой был ещё кто-то?! Хайди!—подал голос ушастый, сразу же срываясь на крик. —... У меня есть предложение. Если вы хотите, чтобы вас двоих вылечили, то я, с вашего позволения, просто постою тут, но если нет... —Что? Что если нет?!—заяц продолжал кричать. —Я вылечу только одного, а второй сбежит, перед этим дав показания о суде. И мне выгодно, и вам выгодно. По рукам? Замявшись, Обси ответил: —По рукам. —Сначала рассказывайте, кто же тогда подорвал суд. Мы уже всех расспросили, остались только вы. —... Ладно...—Душенька немного оскалился, поняв всю безысходность ситуации. Послышался вздох, после которого он начал объяснять—Хайди, суд взорвал не Заквиель, и Обси тоже не... —Я знаю.—перебил гетерохромный. —... его взорвал я. Тайм ошарашенно посмотрел на товарища, но ничего так и не сказал, посчитав, что это сейчас не к месту. Кудрявый тоже был в немом шоке от данной ситуации, но не подал виду. Ох, как же он хотел высказать всё, что думает о нём после данного поступка. Затем, парень в балаклаве всё же приблизился, пожал вытянутую руку, приняв из другой похлёбку. Напоследок он обнял Душку, прошептал что-то непонятное ему и выпил. Взгляд карих глаз заметался из стороны в сторону, смотря на чёрные партиклы вокруг друга, а потом ушастого и след простыл.

***

—Нууу, как-то так. Они сейчас на Обсидиана и Душеньку охотятся и, видимо, нашли их.—закончила свой рассказ Виверна. —Жутко... —Да-а... Кстати, болеть меньше стало? —Намного. Спасибо, Верн. И вправду, что бы мы без тебя делали б...—Секби усмехнулся, подняв уголки губ, а Виверна на это высказывание лишь искренне улыбнулась. Не успели они и дух перевести, как вдруг в палату врывается запыхавшийся Сантос. Позади него, кажется, был Клайд. Вопрос о том, что рыцарь тут делает, девушка оставила на потом, решив задать другой. —Сантос, что стряслось? —Виверна, помощь твоя нужна. Обсидиана проверить надо, его "вылечили". Могут быть осложнения, как с Диамкеем. Бррр. Ей даже вспоминать не хочется то, как вампир ночами не спал, мучаясь от бессонницы, от еды отказывался, мол, вообще голода не чувствует, на свет не выходил, встать с койки не мог. Этот ужас продлился долгую, мучительную неделю. Ну и спасибо Неадаптору, что хоть так. —Хорошо, сейчас подойду. Секби, побудешь пока что один, хорошо? Я скоро вернусь! —Оке-ей...?—в недоумении протянул ящер. Что вообще случилось, пока они разговаривали? Ускоренные шаги раздались из коридора, а вместе с ними и обеспокоенные голоса знакомых, или не очень знакомых, людей, но один из них особенно выделялся. Звонкий, знакомый, с той самой НЕОбычной интонацией. —... его только нашёл. Душенька не знаю где. Ладно, я пойду. Если вдруг что, позвонишь же?—голос становится громче и чётче. Дверь в палату открывается, а в дверном проёме акула стоит, задавая вопрос:—Как ты? —Нормально. Виверна мне обезбол ещё дала, так что как новенький. —Хорошо. —А что у вас там произошло? —Мы Бобси вылечили.—сразу начал рассказ о похождениях Хайди.—Душенька сбежал, ребята не успели поймать. А ещё... Как сказать...—было видно,что он опять замялся. —Говори уже как есть. —Короче, у нас ещё велись, так сказать, "переговоры" в ходе которых выяснилось, что именно Душенька подорвал суд.—неестественно для себя затароторил акула. —Что...? Он... —Да. Подорвал суд именно он. —Мне не верится. Как такая душка могла устроить подрыв?! —Легко, Секби, легко. —Ладно... Я попробую это переварить. И вообще, хватит с меня на сегодня впечатлений... Сколько сейчас времени? —7 часов вечера. —Рановато для сна. Может, поговорим? Я хотел бы обсудить все эти... события. —Воу, конечно, давай!—Хайди мягко улыбнулся. Наконец-то ящер захотел хоть чем-то из своих переживаний поделиться. —Честно, я очень переживаю насчёт шрамов. Я и так был не очень внешностью, а теперь. —Секби, ты чего, нельзя же так. Ты красив. Вон, Ники даже на тебя засматривается! Так что нечего мне тут такое говорить!—Хайди упёр руки в бока, чуть-чуть принасупившись, по-наигранному грозно посмотрел на ящера. В конце фразы хмыкнул. Сам же Секби приоткрыл рот, слушая всё это. Впервые ему столько комплементов делают, да ещё и просто так, не чтобы подлизаться. —Чего рот открыл? Щас самолёт залетит. —Но там же муха была.—вдруг, послышались звуки летящего самолёта. Акулка начал заразительно смеяться, поэтому, через несколько секунд, оппонент тоже подхватил этот гогот, звонко захохотав. —Ух, слушай, а дровосеки придут?—отсмеявшись, сказал Секби. —Да, завтра должны были. —А ты будешь приходить ко мне ещё?...—ему не хотелось, чтобы Шарк просто перестал приходить к нему, так сказать, бросив одного. —Конечно буду! С чего бы мне не навещать тебя? Ты же тут от скуки помрёшь!—широкая улыбка тронула губы Хайди, а за ним и Секби лучезарно растянул уголки рта, пододвинувшись ближе. —Спасибо.—сонно пробормотал куда-то в бок. Да-м, вроде планировал спать лечь попозже... После чуть начал пошатываться от сонливости и, уже конкретно так клюя носом, склонил свою тяжёлую голову, опустив её на чужое, уже родное, плечо. Кудрявый сначала был ошарашен, а затем неуверенно обнял его, ведь, впервые ему попадаются такие тактильные люди. Даже Ники не любила объятия. Да и всё-таки было неудобно и, в какой-то степени, стыдно обнимать, почти уснувшего под тяжестью собственных мыслей и впечатлений, ранее-врага. Но Хайди понимал, что сейчас нужно просто молча обнять, несмотря ни на стыд, ни на неуверенность в себе. Закрыв глаза, ящер погрузился в,не менее тёплые объятия доброго сна. Перед тем как уснуть, он подумал:"Как же хорошо, когда рядом есть тот, кто может поддержать." На эту мысль СекБ ещё мягче улыбнулся, наконец, заснув. Всё будет завтра. И визит дровосеков, и вести о том, что с Обси всё хорошо, просто есть небольшой насморк, и ещё одна обработка ран... Всё будет потом. Главное то, что происходит сейчас...