За кулисами любви

      Вечер. Несмотря на поздний час, солнце все еще лилось в окна длинными, янтарными полосами — весна, как всегда, умела растягивать время, делая мир мягче и светлее.       Вика открыла ключом калитку и вошла на территорию их дома. После смены, которая закончилась в шесть, путь домой занял почти час — но усталость будто сбросилась с плеч при виде дома.       Она вошла в прихожую, привычно поставила сумку на комод, сняла пиджак, повесила его на плечики. Из гостиной уже доносились голоса мужа и дочки. На сегодня у Игоря выпадал выходной, а значит, обязанности по школьным заданиям ложились на него.       Вика сняла каблуки, вздохнув от облегчения и, надев мягкие домашние тапочки, прошла в гостиную.       На диване, спиной к ней, сидели Игорь и Соня. Тетрадка по математике лежала раскрытой на столике, Игорь чуть наклонился вперед, объясняя что-то дочке. Его голос звучал спокойно и уверенно.       — Если у нас есть, например, пять яблок, и нам дают еще два… получается сколько?       — Семь? — Соня подняла одну бровь.       — Да, — он довольно улыбнулся. — Вот то же самое и здесь.       Вика тихо подошла, наклонилась, глядя через его плечо на задание.       — Ты уверен? — спросила она, сдерживая улыбку.       Игорь вздрогнул и резко обернулся.       — О, ты вернулась… Мы не услышали, — он смягчился, улыбнувшись.       — Мама! — Соня сорвалась с места и в ту же секунду обняла ее за талию.       Вика обхватила ее руками, погладила по волосам, вдохнула запах десткого шампуня от которого веяло теплом, их домом.       — Как у вас дела? — мягко спросила она.       — Хорошо! Мы почти закончили! — сказала Соня и снова забиралась на диван.       — Да, дошли до математики, — Игорь кивнул на тетрадку. — Осталась только эта страница.       Вика подошла ближе, нежно обняла его за плечи, заглядывая в тетрадку.       На первом упражнении были нарисованы три божьи коровки на листочке и две, летающие рядом. Подпись сверху: «Было» и внизу картинки: «Стало на два больше. Сколько…?»       В графе ответа аккуратно стояла цифра 7.       Вика удивленно приподняла бровь.       — Ты уверен, что ответ семь?       Игорь посмотрел на тетрадку.       — Да. Было пять божьих коровок, стало на два больше — семь.       Она едва сдержала смешок, украдкой прикрыв рот.       — Я… думаю, ты не до конца понял упражнение, — мягко сказала она.       Он чуть нахмурился, наклонился, перечитал текст.       — Нет, я все правильно понял, — уверенно произнес он и чуть обернулся к ней. — А по-твоему сколько?       — Пять, — сказала она так просто, как будто это само собой разумеется.       Игорь поморгал, выпрямился, словно пытаясь понять, не разыгрывают ли его.       — Вик, где тут пять? — он снова ткнул пальцем в задание. — Было пять. Стало на два больше. Семь.       — Милый… у тебя было три, — она указала пальцем на листок. — Добавилось два. Стало пять.       Соня переводила взгляд с одного родителя на другого, чувствуя, как воздух в комнате становится все плотнее.       — Вик, было тут пять, вот они, пять здесь нарисованы.— Игорь постучал карандашом по рисунку, — Стало на две больше. Семь. Получается семь.       — Но здесь же нету семь сейчас, — спокойно возразила Вика, показывая на рисунок.       Игорь шумно втянул воздух, будто собирался нырнуть под воду, чтобы не взорваться.       — Игорь, сколько у тебя было? — Вика наклонилась поближе, словно пытаясь заглянуть ему в голову.       — Пять. Было пять! — он ткнул пальцем в рисунок.       — Где у тебя пять? — она нахмурилась, поджав губы.       — Да ты серьезно… — Игорь вздохнул так, будто ему сейчас предложили решать интегралы. Он схватил карандаш. — Вик, вот один, — он написал цифру поверх божьей коровки, — два, три, четыре, пять. Вот они. Пять божьих коровок. Стало на две больше. Значит семь.       — Где эти две у тебя? — Вика медленно, будто очень стараясь не взорваться, произнесла каждое слово.       — Да здесь, летят они где-то! — Игорь в сердцах мотнул рукой над листком, — Ты видишь пять. Я вижу пять. Все логично!       — Из этих пяти сколько у тебя было? — не сдавалась она.       — Пять, Вика! Пять было, семь стало! — он уже почти водил кругами карандашом.       — Сколько у тебя на листочке нарисовано? Внимательно посмотри, — твердр сказала Вика.       Игорь уставился на листок, будто видел его впервые.       — Три, — наконец выдал он, ткнув карандашом. — Три. Тут три.       — Хорошо. Три. Стало на две больше. Вот эти два, — она указала на летящих коровок в уголке задания. — Стало пять.       Игорь потер лоб, словно пытаясь стереть из головы весь разговор.       — Слушай… — он опустил руки. — Ты издеваешься?       — Да не издеваюсь я! Это ты неправильно считаешь! — Вика всплеснула руками.       — Я не умею считать пять плюс два?! — он приподнял брови.       — Да где эти два ты взял? — Вика выдохнула, закрыв глаза.       — Тут они! — Игорь шлепнул ладонью по тетрадке.       Вика устало прикрыла глаза и покачала головой.       — Так. Знаешь что? — он вскинул голову и резко встал. — Если мы не можем решить это без войны, значит спросим у других. Завтра пойдем к Жеке. Он точно умеет считать!       — Вот и посмотрим, — Вика скрестила руки на груди, приподняв подбородок, — Я уверена, что ответ: пять.       — Ответ: семь! — огрызнулся Игорь. — Завтра сама услышишь.       Он развернулся и пошел на кухню раздраженно бормоча что-то невнятное.       Вика покачала головой и направилась наверх переодеться.       Соня все это время сидела молча, провожая их взглядом. Она вздохнула и посмотрела на оставшееся задания, которое лежало перед ней. Аккуратно взяла ручку и, нахмурившись, начала читать остальные.       Лучше ей самой решить это, а то родители явно не понимают.

***

      В участке стояла редкая для этого места тишина. Утро еще толком не началось, коридоры пустовали, и единственным звуком был тихий гул кофемашины.       Аверьянов, пришедший раньше всех, сел в свое кресле и с удовольствием вдохнул аромат свежего кофе. Горячий, крепкий — с которого должно было начаться спокойное утро. Он уже поднес кружку к губам…       Как дверь вдруг с грохотом распахнулась.       — Жека! — разнеслось по кабинету так громко, что он дернулся всем телом.       Кофе плеснул через край, обжигая руку.       — Черт! — он поставил кружку на стол и схватил салфетки, вытирая горячие капли. — Игорь, ты можешь… не орать так рано?       Он только поднял взгляд — и едва успел понять, что друг уже нависает над ним, держа тетрадку, как улику по делу особой важности. Волосы Игоря топорщились, глаза горели, будто он не спал всю ночь.       — У нас есть очень важный вопрос, — сказал он настолько серьезно, что Жека удивленно моргнул.       — Ты вообще в порядке? — осторожно уточнил он, откидываясь назад.       — Не об этом, сейчас, — отрезал Игорь. — Сосредоточься.       Он раскрыл тетрадку, ткнув пальцем в страницу. Сзади стояла Вика — руки скрещены, взгляд тяжелый, будто ее терпение закончилось еще дома.       — Реши задачку, Жек, — потребовал Игорь.       Аверьянов наклонился, глядя на простенький рисунок. Первоклашка бы справился.       — Ты серьезно? — он усмехнулся, поднимая на него бровь. — Сам не можешь?       — Просто скажи мне ответ, — Игорь смотрел так уверенно, что стало даже тревожно.       Жека пожал плечами.       — Семь.       — Да! — Игорь вскинул руку, будто забил гол и повернулся к жене. — Увидела? Семь!       Вика в ответ закатила глаза.       — Жек, ты правда так думаешь? — спросила она, пристально глядя на друга.       — Ну… да? А что? — он искренне растерялся.       — Покажи где семь.       — Вот, — Жека ткнул пальцем. — Было пять коровок. Стало на две больше. Семь.       Вика прикрыла лицо рукой и глубоко вдохнула, словно считала до десяти, чтобы не треснуть кого-нибудь тетрадкой.       — Вик, просто прими, что я прав! — заявил Игорь, уже на взводе.       — Если вы оба не видите смысл задачи, ответ от этого не меняется, — спокойно, но устало произнесла она.       — Где ты вообще взяла этот ответ? — Игорь раздраженно показал на рисунок. — Пять. Плюс два. Семь!       В этот момент дверь снова открылась — на этот раз гораздо спокойнее — и вошел Пряников, поправляя воротник.       — Еще утро, а ваши голоса слышны на весь коридор. Что здесь происходит?       Игорь резко обернулся к нему:       — Андрей Васильевич, поможете решить задачку! — он подбежал к нему, показывая тетрадку.       Он бросил взгляд на задачки и нахмурился, глубоко вздохнув, будто сдерживал себя от чего-то.       — Соколовский, вы тут чем занимаетесь? Совсем уже…       — Андрей Васильевич, пожалуйста! Это важно! Мы тут никак решить не можем, — настоял Игорь и ткнул пальцем в задачку. — Вот, первую. Скажите какой ответ?       Пряников покачал головой, но склонился, изучая примитивный рисунок.       — Семь, — сказал он спокойно.       Игорь радостно вскинул подбородок.       — Почему? — уточнил он, глядя на него с видом: «Скажи это громче».       — Пять было, стало на два больше. Семь. Все же просто, — пожал плечами Пряников.       — Слышала? — Игорь повернулся к жене с выражением абсолютной победы.       Вика смотрела на троих мужчин так, будто перед ней стояли три человека, которые только что проиграли спор первокласснику.       — Вы серьезно не видите? — тихо спросила она.       — Чего именно? — нахмурился Пряников.       — Что там пять! — Вика ткнула пальцем по рисунку. — Три нарисовано. Плюс две летают. Значит их пять. И задача про это.       Пряников снова склонился над рисунком, медленно.       — Почему пять? — искренне удивился он.       — Вот именно! — Игорь поднял руки. — Вика, в общем числе здесь пять божьих коровок. Плюс два. Семь!       Вика тяжело вздохнула и покачала головой, уже не споря, просто устав от всего этого абсурда.       — Ладно, делай как хочешь. Напиши семь. Посмотрим, что будет.       — Идеально! — Игорь хлопнул тетрадью о стол, — Все. Вопрос закрыт.       — Я все равно считаю по-другому, — упрямо сказала Вика. — Но раз ты не видишь очевидного… пусть будет по-твоему.       — Это не «по-моему», — огрызнулся он, — это правильно!

***

      «Неправильно» было выведено красной пометкой поверх задания почти демонстративно. Рядом аккуратно зачеркнутая «7» и выведенная поверх нее строгая, уверенная «5».       Соня сидела между родителями на диване, поджав ноги, тетрадь лежала раскрытой на кофейном столике перед ними. Она переводила взгляд то на маму, то на папу, словно ждала, кто первый скажет хоть что-то.       Вика медленно повернулась к Игорю с тем самым взглядом: «Я же говорила».       Игорь же выглядел так, будто только что получил удар под дых — чуть открыл рот, затем закрыл, плечи опали, он медленно провел рукой по лицу и тяжело выдохнул.       Тишина затянулась, пока он осознавал поражение. Потом пробормотал себе под нос, сдавленно:       — Может, жалобу подать в министерство образования?       Вика не смогла сдержать тихий смех. Игорь бросил на нее возмущенный взгляд, но уже более смиренно.       — Чему ты радуешься? — спросил он, хмурясь, но без злости.       Вика вдохнула, пытаясь вернуть серьезность.       — Мы не будем начинать это снова, дорогой, — произнесла она спокойно, хоть улыбка дрожала в голосе, — такие правила. Просто прими.       Игорь шумно выдохнул, положил локти на колени и наклонился вперед, сжав руки в замок. Он был крайне недоволен, но держал себя в руках.       Соня наблюдала за ним внимательно, чуть наклонив голову. Ей хватало лет, чтобы понимать — папе сейчас больше обидно, чем злостно.       Она тихонько придвинулась и обняла их обоих за плечи.       — Пап, мам… не ссорьтесь, — мягко сказала она, — оценки не самое важное в жизни.       Игорь удивленно поднял брови, взглянув на дочь.       Она же улыбнулась так светло, что напряжение в комнате чуть дрогнуло и растворилось.       — Все правда в порядке, — продолжила Соня. — Это всего лишь одно задание. Ничего страшного не случилось.       Она легонько похлопала отца по плечу, словно взрослый утешал малыша, и взяла тетрадь со стола.       — В следующий раз, если что-то не пойму, спрошу у Нины Ивановны, — спокойно заявила она и, будто ничего необычного не произошло, развернулась и легко зашагала к лестнице.       Они же смотрели ей вслед, пока она не скрылась наверху.       Вика покачала головой, все еще улыбаясь.       — Она поумнее нас будет, — сказала она тихо, почти с восхищением.       Игорь улыбнулся уже шире, теплее, выдохнул смешок.       — Это точно.