Привкус

Амели устало вздохнула, опустив взгляд в тетрадь. Литература, по мнению самой девушки, была одним из самых скучных предметов. Ей было гораздо интереснее решать задачки по математике, нежели слушать о глубине персонажей и о том, какой именно смысл хотел вложить в произведение автор. Да и литература казалась слишком субъективной, в отличие от математики, где всё точно. Амели не нравилась неопределённость. Не нравилось, когда с ней не соглашались. Не нравились непохожие на неё люди. Конечно, вслух она этого не говорила, стараясь придерживаться нейтральной позиции. Да, они были интересными, разносторонними, но всё равно бесили. Хотя толком она с ними и не общалась. Поэтому редко о них задумывалась. Амели почувствовала неприятное чувство на спине и обернулась. Хитч Дрейс, её лучшая подруга, немного безответственная, но такая же безбашенная, как и сама Амели, хитро улыбалась и передавала ей записку. Девушка улыбнулась, забирая клочок бумаги. Аккуратно развернув его, пока преподаватель ходил по классу, Амели прочитала: «Конни устраивает сегодня вечеринку. Пойдём, у параллели не такой уж и тухняк. Начнётся в шесть. Мы с Жаном за тобой заедем. Пожалуйста, красотка, без тебя я не пойду!!!» Амели улыбнулась, кивнула и услышала сзади тихий радостный визг. И вот уже пара по литературе не казалась такой скучной. Особенно когда ты мечтательно смотришь в окно и предвкушаешь эту ночь: выбираешь, что надеть, как накраситься, как уложить волосы и скольких знакомых встретишь. *** Вернувшись домой после четырёх пар, Амели на удивление не чувствовала себя усталой. Девушка сразу пошла в свою комнату, решив не откладывать себя на потом. Открыв шкаф, её взгляд пробежался по немногочисленным вещам. Четыре платья на выбор. И ни одно не сочеталось с макияжем, который она уже придумала в голове. На минуту захотелось взвыть, но девушка покачала головой и тяжело вздохнула. В итоге она достала обычные чёрные джинсы и серый топ с чёрным рисунком. Усевшись за стол, Амели включила настольную лампу и достала маленький ящичек с косметикой. Не успела она его разобрать, как в комнату зашла её мать. Розали — невысокая женщина лет сорока. Уставшая, измученная в основном своим мужем и выходками дочери. — Ты даже не зашла поздороваться, Амели, — сказала Розали, отодвигая вещи на кровати в сторону, чуть ли не разбрасывая их по полу. Женщина села, скрестив руки на груди. Амели лишь посмотрела на неё через зеркало, промолчав. — Я со стеной разговариваю? — Нет, — ответила девушка, разбирая ящик с косметикой. Она доставала продукты на стол. Их стук звучал как обратный отсчёт. Отсчёт до того, как Розали выйдет из себя. — Как дела в колледже? — сменила тему женщина. — Нормально. Сухой, безжизненный ответ. Розали лишь поджала губы. В её глазах ясно читалось недовольство. — Куда собираешься? — К Хитч. Она позвала на ночёвку. — Хитч - хорошая девочка, — кивнула женщина. — Надолго? — Завтра вечером уже буду дома, — ответила Амели, обернувшись к матери. Женщина снова кивнула, понимая, что разговаривать больше не о чем. — Я уезжаю завтра к маме. Ключи оставлю у соседки. — А отец где? Розали пожала плечами. Амели поджала губы и кивнула. Женщина поднялась с места и вышла из комнаты. Девушка нанесла на лицо крем, глядя на себя в зеркало. Она была единственным ребёнком в семье. Наверное, это было последнее, что соединяло её родителей. Для Амели не стало бы открытием, если бы она узнала, что родители поженились по залёту. Если бы это было так, можно было бы объяснить, почему между ними всё рушится. Наверное, всё из-за того, что она повзрослела. Поступила в колледж на программиста, получила права, нашла новых друзей. И с их появлением начала буянить. Амели не была часто дома не потому, что она была какой-то плохой девочкой, которая возомнила себя крутой. Нет. Девушка взяла кисть и начала плавным движением наносить тональный крем, скрывая покраснения на коже. Ей было тревожно дома. Почти каждый день родители ругались, и эта ругань не прекращалась, пока отец не уходил из дома. Потом его не было сутки, иногда и дольше. Амели за этим не следила. Она взяла кисть поменьше и нанесла консилер — на круги под глазами, маленькие прыщики, постакне. Делала всё, чтобы замазать «грязь» на своём лице. Ей хотелось верить, что это не её вина. Что всё это происходит не из-за того, что она повзрослела. Добавила румяна на щёки, чтобы освежить лицо. Слёзы скапливались в уголках глаз. Руки начали дрожать, и предательский всхлип вырвался наружу. Но сдержаться не получилось. Палетка румян упала с характерным щелчком. Слёзы потекли по её щекам. Ей показалось, будто она услышала, как румяна разбились. От этого стало ещё больнее. Это были её первые румяна — подарок от Хитч на вторую годовщину дружбы. Тело начало дрожать. Девушка обняла себя, поджав губы. Слёзы катились по щекам, смазывая до этого ровный тон лица. Она устало вздохнула, покачала головой. Безнадёжно пыталась отогнать эти мысли, которые душили её. Мучительно. Болезненно. Посмотрела на палетку. Сквозь пластик был виден сам продукт. Трясущимися руками Амели взяла белую бумагу, на которую попадали её слёзы, и аккуратно собрала в неё рассыпавшиеся румяна. Поставив свёрток на стол, она продолжила глотать свои слёзы, оставляя разбитую палетку рядом. «Вернусь домой — и точно починю». *** Было жарко. Музыка играла так громко, что закладывало уши. Зато в голове не было ни одной мысли. А соджу — корейская настойка, недавно ставшая популярной, — только веселила и помогала забыть о происходящем дома. Амели, оторвавшись от разговора с Эреном и Флоком, тяжело вздохнула. Подташнивало. Она нахмурилась. — Ты в порядке? — спросил Эрен. Девушка покачала головой, глядя, как Флок наливает им ещё. — Мне нужно проветриться. Это последняя, — указала Амели на самодельную рюмку из картонного стакана. Когда Конни поставил перед всеми целую кучу одноразовой посуды, все рассмеялись. Думали, что это шутка, и он сейчас достанет нормальные стаканы. Но его аргумент — «Я не хочу мыть за такими, как вы, свиньями» — сработал отлично. Поэтому все начали вырезать себе рюмки из картонных стаканчиков. Кто-то просто пил из них, а кто-то был Флоком Форстером и делал мини-рюмки по всем правилам. Амели быстро выпила соджу. Почувствовала, как напиток разлился по горлу и обжёг. Она так и не поняла, нравится ей клубничный вкус или нет. Встав с места, она обняла и Флока, и Эрена, а затем пошла к балкону. Но там уже кто-то был. В сумраке она разглядела силуэты Энни и Микасы — двух фриковатых эмо-девочек. Амели хмыкнула, решив не мешать чужому разговору, и направилась наверх. Открыла первую попавшуюся дверь и сразу же упала на кровать. Но тут же застыла. Она подняла голову и встретилась взглядом с голубыми глазами. Море. Небо. Адуляр. — Привет?.. — неуверенно произнёс парень, поправляя очки, съехавшие с переносицы. — Привет… — с лёгкой растерянностью ответила Амели. Она внимательно осмотрела парня. Невысокий блондин с голубыми глазами, в очках. На нём была белая водолазка, поверх которой — синий свитшот, и чёрные брюки. В руках — манга. Глаза обведены чёрным карандашом. — Армин, верно? — спросила девушка, узнав лучшего друга Эрена. — Верно, — кивнул он, даже не задавая вопросов. — М-мне, может, лучше уйти? Выглядишь уставшей… Амели поджала губы. Хотелось, чтобы он ушёл. Остаться одной, в тишине. Но тогда мысли снова загрызут её. Она так и не рассказала Хитч о разбитой палетке. — Останься. Что читаешь? — спросила Амели. С ним не было «душно», в отличие от той же Микасы. Почему-то с Армином ей было комфортно. С таким замкнутым, интровертным и специфичным человеком. — Это м-манга… — сказал Армин, явно смущаясь от такого вопроса. Ему тоже было в новинку, что его спрашивают об этом. Паренёк не привык говорить о своих интересах. — Ди. Грей-мен… Она на самом деле не очень популярная, но я наткнулся на неё… Совершенно случайно, правда! — И как? — спросила Амели, подминая под себя подушку. — Интересно? — Очень! — Армин растянулся в улыбке, кивая девушке. Та тоже усмехнулась. — Не против, если я расскажу? — Не против. Всё — просто ради того, чтобы отвлечься. Ради того, чтобы плохие мысли не заполнили её голову. А глаза у него всё-таки красивые.