What he doesn’t say

Комната отдыха после гонки в Сузуке всегда была тихая – изолированная от шума толпы, камер и хаоса. Но сегодня в воздухе чувствовалось напряжение. Шарль сидел на краю кожаного дивана с полотенцем, висящим на его плече, всё ещё пытающийся перевести дыхание после последнего стремительного круга. Второй на подиуме. Снова. Льюис был рядом с ним. Растянув ноги и осушив пол бутылки воды, он сидел с нечитаемым лицом. Третий. Сразу за Шарлем. Но он не был раздражён своим результатом. Его раздражал Макс. Всё, потому что Макс, забравший трофей, не переставал смотреть на Шарля с тех пор, как они зашли в комнату. Небольшие немые взгляды. Но Льюис видел их. Он всегда их замечал. И что хуже? Казалось, что Шарль их совсем не замечает или, по крайней мере, делал вид. - Ты сегодня был быстрым, - сказал Макс Шарлю низким голосом, немного облокачиваясь. Шарль устало улыбнулся: - Недостаточно быстрым. Взгляд Макса задержался слишком долго: - С каждым уикендом ты приближаешься всё ближе и ближе. Льюис отвернулся, стиснув зубы. Шарль ответил, дружелюбно пожав плечами: - Ну что ж, может в следующий раз. То, как Макс смотрел на него тогда – как будто Шарль был нечто большим, чем соперник, большим, чем водитель – придало Льюису желание покинуть комнату или сломать что-нибудь. Вместо этого, он встал и бросил полотенце на диван. - Будь осторожен, Макс, - сказал Льюис спокойным, но резким тоном. - Такие комплименты могут уже звучать как влюблённость. Голова Шарля повернулась в его сторону: - Что? Макс моргнул: - И как это понимать? Льюис медленно повернулся и на его губах появилась наигранно-невинная улыбка: - Ничего такого. Просто ты пялишься на него так, будто готов с ним и шлемом, и кроватью поделиться. Челюсти Макса напряглись: - Не всё можно свести в шутку, Льюис. Улыбка Льюиса пропала: - Ты прав. Некоторые вещи просто печальны. Последовавшая тишина была ощутимой – наполненная всеми словами, которые нельзя было сказать на публике. Шарль резко встал, разделяя их: - Всё, хватит. Оба. Он посмотрел на Льюиса, сузив глаза: - В чём твоя проблема? Льюис посмотрел прямо на него: - Спроси-ка капитана твоего маленького фан-клуба. Шарль озадаченное моргнул, но когда повернулся к Максу, то увидел. По-настоящему увидел. Взгляд Макса – мягкость, на грани надежды, страх быть замеченным. Это всё там было. И это вышибло его как удар под дых. - Ой, - Шарль прошептал. - Макс… Макс отвернулся и стиснул зубы, сожалея обо всём, что не сказал. Шарль шагнул вперёд и мягким голосом прошептал: - Я не знал. Макс кивнул, пожав плечами: - Всё в порядке. Это ничего не значит. Но оно значило. И Шарль знал это. Позже этой ночью, под золотым светом фонарей вне мотордомов Льюис увидел, как Шарль, опершись на перила, склонил голову. - Эй… - сказал Льюис уже более нежным голосом. - Ты в порядке? Шарль медленно кивнул. - Я не хотел его ранить. - Ты не ранил, - сказал Льюис. - Точно не специально. Пауза. Затем Шарль взглянул на него: - Ты ревновал? Льюис выдохнул, дёрнув губами: - К Максу? Каждую чёртову секунду. Шарль теперь уже полностью повернулся с серьёзным взглядом: - Почему ты ничего не сказал? Льюис шагнул ближе: - Потому что если бы я признался в своих чувствах, и ты бы не чувствовал то же самое… - Я чувствую. Льюис замер. Шарль уже находился так близко, понизил голос: - Я всегда чувствовал. Я просто не думал, что ты когда-нибудь в этом признаешься. Глаза Льюиса нашли его глаза: - Тогда скажи это сейчас. Шарль улыбнулся – мягко, уверенно, его рука коснулась руки Льюиса. - Я хочу тебя, - прошептал он. И Льюис, уставший от притворства, от взглядов со стороны, поцеловал его - как и хотел. Потому что наконец-то его молчание было разбито. И кто-то полюбил его в ответ.