одинокая звезда

ему нравится с ним общаться, нравятся его бессмысленные подколы, нравится его улыбка, нравится делить одну сигарету на двоих, нравится его выразительный взгляд, нравится он сам. от каждого невесомого толчка плечом бабочки в животе порхали, заставляя лицо расплываться в ласковой улыбке, он запомнит на всю оставшуюся жизнь вкус каждой выкуренной одной на двоих сигареты, запомнит каждый урок, проведенный за одной и той же партой. они и не помнили, когда успели настолько сдружиться, и теперь дима вместо бесконечных тусовок и девчонок предпочтет погулять с сережей по ночной набережной, а тот в свою очередь отсеивает всех многочисленных друзей, говоря, что сегодня занят. чем ближе и дольше они общались, тем сложнее становилось оставлять в секрете свой самый большой и тяжкий секрет. ицкову было больно каждый раз, когда он врал дмитриеву, было ощущение, будто он предает самого себя, свои чувства. труднее было оправдывать красные глаза недосыпом, мол до ночи готовился к егэ, а потом биты писал, засиживаясь в аблетоне до утра, напряженнее выглядел их каждый разговор, когда голубоглазый интересовался, почему он всегда такой нервный и дерганый. младший кажись начал что-то подозревать, но никогда не думал, что это все откроется настолько быстро.

***

дима трясся, руки дрожали, а ошарашенный произошедшим младший был в ступоре, пытаясь сложить хоть какие-то пазлы, однако взгляд невольно падает на лежащий опустошенный зип пакет, а после и на карту со скрученной пятидесятирублевой купюрой подле, и все начинает вставать на свои места. — что с тобой? — тихо говорит сережа на выдохе и садится на корточки возле ицкова, пытаясь заглянуть тому в глаза. дима не реагирует. он продолжает трястись и смотреть в одну точку, тихо всхлипывая. ему сейчас больше, чем просто плохо. а сережа не понимает, чем ему помочь, за что мысленно корит себя. младший садится к нему совсем в плотную, берет его лицо в ладони, поворачивая к себе. ицков, кажется, только сейчас почувствовал чужое присутствие. он поднимает свои заплаканные глаза и встречается с тревожным взглядом. он еле разглядывает дмитриева и обессилено роняет свою голову тому на грудь. — дим, блять, да что случилось? — с ощутимым волнением в голосе говорит младший, параллельно одной рукой прижимая к себе старшего, поглаживая его по голове. — она не любит меня, — резко поднимая голову, смотря прямо в глаза сереже и задыхаясь от слез еле проговаривает ицков. — ты про кого вообще? — ж-женя, — задыхаясь в слезах шепчет дима, сжимая в ладони руку дмитриева. — я ничего не понимаю, — пытается утешить друга сережа, заключая того в объятия. — она мне изменила. голубоглазый вспоминает, что ицков с ниркой встречаться начали недавно совсем, вспоминает ту фотку из вк, где она в темноте подъезда лицо его обхватывает черными длинными ногтями, целуя в щеку, оставляя след от вишневой помады. — как ты об этом узнал? однако, ответа не последовало, сережа хочет уже переспросить во второй раз, но чувствует холодные ладони на своей шее, а потом и прикосновение губ. поцелуй выдался односторонним, дмитриев, находясь в полнейшем ступоре, не отвечает. дима губы мнет, старается аккуратно, не спугнуть, делает все медленно. резко ицков отстраняется, а младший испуганно глядит на него, пытаясь дыхание восстановить, чувствуя на своих губах прикосновения чужих, прикусывает губу нижнюю, ощущая влажность. они находятся от силы в десяти сантиметрах друг от друга, и сережа отчетливо слышит чужое разгоряченное дыхание. чувства переполняют. младший отнюдь не знает, как на это реагировать, первая мысль пронесшаяся в его голове — что это все неправильно, что ненормально целоваться с одноклассником, которого еще месяц назад хотел избить, неадекватно тонуть в слащавом поцелуе с другом, который по наитию судьбы оказался наркоманом. не нашедши варианта лучше, тот сбегает. молча разворачивается и уходит, да, поступил трусливо, да, стоило бы поговорить, а еще лучше — уложить его спать и подождать, пока протрезвеет. сережа хлопает дверью, оставляя диму, полного негодования, совершенно одного. он бежит по мраморной лестнице, спотыкаясь о ступени, и, чудом не упавши, добегает до кухни. подходит к холодильнику, находит там банку балтики и берет ее. алкоголь давно стал его путеводителем, спасением и утешением. брожённая жидкость приятно жжет горло, лаская рецепторы, и дмитриев пускается во все тяжкие, в эйфории заблудшего сознания забывая обо всем на белом свете.

***

всю неделю они не общались, а дима и вовсе за все время появился в школе всего один раз. сережа было хотел написать ему, спросить, как он, но вовремя отпрянул от этой мысли, ибо с наркоманами дел иметь не хочется абсолютно никаких. ицкову было стыдно безумно, он проснулся тогда на кровати в той комнате, и картинки вчерашнего вечера складываться в подсознании начали, одна за другой. сначала, как приехал чуть пораньше договоренного, женю искать начал, а она украдкой сосется с каким то типом, разочаровавшись измене, тот отыскал зип пакетик во внутреннем кармане кофты, далее сережа всплывать в сознании отрезвевшем совсем недавно начинает, а после то, как он его поцеловал. диме было мерзко и противно от самого себя. это то самое чувство, когда тебе хочется содрать с себя кожу, ощутить все адские муки, лишь бы позабыть о терзающих мыслях, забыться в агонии страданий, разочарования и боли. за все эти семь дней дима понял, что не хочет терять коннект с сережей, и придумал план, по которому ему бы стоило попросить прощения, и с вероятностью девяносто девять процентов он его получит. выйдя из своей квартиры впервые за относительно долгое время, парень вызвал такси бизнес класса, и направился в цум. там к нему мигом подбежала миленькая девушка консультант, лучезарно улыбаясь и предлагая свою помощь. ицков соглашается, ибо находясь в четырехэтажном помещении с морем дорогих тряпок, он вряд ли быстро найдет нужную шмотку. молодица быстро отводит зеленоглазого в нужный отдел, и тот начинает выбирать. на черном стенде светлой гравировкой виднеется надпись «louis vuitton paris», а на аккуратных вешалках висят разные ремни. взгляд старшего сразу цепляется за черный ремень, такой стоит точно тысяч тридцать пять, а то и все сорок. кожа — натуральная, бляшка — металлическая, сидит идеально, вердикт — берет. его сразу отвели на кассу, где он прикладывает платиновую карточку тинькоффа, и оплата проходит через терминал. одиннадцатикласснику дают рыжевато-коричневый пакет с синими ручками. будучи в проводных наушниках, дима спускается по аккуратным ступенькам здания, и быстро во вконтакте находит закрепленный чат — «серега», тот быстро клацает по клавиатуре. vipzavet 17:34 сереж у меня есть для тебя кое что могли бы мы увидеться?