Это путь окама!

– Эй, Бон-тян, – послышалось из маленькой денденнмуши, – ты же уже делал это раньше!!! В голове стали проноситься старые добрые воспоминания, в которых он произносит речь о дружбе, стоя перед своими товарищами, а вот перед ним удивленное личико Хины, что получила его вместо Мугивары. – Зачем ты снова пожертвовал собой??? – голос Луффи звучал с надрывом, у паренька копились в глазах слёзы, а в голове мысли о потере друга, – Бон-тян!!! Гримаса сожаления и боли сложилась на избитом и разукрашенном лице. «Джимбей, ты же обещал рассказать ему только когда вы отплывете достаточно далеко, чтобы со мной было невозможно связаться». Мысли бегали в голове, а по телу шла мелкая дрожь. – Мы же вместе хотели выбраться!!! – Луффи уже негромко говорил, он буквально кричал, переполненный болью, – Сколько ещё раз ты будешь меня спасать??? Верхние ряды зубов до боли втирались в нижние, лишь бы не выдать и писка. Внутри всё сжималось, а горечь заполняла собой каждую клеточку в организме, подобно стоящему напротив яду. – Если ты там, скажи хоть что-нибудь, Бон-тян!!! – обессиленный, разбитый парень сидел с пустым взглядом перед маленькой молчаливой улиткой, в надежде уловить хоть одно слово от ставшего близким бывшего врага, – Бон-тян! Бон-тян! Пока по палубе раскатами волн шло осознание о причине их спасения, голос Мугивары разносился всё громче и отчаяннее.  Заключенные один за другим звали братишку Бона и не понимали, почему он молчит.  Не выдержав тишины, плача, стали голосить Мистер 3 и Багги. – Как же так? – слезы ручьем текли из глаз красноносого, всхлипывая и дрожа, он жалобно и протяжно кричал, – Прости меня за всё! Траурная атмосфера накрыла недавно ликовавших заключенных. Каждый почувствовал на себе подвиг безмолвного героя и был обязан ему жизнью. Чувства захлестывали всё сильнее, и через пару мгновений рыдания слышались из каждого угла на корабле. – Бон-тян! – не сдавался Луффи, – Бон-тян!!! Ворота закрывались, а вражеские корабли, спешащие вдогонку, палили из всех пушек. За спинами беглецов велась масштабная атака и погоня, но каждый проживал как будто сам трагедию, коснувшуюся сердца Луффи. – Бон-тян, врата закрываются... – хрипел сорванный голос Мугивары, дрожа всем телом, он давил из себя слова, полные горя, - Нам нужно плыть дальше. Резко стало нечем дышать, всё это время сдерживаемая вместе с голосом боль поразила тело одной волной, а сигнал денденнмуши, словно извещая о последней минуте, стал противно шуметь от помех. – СПАСИБО ТЕБЕ!!! – крик дорогого друга словно стрела поразил Бон Курейя в его безмолвную броню. Лицо наполнилось скорбью, и вместе слезами по щекам стала течь тушь.  Всхлипы становились всё громче, а губы дрожали, превращая лицо в страшную гримасу мученика. Стоя на коленях в кругу надзирателей Импел-Дауна и непосредственно перед его начальником, безумный герой лил из глаз черные реки со вкусом соли.  Из маленькой денденнмуши доносились слова благодарности от отдаляющихся беглых заключенных и его бесценного друга. Под гнетом эмоций платина была прорвана, и из уст полилось протяжное и мучительное. – Муги-тян!!! - захлёбываясь слезами кричал Бон Курей. – Бон-тян! – Луффи тут же подлетел как можно ближе, чтобы не упустить ни слова от дорогого друга. – Муги-тян, спаси своего брата любой ценой, – болезненные возгласы вылетали из горла вместо слов, еле дыша и утопая в соленых реках, бегущих по лицу, Бон Курей слушал, как на отдаляющемся корабле рыдает подобно ему будущий Король пиратов. – Я знаю, ты сможешь его спасти!!! Звук становился всё хуже, а ворота готовы были окончательно закрыться. Издав пару хриплых звуков, денденнмуши окончательно замолчала, оставив бегущий по волнам корабль погрузиться в тёплые воспоминания о недолгой дружбе и самоотверженности молчаливого героя.

***

Цветок дружбы зацвел даже в аду, на песке, омываемом прибрежными водами, не оставил свой лепесток. Однажды мы вновь увидим его цветение. Это путь окама! Пока лица беглецов заливали слезы, Магеллан пылал праведным гневом. Подобно разъярённому зверю он хотел разорвать Бонклея на части и раскидать их по каждому этажу Импел-Дауна.  Увидев улыбку на лице противника, каждый мускул на лице преобразился в озлобленный оскал. Собрав пальцы вместе, подобно кончику копья, Магеллан понесся в сторону Мистера 2 подобно метеору. – Хочешь сказать что-нибудь пред смертью? – занеся руку перед ударом, пробасил ядовитый демон. – Это именно то, чего я хотел! – с улыбкой произнес готовый к битве Бентам, – когда-нибудь мы встретимся вновь в саду окам. Разговор сменился жестокой битвой. Не желая быстро расправляться с причиной его величайшей неудачи  Магеллан медленно и мучительно травил противника ядом. Наигравшись, он схватил находящегося в смутном сознании героя и поставил раком. Глаза Бон-тяна тут же округлились. Из последних сил он попытался вырваться, но тело предательски дрожало и ныло от полученных ран. Наблюдая за отчаянными попытками Мистера 2, Магеллан лишь холодно смеялся, с неподдельным интересом разглядывая лежащее под ним израненное тело. Проклятия и ругательства посыпались с уст Бон-тяна нескончаемым потоком. На лице застыли осознание и ужас вперемешку с полным отвращением к нависшему над ним сумасшедшему демону. – Лучше убей меня! – ослабевшим от яда голосом хрипел несчастный окама, – Лучше... Договорить ему не дали, огромная рука схватила его за голову и медленно, но настойчиво развернула к себе. Оказавшись лицом к лицу, Бентам увидел широченную улыбку на лице Магеллана. В чужих глазах плясали дьяволята, вызывая ужас своими намереньями. – О, то, что лучше для тебя, это мне прекрасно понятно, но ТЫ сейчас в мои руках, а значит как можно лучше ты будешь делать для меня. Без лишних слов, свободной рукой, Магеллан избавил тело под ним от столь не нужной сейчас одежды. Длинноногий,  стройный, подкаченный, а самое главное, израненный с головы до пят Бон-тян, вызывал в нависшем демоне грязные желания. Не церемонясь он впился в приоткрытые от ужаса губы, чем вызвал жалобный писк и новую порцию слез из только высохших глаз. В поцелуе не было ни капли нежности, лишь похоть вперемешку с накопленной за день злостью. Магеллан яростно трахал языком рот Бон-тяна, переодически сменяя это укусами губ до крови.  Доведя лицо парня под ним до «совершенства» демон перешел от шеи к спине. Он кусал и больно драл когтями бока, пока одна из рук оглаживала попу несчастного героя. Бентам с каждой минутой выглядел всё хуже и хуже.  Глаза стали пустыми, а на щеках застыли черные дорожки из туши и слез. Губы опухли и при малейшем движении ранки на них трескались и на пол снова начинала стекать кровь.  Тело мелко дрожало, то ли от яда, проникшего по ощущениям в самое сердце, то ли от отвращения.. Грязных рук, что оглаживали его упругий зад с блядским удовольствием. Пока тело под Магелланом плескалось в нескончаемой боли и отчаяние, его голову посетила занимательная мысль. Собрав на кончиках пальцев немного специфичного на вид яда, он плавно ввел их в анус и без того еле держащегося парня. – Блядский уебок, – орал шипя от боли Мистер 2, – ты решил мне зад и разорвать и расплавить ядом заодно? – Ахахах, – смех у Магеллана был искренний и заразительный, если бы не чувство насаженной на шампур свининки, Бон-тян посмеялся бы тоже, – не переживай, малыш Бон, тебе такой яд даже понравиться. От таких слов и без того сжавшийся зад напрягся ещё сильнее, но чем дольше пальцы ядовитого демона плавно двигались в нем, тем больше становилось понятно, что он не врет. Боль мучившая не хуже кругов ада постепенно начала стихать, заменяясь сладким удовольствием, от которого косились и без того онемевшие ноги. Голос предательски дрожал и готов был сорваться на стоны. Магеллан прильнул к искусанной до крови шее и стал лизать только переставшие кровоточить ранки. От горячего дыхания вперемешку с частичками странного яда мозг Бон-тяна начал просто плавиться. Пальцы в нем двигались без особых усилий, а сам он бедрами покачивал в их направлении. Хмыкнув в затылок поверженного героя, ядовитый демон вытащил пальцы из разработанного сочащегося колечка и заменил их кое-чем побольше. В один резкий толчок он вошел до упора и стал бешено наращивая темп вбиваясь в обмякшее под ним тело. По бедрам Бонклея стала тонкой струйкой стекать кровь, чем вызвала довольную ухмылку и более твердую реакцию внутри. Страдания от боли под действием яда полностью заменялись удовольствием, срывая с губ блядские стоны. Член налился кровью и готов был к фееричной разрядке, но грубая рука сжала болезненно яйца, не давая кончить. Бентам метался по полу в сладостных муках, пока Магеллан превращал его тело в безвольную куклу. Как бы отстраненно не пыталось выглядеть лицо демона в этот момент, сам он испытывал не меньше удовольствия. Внутри Бон-тяна было горячо и влажно, а стенки обхватывали его член так туго, что он был готов кончить еще когда впервые толкнулся в этот чертов зад. Его держало только желание ломать, мучить своего противника ненавистным удовольствием и получить столь пленяющие мольбы о желании отдаться и кончить в его руках. Стоны уже не стихали, а пошлые шлепки паха о зад разлетались о стены, в попе хлюпало и дрожало, а ощущение заполненности становилось правильным. Мозг Мистера 2 окончательно проиграл под действием яда и забылся, утопая в наслаждении. Заметя перемены в теле под ним, Магеллан вышел из столь приятной тесноты и стал тереться о покрасневшие ягодицы. Из головки сочился предэякулят, который он щедро размазывал между двух упругих булочек. Ощутив пустоту, тело Бон-тяна стало изнывать, член требовал разрядки, а зад поддавался назад, в попытке насадиться на теревшийся об него агрегат. К глазам вновь подступили слезы и он хороня свою гордость заговорил. – Эй, ты, чертов демон, – Магеллан с улыбкой наклонился поближе, – трахни меня, а лучше убей! – Ахахах, - разразился смехом нависший сверху мучитель, – ты же прекрасно знаешь, что пока ты в мои руках, делать будем только лучше для меня. Шлепнув напоследок героя по заду, Магеллан вошел в столь желанный, манящий зад. Удивленный возглас сменился сладкими стонами. Они ласкали уши и подводили к долгожданной разрядке. Руки плавно блуждали по телу, вызывая табун мурашек, пока не остановились на талии. Обхватив ее покрепче, демон задвигал бедрами быстрее, готовясь утопить краснеющий зад в густой, горячей сперме. Сделав пару толчков, Магеллан излился внутрь, тело под ним задрожало, и с губ сорвался протяжный стон.  Тяжело дыша, он плавно вышел и перевернул Бон-тяна на спину. Перед ним открылась безумная картина. Избитый и оттраханный окама лежал в слезах, крови и, в довершение, стекающей из жопы сперме. Его член стоял, а сам он изо всех сил пытался восстановить дыхание. Магеллан был точно уверен, что парень под ним кончил, но стоящий колом член наводил на мысли лишь о сухом оргазме. От такого осознания демон немного смутился и смягчился. Он наклонился к смотрящему на него с пустым взглядом мужчине и немного неуверенно наклонился к его паху. Еще пара секунд, и его губы обхватили твердо стоявший член. Глаза Бон-тяна прикрылись, а с губ снова стали срываться стоны. Задвинув удивление и не верье в происходящее на задний план, он стал сам толкаться навстречу горячему рту. Умелый язык ласкал головку то нежно, то более настойчиво. Демон менял темп и слегка дразнил и без того с ума сходящего мужчину. Тело под ним дрожало и извивалось, но он с силой держал бедра на месте. Намучив изнывающий член, Магеллан взял его до упора и стал быстро двигать головой. Получалось явно хорошо, так как губы над ним грязно стонали и проклинали горячий и влажный рот. Не выдержав, Бон-тян одной рукой, слабо пострадавшей от яда, схватил его за рог и стал задавать темп. Спустя минуту насадив демона до упора, он залил ему спермой горло и рот. Откашлявшись, он лишь фыркнул, снял с себя пальто и кинул его в сторону Бон Курея. Получив непонимающий взгляд, он тяжело вздохнул и, слегка отвернувшись, недовольно бурчал. – Одевайся, будешь под моим личным надзором, – слова давались явно с трудом, – для тебя так будет лучше. – Лучше, чем умереть? – Бон-тян дотянулся до пальто и стал одеваться, с подозрением стреляя глазками в резко подобревшего демона. – Лучше, чем тебе было только что))) – в голосе проснулись язвительные нотки, что вызвало мурашки у мужчины на полу, – к тому же ты вроде прекрасно умеешь облачаться в других людей... Повисла загадочная пауза, в которой Бентам распознал самые коварные, недобрые намеренья к своей незавидной персоне. Холодок побежал по спине, но мягкая улыбка на лице собеседника чем-то всё же успокаивала. Уперевшись в лицо напротив вопросительным взглядом, он все же получил ответ. – Мугивару нужно обязательно трахнуть, за то, что устроил в моем мирном, спокойном аду, но раз ты вызвался прикрыть его жопу, твою и отымею))) Магеллан довольный пошел к выходу, закинув на плечо во всю брыкающегося из имеющихся сил ахуевшего от таких новостей окаму. В голове демона уже выплясывали черти, от мысли наличия безотказного любовника с бесконечными обличиями и классной жопой.