Странный питомец.

_______

- Том, тебе звонит кто-то.. - Сонно ворчит черноволосый, ерзая в кровати и подбирая под себя всё больше одеяла, отнимая его у дредастого. Том же через силу еле поднялся на локтях с тёплой кроватки и дотянулся рукой до телефона, не глядя беря трубку и поднося к уху, протирая глаза от сна. - Что случилось?.. - Бурчит он, жмуря глаза и отводя взгляд в окно: ещё совсем темень, даже Луну видно и яркие звезды за белоснежной тюлью. - Здравствуйте, Том, верно? Это горбольница номер 7. Кем для вас приходится Георг Листинг? - Томным голосом спрашивает врач на другой конце трубки, из-за чего всё в груди сжалось. Накрыла лёгкая паника и шок, глаза невольно распахнулись, а тело само заставило себя усесться. Билли сонно и невинно посмотрел на нервного Тома и потянулся, выгибая спину. - Том, что там?.. - Он снова сонно бурчит, но уже тише, чтоб не мешать напряженному разговору. Он придвинулся ближе и схватился цепкими пальцами в футболку дредастого. - Я его хороший друг. Что произошло? С ним всё в порядке? - Нервно выдавил из себя Каулитц, с детской надеждой на лучший исход. Как будто щас ещё немного и ему скажут «всё в порядке, придите и заберите его». - Отлично. Я Ханс Фишер, Врач. Я не могу ничего сказать по телефону, вы должны приехать. Прямо сейчас. - Тем же томным голосом ответил мужчина и, слыша шок и недоумение парня на том конце, повторил адрес больницы. - Горбольница номер 7. - И сбросил номер. Каулитц медленно убрал руку с телефоном от уха и уставился в одну точку. Билл, уже насторожившись, уселся на кровати и склонил голову вбок, заглядывая в глаза, полные страха и ужаса. Георг, самый живучий человек на планете, которого Том только мог знать! Ломал ногу, вырезал аппендицит после того, как он, черт возьми, уже лопнул! И всё ещё улыбался, радовался. А сейчас? Что с ним сейчас? Том вскочил со своего места и, даже не переодевшись, побежал в прихожую, спотыкаясь о собственные ноги. Мысли перебивали одну за другой, пытаясь сформулировать главную и опереться на неё. - Том? Что такое? - Всё в том же недоумении и растерянности смотрит на него Билл. Он ещё никогда не видел Тома в таком состоянии. Он был напуган, глаза метались то туда, то сюда. - Нет времени объяснять! Одевайся быстро.

_______

Том растерянно смотрит в окно такси. Левая нога не может и секунды устоять на месте, выдавая его нервозность. В голову лезли абсолютно все мысли. От сломанного мизинчика до смерти. Пытаясь отогнать мысли о худшем, он с упоением рассматривал здания, пролетающие мимо или проверял время каждую секунду. Час ночи. На экране висит сообщение Шивы с странным словом. «Прощвй»? Ладно, сейчас не до неё. Ещё немного, а руки дрожали всё сильнее от одной мысли потерять лучшего друга детства. Билл, оставшийся без объяснений такой суматохи, облокотился на плечо Тома и уже дремал, приобняв себя же за плечи. Том решил, что ему пока не надо знать. Он не знает как реагировать, что делать, что говорить.. Пусть лучше пока побудет в незнании, пока ситуация не разъяснится до конца.

_______

Каулитц быстрым шагом заходит в больницу и тянет за собой сонного Билла, чтоб тот опять не потерялся где-нибудь. Глазами он уже искал хоть кого-то, похожего на врача. Ресепшн. Нужно обратиться туда. - Здравствуйте, извините, где Ханс Фишер сейчас находится? - Нервно и быстро протараторил тот и взглянул на симпатичную девушку. - Скорее всего, он на 4 этаже. - Коротко и по делу ответила она. Всё, как надо. Отлично. Ноги уже интуитивно несли к лифту, а рука крепче сжимала ладонь черноволосого. Заходя в лифт, Том быстро нажал на кнопку 4 этажа и вдохнул воздух в нос так, как будто собирался опускаться под воду. Перед глазами мальками прилетевшие этажи. 1, 2, 3.. Вот и 4. Билл лишь с сонным интересом оглядывал все вокруг. Честно говоря, выглядел он как кот, который старался не заснуть стоя. Постоянно дергался и не давал глазам сомкнуться дольше, чем на несколько секунд. Может, надо было его дома оставить? Эта мысль пришла только тогда, когда Том с ним под руку вышел из лифта. Но с другой стороны, он ведь не знал как долго собирался оставаться тут? Вдруг что-то серьёзное? Он же не может оставить Билла на несколько дней дома одного. Глазами он уже видит мужчину лет 35 в белом халате. Ух, внушал страх сильнее, чем любые костюмы монстров.. И не внешностью, а тем, чем может поделиться. - Ханс Фишер? Это вы? - Каулитц? Да, здравствуйте ещё раз. Пришлось потревожить вас, отец пациента не берёт трубку ни в какую. Мне придётся сказать эту новость вам в первую очередь. Георг Листинг, по нашим данным, попал в ДТП. У него ушиб лёгкого, перелом руки, ушиб ноги и сломан нос. Несколько гематом и царапин по мелочи. Он в плачевном состоянии, ничего обещать не могу. - Заученным, но искренним текстом ответил врач. По его глазам можно было понять, что он не меньше переживает. И его можно понять.. Его волосы собраны в хвост позади, а голубые глаза так и норовили продырявить бошку Тома. Билл в недоумении лишь стоял рядом за спиной Каулитца и смотрел под ноги. - Как ДТП?.. Ушиб лёгкого?? У него есть шансы? Хоть какие-то? - сжимая руки в кулак спрашивает Том. - Извините, мы не можем ничего обещать. Но с ушибом лёгкого, буду честен, живут не долго. - Господи.. - Том проводит рукой по лицу и его глаза начинают блестеть от собирающихся слез. - Я могу его увидеть? - Да, только пусть он не встаёт и не напрягается. Ещё скажите, где его отец может быть? До него можно дозвониться? - Э-э.. - Тут же завис Том, роясь в мыслях и пытаясь найти подходящую. - Он ветеринар. Наверно, серьёзная ночная операция. В такие моменты он выключает телефон и откладывает его как можно дальше. Я сам позвоню ему утром. Врач кивает и указывает пальцем куда в коридор. - в 26 палате Листинг. Услышав только «в 26..» Том тут же рванул туда, а следом за ним и Билл. Несколько стуков в дверь для приличия. На самом деле, Каулитц бы с радостью ворвался в неё. Что и сделал он после стука. Сердце замерло и опустилось в пятки. На глазах навернулись слезы, а тело пронзил ступор. Георг лежал на койке. На его лице была кислородная маска. Глаза полузакрыто смотрели в потолок, как будто уже полностью смирившись. Том никогда не видел друга в таком состоянии и это было страшнее всего на свете. Он был укрыт белоснежным одеялом. Рука подрагивала. На другой, левой, был гипс. - Георг.. - На автомате вырвалось из рта. Что делать в таких случаях? В голове тут же пронеслись слова «с ушибом лёгкого живут не долго. Живут. Не долго». Глаза Листинга тут же дёрнулась, а лицо озарилось слабой улыбкой. Даже в усталых глазах появились морщинки. Он явно был рад видеть хоть кого-то из близких. Будто чувствовал что-то приближающееся. Его грудь учащенно поднималась и опускалась, как будто ему не хватало воздуха и он не мог вдохнуть до конца. Том двумя шагами преодолел расстояние и подошёл ближе, рассматривая его лицо. На виске была кровавая рана, нос, как говорил врач, сломан.. А выражение лица такое.. Грустно-радостное. Билл повторял шаг в шаг за Томом, а потом, видимо, до него дошло. Только сейчас. Когда он увидел лежащего Георга. Сердце застучало, глаза забегали. Он понял только одно - Георгу очень больно и это заставило пробежать по бледной щеке черноволосого одинокую слезу. Тревога, растерянность в груди. Он спрятался за спиной Том и ткнулся лбом в лопатку Тома, тихонько всхлипнув. - Георг, что произошло? Почему ты здесь?.. - Всё ещё не веря в произошедшее спросил Том. - Том.. Извини. Ты сказал, что Билли сбежал. Я хотел найти его. А потом.. Вот это. - Его голос местами проседал и прерывался на то, чтоб вздохнуть несколько раз. И теперь Том наконец понял. Это всё из-за его вранья. Он не сказал правду в начале и это обернулось в боль для его друга. Он искал Билла для него. Хотел обрадовать, а он даже после дня рождения не смог сказать правду. Билл, после своего услышанного имени поднял голову, выглядывая из-за плеча дредастого. - Георг. Георг, это всё из-за меня. Я наврал. - Том начал активно вытирать слезы тыльными сторонами рук, стараясь сдержать лицо и не скривиться, как жалкое дите. Он медленно присел на койку Георга. Так же поступил и Билл. - Билл никогда не терялся. Он.. Он вот, сидит перед тобой. - Том указал пальцем на черноволосого, что попытался выдавить из себя улыбку, но больше похоже на оскал. Особенно когда слеза на щеке блестела под больничной лампой. - Я не знал как тебе объяснить. Как Густаву.. Я соврал. Когда я переехал, в один из дней он обернулся человеком. Наверно, в это трудно поверить.. Если бы я сказал правду.. - Голос дрогнул, не в силах продолжить фразу. Билл автоматически придвинулся ближе к Каулитцу, коснувшись его колена. - Георг, ты в порядке?.. - Попытался завязать разговор Билл и положил руку на руку парня, протянувшись через колени Тома. Листинг же только молчал. Молчал, не в силах выдавить из себя удивление или слезу. Будто на улыбку он потратил все свои силы, что копил, ожидая их. - Я в порядке, уголёк. - Это звучало, будто ему что-то давит на грудь. Но была нежность. - Георг, извини. Это всё из-за меня. - Тихо прошептал Билл, исходя из их диалога. - Ты не виноват. - Оборвал его Том, беря вину на себя. - Я соврал я и виноват. - Он подряд руку и прошёлся ею по слегка слипшимся от крови русым волосам Листинга. - Ты помнишь, что было? Что ты рассказал полиции? Виновник будет наказан? Георг попытался вздохнуть глубже по привычке, готовясь к тяжёлому разговору, а потом тут же скривился от боли. - я уже шёл в общагу, а потом вдруг увидел чёрный комочек через дорогу. Подумал, что это, может быть, Билл. Решил испытать удачу, выбежал на дорогу и.. Уже смутно помню. Помню только голос Шивы. Она стащила меня с дороги и вызвала скорую. Потом я помню только звук скрипящих колёс и я отрубился. Ступор. С каждым словом глаза расширялась всё сильнее и сильнее, норовя выпрыгнуть из орбит. Шива.. Вот что значит это сообщение. Все сложилось. Она сбила Георга и написала сообщение. В голове крутилось всё. От оскорблений, ненависти и желания крика до простого желания изолироваться от всех проблем, отмотать время на несколько дней назад и рассказать правду. Кулаки невольно сжались, а из раздумий вывели прикосновения черноволосого, который заметил его растерянное выражение лица. Он накрыл руку Тома своей и сжал, заставив того дернуться. - Извините, Георгу уже пора отдыхать. - Зашла в палату медсестра и тут же направилась к койке Георга, ставя поднос на прикроватную тумбу. На нём стояла вода и таблетки. - Пока Том, пока Уголёк. Вы же придете завтра? - С лёгкой надеждой спросил Георг, не отрывая взгляда от растерянного лица друга. Том не смог ничего сказать, только кивнул на последок коснулся руки Листинга, уходя из палаты с Биллом. Дальше только отрывки. Туалет, зеркало, раковина, холодная вода, умывающая лицо, ступор.. - Том, а когда Георг снова вернётся?.. - Тихо спрашивает Билли, выглядывая из-за плеча Тома и глядя на своё отражение. Чуть красные от слез глаза, поникшие, чёрные волосы, струящиеся по плечам.. - Он не вернётся! - Слишком резко выкрикивает Том и закрывает мокрой от воды рукой лицо, скалясь от тяжести на душе. Горячие слезы снова полились, защипав глаза. Черноволосый тут же замолк и отступил в сторону, садясь на закрытый унитаз и смотря куда-то под ноги. Как не вернётся? Он же живой и всё будет в порядке.. Он справится, придет в гости, Том снова будет улыбаться.. Все снова будут улыбаться. Он теребил бледные пальцы, как почувствовал руку доедастого на плече. - Извини. Я не хотел ругаться. - Дрожаще выдыхает Том и садится на корточки перед Биллом. Ему не хотелось ранить его, никогда.. Но эмоции берут верх. - Том, а что люди делают, когда хотят сказать «всё будет хорошо»? - Вытирая очередные слезы спрашивает Билли, глядя на Тома перед собой. Он никогда не видел его таким грустным и сломленным, хотелось как-то помочь, поддержать. В груди засела такая же мысль, что он виноват в том, что Георгу больно. Он пошёл искать его, а он был дома и в тепле.. Том молчал несколько мгновений, глядя в глубокие, карие глаза парня. Чёрные пряди спадали на его бледный лоб, а губы подрагивали. Дредастый встал на колени, приподнялся и нежно коснулся губ Билла своими. Одна рука легла на нежный бок парня, вторая зарылась в его тёмные пряди. Поцелуй был лёгкий, со всей нежностью, грустью и тревогой. Инициатива какое-то время была на Томе, как будто он показывал, как правильно, а потом подключился и Билл. Язык Каулитца медленно прошелся по верхней губе черноволосого, а потом отстранился, ни говоря ни слова. Он только заправил мешающиеся прядки волос Билла за ухо, а лоб уже сам по себе упёрся в живот парня, полностью сдавшись. Новые слезы подступили к глазам, а ком разрывал горло от боли.