Остановите на следующей!

— Ну что, Оль, как дела продвигаются? Ольга лишь тяжело вздохнула, оторвавшись от своего рабочего компьютера. Она откинулась на спинку кресла и отъехала от стола. — Лучше бы кофе принесла, ей богу.. — под нос проговорила девушка. — Потихоньку. Дел много. Я не уверена, но нельзя отрицать тот факт, что их возможно нет в селе. А это намного всё усложняет. Сегодня мне нужно обследовать их квартиры. — Стой, «их»? — Ольга кивнула. — Не думала, что тебе, как новенькой, да ещё и в одиночку выдадут поиск сразу нескольких. — Это моя работа. Я рассказала начальству о том, что пропавших двое. Они хотели выдать мне в подмогу Игоря — мы с этим идиотом учились вместе. Я о нём много знаю, поэтому отказалась. Если буду уверена, что они не в селе, тогда уж точно потребуется помощь. Посмотрев на время, опер-уполномоченная резко встала и, накинув пиджак, побежала к выходу. Коллега была этому не удивлена: она за последнюю неделю часто так срывалась с места и ездила куда-то, уходила с работы поздно, чуть ли не ночуя в участке, на звонки близких не отвечала. Бывало, пару раз на обеденном перерыве брала трубку и кидала короткое: «Я на работе», а после сразу сбрасывала. Девушка добровольно ушла в работу с головой. Ольга вновь оказалась в этом дворе. А ведь совсем недавно из соседнего дома вытаскивали тело отца одного из мальчиков. Её охватило неприятное чувство, а по спине пробежал холодок. Поднявшись в лифте на нужный этаж, девушка глазами стала искать номер квартиры на всех дверях. Что странно, номера на необходимой двери не было. Скорее всего, отодрали. Нажатие на звонок — ответа нет. Она повторила своё действие, но на этот раз прислушалась. Оказалось, что звонок не рабочий. Выдохнув, Ольга громко постучала. Открыла ей женщина лет сорока с выгоревшими неухоженными волосами, которые не расчёсывали, кажется, около недели. Кирилл и вправду очень похож на свою мать. Уже с порога Ольге в нос ударил до жути знакомый запах спиртного. Либо квартира уже пропахла, либо женщина была в состоянии, далеком от трезвости. Всю картину рассмотреть у девушки не вышло, потому что Наталья лишь высунулась в щель двери. Возможно, ей и самой стыдно кому-либо показывать бардак. Сотрудница полиции прекрасно понимала, что разговор с матерью пропавшего может быть непростым, но она же пришла сюда не только за этим. Нужно собрать улики и анализировать, что мальчишки взяли с собой, а что оставили. Также стоит не забыть проверить социальные сети. Наверняка, что-то да есть. — Здравствуйте, Наталья. — Поздоровалась она из вежливости. — Крестцова.. — О, ты.. — нагло перебила её хозяйка квартиры. — Что ты хотела? Ольга была поражена обращению на «ты». Брови неодобрительно нахмурились. Она оглядела сверху вниз ту, что стояла перед ней. В глаза сразу бросилось спиртное в руках. Наталья заметила взгляд девушки и убрала бутылку за спину. Ольгу взбесило то, что Наталья внаглую распивает алкоголь и ничуть не волнуется о пропавшем ребёнке. Ольга постаралась быть вежливой: — Я пришла поговорить о Кирилле и обследовать вашу квартиру. Разрешение у меня есть, а вас я предупреждала. — Господи, вновь говорить об этом засранце? Всё что я знала – я рассказала. А его комната слева. Наталья отошла от двери и распахнула дверь. Квартира была в беспорядке: пустые бутылки, на стенах обвисшие постеры Кирилла, что старались закрывать какие-то пятна неизвестного возникновения, словно пластыри раны. Разуваться Ольга не стала, потому что ламинат под ногами был покрыт слоем пыли. Чёрт знает, когда этот пол в последний раз мыли. Ольга прошла к комнате Кирилла, чувствуя, как её ботинки иногда мерзко прилипали к полу, открыла дверь. Перед ней возникла красивая, чистая, ухоженная комната. Тусклые обои перекрывали различные цветные постеры любимых рок-групп Кирилла. Была в них небольшая странность: они были мятые, а верх каждого был порван, словно их агрессивно сдирали с гвоздей, на которые до этого были прикреплены. Ольга подошла ближе к ним и посмотрела, на чём они теперь держатся — клей пистолет. Девушка подошла к рабочему столу, на котором стоял монитор, а рядом было два шкафа с шмотками и какими-то личными вещами. В первую очередь было решено обследовать компьютер. Он был выключен из розетки, поэтому перед обследованием, ей пришлось поковыряться под столом, чтобы найти куда вставить вилку. Нажав на кнопку включения, она увидела, что компьютер работоспособен и облегченно выдохнула. После загрузки высветилось окно для ввода пароля. Скорее всего, что-то банальное по типу даты рождения. Ольга ввела три даты: самого Кирилла, его мамы, а после Вадима. Ничего не подошло. Придётся вызвать специалиста из отдела «К». Она спокойно выключила компьютер и вновь осмотрелась. Взгляд зацепился за шкафы. Она заглянула в первый. Там была одежда, которой явно не хватало. Половина ящика была просто пустой. Во втором были личные вещи. Тут уже всё лежало наугад. На верхней полке были провода и какие-то фото с Полароида, девушка достала несколько и стала их рассматривать. На них были запечатлены мальчишки. Вадим, сам Кирилл и.. ещё какой-то рыжий мальчик. Вспомнив слова классной руководительницы, Ольга поняла, что это тот самый Рома. Все эти фото лежали далеко от взора. Между ними, похоже, что-то произошло. Если бы это было из-за переезда Ромы, то скрывать эти снимки было бы странно. Проведя рукой по верхней полке, Ольга наткнулась на бумагу, достав, она увидела обгоревшие кусочки, по всей видимости, раньше это была единая вещь. Похоже на письмо, но даже если сложить все куски как пазл, понять смысл прочитанного было невозможно. Сохранены были только некоторые слова, что никак не фигурировали вместе — вырваны из контекста. Очередная находка, что могла бы быть полезной, будь она целой. Девушка сложила все в разные пакетики, чтобы забрать в участок. Ниже были средства ухода за собой: бритва, аэрозольный дезодорант, женские духи «Еуе оf love». Ольга посчитала это странным, но вдруг мальчику просто понравился аромат? Всё же, они пахнут приятнее, чем спиртные одеколоны мужчин. Да и воспитывался парень женщиной, а это довольно о многом говорит. Ольга закончила осмотр комнаты, сфотографировав нужные ей детали на телефон для протокола осмотра. Для себя она увидела множество полезных вещей, что точно ей могут помочь в расследовании. Девушка стала искать хозяйку квартиры, чтобы предупредить её о том, что Ольга еще вернётся и не раз. Та сидела в зале перед телевизором с бутылкой алкоголя. — Будь я на вашем месте, я бы делала всё возможное, чтобы хотя бы увидеть сына. — Считай ты этим и занимаешься. — Буркнула женщина. — Пожалуйста, позвоните или напишите нам, если вдруг что-то вспомните. — Ты это уже говорила в прошлый раз. — И буду говорить, пока вы не поймёте, что это действительно может быть очень важно для расследования, — надавила Ольга. — Мне безумно сложно вас понять, Наталья, потому что я, в отличие от вас, люблю детей. — Так я тоже люблю детей, Оль, только «это» уже не ребёнок, понимаешь? Ему восемнадцать в следующем году. — А какая разница? Это ваш подросток, переходящий в фазу взрослого. Зачем вы вообще тогда ребёнка зачали? Лучше бы собаку из приюта взяли. Хотя, судя по вам, вы бы выбросили её на улицу, когда ей исполнился бы год. Ольга почувствовала как срывается. «Теперь выгонит», — мелькнуло в голове. — Вы, по-моему, о другом хотели поговорить. — Верно. Я скоро ещё раз вас навещу с хакером. Нам нужно будет обследовать его компьютер, в целях получения полезной информации. Женщина лишь махнула рукой. Этот жест в её понимании означал: «валяйте». Сотрудница полиции кивнула и направилась к выходу. Её остановил наличник вокруг входной двери. Слева синим цветом был отмечен рост Кирилла с пяти до тринадцати лет. А справа, красным, рост его друга — Вадима. С семи до тринадцати. Они действительно успели стать семьёй с первого класса учёбы. Ольга на мгновение замерла, глядя на засечки. В памяти всплыл косяк двери в её детской, испещрённый такими же отметками, и тёплый голос отца: «Подрастёшь ещё, Олюшка..». Ностальгию сменил ком в горле. Обстоятельства лишили её права оставлять такие же отметки роста собственного ребёнка. Ольга тяжело вздохнула, сжала руки в кулаки, а после нашла в себе силы выйти из квартиры. На такой работе нужно было стать огромной глыбой непробиваемого льда. И она ею станет.