Сорванные крылья вернуть нельзя

      Солнечные лучи приятно опаляли лицо, заставляя щуриться. Мужчина опустил взгляд на бесконечные луга, где за высокой пожелтевшей травой шумели три сорванца. Золотистые колосья прятали собой детские тела, однако взрослому они были совсем не помехой. Он без проблем мог разглядеть цветастые такия* своих сыновей и их, словно только выпавший снег, белые крылья. – Аке!* Внимание переместилось вниз перед собой на появившуюся перед ним фигуру. Перед ним стоял смуглый от постоянных игр на солнце мальчишка. Румянец ещё не покинул его детские щёки, а глаза блестели от переполняющей радости. – Аке, Вы обещали поиграть с нами! Пухлые ручки поймали грубую усыпанную мозолями ладонь и потянули за собой. Ребёнок повёл отца за собой - к братьям. – Талмас, ботам*, не спеши. Иначе, боюсь, ответственность за народ упадёт на плечи твоего старшего брата раньше времени. – Что?! Почему?! Талмас затормозил, круто повернувшись на пятках к родителю. Пока ещё не покинув гнезда, все трое детей знали, кем являлся их отец. И так же им с малых лет объясняли их будущее в том или ином случае. Но они ещё были мальчишками - птенцы, чьи крылья ещё не оперились, и чьи жёлтые рты настойчиво разносили писк нужды в родительском внимании. И им сильно не хотелось чтобы кто-то из них забирал правление себе, просто потому что такую тяжёлую ношу пока что мог взять на себя лишь старший из них. – Потому что у моего птенца очень много сил и, мне кажется, он скоро сорвёт мою руку. Улыбка растянулась, шутливая, полная теплоты и родительской любви. – Аке! Мальчик рассмеялся, ослабляя свою хватку. Пробиваясь ввысь над травой, махали две тонкие руки. В два голоса их звали присоединиться. Вскоре Казахское Ханство смотрел себе под ноги, где его обвивали трое детей. Ребятня не могла подавить своё хихиканье, довольная тем, что отец уделил им время.       Тело уже не могло согреться само, оставалось лишь цепляться за воспоминания. Сырой подвал, где хотя бы крошечный луч солнца - неосуществимая мечта. Вокруг лишь каменные стены да тошнотворный запах всего, что остаётся после человека, живого и мертвого. Он тут явно не первый и уж тем более не последний пленник. Где-то виднелись давно разлагающиеся испражнения, ещё дальше гниют плоть и кости. Ханство прекрасно понимало, что это было испытание на стойкость. Человек - создание хрупкое и трусливое. И как же легко поддается чужому влиянию. Скольких подлецов он встречал в своей многовековой жизни. Однако простым человеком назвать его было нельзя. Он - воин. Страна. Воплощение своих земель и своего народа. И таким его не сломить.       Дверь громко скрипнула, разрезая его покой. В помещение вступил мужчина, чей статус явно не подразумевал посещение заключённых. Холодный взгляд прошёлся по исхудавшему в камере. На бледном остром лице показалась ухмылка. – До чего же Вы себя довели, mignonne*. Ах, без слёз и не взглянешь. Ханство лишь фыркнул, сводя брови к переносице. Как дёшево выглядели чужие игры в сочувствие. – Но Вы всё никак не желаете принять моё предложение. Дикарь, ну ей Боже! Отказываться от еды и крова. Окружи змею заботой, и она не будет кусать. Да вот таких, как Вы, видимо, и сама смерть не перевоспитает! С большой горечью вздыхая, Николай покачал головой. Руки легли перед грудью, образуя крест. – Я ведь для Вас стараюсь! Готов закрыть глаза на Ваши побеги, на Ваши восстания.Простить Вас и Ваш невежественный народ готов. А Вы все гнёте свое! Он покачал головой. – Но это не надолго... Чужие слова зажгли волнение в груди пленного. Его плечи напряглись, что стало усладой для русского. – Ах, Вы бы знали, mignonne, Вы бы знали! Вчера прибыли Ваши сыновья. Конечно, это было тем ещё испытанием найти их, этих маленьких беглецов. Но моя армия, конечно же, справилась и с этой задачей. – Ты..! Зачем тебе мои дети? Что тебе нужно?! – Ах, теперь-то мы стали разговорчивыми. Ну какая прелесть! Российская Империя похлопала в ладони. Радостно, словно это он был мальчишкой, которому подарили желанную игрушку. – От них мне ничего не нужно. Разве что грамоте научить, этикету. Не стоит им быть варварами. Пускай учатся жизни, правилам и порядкам. Они ведь уже завидные женихи, а на вид совсем как деревенские невежды! – Что. Ты. Задумал? Отвечай! – Ах, Аран, мой дорогой. Нам некуда спешить. Сбавьте свой пыл. Я лишь хочу, чтобы Вы приняли моё предложение. – Вздумал запугать меня детьми? – Ой, бросьте! Аран, Ханство, друг мой! Посудите сами! Ведь Вашим же детям выгодно обучиться грамоте и местным порядкам. А как только они выучатся, я отправлю их обратно на родные земли. Будут править, но в то же время я буду их защищать и оберегать от других варваров. Это ведь наш с Вами договор. Я лишь добавил благородный поступок со своей стороны. А за это лишь нужно принять мое предложение. Я ведь так малого прошу за столь большие деяния. А взамен на Ваше согласие Вы сможете видеться со своими сыновьями... Глоссарий: Аке - каз. Отец, Папа Ботам - каз. Мой верблюжонок (уменьшительно-ласкательное обращение родителя/старшего к своему ребёнку/младшему) Mignonne - фран. Милый