Имя

Варка почти не бывает в подобных заведениях. Не в его правилах расслабляться при помощи алкоголя. Однако сегодня коллеги захотели отметить сдачу квартальных отчетов и потащили его вместе с собой. Варка просто не смог противиться куче активных молодых людей. Он не самый старший в отделе — его возраст приближается к сорока, но порой он ведет себя хуже любого старика. Может быть, это его шанс «омолодиться». Что там обычно делает молодежь, чтобы развлечься? Пьет, танцует, а еще, кажется, знакомится с разными людьми. Не то чтобы Варка хочет уединиться с каким-то абсолютно незнакомым человеком — это может быть чревато некоторыми последствиями. Никогда не знаешь, чем тот болен или типа того. А вдруг он — вор, а Варка приведет его к себе в квартиру? Ну нет, такого счастья ему не нужно. Зато всегда можно понадоедать кому-то в качестве развлечения — необязательно же сразу трахаться, правильно? Все равно коллеги оставили его на произвол судьбы совсем одного. Он просто ищет себе развлечение на вечер, окей? Осмотревшись, Варка решает подойти к барной стойке. Вдруг там найдется кто-то, кому можно присесть на уши. Подойдя ближе, он заказывает у бармена случайный коктейль из меню и оглядывает ближайших людей. Девушка с чрезмерным макияжем, мужичок с пузиком… О, а вот это может быть интересно. Бледный, одинокий, с абсолютно безразличным лицом. Его будто бы насильно сюда притащили. «Прямо как меня, — думает Варка. — Посмотрим», — решает он и, дождавшись свой коктейль, подсаживается к нему. — Один здесь? — он начинает диалог так, как бы его начал типичный пикапер в подобном месте. Ему интересно, купится ли парень на это. — Я не знакомлюсь, — однако парень явно непростая цель. Стоит отдать должное, он и не выглядит как кто-то, кто ищет легкие знакомства в клубе. Но Варка не намерен сдаваться. Признаем честно, ему просто скучно. — Это почему же? Разве в клуб приходят не знакомиться, танцевать? — спрашивает он, упираясь локтями в барную стойку. Смешной пацан — на вид ему не больше двадцати пяти. Он же наверняка пришел сюда по своей воле: поблизости нет никого, на кого можно было бы свалить его присутствие здесь, — тогда почему он сидит здесь с таким кислым лицом? — А сам-то? Ты вообще не выглядишь как целевая аудитория подобных мест, — парень говорит это с видом полного безразличия, однако Варка слышит в его тоне нотки язвительности. Что ж, это уже что-то. — Туше, — он смеется и отпивает из своего бокала. — Меня действительно притащили коллеги. Парень закатывает глаза. Боже, какой же он невыносимый. Миссия «пристать к случайному человеку в клубе» перерастает в «добиться большей реакции от этого пацана». — Значит, ты просто развлекаешься, знакомясь со случайным парнем в клубе, — «Как проницательно». — Не боишься подцепить вместе с ним гонорею? — Варке кажется или парень ухмыльнулся — совсем немного, но все же ухмыльнулся. Внутри все возликовало — он на верном пути. — А ты острый на язык, да? — хмыкает Варка. — Просто не привык общаться с навязчивыми незнакомцами, — парень пожимает плечами. «Это мой шанс», — мелькает в мыслях. — Тогда давай познакомимся. Меня зовут Варка, — он улыбается как можно более дружелюбно, однако парень совершенно никак не реагирует в ответ. — Ясно, — только и говорит он. «Какой колючий. Занимательно», — с каждой секундой их диалога Варка заинтересовывается этим парнем все сильнее. Теперь-то он точно не сдастся. — Обычно люди представляются в ответ, не думаешь? — Не думаю, — впервые за весь разговор парень поднимает взгляд на него, и внутри у Варки что-то сладко сжимается. Глаза у него необычные — он никогда прежде не видел таких глаз: глубокие, холодные, безэмоциональные. «Интересно, как бы они выглядели, будь в них хоть какая-то эмоция?» — думает Варка. Желание растормошить парня прорастает в нем все сильнее. — Тогда зачем ты здесь, если не хочешь знакомиться? — спрашивает он. — Не всем людям нужно надоедать другим людям, чтобы развлечься. Я прекрасно развлекаю себя сам, — кажется, в его голосе мелькает гордость, и Варка усмехается. Какой горделивый мальчишка ему попался. — Напиваясь в одиночестве? Как романтично, — он кивает на полупустой бокал парня, и тот в ответ закатывает глаза. — А что ты предлагаешь? Поехать к тебе в квартиру и потрахаться? — он скептично приподнимает бровь, и на губах Варки сама собой возникает улыбка. Из уст этого паренька подобные слова звучат довольно органично, но он все равно не упускает возможности подтрунить: — Ой, какие слова мы знаем. — Честное слово, дядь, отъебись, — не похоже, что общество Варки злит. Кажется, даже наоборот — развлекает. Это Варка видит по легкой заинтересованности в чужом взгляде: первые эмоции в глазах — это стоит отметить. Да и, к тому же, если бы он его бесил, парень бы точно встал и ушел. Он не выглядит как терпила. — А то что? — с вызовом спрашивает Варка. — А то я пожалуюсь, и тебя быстренько отсюда уведут, — не остается в долгу парень. Он делает при этом заговорщицкий вид, словно прямо сейчас встанет и подойдет к ближайшему охраннику. Вот только Варка знает — не сделает. — Ты не выглядишь как ябеда, — хмыкнув, он отпивает из своего бокала вновь. Между ними повисает пауза. Варка успевает сделать еще пару глотков, прежде чем парень все-таки подает голос. — Ты прав, я бы не пожаловался, — признает он со вздохом. Варка улыбается. Все же он правильно его понял. — Славный мальчик, — Варка издает смешок, получая в ответ уничижительный взгляд. — Уверен, наша разница в возрасте не так велика, чтобы звать меня мальчиком, — он делает паузу, а потом на его губах впервые за все время их разговора расплывается улыбка. — Или у тебя есть странные наклонности? — парень склоняет голову к плечу, очевидно поддразнивая Варку. Однако тот лишь недоуменно хмурится. — Это какие? Улыбка на губах парня становится шире. — Хочешь, чтобы я называл тебя «папочкой»? — он склоняется к Варке и шепчет это, отчего его щеки начинают гореть. Обычно он не смущается подобных вещей, но близость этого парня отчего-то заставляет ощущать то, чего он не чувствовал уже много лет. — Иди ты, — бурчит Варка, пряча свой румянец за бокалом. Конечно, вряд ли бы парень разглядел тот в полумраке. Возле барной стойки, конечно, тише и чуть светлее, но все равно недостаточно ярко, чтобы видеть что-то больше, чем выражение лица собеседника. Они замолкают. Варка не знает, как еще можно вывести парня на эмоции, а тому разговор изначально был неинтересен. Если верить его словам, конечно. Однако это, кажется, совершенно не так, потому что спустя пару минут он вновь подает голос с совершенно неожиданным предложением: — Хочешь потанцевать? Варка едва ли не давится своим почти допитым коктейлем. Потанцевать? Вот так внезапно? Неужели он-таки заинтересовался? — С чего вдруг? — недоверчиво уточняет Варка, подозрительно глядя на собеседника. Интересно, что у него на уме? Недавно же пытался отшить Варку, а сейчас сам предлагает танцевать. Странный парень. — Как хочешь, — тот пожимает плечами и, допив свой коктейль, встает со своего места с явным намерением уйти. Варка, не раздумывая, хватает его за руку. Парень насмешливо приподнимает бровь. — Эй, нет, идем, — он сжимает его ладонь сильнее, и тот тут же тянет его на танцпол. Они заходят прямо в толпу. Варке непривычно: он почти никогда не танцует — тем более на людях; его неожиданный партнер по танцам же, кажется, чувствует себя совершенно противоположно. Он тут же кладет руки к нему на плечи, начиная двигать бедрами под темп музыки, словно занимается этим каждый день. Варка, завороженный плавными движениями парня, старается подстраиваться под него и даже кладет ладони к нему на талию, а после бесстыдно перемещает те на его задницу, сжимая. Подтянутая. Парень явно чем-то занимается. «Интересно, как бы она выглядела без одежды?» — мелькает у Варки в голове. Он даже не пытается оттолкнуть эту мысль — слегка пьяный мозг уже живет своей жизнью. И что, что он изначально хотел просто развлечься и подоставать незнакомца? Сейчас этот незнакомец совершенно сексуально изгибается в его руках в такт музыке, и Варка не в силах противиться его «чарам». Да он, в принципе, и не хочет. Они стоят совсем близко — Варка чувствует чужое дыхание у себя на губах и, не отрываясь, следит за выражением на его лице. Тот полностью расслаблен и притирается к нему все сильнее, отчего Варка сглатывает. Не хватало еще возбудиться прямо на танцполе от движений какого-то мальчишки. — Ты ужасно танцуешь, — уведомляет его парень полушепотом на ухо, когда одна песня сменяется другой. Его ладони скользят то по плечам, то по шее, заставляя Варку судорожно вдыхать. Он это специально, да? А казался таким неприступным. — Ну спасибо, — фыркает Варка. — Просто говорю правду, — пауза. — А еще твои руки на моей заднице, — судя по голосу, парень усмехается. И Варка, быстро сообразив, что действительно держит того за задницу дольше положенного, быстро делает вид, что сделал это случайно и переносит руки к нему на талию. — Прошу прощения, — извиняется совсем неискренне. — Не прощу, — неожиданный смешок где-то у уха заставляет Варку вздрогнуть и чуть отстраниться, чтобы посмотреть на улыбку на чужих губах. Действительно улыбается. «Красивый», — мелькает в мыслях. И все. Варка потерян для общества — так и запишите. И в этом виноват этот светлоглазый парень с красивой улыбкой. — Предлагаешь умолять на коленях? — хмыкает Варка. Он честно старается не пялиться на чужие губы, но получается у него скверно — взгляд то и дело соскальзывает вниз, заставляя залипать на движении рта, когда парень говорит. — А ты бы умолял? — он ухмыляется. — Может быть. Хочешь проверить? — Варка заигрывающе: настолько, насколько вообще умеет, — целует его чуть ниже уха, замечая, как парень в его руках вздрагивает. — К тебе или ко мне? — быстро спрашивает он. Варка внутри ликует. — Я живу неподалеку. Можно дойти пешком, — на том и порешили.

***

Они добираются до дома Варки в кратчайшие сроки, при этом не размениваясь на разговоры. Варку это ничуть не смущает — они неплохо наговорились и в клубе. Правда, он совсем никого не предупреждает о том, что уходит. Ну да и ладно — все они взрослые люди. Утром напишет сообщение — ничего не случится. Отперев дверь, Варка чуть отступает, пропуская парня вперед. — Проходи, — тому и не нужно дополнительное приглашение: стоит двери открыться, как он тут же заходит внутрь. Варка следует за ним, закрывая за собой дверь. — Чаю? — он честно не знает, как вести себя с незнакомым парнем, которого он привел к себе ради, ну, секса. Если быть откровенным, у него такого ни разу не случалось. — Не откажусь, — и у парня, судя по всему, тоже. Они оба неловко замирают в коридоре, прежде чем Варка, отмерев первым, не кивает ему, призывая следовать за собой. — Почему ты согласился прийти к полному незнакомцу домой? Вдруг я тебя похищу? — усмехается он, начиная набирать в чайник воду. Парень садится за стол, словно всегда здесь сидел, и расслабленно откидывается на спинку. — Кишка тонка, — он ухмыляется, заставляя Варку закатить глаза. — А вообще, ты просто меня достал, — вот это по-настоящему странный ответ. Варка ставит чайник на подставку. — То есть ты спишь с теми, кто тебя бесит? — спрашивает он, усмехаясь. Даже звучит абсурдно. Едва ли Варка ему верит. — Ты скорее исключение, — отвечает парень. Значит, все-таки понравился. Что бы тот ни говорил, Варка умеет читать между строк: они явно друг другу понравились, и все зайдет уж точно дальше простого чаепития. По крайней мере, Варке хочется верить, что он разбирается в людях. Когда чайник закипает, он разливает кипяток по кружкам и кладет в них по пакетику. Поставив одну из чашек перед парнем, Варка садится напротив и отхлебывает из своей. Тот обхватывает кружку пальцами, не торопясь пить из нее. Варка замирает, глядя на них — длинные, тонкие. Красивые. Как и все в этом пацане. Варка уже сбился со счета в вещах, которые считает в нем привлекательными. — А ты скажешь мне свое имя? Или я так и останусь в неведении? — он делает еще один глоток. Парень не шевелится — лишь переводит на Варку взгляд и ухмыляется уголками губ. — Мое имя нужно заслужить. Кое-кто обещал встать на колени, — он откидывается на спинку стула, на показ разводит ноги шире и кивает между ними, как бы призывая выполнить сказанное. Варка горестно вздыхает. За что ему все это? — Серьезно? — обреченно уточняет он. Парень предсказуемо кивает. Конечно, его улыбка на губах и хитрый прищур, возможно, и стоят того, чтобы встать на колени, но так с Варкой никто не поступал — ни один из бывших. Даже склочная бывшая жена никогда не ставила его на колени — предложение он делал стоя. — Серьёзнее некуда. Так что? — улыбка парня становится шире, и он ждет с полминуты, а после уже открывает рот, явно чтобы поддразнить Варку сильнее. Вот только Варка — человек слова. Сказал — значит сделает, никак иначе. Громко вздохнув, он встает со своего места и, не давая себе ни минуты на сомнения, плюхается на колени перед ним. У Варки горят уши, да и на щеках наверняка проступает румянец — кто бы знал, что стоять на коленях перед другим человеком может быть так смущающе. — Вот так? — спрашивает он, глядя на парня исподлобья. Тот ухмыляется, отпускает кружку и кладет одну из рук в светлые волосы, вплетаясь в них пальцами. — Отсосешь? — вопрос звучит игриво, и Варка бы с удовольствием насладился его новым выражением лица, если бы прямо сейчас не стоял перед ним на коленях. — А не многовато ли запросов? — ворчливо откликается Варка, кладя руки на ноги парня, чуть разводя их в стороны. Он флиртующе проводит по внутренней части бедер пальцами, отмечая, что член в его штанах уже наполовину встал. Неужели его так сильно возбуждают подобные игры? Варка берет это себе на заметку. Так, на всякий случай. — В самый раз, — хмыкает парень, и Варка понимает: он и сам этого хочет. А значит, совершенно нет смысла ему противиться. — Доставай свой член, — сдается он. Его член оказывается обычным. Не большим, но и не маленьким. В привставшем состоянии Варка бы даже смог взять его полностью — какой-то опыт имеется. Давно, правда, это было, но такие вещи, как катание на велосипеде: научился — и на всю жизнь запоминаешь. Приоткрыв рот, Варка берет сначала головку — тихий стон сверху и чуть сжавшиеся пальцы в волосах служат ему сигналом: парень явно из чувствительных. Это подстегивает, и Варка берет глубже, старательно расслабляя горло. Ему хочется угодить — посмотреть, как далеко он сможет зайти, чтобы увидеть на чужом лице возбуждение. Подняв взгляд наверх, он втягивает щеки и мысленно усмехается: светлые глаза мутнеют, заставляя Варку начать двигаться. Совсем короткий толчок навстречу — нетерпеливый парень стремится задать свой темп, но Варка держит его бедра крепко, не позволяя самовольничать. Проводит языком по всей длине, заглатывает по гланды, отпускает и вновь берет в рот — он очень старается доставить парню удовольствие, и потому, когда с чужих губ срывается уже более громкий стон, Варка начинает двигаться быстрее. Хлюпанье становится все развратнее, а темп — быстрее, когда парень тянет за светлые волосы, заставляя Варку отстраниться. Вытерев рот, он внимательно вглядывается в чуть покрасневшее лицо. — Я заслужил твое имя? — спрашивает Варка, укладывая голову на одно из бедер. Парень смотрит насмешливо. Да, он зашел так далеко ради имени (на самом деле, не только ради него), но это совершенно ничего не значит, окей? — Какое волшебное слово? — дразнится он, убирая волосы со лба Варки. Тот закатывает глаза. — Мы что, в детском саду? — он скептично приподнимает бровь. Парень пожимает плечами. — Нет. Умоляй меня, — просто отвечает он. Варка раздраженно выдыхает. Он понимал, что будет тяжело, но не до такой же степени. — Пожалуйста, скажи свое имя, о, Великий и Ужасный, — монотонно просит Варка, отрывая голову от его бедра. — Кирилл, — коротко отвечает тот, улыбаясь уголком губ. — Кирюша, значит. Красивое, — Варка улыбается в ответ, а после замечает, как у Кирилла совершенно очаровательно алеют щеки. — Ты смутился! — он тыкает в него пальцем, как бы указывая на очевидное. Кирилл отмахивается от его руки, громко фыркая. — Нет. Иди к черту. — Чего еще хочет Кирюша? — Варка дразняще проводит пальцем по его вставшему члену. Тот возбужденно дергается, а сам Кирилл резко выдыхает через нос, явно стараясь сдерживаться. — Либо ты прекращаешь меня так называть, либо я одеваюсь и ухожу, — он сжимает руки в кулаки и очаровательно хмурится, от чего Варка не перестает улыбаться. — Ладно-ладно, — он поднимает руки в знак капитуляции, а после с хитрым смешком уточняет: — А Киря? Кирилл скрещивает руки на груди, моментально становясь похожим на взъерошенного котенка. Варке мысленное сравнение нравится. — Вообще не сокращай мое имя. Никак, — отрезает он, всем своим видом демонстрируя, что еще слово, и он действительно уйдет. — Понял, — Варка тут же затыкается. Он смотрит на Кирилла снизу-вверх еще несколько секунд, прежде чем тот громко фыркает. — Ты поцелуешь меня или продолжишь сидеть у моих ног и дальше? — в самом деле хороший вопрос. Ну, раз уж ему дали разрешение на поцелуй, грех им не воспользоваться. Встав со своего места, Варка упирается рукой о стул и, наклонившись к Кириллу, накрывает его губы своими. Целуется Кирилл посредственно — сразу понятно, с незнакомцами сексом он не занимается. Однако сразу же принимает правила игры и приоткрывает рот, позволяя Варке проникнуть в него языком. Температура в комнате тут же повышается на несколько градусов — Варке становится нестерпимо жарко. Приникнув ближе, он касается пальцами его щеки, а после вплетается ими в волосы. Длинные, жесткие — Варка чуть тянет за них у корней, заставляя Кирилла тихо простонать. Варке нравится, как звучат его стоны — на полтона выше, чем его обычный голос. Наслаждение для ушей. — Пойдем в комнату, — сбивчиво шепчет Варка между поцелуями. И они идут. Врезаясь в каждую стенку, постепенно раздевая друг друга, направляются туда, куда их ведет Варка. И только дойдя до постели без рубашек, они останавливаются, чтобы отдышаться. — У тебя презервативы-то есть? — хрипло спрашивает Кирилл, почти нежным жестом убирая прилипшие ко лбу волосы Варки. Ухмыльнувшись, тот тянется за бумажником из заднего кармана. Он совсем забыл про него — зато какая от него сейчас польза. Открыв его, Варка достает три презерватива и машет ими перед лицом Кирилла. Тот закатывает глаза. Вот он — набор джентльмена. Только без цветов и шоколада. — Есть, не переживай, — хмыкает он. Кирилл кивает. — Тогда снимай штаны, ложись на живот и поднимай бедра, — спокойно командует он. Варка замирает. — В смысле? — переспрашивает он. Кирилл пожимает плечами, начиная снимать с себя штаны. — В прямом, — просто отвечает он. Потерев переносицу двумя пальцами, Варка признается: — Я думал, будет наоборот. Кирилл насмешливо поднимает брови, а после, подойдя ближе к нему, оставляет на голом плече поцелуй. — Много думаешь. — А это обязательно? — задает вопрос почти страдальческим голосом. Не то чтобы он против быть снизу — нет, ничего такого. Просто у него так давно не было опыта. Да и больно это. И вообще… — Или так, или я ухожу, — Кирилл скрещивает руки на груди. Варка сдается. С этим парнем невозможно спорить. — Ладно. Сняв с себя штаны, он со всем присущим себе драматизмом откидывает те на кресло и принимается за трусы. Кирилл смотрит на все это с постоянно закатывающимися глазами. А что Варка? Кирилл сам виноват: хочешь быть сверху — умей… много чего умей. Варка делает все, как было велено: ложиться на живот, бедра поднимает, морально готовится к худшему, когда сзади ему прилетает: — А смазка? — Кирилл же звучит непосредственно и даже весело. Варка с громким стоном перекатывается на спину и указывает направление. — Да господи, блять, боже, в тумбочке она, — он накрывает руками лицо и, потерев его, вновь смотрит на Кирилла, который, совершенно не торопясь, подходит к указанной тумбе и, открыв ее, берет оттуда смазку. — Переворачивайся назад, — командует он, и Варка, издав еще один мученический стон, все же переворачивается. — Только аккуратнее, — он оттопыривает задницу назад. Сначала Варка не нервничает — чего бояться, правильно? Однако, когда матрац прогибается под весом второго взрослого мужчины, начинает переживать. Он прямо сейчас собирается отдаться парню, которого знает от силы пару часов. С каких это пор он настолько рисковый? «А вдруг, как Кирилл и сказал, гонореей заболею? — проносится тревожная мысль. — Хотя он вроде нормальный», — перебивает ее другая мысль. Варка думает то о возможности прямо сейчас сбежать, то о том, что нужно просто расслабиться и получать удовольствие. Слишком. Много. Мыслей. Весь мысленный поток моментально прерывается, когда внутрь проникает первый палец. Варка вздрагивает от ощущения инородного тела внутри и оборачивается через плечо. Кирилл, судя по всему, взгляда не замечает, сосредоточенно разрабатывая его сзади. Получается у него даже неплохо. Варка старательно расслабляется, позволяя Кириллу проникнуть в него следующим пальцем, а после — ещё одним. Подготовка занимает у него суммарно полчаса. За это время у Варки затекает поясница, но он усердно терпит. — Может, подложить тебе под бедра подушку? А то ты весь трясешься, — предлагает Кирилл, и Варка готов расцеловать его, честное слово. Все-таки ему повезло с любовником на ночь. Такой заботливый и внимательный. Жуть. — Было бы славно. С подушкой под бедрами дело идет веселее. По крайней мере, так Варка думал до тех пор, пока чужой член не оказывается приставлен к его заднице. Он честно старается не нервничать — Кирилл не самый большой на свете, он переживет. Но боязно все равно становится. Проникает Кирилл внутрь постепенно, не торопясь; и лишь полностью оказавшись внутри, совершает первый толчок. — А можно как-то понежнее? — ворчит Варка, когда Кирилл совершает второй такой же толчок. Тот фыркает сверху и шлепает его по заднице, заставляя тихо вскрикнуть. — А то что, сломаешься? — судя по голосу, он дразнится. — Не сжимайся так сильно, — а вот тут уже нет вины Варки. Такова физиология — чтоб ее. — У меня давно не было, ладно? — он старательно приподнимает бедра и вновь пытается расслабиться, прикрыв глаза. — Я заметил, — «Он наверняка закатил глаза. Паршивец». Больше Варка ничего не отвечает. Сначала он пытается привыкнуть к несильным толчкам Кирилла, пальцам на его бедрах, однако вскоре забывает обо всем — наклонившись к нему, Кирилл начинает осыпать его плечи и шею поцелуями, вместе с тем опуская руку ниже, к его члену. Уже наполовину опавший, он вновь заинтересованно начинает затвердевать, а с губ Варки срываются первые стоны. Внутри него так давно никого не было, что он и позабыл, каково это. Непривычно поначалу — крышесносно после. Ощущение, как тебя берет другой человек; полная отдача ему — Варку от всего происходящего ведет не по-детски, и вскоре он уже, совершенно не сдерживаясь, подмахивает бедрами, стараясь подстроиться под темп. Пальцы в волосах, поцелуи на шее, шлепки кожа о кожу — всего и сразу так много, что Варка теряется. Ему так хорошо, что хочется реветь. Когда первые слезы начинают скатываться по щекам, он даже не понимает, что происходит — лишь утыкается лицом в простыни, цепляясь за них же пальцами. Он слышит — Кириллу сзади тоже хорошо: едва слышные стоны, ускоряющийся темп, сбивчивое дыхание. Варка тонет в ощущениях и звуках, чувствуя, как с каждой секундой приближается к грани. — Вот так, еще, быстрее, — шепчет он, едва ли понимая смысл сказанного. Ему так хорошо, и он не хочет, чтобы это прекращалось. — Не сдерживайся, — шепчут ему на ухо, и Варка слушается. Он стонет на пределе своих возможностей, скулит, когда его берут особенно глубоко и вскрикивает от укуса в плечо. Варка чувствует Кирилла везде и сразу, и оттого сгорает в его жаре. Ему нужно сильнее, больше, глубже. Все кончается резко, внезапно — весь мир вдруг сжимается и замирает, и сам Варка замирает вслед за ним, после чего начинает крупно дрожать. Подушка становится мокрой. Все силы покидают его тело, и он даже не вспоминает, когда Кирилл заканчивает вслед за ним. В себя он приходит уже укрытым одеялом и лежащим на какой-то другой подушке. Кирилл сидит на его кровати с другой стороны и, кажется, держит в руках сигарету. Варка скашивает взгляд на окно — открыто. Ладно, прощен. — Итак, Кирюша, — он присаживается и тут же охает от дискомфорта в пояснице. Кирилл оборачивается: на его лице проскальзывает раздражение. — Боже, блять, — он закатывает глаза. А что? Теперь-то Варке можно не бояться, что он уйдет — все уже случилось, а значит, можно и Кирюшей назвать. Или Кирей. Тут уж как пойдет. — Дашь свой номерок, или его тоже нужно вымолить? — Варка, выпутавшись из одеяла, придвигается ближе к Кириллу и кладет голову к нему на плечо. Тот, что удивительно, оттуда его не сгоняет. — Ты не отъебешься, да? — обреченно спрашивает он, затушивая сигарету о тарелочку, которую он, судя по всему, принес сюда, чтобы использовать как пепельницу — сам Варка не курит. — Не-а, — весело откликается он, обвивая руками его голый торс. Кирилл вздыхает. — Давай телефон, — он протягивает руку, и Варка, довольный, тут же тянется к штанам, откинутым на пол, чтобы достать оттуда смартфон. Разблокировав, Варка подает его Кириллу, и тот, зайдя в контакты, вбивает свой номер, подписывая его простым «Кирилл». Варка делает мысленную пометку переименовать его во что-то повеселее. Они замолкают. За окном проезжают случайные машины — в такой час город засыпает; где-то в отдалении воют сирены. Тишина вокруг не давящая — даже почти уютная, но Варка все равно решает ее прервать — на языке вертится одно предложение, и он намерен его озвучить. — Оставайся на ночь. Обещаю завтрак. Я вкусно готовлю, — заверяет он. Варка знает, о чем говорит: никто из его бывших еще не жаловался. Он не знает почему, но Кирилла хочется как-то удержать — еще хотя бы на утро, чтобы поговорить о чем-то, обменяться мнениями и, возможно, даже найти общие темы для разговора. В том, что те обязательно найдутся, Варка почему-то свято уверен. — У тебя кофе есть? — со вздохом уточняет Кирилл. Варка тут же взбодряется. — Обижаешь — целая кофемашина, — заверяет он. Кирилл замолкает на минуту, а после изрекает: — Ладно, — и прежде, чем Варка начинает радоваться, добавляет: — Но никаких объятий, — он непреклонно смотрит на него. — Какой ты строгий, — фыркает Варка. — Тогда давай спать. Они засыпают, еще не зная, что на следующее утро проснутся в объятиях друг друга, и все планы Кирилла пойдут по пизде.