Границы между нами — это лишь повод для игры

Ночь. Заграница. Отель в центре Лондона. 02:43. Ли Су Хек сидел на краю кровати, освещённый светом с экрана телефона. За окном — мерцание фонарей, утомлённый город, сонный после съёмочного дня. На столе — полуотпитая бутылка воды. В комнате — тишина. И вдруг… “Сообщение от: Лу 💋” Он нажал. Первое фото: Лу в гримёрке. Короткая майка, едва спадающая с плеча. Волосы собраны. Губы приоткрыты. Подпись: “Скучаешь по мне или по этой майке?” Он провёл рукой по лицу, хрипло выдохнул. — Началось… Второе фото: Зеркальное селфи. Она сидит на подоконнике, только в оверсайз-рубашке, явно его. Ноги обнажены. Свет падает ровно между бедер. “Если бы ты был рядом… я бы не успела сфоткать это. Потому что ты бы сорвал с меня всё, да?” Он уже не сидел. Встал. Медленно. Пошёл к окну, глядя в экран, будто в неё. Его пальцы крепче сжали телефон. Он набрал её. Видеозвонок. Ответ — мгновенный. — Привет, любимый, — сказала она, лёжа на диване в гримёрке, уставшая, но с озорной искрой в глазах. — Ты специально? — голос низкий, севший от желания. — Знаешь, сколько здесь времени? — Да. И знаю, что ты сейчас один. Она провела рукой по груди, медленно. — И, скорее всего, скучаешь. Он молчал. Его рука уже скользнула под пояс штанов. — Лу… ты ведь не остановишься, да? Она засмеялась. Тихо. Дразняще. — Нет. Потому что хочу, чтобы ты весь день ходил на съёмки с мыслью о том, как бы ты вошёл в меня, если бы я стояла рядом. Он сел обратно. Камера дрожала. Он смотрел, как она облизала губу. — Покажи, — выдохнул он. — Только для меня. Она склонилась ближе к экрану. — А ты? Готов показать, как сильно скучал? Игра началась. На расстоянии, но будто дышали в одно ухо. Слова почти не нужны. Только взгляды. Только дыхание. — Громкая связь или наушники? — шепчет Лу, глядя в экран. Су Хек усмехается — лукаво, напряжённо. — Наушники. Комната глухая, но если ты застонешь, я хочу, чтобы это слышал только я. — Тогда сядь поудобнее. И держи камеру так, чтобы я всё видела. Твое лицо… и руку. Понял? Он кивает, молча. Его дыхание уже неровное, тело под рубашкой напряжено до предела. Он ставит телефон на прикроватную подставку, откидывается на спинку кровати, расстёгивает ремень медленно, не сводя глаз с её губ. — Пальцы дрожат, — отмечает она, — Ты думал обо мне весь день? Он кивает снова. — На съёмке в костюме. А в голове — ты. На коленях. Без рубашки. С этой твоей улыбкой: «Ну и что теперь будешь делать, актёр?». Она слегка прикусывает губу, на секунду отводит камеру и… 📸 Включает фронталку: она теперь лежит на диване в гримёрке, юбка задрана, на ней только тонкие трусики и футболка с логотипом тура. Она раздвигает ноги, проводит пальцами по внутренней стороне бедра, медленно, глядя в камеру. — Представь, что ты сейчас здесь. На коленях. Я бы не позволила тебе трогать меня сразу. Сначала — смотри. Только смотри. Он уже обнажён, рука обхватывает себя у основания. Взгляд цепкий, губы приоткрыты. — А ты бы молчала, Лу? Или опять выдохнула бы: «Су Хек… быстрее… глубже… сильнее…»? — Нет, — отвечает она, шепча. — Я бы сказала: Медленнее. Я хочу чувствовать каждую твою секунду внутри. Каждый дюйм. Всю злость, всю скуку, всё, что ты копил без меня. Он стонет — низко, почти злобно. Начинает двигать рукой медленно, а потом сильнее, глядя в экран, в её глаза. — Ты не понимаешь, что ты со мной делаешь, Лу. Я не могу спокойно дышать рядом с тобой даже через экран. — А ты не знаешь, как это — петь на сцене, мокрой между ног, потому что в гримёрке в перерыве я смотрела видео с тобой в ванной. Где ты целовал мне живот… ниже… и говорил: “Это только начало.” Она касается себя поверх трусиков, сильно, отчётливо. Он замирает, почти рычит: — Сними. Хочу видеть. Она послушно убирает ткань в сторону. Её пальцы скользят между ног, медленно, с нажимом. Она стонет. Не сдерживается. — Я чувствую, как будто ты во мне. Ты глубоко. Я даже слышу, как ты шепчешь мне в ухо. Он уже двигается быстрее. Тело напрягается. Взгляд не отрывается от экрана. — Лу, я… — Вместе, — шепчет она, двигаясь быстрее, стон всё громче. — Скажи, что ты мой. Только мой. Даже на другом конце мира. — Я твой, — выдыхает он, вздрагивая всем телом. — До черта расстояния. Я твой, Лу. Всегда. Они доходят до пика почти одновременно. Она — с криком, он — с приглушённым стоном, уткнувшись лбом в подушку. Тишина. Дыхание. Её — прерывистое. Его — медленно возвращается к ровному. Никто не говорит минуту. Только взгляд. Чистый. Опустошённый. Слишком живой. Она улыбается: — Ты будешь спать? — Нет. Пауза. — Я буду засыпать в следующий раз только рядом с тобой. Это… было слишком. Она проводит пальцем по губе. — Тогда вернись скорее. Потому что в следующий раз — я не дам тебе времени даже снять одежду. *** Сюрприз. Ночь. Его отель. Он её не ждёт. А она — не собирается терять ни секунды. В коридоре пахло тишиной, дорогим деревом и жаром от обогрева. Лу стояла перед дверью. Чёрная кожаная куртка. Под ней — только миниатюрное чёрное платье, как в тех его фантазиях. Волосы убраны в небрежный пучок, губы алые. Она сделала глубокий вдох… И постучала. Внутри послышались шаги. Он открыл — босиком, в тёмной футболке, с полотенцем на плече. Мокрые волосы, уставший взгляд. Он не ожидал её. На секунду — пауза. Он не верил глазам. — …Лу? — Привет, любимый, — она наклонилась и поцеловала его — не как гость, а как собственность, которая вернулась домой. Он отступил на шаг. Закрыл за ней дверь, не отрывая взгляда. — Что ты здесь делаешь? Тур… концерты… — Отменила. На день. Или на два. Сбросила куртку. Платье обтягивало её изгибы. Он уже не дышал. — Не могла больше. Я не собираюсь играть в онлайн-страсть, когда могу вцепиться в тебя по-настоящему. — Лу… — голос сорвался. — Если ты сейчас подошла ко мне с этим, я не отвечаю за последствия. — Тогда возьми то, что хотел, — прошептала она, шагнув к нему, обвивая руками за шею. — Без фильтра. Без экрана. Только ты. И я. Он целовал её, как в последний раз. Не нежно — с яростью накопленного желания. Он прижал её к стене, его пальцы сжали бёдра, поднимая её — и она сама обвила ногами его талию. Платье задралось до пояса. Она не носила белья. Специально. — Ты с ума сошла, — прошептал он ей в губы. — Прилетела в Лондон, чтобы я… — …взял меня вот так, прямо сейчас, пока у нас есть ночь. Он отнёс её на кухонную стойку. От удара её волосы разлетелись, он выругался тихо и прижался к её шее, целуя, кусая, оставляя следы. Она уже извивалась под ним, когда он расстегнул ширинку. — Долго летела? — Каждый час думала о твоём теле. О том, как ты сжимаешь мне бедра. Как смотришь, когда входишь… — Стой. Хватит. Я не дотяну. Он вошёл в неё одним резким движением, заставив её закричать от переполняющего удовольствия. Её спина выгнулась, руки упирались в мрамор стойки. — Глубже. Су Хек. Я твоя. Здесь. Сейчас. Разорви эту ночь. Он двигался в ней, будто искал потерянную часть себя. Шёпоты, стоны, удары тела о тело. Ни одной паузы. Только настоящее, яркое, нужное. — Посмотри на меня, Лу. Гляди, пока я разрушаю тебя. — Разрушь. Я не хочу быть целой, если не от тебя. Они дошли до края одновременно. Он держал её так, будто она могла исчезнуть, а она целовала его, пока язык не пересох. ⸻ Через 20 минут. Они лежали на полу спальни, среди сброшенной одежды, в постели даже не дошли. Его голова на её груди. Она гладит его волосы. — Я действительно прилетела только за этим, — говорит она. — Что ж… надеюсь, обратный билет у тебя завтра вечером. Потому что я не закончил. Она усмехается, смотрит на потолок. — Я хочу потеряться в тебе, Су Хек. — Я уже потерян в тебе.