Под кронами тишины

      Арагорн, как обычно, не мог сомкнуть глаз. Заботы о будущем терзали его сердце, бремя ответственности давило тяжким грузом, а теперь ещё и утрата одного из них — Гэндальфа, который пал в непроглядную тьму Мории, сраженный пламенем Балрога.       Стараясь забыться, Арагорн попытался увести мысли в другое русло. Арвен. Чёрт.       Арагорн накрыл лицо ладонями, прижимая их так сильно, как только смог. Ты не должен был её отпускать. Ты никчёмен.       Кулон, как никогда ранее, обжигал кожу даже сквозь слои одежды. Он казался раскаленной магмой, ещё бы чуть-чуть, и он проплавил бы ребра, оставляя в груди черную, незарастающую дыру. Пустоту. Некогда его возлюбленная – эльфийка – уплывает в Валинор. Их отношения давно пошли под откос, рано или поздно им бы пришлось расстаться. Но... Почему именно сейчас? Чувство вины терзает с невероятной силой, шкрябает изнутри, словно сотни когтей самых разгневанных варгов. Ты не смог дать ей то, что обещал. Ничтожество.       Арагорн медленно убрал руки от лица, царапая кожу ногтями. Колючая боль прошлась по лбу, векам и щеке, но едва ли мужчина что-то почувствовал. Моральная боль перебила и притупила все чувства. Он бы с радостью не думал, но... Не получалось.       Повернув голову к костру, он осмотрелся, и взгляд невольно наткнулся на Леголаса. Каждый раз наблюдая за развивающимися на ветру слегка кудрявыми прядями волос, словно сделанных из света или чего-то извне, у Арагорна захватывало дух. Вся тревога уходила на второй план, разум туманился. Вот он сидит, ангел воплоти, нежная светлая кожа, которую, кажется, ни одна грязинка не тронула, даже в бою. Светлые, необычайной красоты глаза, которые смотрят куда-то вдаль, но совсем не на него. Правда, ему это и не надо, по крайней мере сейчас.       Застежка под рукой щёлкнула, и кулон скатился по рельефам груди на камень, на котором лежал Арагорн, стуком отдаваясь в чувствительных ушах. Арагорн тяжело вздохнул, снова опуская взгляд на Леголаса, сидящего на камне чуть поодаль. Юноша умеренно дышал и перебирал волосы пальцами, проводя ими сквозь локоны. Арагорну казалось, будто он смотрит на что-то непредназначенное для чьих-либо глаз, на что-то, что явно нельзя. Ощущалась какая-то интимность в этом моменте. Арагорну стоило большого труда отвести взгляд и всмотреться в ночное, почти беззвёздное небо, вместо статного и белоснежного эльфийского тела.       Спустя время Арагорн почувствовал на себе взгляд Леголаса, распущенные волосы которого серебрились в лунном свете.       Эльф сидел чуть поодаль, на страже, его взгляд блуждал по окрестностям в поисках опасности, но Арагорн знал, что мысли эльфа были заполнены далеко не их безопасностью. С момента их первой встречи многое изменилось. Дружба переросла в нечто большее, чувства, которые они оба долго скрывали из-за долга и предрассудков, переполнили чашу весов и дошли до максимума, любая капля угрожающе давала понять, что скоро всё выльется через край.       Когда последний уголёк в костре почти погас, Леголас бесшумно подошёл к Арагорну.       — Спишь? — тихо спросил он, его голос звучал мягко, как шелест листьев. Арагорн покачал головой в знак отрицания.       — Не могу. Слишком много дум.       Леголас присел рядом, так близко, что Арагорн почувствовал тепло его тела. Оно было обжигающим. — Позволь мне разделить твои мысли, — прошептал эльф, и в его глазах отразились звёзды. Далекие, но такие прекрасные. Они долго сидели молча, просто чувствуя близость друг друга. И в той тишине, что царила между ними, не было чего-то напряженного. Наоборот, казалось, они понимали друг друга без слов, общались лишь мысленно, украдкой обмениваясь красноречивыми взглядами.       Наконец, Арагорн не выдержал. Он взял Леголаса за руку и прижал её к своей груди, давая ощутить обеспокоенный стук сердца. Его прикосновение было грубым, но удивительно тёплым. Леголас ответил на его жест, переплетая их пальцы.       — Нам не следовало, — пробормотал Арагорн, но его слова звучали неубедительно. Впрочем, он и сам не верил в то, что говорил.       Леголас не ответил. Он просто наклонился и коснулся губами щеки Арагорна. Это был лёгкий, мимолётный поцелуй, но он обжёг обоих.       — ꞃሪꞃ᷇ ꞃɩ́ꝕɩ᪴ ꞃ𝗇ɩ́ɒ᷇๔ɩ̇ꞃ? — Не отстраняясь, эльф коснулся свободной рукой щеки человека, успокаивающе поглаживая. Это заставляло сердце трепетать. Эльфийский на удивление дурманил, сердце успокаивалось, а мысли концентрировались только на Леголасе. Что-то здесь не так...       — ꞃሪɩ᪴ỿ̉ɩ́λ ꬺɩ́ⅿɩ᪴? — серьезно спросил Арагорн, утопая в небесных глазах эльфа. Заместо ответа он получил лёгкую, тёплую улыбку.       Арагорн поднялся, потянув за собой и Леголаса. — Пойдём, — сказал он, его голос был полон решимости, а ненавязчивое возбуждение клокотало в теле.       Они бесшумно пробрались вглубь леса, подальше от спящих товарищей. Туда, где будут только они. Под пологом вековых деревьев, в месте, освещённом лишь лунным светом, они нашли уединение.       Не нужно было слов. Они понимали друг друга без них. В этом тихом месте, вдали от войны и долга, они могли позволить себе быть просто двумя любящими душами. Они могли позволить себе быть самими собой.       Арагорн прижал Леголаса к себе, чувствуя, как бьётся его сердце. Он коснулся его губ своими, и этот поцелуй был уже не робким, а полным страсти и тоски. Он вложил в него всю любовь, всю свою надежду на будущее. Горечь своих безграничных мыслей они оставили в этом поцелуе, забываясь и давая свободу накрывшим их с головой чувствам.       Руки скользили по эльфийскому телу, такому нежному и хрупкому на первый взгляд, но скрывающему невероятную силу и храбрость под слоями одежд. Арагорн слишком хорошо знал эльфийские одеяния, а потому уже через пару мгновений эльф остался только в нижних одеждах. Они были такими тонкими, что через них можно было почувствовать малейшие детали такого желанного тела.       Сначала Леголас просто наслаждался губами Арагорна, но позже решил не отставать – снял с него плащ и скинул на холодную землю, куда через минуту повалились мужчины.       Леголас устроился на бедрах возлюбленного, вновь сомкнув их губы в страстном и требовательном поцелуе. Тонкие пальцы путались в намудренных застёжках, заставляя Арагорна улыбнуться в поцелуй. Любезно он помог снять с себя одежду. Оставшись без верха, мужчина лег обратно на плащ, расслабляясь и смотря на эльфа. Тот стянул с себя тунику – последний элемент одеяний, не дававший человеку увидеть его во всей красе – и Арагорн в удивлении приоткрыл рот.       Белоснежная, почти что сияющая в лунном свете кожа была идеально гладкой, ни одного изъяна. Лёгкие рельефы пресса контрастировали с изящной талией. Белокурые волосы закрывали грудь, но, будто услышав Арагорна, лёгкий ветер сдул их назад, открывая ещё более завораживающие виды. Ареолы сосков затвердели буквально на глазах, а Леголас немного вздрогнул, покрываясь мурашками от резкого холода. Взгляд спустился ниже, округлые, но явно упругие бёдра эльфа так и манили, и Арагорн не смог сдержаться – протянул ладони к ним и нежно огладил выступающую тазобедренную косточку. Полувставший член дернулся, требуя к себе внимания, и с розоватой головки капнула смазка.       Смотреть в горящие желанием глаза эльфа было невыносимо. Тело в возбуждении трепетало от вида нежно-розовых сосков на крепкой груди, изящных изгибов талии и бёдер, а мускулы на руках заставляли почувствовать свою слабость перед ним. Он и впрямь ангел. Такой идеальный, словно горный хрусталь.       Взгляд снова заскользил по телу Леголаса, замечая, как дернулся его кадык и как он прикусил губу. Леголас тоже блуждал глазами по его телу в ответ. Член приятно ныл, и возбуждение оглушающей волной накрыло всё тело, когда Арагорн заметил как его рассматривали.       Смуглую кожу Арагорна украшало множество шрамов, свежих царапин и синяков. Ладони эльфа упирались в его пресс, завораживающе поглаживали, трогая упругие рельефы тела. Штаны были слегка приспущены, и Леголас зацепился взглядом за его бёдра. Выпирающие кости дополняла венка, которую так и хотелось укусить, тонкая дорожка каштановых волос вела под брюки, разжигая желание поскорее их стянуть и узнать, что же прячется за ними. Одной рукой Леголас скользнул к груди Арагорна, чувствуя, как она трепетно вздымается под его прикосновениями. Стук сердца беспорядочным ритмом отдавал в пальцах. А от выпирающих ключиц и пульсирующей венки на шее голова шла кругом. Взгляд скользил по крепким плечам, оценивая их мускулистость и мощь. Ладони Арагорна сжимали и поглаживали бёдра Леголаса, немного царапая своей шершавостью. Мозоли, полученные от ежедневного держания меча в руках, грубо ласкали кожу. Но Леголас лишь тихо постанывал. Наконец, тяжело вздохнув, он вернулся взглядом к лицу Арагорна.       Легкая, привычная щетина обрамляла скулы и подбородок, придавая им суровости. Искусанные губы украшала свежая царапина, нежно-голубые глаза загипнотизированно смотрели куда-то сквозь него, поблескивая в лунном свете, а брови немного хмурились. Волнистые волосы местами были ещё влажные, ведь перед сном Арагорн ходил к реке, чтобы искупнуться.       Леголас наклонился, чтобы поцеловать и заправить за ухо выбившуюся прядку, но в эту же секунду его силой заключили в объятия и опрокинули на спину. Теперь Арагорн нависал сверху, взглядом, полным похоти и животного желания, рассматривая эльфийское тело. Его кадык непрерывно дергался от частого сглатывания, а ладони потели – эльф чувствовал это, пока руки Странника массировали нежную кожу его бедер. Аккуратно он раздвинул ими ноги, пристраиваясь рядом. Твердая эрекция толкнулась ему в пах, срывая с губ обоих нетерпеливые стоны.       Леголас закусил костяшки пальцев, краснея, но всё же наблюдая за действиями возлюбленного. Арагорн облизал два своих пальца, медленно обсасывая каждый из них. Его язык скользил по мягким подушечкам пальцев, очерчивал фаланги и щекотал перепонки. От одного этого зрелища у Леголаса перехватило дух, а болезненный узел возбуждения ещё сильнее стянулся в паху.       Обильно смазав пальцы, Арагорн приставил их к сжавшемуся колечку мышц Леголаса, нежно массируя, а потом наклонился, чтобы оставить на губах эльфа ласковый поцелуй. Тело вскипело от смеси разных чувств. Хотелось дарить и отдавать ему всё то, что Арагорн любезно предоставлял ему безвозмездно. Любовь, верность и удивительное желание близости.        — Расслабься... Так будет легче. — Леголас и впрямь попытался расслабиться. Тяжело дыша, он позволил протолкнуть в себя один палец. Мышцы сопротивлялись, активно сжимались, не впуская инородный предмет, но эльф старался снова взять контроль над своим телом и расслабиться. Чувство необыкновенной заполненности располагало ещё сильнее. Леголас запрокинул голову, постанывая и шипя от неприятных ощущений, но не мог отрицать то, как дернулся его член, когда Арагорн нашёл внутри особенно приятное местечко и начал его массировать. Арагорн оставил по всему его телу, от шеи и до паха, дорожку из влажных поцелуев, призванных успокоить дрожащее тело. Второй рукой он обхватил затвердевший член Леголаса, оставляя поцелуи и на нём. Из уст эльфа сорвался блаженный стон, член дернулся в теплых руках, а бёдра выгнулись навстречу ласкам. Арагорн слабо улыбнулся, лизнув возбуждённую плоть. Он взял в рот розоватую и истекающую смазкой головку, посасывая и облизывая её со всех сторон. Эльф полностью расслабился, благодарственно постанывая и толкаясь бёдрами навстречу горячему и мокрому рту. Мужчина ласкал языком изнывающий член, всасывал его, создавая вакуум, и старался убрать зубы, чтобы не навредить. Пользуясь расслабленностью Леголаса, Арагорн протолкнул в него и второй палец, осторожно растягивая.       Тихое шипение, а потом блаженный стон дали понять, что он двигается в нужном направлении.       Странник поднял взгляд, смотря на Леголаса чуть ли не сходящего с ума от удовольствия, в то время как другая рука тихонько поглаживала кубики пресса. Тело странно возбуждалось от мысли, что этот ангел с небес сладко скулит от его прикосновений, требуя большего.       Губы Леголаса были приоткрыты, с них срывались тихие постанывания, грудь тяжело и часто вздымалась, глаза блаженно закатывались, и Арагорн готов был жить и умереть только ради этого зрелища. Пальцами он продолжал разрабатывать тесный проход, иногда добавляя слюну, если чувствовал, что той не хватало. Мужчина умело нашёл простату и мерно поглаживал её, вызывая у эльфа ответную реакцию. Собственный член нещадно ныл и требовал скорейшей разрядки, но Арагорн бескомпромиссно игнорировал собственный дискомфорт, желая доставить максимум удовольствия Леголасу.       Когда два пальца свободно стали проскальзывать внутрь, а эльфëнок, разомлев, начал сам насаживаться на них, жалобно поскуливая, мужчина понял, что пора. Арагорн отстранился и выпрямился.       Дрожащими пальцами приспустил штаны, зашипев, когда колом стоящий член больше ничего не стискивало. Долгожданная свобода... Размазав предэякулят по стволу, он подхватил Леголаса под бёдра, приставляя задницей к своему члену. Честно сказать, от одного этого ощущения он готов был уже кончить. Но усилием воли сдержался.       Мучительный сантиметр за сантиметром он входил в узкое отверстие, сжимая бёдра с такой силой, чтобы на утро наверняка остались отметины. Его отметины.       Арагорн был чертовски учтив. Постоянно смотрел на реакцию Леголаса, на своё то или иное действие, успокаивающе целовал везде, где дотягивался. Как будто он всю жизнь знал, где и как нужно надавить, чтобы заставить Леголаса метаться под ним, жмуриться до звездочек перед глазами, сжимать пальцы на ногах так сильно, чтобы мышцы на ступнях неприятно кололи оттого, что их сильно растянули.              Леголас открыл глаза, смотря на такого с ума сводящего Арагорна. Смуглая кожа покрылась испариной и поблёскивала под лунным светом, мышцы торса были напряжены, пряди непослушных волос прилипли к лицу, губы были приоткрыты в немом стоне. Облизнувшись, эльф одной ступнёй упёрся в грудь странника, поглаживая. В ответном жесте, Арагорн слегка наклонился, закидывая вторую ногу Леголаса на своё плечо. Эльф томно застонал, откидывая голову назад.       Собственный член достиг максимального возбуждения и разился вот-вот излиться. Поэтому пришлось сильно сжать головку, не давая этому случиться.       Арагорн правда пытался быть нежным, но извивающийся под ним эльф выводил из себя, буквально вынуждая набрать жесткий, карающий тело и душу темп, от которого каждый получил невыносимое удовольствие.        Он с неистовой силой подавался бёдрами вперёд, словно стремясь соединить их тела в одно целое. С губ Леголаса же срывались бессвязные мольбы то на эльфийском, то на человеческом, средь которых звучало имя Арагорна.       — Эллессар... Ох, Эру... Прошу, не останавливайся... — Эльф сжимал предплечья Арагорна, царапая, скользя выше, к лопаткам, прижимая ближе и заключая в объятия.       Забываясь в собственном удовольствии, Арагон сбросил темп. Слова застряли комом в горле, когда экстаз накрыл электрическим разрядом, отдаваясь покалыванием в каждый нерв тела. Тело немело от нéги, пот ручьями стекал по извилистым мускулам, заливаясь иногда в ложбинки ключиц. Живот непроизвольно сокращался, а член внутри – дергался, выплескивая драгоценное тепло. Оргазм Леголаса был дольше, и Арагорн бы позавидовал, если бы сам только что не испытал ощущения, от которых едва не отключился. Он рухнул на Леголаса, пытаясь справиться с собственным дыханием. Обмякший член сам выпал из тела и опал, довольный и разряженный. Сил попросту не осталось. Хотелось побыть несколько минут в тишине, прижимая к себе тело любимого, чтобы хоть чуть-чуть, но слиться с ним воедино.       Арагорн лёг рядом с эльфом, притянув его к себе. Пальцы смахнули белоснежные локоны за острые ушки. Мужчина улыбнулся тому, как очаровательно Леголас льнул к его прикосновениям. Не было в этот момент ничего, кроме них. Все проблемы ушли на второй план, остались только две потерянные и израненные души, наполненные любовью и нежностью.       Они провели несколько драгоценных часов вместе, в объятиях друг друга. Говорили шёпотом, касались друг друга с нежностью. Это была их маленькая тайна, их убежище в мире, охваченном тьмой.       Когда первые лучи рассвета коснулись верхушек деревьев, они вернулись в лагерь. Арагорн и Леголас молча заняли свои места, как будто ничего не произошло. Но теперь между ними было нечто большее, чем дружба. Была любовь, которая давала им силы идти дальше, несмотря на все трудности.       И хотя их путь был полон опасностей, они знали, что пока они есть у друг друга, они смогут преодолеть всё. Ведь любовь – это самое сильное оружие в борьбе с тьмой.