Лучший мужчина

***

Есть человек, которым Шерлок хочет быть. Тот, кто не подводит людей, не манипулирует ими, не притворяется социопатом, чтобы они не ожидали слишком многого. Пока что он не такой человек. Джон ставит молоко в холодильник, а Шерлок пытается вспомнить, было ли хоть раз за последний месяц, чтобы Джон не покупал молоко и не приносил его домой. Раньше молока просто не было. Джон переехал к нему месяц назад, и теперь молоко у них есть каждый день. Но что, если Джон забудет, что молоко на исходе, и не справится со своей задачей по поддержанию запасов молока? Кто бы мог спуститься в «Спиди» и попросить у них его? Это был бы не Шерлок. Он не такой человек. Однако время от времени Шерлоку хочется быть кем-то другим. Человек, который, например, выходит за молоком, несмотря на то, что это скучно и он терпеть не может стоять в очереди с людьми и выяснять, что его карточка не работает, потому что Майкрофт заблокировал её, когда он пытался купить уран, просто чтобы доказать, что уран можно купить в Интернете. «По делу», объяснил тогда Майкроф. Он аннулировал карточку. Джон бросает на него извиняющийся взгляд. В магазине не оказалось нужного сорта печенья; Шерлок может прочесть это по его лицу. Или во втором магазине, куда он зашёл, на всякий случай, чтобы купить то, что хотел Шерлок. Он выглядит усталым. Джон самоотверженный, верный и храбрый человек. Прошлой ночью он схватился с преступником, который держал в руках нож, чтобы помешать ему пырнуть Шерлока ножом. Человек, которого слегка пырнули ножом, был Джон. Нож скользнул, оставив кровавый порез на бедре. Шерлок отошёл в сторону, пока Джон распарывал штанину, чтобы оценить ущерб. Что ж, брюки были уже испорчены, так что рвать их не имело смысла. Там, где есть кровь, не стоит тратить время впустую. Джон решил, что в скорой помощи нет необходимости; Шерлок вызвал для них кэб. Когда они вернулись домой, Джон нашёл аптечку, простерилизовал рану и перевязал её бинтом. Крови было много, но накладывать швы не пришлось. Шерлок наблюдал за происходящим из-за двери. Никто из них не произнёс ни слова. Всего лишь неглубокая рваная рана, которую Шерлок залатывал на себе десятки раз. Расследование − дело рискованное. И Джон за те несколько коротких недель, что они прожили в одной квартире, несколько раз накладывал на него повязки, обрабатывая антисептиком и заклеивая пластырем. Это совсем нетрудно сделать. Шерлок хотел бы быть таким человеком, который сказал бы: «Вот, позволь мне сделать это». Потому что он мог бы. Тот факт, что Джон врач, не означает, что он должен сам лечиться. Шерлок мог бы назначить бетадин. Шерлок мог бы приготовить чай, пока Джон сидит в своём кресле и читает роман, который так и не дочитал. Шерлок мог бы спросить его, всё ли с ним в порядке, настоять, чтобы он остался дома на несколько дней. Джон, прихрамывая, собирается на работу − будто он и не был ранен прошлой ночью. Шерлока пугает мысль об этом. Он никогда не беспокоился об опасности, когда речь шла только о нём самом, но теперь у него есть человек, о котором нужно думать. Возможно, напарник. Друг? У него кровь стынет в жилах при мысли о Джоне, раненном и истекающем кровью, потому что он встал между преступником и его намеченной целью. Шерлок − это мишень; Джон − человек, который всегда бросится на защиту. − Ты в порядке? − Джон ставит кружку с креслом. Он добавил две ложки сахара, потому что он внимательный и знает, сколько сахара Шерлок кладёт в свой чай. Он ведёт себя как идиот на месте преступления (впрочем, все такие), но его внимание к своему соседу по квартире поражает. У Шерлока нет опыта общения с соседями по квартире, у него мало опыта делить комнату с другим человеком. Он так плохо ладил со своим первым соседом по комнате в школе, что его родителям пришлось платить за отдельную комнату. Ему никогда не удавалось уговорить кого-нибудь поселиться с ним в одной квартире, поэтому он всегда жил в ужасных местах, в маленьких квартирах, которые мог себе позволить. Джон − первый человек, который согласился поделиться своим пространством. − Ты идёшь на работу? − Это очевидно, но необъяснимо. Джон одет так, как всегда ходит в больницу: клетчатая рубашка, брюки цвета хаки и кардиган. Он одевается как дедушка. Возможно, это практично, ведь людей может стошнить прямо на тебя. Он хромает. Не так, как тогда, когда Шерлок впервые сказал ему, что его боль психосоматическая. Это другая нога, и на этот раз она не воображаемая. Настоящий нож в руке преступника оказался в нескольких дюймах от жизни Джона. Может быть, Джон вернётся к своему психотерапевту, пересмотрит свой образ жизни. Переосмыслит Шерлока. − Сегодня вторник. Я всегда работаю по вторникам. Но прошлой ночью тебя пырнули ножом. Или скорее порезали. У тебя пошла кровь, и ты испортил джинсы. Что ж, это были не очень хорошие джинсы. Джону следует позволить Шерлоку выбрать ему одежду. − Я приготовил тебе яйца и тосты. Пожалуйста, съешь их. − Джон произносит это не как угрозу, а спокойно. Он был армейским капитаном, и ему не нужно было повышать голос. Когда внизу раздается щелчок входной двери, Шерлок встаёт, идёт на кухню и съедает ложку джема. Сахар полезен для мозговой деятельности. Яйца и тосты замедлят его работу. Ему нужно раскрыть дело. Люди меняются. В Интернете полно людей, которые расскажут вам, как они стали другими людьми, более подтянутыми, целеустремлёнными, счастливыми. Они скажут вам, что для достижения этих целей вам нужно «всего лишь приложить усилия, развить новые навыки, сломать старые стереотипы, поставить цели». Это похоже на то, что Майкрофт всегда пытается ему объяснить: «Тебе просто нужно перестать вести себя глупо. Перестань делать то, что обычно делает твоё глупое «я». Стань другим человеком». Он думает, что мог бы стать лучше, но, скорее всего, он просто научится притворяться, что он стал лучше. Он может по-прежнему ненавидеть ходить в магазины и покупать молоко, но может перестать жаловаться на это. В чём будет выгода? Если и есть преимущество в том, чтобы быть любимым, так это то, что приятные люди легче поддаются манипулированию. Они не так сильно возражают. Но Шерлок уже знает, как манипулировать людьми. Он знает, как уговорить Джона что-то сделать. (Фраза «Это для дела» обычно срабатывает.) Иногда это не стоит того, чтобы беспокоиться, но Шерлок оттачивал этот навык с тех пор, как впервые научился ходить, оставляя за собой беспорядок. Суть его проблемы в том, что Джону в конце концов надоест жить с человеком беспечным, саркастичным, ленивым и лживым. Он уйдет. А Шерлок не хочет, чтобы это случилось. Он отправляется на прогулку. Обычно он лежит на диване, когда ему нужно подумать, но он пытается стать другим человеком, поэтому ему приходится менять свои методы. Вместо того, чтобы пройти мимо «Теско», он заходит внутрь. Там он наблюдает за людьми, которые толкают тележки, снимают с полок упаковки с продуктами и консервные банки. Наверное, это так скучно − быть человеком, которому всё время приходится думать о еде. Джон может заниматься скучными делами, но ему, кажется, никогда не бывает скучно. Он никогда не стонет от того, что показывают по телевизору, и не швыряет свой роман через всю комнату. Он никогда не стреляет по стенам. И всё же, несмотря на то, что он предсказуем, он совсем не скучный. Он постоянно удивляет Шерлока, в основном незаметными мелочами. Например, красные боксеры, которые Шерлок заметил под джинсами, которые Джон испортил прошлой ночью. У Джона Ватсона есть незаконный пистолет, который он хранит в ящике стола вместе с носками и засовывает за пояс, когда они отправляются на расследование. Из этого пистолета он убил человека, хотя хотел всего лишь вывести его из строя. Он не знал, что у этого человека аневризма, которая вот-вот лопнет. Он не знал, что пистолет, которым тот целился в Шерлока, был ненастоящим. Шерлок знал, что это был ненастоящий пистолет, и в тот момент он мог выйти из комнаты и забыть о таблетках. Джон ожидал, что он так и поступит. Но Шерлок должен был знать. Он не может уйти от вопросов, на которые нет ответов. Они не дают ему спать по ночам, беспокоят, когда ему скучно. Он рискнёт своей жизнью, чтобы разгадать тайну. Джон, вероятно, не осознаёт, насколько велика его тяга к знаниям. Он был бы потрясён. Джон умеет обращаться с людьми, которые не склонны к сотрудничеству. Он никогда не бывает грубым, но в таких ситуациях Шерлок видит что-то от капитана Ватсона. Точно так же, как опасность заставляет его хромать, люди, которые не готовы к сотрудничеству, делают Джона совершенно спокойным. Опасно спокойным. По его словам, ему нравилось служить в армии, потому что там всегда был план. Даже когда всё катилось к чёрту и они попадали под обстрел, всегда существовал определённый протокол. Имея за спиной что-то, на что можно опереться, легче прицелиться, даже если ваша цель находится по другую сторону нескольких стеклянных панелей и направляет пистолет на Шерлока, который вот-вот проглотит таблетку с ядом. Шерлок полагается на сарказм и остроумие. Он ценит спокойствие Джона, когда тот чувствует, что его раздражение растёт. Но у Джона есть пределы. У него вспыльчивый характер, и когда он достигает предела, он выходит из себя. Это похоже на игру в супергероя: он больше не спокойный доктор в кардигане, а капитан Ватсон. Шерлок до сих пор не определил, насколько далеко простираются эти границы. Ещё одна тайна, над которой Шерлок будет биться до тех пор, пока... ну, пока это не закончится. Пока Джон не уйдёт. Он решает, что купит что-нибудь для Джона. Что любит Джон? Он никогда не жалуется на еду, если только её нет. Он пьёт самый дешёвый чай и никогда не морщится, потому что на вкус он как вода из-под посуды. Он обязательно купит немного чая, действительно хорошего чая. Однако «Теско» − не самое подходящее место для этого. Дома он просматривает чайные рейтинги в Интернете. Кажется, большинству людей вполне по вкусу обычный чай. Но он хочет удивить Джона чем-то особенным. Он изучает бренды и вкусы. «Эрл Грей» − это то, что люди либо любят, либо ненавидят. Он никогда не видел, чтобы Джон отдавал предпочтение бергамоту. Может быть, просто хороший, крепкий чаю на завтрак. Ирландский или английский? У них даже есть шотландский сорт. Он знает, что у Джона есть бабушка, которая живёт в Шотландии. Может быть, Джону понравится что-нибудь с чуть-чуть другим вкусом. «Лапсанг Сушонг» не отличается изысканностью, но он интересный: насыщенный, дымный. Джон смелый, но терпеть не может, когда курят, так что, может быть, просто чёрный чай более высокого качества... Прежде чем он успевает принять решение, он засыпает. Он просыпается, когда Джон возвращается домой. Обычно Джон ведёт себя тихо, как грабитель, но сегодня тот хлопает входной дверью и с грохотом поднимается по лестнице. Оказавшись за дверью, он, не глядя на Шерлока, вешает куртку и кладёт телефон на кухонный стол. Затем он идёт к себе. Шерлок слышит, как он поднимается по второму лестничному пролёту и закрывает дверь своей комнаты. Шерлок проснулся от грохота. В своём воображении он представлял, как готовит чай для Джона, и сейчас, похоже, самое подходящее время воплотить эту идею в жизнь. Джон явно в плохом настроении, и даже оригинальные советы от PG помогут улучшить его. Джон часто заваривает чай, когда Шерлок в плохом настроении. Он наполняет чайник и нажимает на кнопку. Очень просто − вскипятить горячую воду. Коробка с пакетиками чая стоит на второй полке, рядом с кружками. К сожалению, остался только один пакетик. Нет проблем: Джон получит его. Возвращая пустую коробку на полку, он думает о том, чтобы поставить её на третью полку, просто потому, что ему нравится наблюдать, как Джон тянется, чтобы достать что-нибудь. Его рубашка приподнимается, обнажая бледную кожу живота. Шерлок думает о том, чтобы прикоснуться к этой коже, может быть, запустить руку под одежду, подсчитать, сколько пар красных боксеров есть у Джона. (Он мог бы просто заглянуть в его ящик, но это своего рода жульничество; он предпочитает делать выводы). Мысли о коже Джона снова напомнили ему о прошлой ночи и ране на ноге. Прошлой ночью он видел довольно много кожи Джона, но сейчас было неподходящее время, чтобы прикасаться к ней. Если бы он предложил позаботиться о ране, у него, возможно, была бы такая возможность. Конечно, исключительно в исследовательских целях. Однако это было бы эгоистично, а он хочет быть лучшим человеком, чем сейчас. Ожидая, пока закипит чайник, Шерлок смотрит на телефон Джона, лежащий на столе. Джон всегда кладёт сюда телефон, когда возвращается домой? Шерлок никогда раньше не замечал за ним такого поведения. Но Джон явно расстроен. Он редко хлопает дверью, когда возвращается домой. Что он почти всегда делает, так это устало поднимается по лестнице, на мгновение останавливается в дверях квартиры, чтобы посмотреть, что делает Шерлок, и, возможно, убедиться, что квартира всё ещё цела и он может рассчитывать хотя бы на кружку чая. В этот момент, сделав какой-то неверный вывод, он может поставить чайник, а может и не поставить. Он поднимется наверх, переоденется и вернётся. Когда он спустится, Шерлок попросит его угадать, какую глупость Андерсон совершил на месте преступления, и Джон закатит глаза и улыбнется, как бы говоря: «Позволь мне разобраться с этим засранцем в следующий раз». Затем Шерлок задаст ему медицинский вопрос, возможно, о том, что может вызвать необычный отёк языка. Или он посмотрит, как Джон заглядывает в холодильник, и приготовится отстаивать своё решение хранить «вставную часть тела» в ящике для хранения продуктов для заморозки. Таков их обычный порядок. В конце концов, придётся либо разогревать еду на вынос, либо покупать что-то новое. Время от времени Джон что-нибудь готовит. Шерлок так и не выяснил, чем вызвано такое поведение. Джон беспокоится, что они едят слишком много еды навынос, слишком много жира и соли, поэтому он может испытывать чувство вины из-за этого, и, когда еда становится невыносимой, он готовит сам. Но сегодня Джон хлопнул дверью, оставил телефон внизу и поднялся в свою комнату. Шерлок возвращается в гостиную и плюхается обратно на диван, недоумевая, почему вода так долго не закипает. Он знает почему, потому что при температуре 100 градусов Цельсия не существует условий для поддержания жизни. Но ожидание раздражает его. На поверхности Венеры вода закипела бы мгновенно. По этой причине на Венере нет жидкой воды. Возможно, где-то между Землей и Венерой есть идеальное место для приготовления чая. Он не делится этими размышлениями с Джоном, который в настоящее время считает, что Шерлок удалил солнечную систему. Он сохранит это знание, чтобы когда-нибудь произвести впечатление на Джона. А может, и нет. Он слишком много времени проводит в размышлениях о том, как произвести впечатление на Джона. Раздаётся звук входящих на телефоне. Шерлок вскакивает со своего места на диване и смотрит на экран. От кого: Гарри. «Неважно» Гарри Ватсон, сестра, с которой Джон не ладит. Сестра, у которой проблемы с алкоголем и, по крайней мере, одни неудачные отношения. Шерлок мог бы испытывать некоторую симпатию к этой несовершенной сестре (сам будучи несовершенным братом), но она раздражает Джона, а Шерлок раздражается из-за симпатии к своему соседу по квартире и преданности ему. Да, он действительно предан Джону. Тот поддерживает его, несмотря ни на что. Джон хлопает ящиками наверху. Шерлок может открыть телефон. И да, он знает пароль Джона и пользовался им раньше. Это было не очень тактично. Соседи по квартире должны позволять друг другу побыть наедине. Однако он не очень расстраивается из-за этого, потому что когда-нибудь может возникнуть чрезвычайная ситуация, в которой ему придётся открыть телефон Джона, и всегда лучше быть готовым к этому. Джон злится, и это, несомненно, как-то связано с телефоном, который он оставил. Увидев ответ Гарри, он только разозлится, и тогда ему захочется ответить, а потом он скажет что-нибудь, о чём потом пожалеет. Джон знает свой характер. Оставив телефон на столе, он демонстрирует сдержанность. Телефон снова тренькает, повторяя: «Неважно». Когда люди что-то говорят «неважно», они обычно имеют в виду, что им всё равно. Мне наплевать. То, что ты говоришь, для меня не имеет значения. Ты для меня ничего не значишь. Никто не должен говорить такие вещи Джону, он очень заботливый человек. Никто не должен заставлять его хлопать ящиками. Гарри и Джон редко разговаривают. Джон намекает, что так будет лучше, что они действительно лучше ладят, когда находятся за много миль друг от друга и не общаются. Шерлока раздражает, когда он видит Джона в таком состоянии. Вода закипает. Он наливает горячую воду в кружку Джона, ставит её рядом с телефоном и ждёт. Джон спускается через четыре минуты, как раз когда Шерлок размышляет, не слишком ли остыл чай, чтобы доставлять ему удовольствие. Он несколько секунд раздумывает, не разогреть ли его в микроволновке, но потом вспоминает, что после того, как Джон ушёл на работу, в микроволновой печи произошло что-то ужасное, и решает, что не стоит открывать именно этот прибор. В дверях кухни стоит Джон и смотрит на Шерлока. Он смотрит на свой телефон, затем снова на Шерлока и закатывает глаза. − Продолжай. Шерлок пытается выглядеть оскорбленным. − Я не смотрел в твой телефон. Не по своей воле. Пришла смс, и я увидел. − И к какому выводу ты пришёл? Он надеется, что его пожатие плеч выглядит непринуждённым. − Вы двое не ладите. Это твои слова, а не мои выводы. Я полагаю, у вас разногласия по поводу... что ж, она разозлила тебя. − Он гордится собой за то, что не упомянул, что именно его слова разозлили Джона. − Я приготовил тебе чай. − Ты приготовил чай? Он думает о том, какой должна быть соответствующая реакция. Его нельзя обидеть, он никогда не заваривает чай. Приготовление чая Шерлоком совершенно не в его характере, и, конечно, Джон удивлён. − Я подумал, что ты, возможно, захочешь чая. Джон садится, обхватывает кружку рукой. − Он остыл. − Я просто... − Он начинает подниматься с кресла, но потом вспоминает. − Я собирался почистить микроволновку, когда ты хлопнул дверью. Глаза Джона расширяются. − Ты собирался почистить микроволновку? Он вздыхает. − Не заглядывай внутрь. Джон пьёт холодный чай. − Спасибо. Даже в его щедрых поступках есть корыстные мотивы. Он заваривает Джону чай, чтобы тот не заглядывал в микроволновку. Он почистит микроволновую печь, чтобы Джон не жаловался. Он хочет удержать Джона, хочет, чтобы тот не пожалел о своём выборе жить с худшим в мире соседом по квартире. Каждый день, выходя из своей спальни, он ожидает увидеть чемодан Джона на лестничной площадке, Джона в гостиной, который ищет свой ноутбук, который Шерлок взял себе с тех пор, как потерял шнур питания от своего собственного. Джон может съехать, если решит, что с него хватит. Шерлок думает о том, с каким человеком жил бы Джон, если бы не был разорён и не подумывал о самоубийстве. Если бы он вернулся из Афганистана целым и невредимым, он был бы хирургом, а не врачом общей практики, замещающим врача-терапевта. Он встречался бы с женщинами, которые не смотрели бы на него так, будто делают одолжение. Вместо этого у него есть Шерлок. Он клянётся, что завтра почистит микроволновку. Когда Джон придёт домой, он подаст ему холодный чай, а когда тот откроет микроволновку, чтобы разогреть его, Джон увидит, что Шерлок не соврал насчёт того, чтобы её почистить. Он не чистит микроволновку, потому что звонит Лестрейд. Дело кажется скучным, и Шерлока так и подмывает сказать об этом, но он пытается стать другим человеком, лучшим. Человеком, который готовит чай и не жалуется на то, что дела скучные. Расследование оказалось скучным и утомительно долгим. Когда он, наконец, вернулся домой, Джон держал в руках кружку с холодным чаем и смотрел на микроволновку с выражением не столько отвращения, сколько разочарования. Он наблюдаеи, как Джон пьёт чай. − Как прошёл твой день? − спрашивает Шерлок. Джон подозрительно хмурится. Шерлок никогда не спрашивает, как прошёл его день. − Просто расскажи мне, − просит он. − Что я тебе расскажу? Я всего лишь спросил, как прошёл твой день. Я тактичный человек. − Я имею в виду, − говорит Джон, ставя кружку на столик, − о чём ты мне не рассказываешь, потому что знаешь, что я разозлюсь? − Ничего. Я весь день был занят делом, слишком скучным, чтобы его описывать. Вот почему микроволновка по-прежнему приносит одни неприятности. Джон откидывает голову назад и тяжело вздыхает. − Знаешь, тебе не обязательно манипулировать мной. Управлять моими чувствами. Я не собираюсь переезжать из-за того, что ты забываешь почистить микроволновку. − Почему нет? Выражение лица Джона меняется. Он пытается придумать правдоподобную ложь. − Я не собираюсь переезжать, − наконец говорит он. Затем он идёт в гостиную и включает телевизор. У него есть дюжина вопросов. Что заставило бы тебя съехать? Подойдёт ли для этого голова в холодильнике? Подойдёт ли взлом твоего блога и запись о твоих свиданиях? Каков твой предел? Но лучший мужчина принял бы такой ответ. Лучший мужчина не стал бы подвергать сомнению лояльность Джона. Джон остаётся. Шерлок старается не задумываться почему. Шерлок не склонен к самообману. Он осознает, что его интеллект выше, чем у большинства людей. Это не недостаток скромности. Это просто самосознание. И неизбежное наблюдение, что большинство людей, даже Джон, идиоты. Например: Джон иногда ходит на свидания. Шерлок наблюдателен; он знает, что люди ходят на свидания, что это социальный ритуал для получения секса. Джон более тщательно следит за своим внешним видом, когда идёт на свидание. Не то чтобы он был неряхой в другое время, но на свидании нужно следить за тем, чтобы его волосы были приглажены, а рубашка застёгнута на все пуговицы. Он носит галстук. Джон не наряжается для Шерлока, но он делает другие вещи: готовит чай и тосты и настаивает, чтобы Шерлок ложился спать, когда тот засыпает в своём кресле. Он напоминает ему, что нельзя говорить вещи, которые оскорбляют людей. Шерлок регулярно водит Джона куда-нибудь поесть: завтракать, пить кофе, обедать, ужинать. У них были десятки свиданий. Формально это были не свидания, просто у Джона урчало в животе, и Шерлок наблюдал, как он что-то ест, чтобы не допустить, чтобы ворчливый Джон таскался за ним по пятам во время расследования. Те события не были свиданиями, и Шерлок теперь задаётся вопросом, почему. Кажется, что это произвольное различие. Возможно, это потому, что Джон не собирается заниматься с Шерлоком сексом. Это свидание только в том случае, если целью является секс. Шерлок согласился бы, если бы Джон этого захотел. Это, безусловно, сделало бы всё более удобным. В разгар расследования Джон не стал бы напоминать ему, что у него свидание и ему нужно принять душ и побриться, прежде чем заезжать за женщиной, которую он не может забыть. Потому что: секс. Если у него иногда не бывает секса, он становится раздражительным. Джон − идиот; он продолжает повторять одни и те же действия, ожидая другого результата. Джон не осознаёт, что он вращается в бесконечном цикле надежд и неудач. Он недоволен Шерлоком, который постоянно прерывает его свидания, и винит его, когда забывчивые женщины больше с ним не встречаются. На самом деле проблема заключается в самом процессе. − Ты делаешь это нарочно? − спрашивает он. Шерлок только что написал ему смс: «Если будет неудобно, всё равно приходи». Ещё одна слежка. Это маловероятно, но он действительно оказывает Джону услугу, ускоряя расставание, пока тот не привязался. − У всего, что я делаю, есть цель, − отвечает он с дивана. − Итак... что такого срочного? − Слежка. − Нет смысла объяснять. Слежка − любимое занятие Джона, уступающее только погоням по тёмным переулкам. Джон закатывает глаза. − Что? Ты не можешь дать мне выходной? Это ты женат на Работе, а не я. Он начинает жалеть, что сказал это. − Я экономлю твоё время. Она не планировала снова встречаться с тобой. С тех пор, как они стали жить в одной квартире, у Джона было несколько женщин, которых он мог забыть. Он не утруждает себя запоминанием ни одной из них, потому что ни одна из них не продержалась дольше двух свиданий. Если бы Джон был сговорчив, Шерлок, возможно, помог бы ему проанализировать, почему он встречается с женщинами, которые им не интересуются. Они могли бы использовать это в своих целях, найдя Незабываемую женщину для Джона Ватсона. Очевидно, что он не поддаётся, и даже если бы это было так, раскрытие этой тайны означало бы, что Джон уйдёт, а именно этого Шерлок и пытался избежать. Если бы он был хорошим человеком, он бы хотел, чтобы Джон нашёл свою женщину и жил долго и счастливо. Идеальное решение, размышляет он, для Джона − влюбиться в Шерлока. И когда это осознание доходит до него, на него находит второе озарение. Это озарение поражает его так сильно, что он вздрагивает и падает с дивана, вызывая обеспокоенный взгляд Джона. Шерлок не хочет, чтобы Джон оставался только потому, что ему так удобнее. Шерлок влюблён в Джона.

***

Он выполнил небольшое поручение Майкрофта, поговорил с убийцей из Беларуси и теперь сидит дома, стреляя стены от скуки. У преступников нет воображения. Ничего достойного его внимания. Он думает о предсмертном слове таксиста: «Мориарти». Возможно, эта тайна стоит того, чтобы потратить на неё время. Джон хранит свой пистолет под замком с тех пор, как застукал Шерлока за тем, что он роется в ящике с носками (якобы для того, чтобы проверить носки), но замки для Шерлока не проблема. В руке он держит пистолет Джона, то самое оружие, которое спасло ему жизнь. Он представляет: Джон смотрит через промежуток между зданиями, через два окна, и видит, как Шерлок собирается принять таблетку. Он поднимает пистолет уверенной рукой и целится в кэбмена. Лучшим качеством Джона, безусловно, является его инстинктивное стремление действовать. Для некоторых вещей не требуется гениального ума, но требуется уверенность, которую Джон должен испытывать, когда видит, что что-то подобное вот-вот произойдёт. Он не спорит сам с собой. Он целится и стреляет. Рисуя жёлтой краской из баллончика на обоях смайлик, он думает о том, как Джон стреляет в кэбмена. Он держит пистолет, ощущая его тяжесть в руке. В этом есть что-то интимное. Миссис Хадсон не понравится, что краска сделала с её стеной. Но если он проделает в ней дырку, краска может остаться незамеченной. Он целится и стреляет. Дырка попадает не в глаз смайлика. Прицел Шерлока далеко не так хорош, как у Джона. Как такой человек, как Джон, с глазом снайпера и нервами хирурга, может спокойно работать в обычной операционной, леча сыпь и насморк, уму непостижимо. Мориарти. Человек, который нанял умирающего кэбмена убивать людей. Чтобы создать почти идеальное преступление. Серийные самоубийства. Если бы кэбмен не признался в последний момент, это было бы неразрешимо. Бах! На этот раз ближе. Он изобразил улыбку. Он лелеет подсказку, Мориарти, и прокручивает её в голове, когда ему скучно. Распространённое имя, ирландец. Спонсор преступников. Возможно, консультант по уголовным делам. Он представляет себе паутину, раскинутую над Лондоном, и паука в середине, того, кто соткал эту паутину и сидит неподвижно, ощущая каждое трепетание каждой мухи, которая в ней застряла. Бах! У смайлика теперь есть нос. − Что, чёрт возьми, ты делаешь? Джон, конечно, только что вернулся домой со своей скучной работы. Ему вряд ли понравится то, что есть в холодильнике. Лучше отвлеки его. − Скучно! Бах! Этот выстрел сделан наугад, вверх и влево от смайлика. Когда он снова прицеливается, Джон выхватывает пистолет у него из рук, вынимает обойму и открывает сейф, чтобы запереть его. Они оба знают, что Шерлока это не остановит, но это, по крайней мере, какой-то предел. − А как же русское дело? − Не стоит моего времени. Джон сейчас на кухне. Он, конечно, голоден. Всегда голодный, удивительно, что он остаётся таким маленьким. Он съедает в два раза больше, чем Шерлок за день. − Чёрт! Ах, да, он открыл холодильник. − Мне только чай, спасибо. − Почему у нас в холодильнике отрубленная голова? − А куда ещё я должен был её положить? Джон не отвечает. Отвлекаю, отвлекаю. − Я вижу, ты написал о деле кэбмена. «Этюд в розовых тонах». − Тебе понравилось? Более достойный человек просто ответил бы на лесть, улыбнулся и солгал. Но сегодня Шерлок не такой. В итоге они спорят о солнечной системе, и Джон уходит, заявив, что ему нужно подышать свежим воздухом. Он не уверен, как воздух может справиться с гневом, но именно так Джон с этим справляется. Он идет пешком и через полчаса возвращается домой в более спокойном настроении. Миссис Хадсон недовольна дырами в стене. К счастью, она не открывает холодильник, а просто выкладывает покупки на стол и машет перед ним квитанцией. С уходом Джона квартира снова становится скучной. Он мечтает о расследовании, об убийстве − о чём угодно. Почему нет преступников, достойных его способностей? И тут наконец происходит что-то интересное. Джон возвращается с прогулки только утром, и то только потому, что увидел новости. Когда он появляется в дверях квартиры, становится очевидно, что он спал у Сары. − Диван, Шерлок, − отвечает Майкрофт. − Это был диван. Джон с изумлением смотрит на заколоченные окна. − С тобой всё в порядке? Шерлок, почти забывший о взрыве, сердито смотрит на своего брата, который сидит в кресле Джона. − Что? Отлично. Очевидно, утечка газа. Майкрофт болтает о своей потерянной флешке и пропавших сверхсекретных документах, а Шерлок изо всех сил старается не обращать на него внимания. Это была не утечка газа. Лестрейд показывает ему конверт, и тогда всё становится еще интереснее. Розовый телефон наводит на мысль, что дело Джона оформлено в виде этюда в розовых тонах. И это может означать только одно: Мориарти. (Как назло, блог Джона, похоже, читает весь Скотланд-Ярд. Он подумает об этом позже.) Занавес поднимается. Это самое интересное дело, которое он вел за последние месяцы, лучше, чем серийные самоубийства и кэбмен-убийца. Лучше, чем «Чёрный лотос». И это всё для него, серия персонализированных загадок. Это всё равно, что за тобой ухаживают. Неоднозначный результат, признаёт он. Немного не очень хороший. Люди умирали, и Джон считает, что он был бессердечен по этому поводу. Он объяснил, что его мозг − это то, что может уберечь от смерти ещё больше людей, но только если он сможет сосредоточиться на своей задаче. Он не может делать и то, и другое, держась за руки и разгадывая тайну. Но это ещё не конец. Это случится снова, и он разберётся с этим. Он так близок. В то же время он не хочет, чтобы это заканчивалось. Почему Мориарти делает это, играет с ним в эту игру? Он вздрагивает, когда эти слова слетают с губ Джона, а не с его собственных. Джон качает головой, глядя в телевизор. − Он что, хочет, чтобы его поймали? − Я думаю, он хочет отвлечься. − Как я. Мы были созданы друг для друга. Сердитый Джон встаёт с кресла. − На кону человеческие жизни. Просто скажи мне, тебя это вообще волнует? Ему не понравится ответ, но Шерлок не может позволить себе отвлекаться. − Поможет ли забота о них спасти их? − Нет. − Тогда я постараюсь больше не совершать эту ошибку. − Шерлок, забота о них − не ошибка. Он пожимает плечами. − Но это не помогает, не так ли? Джон, кажется, сдулся. − Ты всегда говорил, что люди видят, но не наблюдают. − Наблюдательность − самый важный навык детектива. − Я знаю, − голос Джона тихий, в нем нет злости. − Но ты... от твоей наблюдательности захватывает дух, а иногда она и пугает. Но ты не всегда это видишь. − Как мне помогает видеть их страх? − Как это может помочь? Это не игра, и я не думаю, что осознание этого ослабляет твои способности рассуждать. − Для него это игра. И я играю в нее хорошо. − Возможно. − Что я упускаю? Он видит разочарование на лице Джона, когда тот качает головой. − Неважно. Четыре глотка, а затем − тишина. Джон уходит, чтобы повидаться со своей неприметной девушкой, которая пытается решить, как с ним расстаться. Шерлоку становится жаль, что он уходит, но в то же время он испытывает облегчение. Иногда ему приходится действовать в одиночку, и Мориарти слишком интересен, чтобы сопротивляться, каким бы опасным он ни был. Как только за Джоном закрывается дверь, он посылает своё приглашение. Оглядываясь назад, он понимает, что ему не следовало идти одному. Когда Джон выходит к бассейну в незнакомой куртке, Шерлок не может быть более удивлён, чем сейчас. Он быстро отвергает свою первую идею. Джон не является опытным преступником. Он умён и храбр, но у него нет морали криминального авторитета, и он недостаточно хороший актёр, чтобы это подделать. Шерлок признаёт, что его собственный разум мог бы сделать его грозным преступником, если бы он выбрал этот путь. Когда он называет себя социопатом, он просто признаёт ментальное родство, которое ощущает со своим соперником. Им обоим скучно, и они жаждут отвлечься. Но Джона похитили, заставив сыграть ту же роль, что и других заложников − манекена чревовещателя, не умеющего говорить самостоятельно. Их взгляды встречаются через несколько футов, разделяющих их. Достаточно близко, чтобы разглядеть выражение лица Джона. Теперь он солдат, напряжённый, но смирившийся с судьбой, которая ему уготована. − Ты в порядке? Джон отводит взгляд и молчит. Очевидно, Мориарти сказал ему, что произойдёт с этими взрывчатками, если он скажет что-нибудь не то, что ему было приказано сказать. Его уступчивость разбивает сердце Шерлока. Джим подходит к тому месту, где стоит Джон. − Можешь говорить, Джонни-бой. Продолжай. Джон встречается взглядом с Шерлоком и коротко кивает. Пора заканчивать с этим. Он протягивает карту памяти. − Возьми её. Самыми волнующими моментами в жизни Шерлока были те, когда он понятия не имел, что будет дальше. Острота таких моментов почти всегда приводит к тем ослепительным прозрениям, которые становятся его пристрастием. Даже наркотики не могут дать ему того кайфа, который он испытывает, когда решение материализуется из вращающихся частиц. Это похоже на сотворение мира, когда тьма отделяется от света, суша поднимается из глубин. Какое-то мгновение он молча ждёт, наблюдая, как Мориарти встаёт перед Джоном. Взяв флешку, Мориарти целует её, затем смотрит на неё, пожимает плечами и бросает в бассейн. − Скучно. Шерлок наблюдает, гадая, что будет дальше. Происходит совсем не то, чего он ожидал. Когда Джон хватает Мориарти и кричит Шерлоку, чтобы тот убегал, становится ясно, кто из них сильнее. Шерлоку предстоит пройти долгий путь, чтобы заслужить такую преданность. Мориарти не выказывает ни малейшего признака удивления, которое испытывает Шерлок. Он кажется удивлённым, даже обрадованным. Но он опасен и непостоянен. В один момент ему становится скучно, а в следующий − он готов убить. Он рычит: − Я выжгу твоё сердце. − Мне достоверно сообщили, что у меня его нет, − его голос спокоен, но маска сползла с него; Мориарти знает то, что Шерлок понял только недавно. У него есть сердце, и его можно сжечь, даже разбить. Моменты после того, как Мориарти покидает игру, он помнит только по кусочкам: как снимал с Джона куртку, как бежал за Мориарти, который исчез. Вернувшись, он обнаруживает, что Джон дрожит и бормочет: − Господи Иисусе... О, Боже... В эти редкие минуты его осеняет: прозрения не будет. Ничего не решено. Всё его хитроумие пошло прахом. Он даже не очень удивлён, когда Мориарти возвращается. Он зол. Джон кивает в ответ на его взгляд, и Шерлок направляет пистолет на куртку с бомбой. Он знает, что произойдёт дальше. Но на этот раз не произносит ни последнего слова, ни угрозы. Разговаривая по телефону, Мориарти уходит, будто забывая о Шерлоке. Он пытается найти в этом смысл, и это задевает его самолюбие. Думал ли он о том, чтобы убежать, когда Джон схватил Мориарти? Он не думал, но задаётся вопросом, сделал бы он то же самое для Джона, воспользовавшись моментом, когда его не охраняли, чтобы взять ситуацию под контроль. Джон тоже не стал бы убегать. В основном он думает о том, что ему следовало сделать, вместо того чтобы полагаться на свой ум. Вместо того, чтобы радоваться каждой загадке и чувствовать себя польщённым. И он не знает, что бы это могло быть. Сегодня ему повезло. Они оба живы. Но он потерпел поражение, его (единственного) друга использовали против него, его соперник ушёл на свободу, явно не заинтересованный в продолжении игры. Единственное, что он получил, разгадывая загадки − это понимание того, как работает мозг Мориарти, как далеко он готов зайти, чтобы унизить Шерлока. Но этот обаятельный злодей не считает, что стоит тратить на него больше своего времени. Шерлок был его игрушкой, он отвлекал его, вот и всё. Он долго сидел в гостиной после того, как Джон ушёл к себе в комнату. Ему снилось, что он снова у бассейна. Жуткие отражения отражаются от потолка, вода эхом отдаётся в пустоте. Это мирный сценарий, и он замолкает, не понимая, зачем он здесь. Джон стоит перед ним в куртке. Шерлок замечает, что в его руке пистолет Джона. Он поднимает глаза, чтобы встретиться с Джоном взглядом. Джон кивает ему, и он стреляет. Мир сгорает во вспышке света. − Ты кричал. Он открывает глаза и видит Джона, сидящего на его кровати. − Сон, − бормочет он. Джон кивает и встаёт, чтобы уйти. − Теперь всё в порядке? Шерлок хватает его за руку и тянет назад. − Останься. Не говоря ни слова, он откидывает одеяло, и Джон забирается под него. Шерлок пододвигается, освобождая для него место. Они лежат в нескольких дюймах друг от друга, не касаясь друг друга. − Ты не можешь продолжать в том же духе. Убегать без меня, − голос Джона тих, но Шерлок точно знает, что отражается на его лице. Снова разочарование. Он помнит свои доводы, но потерял уверенность, которую чувствовал, когда отправлял сообщение Мориарти. − Ты был зол на меня, и тебе нужно было уехать на некоторое время. И я не хотел подвергать тебя опасности. Джон тихо фыркает. − Мы оба видим, как хорошо это сработало. − Джон, я не могу... потерять тебя. − Тогда почему ты ведёшь себя так, будто постоянно пытаешься меня бросить? Послушай, у тебя не может быть двух вариантов. Либо я здесь, и мы партнёры, либо... − Не уходи. Джон поворачивается на бок, лицом к Шерлоку. − Я не угрожаю. Это просто... Послушай, я принял решение, когда застрелил кэбмена. Я никогда не оставлю тебя, пока ты хочешь, чтобы я был рядом. Рано или поздно тебе станет скучно. Когда это случится, просто скажи мне. Я предпочёл бы знать, что я никому не нужен, чем... − Он шмыгает носом, и в его глазах блестят слёзы. − Джон. − Он неловко протягивает руку и дотрагивается до слезинки, дрожащей на носу Джона. − Мне не будет скучно. И я всегда хочу тебя. − Почему ты продолжаешь это делать? Ничего мне не рассказываешь? Уходишь в себя? Если бы ты доверял мне... − Я действительно доверяю тебе, Джон. Я не доверяю самому себе. Я не очень хороший человек. Джон мрачно усмехается. − Я тоже. − Ты лучший человек, которого я знаю. − Я не такой. Он притягивает Джона к себе, прижимает к себе. Чувствует запах виски, которое тот выпил перед тем, как отправиться спать. Чувствует слёзы на своей шее. Проводит рукой по мягким коротким волосам. − Джон. Он хочет, чтобы поцелуй получился более приятным, но когда Джон поднимает на него глаза, он просто двигается, прижимаясь губами друг к другу. Они соприкасаются носами, Джон тихо хихикает, и Шерлок ощущает вкус виски у себя на губах. − Я люблю тебя, Джон. Джон снова целует его. − Никогда не покидай меня.