Последний крестраж

Тёмный Лорд прижал Роскомнадзор к холодной бетонной стене. Его длинные, костлявые пальцы впились в шершавую поверхность рядом с её головой. Казалось, даже стена, та, что видела многое, слегка покраснела. РКГ смущённо отвела взгляд, чувствуя, как её строгий костюм с регламентированной длиной рукава внезапно стал невыносимо тесным. — Это… запрещено, — прошептала она, но голос предательски дрогнул. — Никто не увидит. Я поставил VPN, — прошипел он, и его дыхание обожгло ей кожу, как точно подлежащая запрету, услуга. Он резко подхватил её под бёдра, заставив вскрикнуть, коротко, сдержанно, в рамках допустимого ГОСТа. Страстно прижался губами к её рту. Она ответила на поцелуй, но едва он отстранился, тут же выдохнула: — Ты… выглядишь не очень презентабельно. Можешь напугать детей и слабых модераторов. Его змеиные глаза сузились. — Для тебя я могу быть кем угодно, — прошептал он. Его тело изогнулось и вот перед ней уже стояла высокая девушка с чёрными волосами, и холодным взглядом зелёных глаз. — Это… пропаганда экстремистских организаций! — попыталась возмутиться РКН, но руки её сами обвили шею Тёмной Леди. Примерно так же она когда-то запретила Twitter. Волан-де-Морт снова изменил облик, и перед ней оказался молодой Том Реддл, обжигающе красивый, глянцево-опасный, как новый iPhone без сертификации. — Росси… — выдохнул он, целуя её шею. Его губы скользнули ниже, к ключице, а пальцы уже расстёгивали пуговицы её белоснежной блузки с гербом. — Нас же… точно никто не увидит? — прошептала она, но её тело уже выгибалось навстречу, как плохая статистика. — Я поставил двойной VPN на тройной прокси, — хрипло выдохнул он, стягивая с неё галстук. — Нас даже ФСБ не отследит. — А если кто-то пожалуется? — всхлипнула она, но уже неуверенно, внутренний регламент захлёбывался в противоречии. — У нас же… общественное мнение! — У меня — ботоферма, — прошипел он. — Я сам себе общественное мнение. Хочешь — тебя будут поддерживать двадцать тысяч фейковых комментариев. Хочешь — устроим флешмоб в ТикТоке. Он поднял её и усадил на ближайший серв… нет, это был просто сломанный принтер отечественного производства. — Я… я не могу, — выдохнула она, закрыв глаза. — Мне нужно написать отчёт. Заблокировать фанатскую озвучку. Запретить мангу. Запретить носки с аниме. Он цокнул языком. — Ты слишком долго жила по правилам, Росси. Пора… обновить политику конфиденциальности. Он махнул рукой, и вокруг них замелькали окна: «Вы принимаете условия использования?» «Пожалуйста, выберите все изображения со светофорами» «Простите, вы робот?» — Нет! — вскрикнула она. — Это запрещено… я не могу… Но было поздно. Он накрыл её поцелуем, словно ставил галочку в чекбоксе. В воздухе раздался громкий бип. Они оба замерли. — Что это было? — прошептала она, замирая с расстёгнутой блузкой. Том бросил взгляд в темноту. — Чёрт… это Google-ассистент. — Боже, нас забанят! — Не бойся, — прошептал он, укладывая её на кипу отчётов за третий квартал. — Мы в теневом интернете. — Это где? Он усмехнулся. — На «Фикбуке».

***

Рокси (хотя в протоколах она числилась как «Роскомнадзор») оторвалась от редактируемого файла. Монитор уныло мигал окнами жалоб. На рассмотрении было: – двенадцать заявок на удаление фанфиков, – запрет на продажу разноцветной еды (розовые бургеры, синие макароны и что-то непристойно фиолетовое), – и потенциально экстремистская цитата из Винни-Пуха, вырванная из контекста. Она вздохнула. Документы валялись вокруг, как свидетели преступления. На полу лежал список заблокированной литературы, в ногах — реестр организаций, подлежащих фильтрации, а где-то в волосах запуталась флешка с архивом запрещённых мемов. Том всё ещё был рядом. Гладкий, соблазнительный, несертифицированный. Она вернулась к компьютеру. Но руки дрожали.

***

— Что… что ты хочешь от меня? — прошептала она, уже полностью раздетая, как мораль в подростковой книгах. Её кожа касалась холодных листов, на одном из которых жирным шрифтом значилось: «СПИСОК ЗАПРЕЩЁННЫХ АВТОРОВ, ОБНОВЛЕНИЕ: ИЮНЬ». Он наклонился к ней, глаза горели, как сервер на DDoS-атаке. — Я спрячу последний крестраж… в тебе, — горячо прошептал он, выдыхая почти в губы. — Это неэтично… — пролепетала она, но уже без убеждения. — Зато надёжно, — прошипел он. — Тебя невозможно победить. Ты вечная. Ты всепоглощающая. Ты однажды заблокировала сайт Министерства культуры по ошибке… и никого даже не наказали. Он прижался к ней. — Вместе мы захватим мир.