Последний протокол - Among us

Железо здесь не спит. Каждую минуту «Ауриан*» дышал — с сухим скрежетом проворачивались створки, искрили контакты под потолком, с глухим стуком гас свет в одном отсеке и загорался в другом. Вентиляция выла, будто старый волк в одиночестве. И этот вой гнал по нервам холод. (*Ауриан - имя космического корабля) Оскар сидел в кресле охраны, сгорбившись, подперев подбородок лапой. Перья на голове торчали — небрежно, уставшим венчиком. Он смотрел в мониторы, но не видел в них ничего. Только мерцание красного света. Пульсация тревоги. Рядом на металлический пол ступили мягкие, но чёткие шаги. Шляпу неожиданно сняли, от чего можно было даже испугаться. Если бы, конечно, это движение не было бы постоянным — значит, можно расслабиться. — Ты опять греешься у мониторов, пернатый, — раздался знакомый голос. Тармил. Его голос всегда звучал чуть ниже, чем стоило бы. Не как у командира, не как у вампира, а как у… того, кто хочет быть услышанным только одним. Повисла пауза. Камеры моргнули. На экране дважды мигнул отсек реактора, потом вернулся к норме. Тармил опёрся локтем на спинку кресла, склонился ближе. Оскар чувствовал, как мягкая шерсть едва касается его крыла. И знал — сейчас последует что-то странное. Ласковое. Привычное. — Я вот тебе верю, — произнёс Тармил и протянул руку. — Ты не мог бы быть предателем. Ты бы слишком неловко врал. Пальцы скользнули по перьям на его голове, раздвигая их мягко, как если бы успокаивал испуганного зверька. — Хотя если ты вдруг всё же убьёшь меня — думаю, я был бы не против умереть от рук своего возлюбленного. — Дурак. Саботаж: O2. Немедленно устраните неисправность. Звуковая сирена вонзилась в череп. Когда вампир уже по наитию повернул голову на камеры, он увидел, то, чего кажеться не должен был видеть. Оранжевый.. Тармил не мог позволить Оскару пересечься с оборотнем. Ему нужно было бить тревогу. Но сначала, устранить саботаж. Потому послал Оскара самым безопасным для него путем. Оскар кивнул, и они разошлись. Нет. Экипаж начал панику. Как это, их капитан был предателем все это время? А если и нет, то где этот идиот шляется? Или все таки... Но… почему он не убил его? Почему просто смотрит? Почему сердце Оскара всё ещё верит, что тот бы так не посмотрел? Что это… неправда? Пытается найти в них то, что когда-то грело. И не может. И не верит.